Развод в 45. Хозяйка заброшенного имения (СИ)

16

Отложив кинжал в сторону, я извлекла из образовавшейся прорехи несколько камней и задумчиво поиграла ими у себя на ладони. Мне было известно, что изумруды, впрочем как и рубины, имеют особенную ценность в Райнерии, а значит, вырученных денег мне хватит надолго.

Но…

Меня терзали сомнения, смогу ли я там — в глуши, куда решил сослать меня муженек, продать оставшиеся камни?

Наверное, нет.

А деньги, я была больше, чем уверена, мне ещё ой как понадобятся.

Без них мне не выжить.

Взвесив все «за» и «против», принимаю решение продать чуть больше камней, чем планировала ранее. Аккуратно достав из тайника ещё семь переливающихся самоцветов, я ссыпала их в карман. После заколола прореху булавкой и, опустив подол, расслабленно откинулась на спинку сиденья.

Бессонная ночь давала знать о себе.

Ужасно клонило в сон.

Веки слипались и усталость медленно, но верно брала верх надо мной.

Мне казалось, что я прикрыла глаза всего на секунду…

А проснулась от ржания лошадей и громких людских голосов.

Спросонья не сразу поняла, что происходит и почему карета стоит. Инстинктивно схватившись за ручку кинжала, я испуганно распахнула глаза и, подавшись телом вперёд, выглянула в окно.

Наша карета стояла у высоких железных ворот, а вокруг неё, громко переговариваясь, мельтешили незнакомые люди. Некоторые из них были одеты в форму городской стражи, другие — в лохмотья нищих, а третьи просто глазели на новоприбывший дорогой экипаж. Правда, без стражи. Что лишь подстегивало их интерес.

Ранее, я никогда не приезжала в Алессандрию одна. Меня всегда сопровождал Шейн, Дарок, либо охрана. Сейчас же со мной был только возничий — щупленький мужичонка, который, в случае опасности не смог бы меня защитить. Оттого, не скрою, я чувствовала себя уязвимой.

Несколько минут я вглядывалась в толпу, затем, наконец-то, нашла глазами возничего.

Он стоял поодаль, рядом со стражником, и отсчитывал тому плату за проезд через городские врата.

От мысли о том, что я чуть было не проспала свою цель — Алессандрию, по спине пробежал холодок.

Мысленно чертыхнувшись, я спешно прикрепила кинжал назад к поясу, затем, словно бы невзначай, провела рукой по карману. Убедившись в сохранности его содержимого, завязала плащ и придвинулась поближе к крохотному окошку, предназначенному для общения с кучером.

Вскоре, снаружи раздался скрип открываемых ворот, и карета вновь покатилась по мостовой.

Ещё какое-то время наш экипаж петлял по узким улочкам города, затем мы выехали на центральную площадь, где я, практически сразу же, заметила знакомую вывеску известного ювелирного дома.

«Изумрудный Дракон» — место, где блистали не только камни, но и вся высшая знать.

Я умышленно проигнорировала этот драконий рай, так как знала: туда мне нельзя. Хозяин лавки знал меня лично, и заявись я к нему с горсткой драгоценных камней, да ещё и с предложением купить их у меня, он бы сразу же сдал меня Шейну.

Но этого я допустить никак не могла.

Выходит, придётся рискнуть и продать камни там, где раньше я не бывала.

И когда карета подъехала к невзрачной ювелирной лавке в конце улицы, я громко постучала в окошко, привлекая внимание возничего

— Останови здесь! — приказала, как только окошечко отъехало в сторону.

Возничий нахмурился, но перечить не стал.

По прошествии пары минут он «припарковал» нашу карету ровно напротив нужной мне лавки.

Я не стала дожидаться, когда возничий соизволит открыть для меня дверцу, а сама распахнула её и сошла на мостовую. Накинув капюшон на голову, я решительно направилась мимо сошедшего на землю возничего.

— Подожди меня здесь, — бросила через плечо, проходя мимо него.

Но далеко уйти мне не удалось.

Не прошло и пары секунд, как слуга догнал меня и встал на пути со словами:

— Госпожа! Его светлость не велел покидать вам карету!

Я остановилась, приподняла капюшон, чтобы он мог видеть мое лицо, и холодно произнесла:

— Но я не пленница и вольна поступать так, как хочу! Так что дай мне пройти!

Я заметила, как у возничего дёрнулся глаз.

— Не велено, — вновь пробухтел он, продолжая стоять на месте. — Я отвечаю за вашу безопасность перед его светлостью.

Я усмехнулась. Какая ирония! Шейн заботится о моей безопасности? Смешно!

— Передай его светлости, что я сама несу за себя ответственность, — отрезала я, глядя возничему прямо в глаза. — И я не нуждаюсь в его опеке. Больше не нуждаюсь.

Мужчина, казалось, был готов взорваться от собственного бессилия. Я видела, как он сжимает кулаки, но прикоснуться ко мне, чтобы насильно вернуть в экипаж, он не смел. Все-таки, я всё ещё была законной женой его господина, и если бы он тронул меня, то навлёк бы на себя гнев дракона.

Возничий попятился, и я уже было решила, что победила, но, неожиданно, он сделал широкий шаг вперёд и вновь перегородил мне дорогу. Его лицо, и без того багровое, налилось еще большей краснотой.

— Простите, госпожа, но… не пущу!

Вот же… упёртый баран! Впрочем, на что я рассчитывала? Я же знала, что именно так и будет.

И всё же, я же должна была попытаться!

Смерив возничего убийственным взглядом, я повернулась и сделала вид, что хочу вернуться в карету. Но не дойдя до неё пару шагов, вскрикнула и согнулась пополам.

— Что с вами, госпожа? — раздался над ухом встревоженный голос.

— Ох, — простонала я, хватаясь за живот. — Мне… мне нужно в уборную.

В ответ тишина.

Тогда я медленно обернулась и вскинула взгляд на возничего.

Тот, сконфуженно, отвёл глаза в сторону и едва слышно произнёс:

— Не велено отпускать… Нужно терпеть…

— Ты издеваешься? — взорвалась я. — До имения ещё несколько дней пути! А ну пропусти!

Я оттолкнула мужчину и пулей пролетела мимо него. В этот раз он не стал меня останавливать. Я же забежала за угол той самой лавки, в которую так стремилась попасть, и, прижавшись спиной к шершавой стене, попыталась отдышаться.

Фух…

Неужто мне удалось сбежать от него.

Оставалось дело за малым — пробраться незамеченной внутрь лавки.

Глубоко вздохнув, я решительно выглянула из-за угла.

Возничий продолжал стоять у кареты, понуро опустив голову. Наверное, он заранее представлял, какой нагоняй получит от Шейна, за то, что проворонил меня. Выждав, когда он отвернётся, я мышкой прошмыгнула к двери и практически вбежала в лавку, отчего колокольчики над дверью издали нервную трель.

Внутри оказалось на удивление тихо и сумрачно. Совсем не так как в «Изумрудном Драконе». Там было яркое освещение, здесь же тяжелые портьеры на окнах практически не пропускали света, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы зрение адаптировалось.

А когда глаза немного привыкли, я увидела, что за прилавком, отполированным до блеска, стоит человек. Он был не высок, сухощав и одет во что-то вроде длинного камзола из темной ткани. Голову его украшала забавная шапочка, расшитая какими-то непонятными символами. На носу покоились очки в тонкой серебряной оправе, а в руках он держал лупу, с помощью которой рассматривал что-то мелкое и, очевидно, очень важное.

Настолько важное, что, несмотря на звон колокольчиков, он даже не поднял головы.

Я откашлялась, привлекая его внимание.

Мужчина вздрогнул и перевёл взгляд на меня. Пару минут он внимательно рассматривал мой образ, словно прицениваясь стоит ли вообще тратить на меня своё драгоценное время, затем удовлетворенно кивнул и, отложив лупу в сторону, расплылся в дружелюбной улыбке.

— Доброго дня вам, милая леди, — елейно пропел он и зазывно помахал мне рукой. — Прошу вас, пройдите сюда…

На первый взгляд хозяин этого места показался мне вполне порядочным человеком.

И казалось бы, что может пойти не так?

Но тогда, я даже помыслить не смела, чем обернётся мне посещение этой лавки…