Развод в 45. Второй шанс (СИ)

Глава 18

Глава 18

Просыпаюсь от птичьего гомона. Одеваюсь в лёгкое ситцевое платье. Голубое, в белый горошек. Купила на прошлой неделе в деревенском магазине за копейки. Подхожу к зеркалу.

Смотрю на себя критически. Похудела ещё килограмма на четыре за последний месяц. Постоянная работа на участке, жара, простая еда делают своё дело. Лицо загорело, скулы проступили чётче. Волосы отросли до плеч, крашу теперь сама раз в месяц.

Выгляжу… иначе. Не той затурканной домохозяйкой, что была полгода назад.

Спускаюсь, завтракаю на крыльце. Чай, хлеб с мёдом. Смотрю на участок. Грядки зеленеют, огурцы плетутся, помидоры краснеют. Всё это я вырастила сама.

– Доброе утро! – голос Михаила Петровича раздаётся со стороны забора.

Оборачиваюсь. Он идёт с ведром вишен.

– Доброе утро. Урожай собираете?

– Да. Вишня уродилась на славу в этом году. Возьмите, сварите варенье или компот.

Ставит ведро у моей калитки.

– Спасибо большое. Я вам пирог испеку вечером, принесу.

– Буду очень рад.

Уходит к себе. Я заношу вишню в дом, начинаю перебирать. Три часа варю варенье. Жара на кухне адская, но результат того стоит, пять литровых банок густого ароматного варенья.

После обеда иду в огород. Полю грядки, поливаю. Спина затекает, руки покрываются новыми мозолями поверх старых. Но останавливаться нельзя, сорняки растут быстрее овощей.

К вечеру замешиваю тесто, пеку большой вишнёвый пирог. Остужаю, накрываю полотенцем.

Переодеваюсь в чистое платье. Зелёное, с коротким рукавом. Тоже недавняя покупка. Расчёсываю волосы, заплетаю в косу. Крашу ресницы тушью, наношу блеск на губы.

Смотрю в зеркало. Незнакомая женщина смотрит в ответ. Загорелая, постройневшая, со свежим лицом.

Беру пирог, иду к соседу.

Михаил Петрович встречает на веранде. Видит меня, замирает на секунду.

– Это платье вам очень идёт, – говорит он. – Подчёркивает цвет глаз.

Краснею:

– Спасибо.

Ставлю пирог на стол. Михаил Петрович разливает чай в большие кружки.

– Как дела на участке? – спрашивает.

– Огурцы начали плодоносить. Помидоры зреют. Кабачков столько выросло, не знаю куда девать.

– Отнесите в деревню, на рынок. Продадите легко.

– Неудобно как-то. Не привыкла торговать.

– А чего стесняться? Вырастили своим трудом, имеете право продать.

Задумываюсь. Он прав. Деньги не лишние. От наследства осталось совсем мало, экономлю на всём.

– Попробую в субботу съездить.

Едим пирог, пьём чай. Разговор течёт легко. Михаил Петрович рассказывает о своей работе архитектором, показывает старые фотографии проектов. Я слушаю, задаю вопросы.

– А вы почему не работаете? – осторожно спрашивает он. – В вашем возрасте рано на пенсию.

– В моём возрасте никто не берёт на работу. Слишком большой перерыв, нет опыта. Пыталась искать полгода назад, везде отказ.

– Может, не там искали?

Пожимаю плечами.

Сидим до темноты. Говорим обо всём, о жизни, книгах, воспоминаниях. Легко и спокойно.

– Спасибо за вечер, – говорю, поднимаясь. – Мне пора.

– Спасибо вам за чудесный пирог. Заходите ещё.

Иду домой через тёмный участок. Звёзды яркие над головой. В груди непонятное тепло.

Каждый вечер после работы на огороде иду к Михаилу Петровичу. Он варит ужин, я приношу выпечку или овощи. Сидим на веранде, разговариваем допоздна.

Он рассказывает о покойной жене. Голос дрожит, но говорит. Я слушаю молча, иногда кладу руку на его ладонь.

Я рассказываю об Игоре, о разводе, о предательстве. Не всё сразу, постепенно. Михаил Петрович не перебивает, не осуждает. Просто слушает.

– Вы очень сильная женщина, – говорит он однажды. – Не каждая в вашей ситуации выдержала бы.

– Не чувствую себя сильной.

– Но вы сильная. Начали жизнь с нуля, работаете до седьмого пота, не сломались. Это достойно уважения.

Слова греют душу. Давно никто не говорил мне таких вещей.

Вечера становятся холоднее. Сидим на веранде Михаила Петровича, укрывшись пледом. Пьём горячий чай, смотрим на звёзды.

– Знаете, – говорю я, – первый раз за много лет чувствую себя живой. Настоящей. Не чьей-то женой, не чьей-то матерью. Просто собой.

Михаил Петрович берёт мою руку. Накрывает своей ладонью. Большая, тёплая, надёжная.

– Вы прекрасны такая, какая вы есть, Марина.

Смотрю на него. Седые волосы, глубокие морщины вокруг серых глаз, добрая улыбка. Красивый мужчина. В его глазах искренность, уважение, восхищение.

Сердце колотится.

Он наклоняется медленно. Даёт мне время отстраниться. Не отстраняюсь.

Губы касаются моих. Мягко, осторожно, без напора. Замираю на секунду, потом отвечаю на поцелуй.

Целуемся долго. Неспешно. Руки сами тянутся к его плечам.

Отстраняемся одновременно. Дышим тяжело.

– Прости, – шепчет он. – Не хотел торопить события.

– Не извиняйся.

– Мне нужно время привыкнуть, – добавляю тише. – После Игоря… страшно довериться снова.

– Я подожду. Столько, сколько нужно.

Сижу ещё час, потом ухожу домой. Всю дорогу прикасаюсь пальцами к губам.

Дома долго не сплю. Лежу с открытыми глазами, думаю о поцелуе. О Михаиле. О том, что может быть между нами.

Страшно. Очень страшно. Что если снова ошибусь? Что если он окажется таким же как Игорь?

Но внутренний голос шепчет: нет, он другой. Это видно по мелочам. Как помогает, не требуя благодарности. Как слушает, не перебивая. Как смотрит с уважением.

Засыпаю только под утро.

Просыпаюсь от стука в дверь. Открываю заспанная. Михаил Петрович стоит на пороге с термосом и пакетом.

– Доброе утро. Принёс завтрак. Подумал, ты после вчерашнего волнуешься. Хотел показать, что всё нормально, ничего не изменилось.

Сердце сжимается от нежности.

– Спасибо. Проходи.

Завтракаем на кухне. Он принёс блинчики с мёдом, горячий чай. Едим молча, изредка переглядываемся.

– Марина, – говорит он наконец. – Я не хочу торопить тебя. Мы можем просто дружить дальше, если тебе так комфортнее.

– Нет, – качаю головой. – Я хочу… попробовать. Но медленно. Без спешки.

– Как скажешь.

Улыбается. Я улыбаюсь в ответ.

После завтрака он уходит. Я остаюсь сидеть на кухне, смотрю в окно. На душе легко.

Проходит неделя. Мы встречаемся каждый вечер. Иногда целуемся на прощание. Коротко, нежно.

Однажды вечером звонит телефон. Кристина.

– Мам, у меня новость!

– Какая, солнышко?

– Я беременна! Четыре месяца! УЗИ сегодня делала!

Сердце подпрыгивает от радости:

– Поздравляю! Я так счастлива! Когда рожать?

– В феврале. Мам, ты будешь бабушкой!

– Буду самой лучшей бабушкой.

Разговариваем час. Кристина рассказывает о беременности, о планах, о страхах.

– Приеду к тебе на выходных, – говорит она. – Хочу увидеть как ты там живешь.

– Приезжайте с Артёмом.

Вечером делюсь новостью с Михаилом.

– Поздравляю! – обнимает он меня. – Внуки это счастье.

– Нужно будет обустроить комнату для них. Чтобы приезжали летом.

– Обязательно обустроим.

Сидим, строим планы. Он предлагает идеи, я дополняю.

В один из таких спокойных вечером внезапно звонит телефон. Незнакомый номер.

Беру трубку:

– Алло?

– Марина? – женский голос. Знакомый до боли.

Алина.

Кровь стынет в жилах.