Сапфировое сердце для темного принца драконов (СИ)

29

Риордан Обсидиан Драгоценный, правая Лапа армии

— Напомни, откуда в академии оборотень? — недовольно спросил Алмаз, глядя на среднестатистического черного волка с проблесками ранней седины.

Действительно ранней. Они, как и другие магические существа, жили гораздо дольше обычных людей. А еще отличались ускоренной регенерацией и силой. Необычные создания, о природе которых до сих пор ходят споры. Одна из версий: пробуждение в людях духа зверя.

Существовало поверье, что у каждого лишенца имелось свое тотемное животное, с которым ощущалась наибольшая связь. Оно определяло людские навыки, поведение и даже характер. Во время Великого перехода хлынувшая магия задела многих, высвобождая самое потаенное. Так духи зверей обрели силу, чтобы влиять не только на внутреннее «Я», но и на физическую оболочку. Превращая людей в разумных животных. Началось видовое разделение двуипостастных и их расселение по миру.

— Подозреваю, что всему виной его супруга, — ответил задумчиво.

— Скорее всего. От женщин одни беды, — пробурчал младший.

Свободолюбивые оборотни, особенно волки, редко селились среди других существ. Еще реже брали в жены представительниц магических видов. Вольф Блайд сумел удивить, не только женившись на феиде, но и преподавая в академии. Успешно преподавая, если судить по физической подготовке старшекурсников. Младшие в данный момент представляли собой жалкое зрелище. Все, кроме русалины.

— Хороша девчонка, — прокомментировал очевидное брат. — И да, я все еще злюсь из-за твоего вмешательства.

— И вмешаюсь снова, если попробуешь воспользоваться своим положением, — произнес тихо, но зловеще, чтобы младший осознал степень моего недовольства.

— Я пользовался исключительно природным обаянием! — возмутился Алмаз, а затем присвистнул: — Вот это поворот!

Лазурная сбросила оборотня в грязь.

Я видел, как она замирает на месте, словно покорная жертва перед хищником. Отвлекает обманным маневром, обещая легкую победу, а в следующий миг изгибается под невероятным углом и уходит в сторону. Ничего не подозревающий волк пошатнулся, а затем полетел гордой птицей в лужу.

— Упыря мне в любовницы! — выругался младшенький. — Он ее прибьет!

Я склонялся к такому же мнению. В моменты ярости животная сторона брала верх над человеческой. В таких случаях двуликий мог навредить не только себе, но и окружающим. Следовало вмешаться, пока магистр не напал на одну безголовую русалину и ее однокурсниц.

Осмотревшись, я пошел на нарушение этикета и вместо того, чтобы воспользоваться лестницей, выпрыгнул из окна. Благо, всего второй этаж. Рядом приземлился брат и мы поспешили к тренировочному полю. В отличие от студенток, оборотень заметил нас сразу. Смерил недовольным взглядом, но без агрессии. Затем и вовсе фыркнул и демонстративно повернулся облезлым хвостом. Лишняя демонстрация отношения к правящей верхушке и драконам в целом.

— Вот это самоконтроль, — уважительно протянул Алмаз.

— Да, вызывает уважение. Идем обратно, пока нас не заметили.

— Еще чего. И отказать себе в удовольствии осадить зарвавшихся девиц?

— Если ты опять про Лазурную…

— К ней как раз вопросов нет. Девочка себя отлично показала. А вот других грязнуль стоит вывести из этой гонки невест.

— Что за гонка?

— О-о-о, ты не слышал? Малышки решили устроить отбор в невесты драконов. И что-то мне подсказывает, из этой истории торчит милый хвостик твоей русалины.

— Не слышал, но теперь жажду подробностей.

Брат бросил на меня насмешливый взгляд, произнес одними губами: «Потом», и подкрался к ничего не подозревающим студенткам.

— Доброе утро, леди, — чарующий голос разнеся над полем подобно звуку набата, вызывая коллективный писк.

Непередаваемое выражение ужаса на лицах потенциальных охотниц на принцев сделало мой день. Мелочь, а приятно.

— Хорошо выглядите! — Явная насмешка заставила девчонок опустить головы и сделать дружный шаг назад, пытаясь спрятаться за спиной единственной уцелевшей однокурсницы. — А ты — особенно!

Начинается.