Единственное, в чем я уверена на сто процентов: если я не сделаю того, что делаю, — задохнусь.
А НЕ уверена я во всем остальном, в том числе имеет ли моя поездка вообще хоть какой-то смысл, но истории Паши в соцсетях практически полностью копируют истории его друга, так что местоположение Багхантера в данную минуту почти не вызывает сомнений.
Мне достаточно этого «почти», чтобы чувствовать себя падающей вниз на качелях. Меня просто несет вперед, потому что Багхантер… мой магнит!
Вместе со сборами и дорогой у меня ушло примерно сорок минут, чтобы добраться до знакомого спорт-бара, но свой сторис Паша опубликовал всего пятнадцать минут назад, так что его местоположение по-прежнему почти наверняка известно.
Это дает мне противозаконный прилив энергии несмотря на то, что, по ощущениям, меня могло бы развернуть в обратном направлении даже порывом ветра.
Я чувствую себя пугливым котенком!
Я каждый метр преодолеваю так, будто крадусь.
Кручу по сторонам головой, войдя в бар. Оборачиваюсь, оказавшись у стойки, рассматриваю лица. При том, что все столики заняты, здесь, кажется, никогда не бывает битком, потому что между ними не пожалели расстояния.
Я не вижу знакомых лиц, искать их я и не планирую. Я просто вешаю сумку на спинку барного стула и забираюсь на него сама.
Прилив энергии у меня действительно живительный, ведь я умудряюсь даже улыбнуться бармену, хотя в последнюю неделю моя мимика была нулевой. Каменной. А если нет, ощущения были такие, будто мое лицо с меня стекает.
Сейчас я чувствую себя ожившей!
Пытаюсь освоиться в обстановке, чтобы моя одинокая фигура у барной стойки не выглядела деревянной. Хочу выглядеть непринужденно. Женственно.
Я не знаю, за каким Паша столиком, но выяснять это в мои планы не входит. По крайней мере, не с порога.
Он в любом случае не сможет меня не заметить, если соберется уйти, ведь я сижу прямо у входа…
— Спасибо… — Я кладу пальцы на ножку бокала, который выставил передо мной бармен.
Бросаю взгляд на дальний столик, за которым бурная реакция на голевой момент в футбольном матче, что транслируют на всех мониторах.
Я пришла, чтобы… просто встретиться.
Очевидно, что это не случайная встреча, но я и не скрываю.
У моего сердца снова частый стук, но эти удары не тяжелые, а легкие. Ощущаются почти как щекотка.
Я снова оборачиваюсь, на этот раз просто вижу движение сбоку. И я уверена, удивление на лице Альбины настоящее, когда мы встречаемся глазами через стоящего рядом со мной парня. Он подошел минуту назад.
Мне хочется взвыть, потому что я чувствую смущение, ведь Альбина — последний человек, которого я хочу сейчас видеть. Конкуренцию ей может составить только Макс!
Я киваю ей и отвожу взгляд. Смотрю на свой мохито, вертя туда-сюда ножку, но в этот день моя подруга оказывается очень вежливой: не дожидаясь, пока парень заберет свое пиво, она обходит его и оказывается со мной рядом.
Сегодня у нее на голове косынка в виде флага какого-то футбольного клуба.
Судя по всему, она приобщается к спорту со скоростью света, и я не знаю, почему так дерьмово на это реагирую. Мне хочется скривить губы.
Мы и раньше могли неделями не общаться, но это не ощущалось… так комфортно.
Мне стало комфортно не искать с ней контакта.
Даже не знаю, когда это случилось. Возможно, когда я поняла, что Альбина никогда не приглашает меня в свою жизнь, если та бьет ключом.
Например, мы ни разу не были вместе на отдыхе, у Альбины всегда находились веские причины не совпадать со мной в планах, и это никогда не коробило меня так, как теперь. Поэтому я поддерживаю ее попытку сделать вид, что напряжения между нами не существует. Общаться… будто незнакомки.
Подруга выгибает брови, даже чересчур эмоционально выпаливая:
— Откуда ты здесь?!
Мы с ней точно на разных батарейках: Альбина просто излучает позитив и энергию, а я… все еще боюсь порыва сквозняка, которым меня отсюда сдует на раз-два. Поэтому я прячу глаза. Прячу глаза и ухожу от ответа.
— Я… Привет, — говорю я.
— Кого ждешь? — спрашивает Альбина, теперь уже преувеличенно весело.
— Никого… — говорю я поспешно.
Я жалею о сказанном сразу же, поэтому опять перевожу тему:
— Как дела?
— Просто супер. Наши впереди, — показывает Альбина на свою косынку. — Мне Хантер проспорил деньги…
Мой пульс об эти слова спотыкается.
Альбина резко оборачивается, когда за ее спиной появляется какой-то мужчина. Она двигается чуть в сторону, чтобы уступить ему место. Смотрит на меня.
Я спрашиваю, прогнав из голоса эмоции:
— Много проспорил?
— Один биткоин, — смеется подруга, затем спрашивает. — Вы разминулись? Или так задумано?
Несмотря на то, что ее вопрос прозвучал без особой заинтересованности, она снова выгибает брови.
Я ощущаю себя голой, но сейчас в этом нет ничего приятного! Я чувствую чертово стеснение…
— Мы… друг друга не поняли… — отвечаю я.
— Ясно… Лезу не в свое дело?
— Не парься, — улыбаюсь я.
Она слегка теребит косынку и говорит:
— Паша ушел.
Ушел?
— Я его разорила, и он уехал. Шучу. Про биткоины, — поясняет она. — Я когда узнала стоимость одной монеты, отказалась с ним спорить. Но он все равно уехал… минут… десять назад…
Теперь прилив посетившей меня энергии я чувствую в разы острее. Именно сейчас, когда она схлынула в ответ на слова подруги. Я вмиг становлюсь пустой!
И теперь я, по крайней мере, уверена, что не зря приехала. Теперь, когда перспектива увидеть Багхантера испарилась, я отчетливо понимаю, как сильно этого в действительности хотела.
Зыбкими были мои решения или нет… Недели мне хватило, чтобы до этой встречи дозреть…
Я не могу прятать эти эмоции. Я запиваю их коктейлем, лишь бы не смотреть на Альбину.
Бармен выставляет перед ней маленький бокал пива, подруга забирает его без промедлений.
— Я побежала, — говорит она. — Самое интересное начинается…
Я просто киваю и считаю до пяти, прежде чем отодвинуть от себя стакан и дернуть сумку со спинки стула. И мне даже плевать, станет ли Альбина свидетелем этого моего бегства...