Роман
Я и сам точно не знаю, что это было: искреннее желание стать лучшей версией себя или тайный план довести Ягодку до точки кипения. А, впрочем, одно другому не мешает…
Вообще, изначально я реально решил, что надо попытаться стать более романтичным. Юным девушкам не нравятся похотливые жеребцы, им подавай слюнявых трубадуров. Ну я и обеспечил Лере всю эту лабуду: цветочки, конфетки, романтичные прогулки, держась за руки.
И это сработало!
Она весь день смотрела на меня с нескрываемым восторгом. Но в глубине ее бирюзовых глаз плескалось что-то еще. Мне все больше и больше казалось, что романтичных восторгов и розовых соплей ягодке не достаточно.
Она хочет большего. Точно, хочет!
Иначе почему она так прижималась ко мне в машине на обратном пути, укладывала свою голову на плечо и как бы невзначай тянулась ко мне губами… Когда я понял, что она мечтает о поцелуе, во мне проснулась коварная сволочь.
Я по-братски чмокнул ее в щечку и с извращенным наслаждением наблюдал за ее обиженным и разочарованным личиком. Она пыталась делать вид, что все нормально, так и было задумано. А у самой губы надулись от обиды, а в глазах чуть ли не слезы стояли от вселенской несправедливости. Ну, как же, ягодка хочет целоваться, а ей не дают!
Забавно оказаться по другую сторону баррикад…
Надолго меня, конечно, не хватит. Но я не могу отказать себе в удовольствии полюбоваться на ее обиженную мордашку, когда она решит, что я и сегодня буду спать отдельно.
Я невозмутимо раскладываю диван. Она таращится на это действо с плохо скрываемым разочарованием. Очень плохо у тебя получается прятать свои эмоции, моя любимая Ягодка!
Ладно, еще пару минут поиздеваюсь, и все.
– Ты уже спать? – с показным равнодушием спрашивает Лера. – Вроде еще рано…
– Что-то вымотался сегодня, – говорю я.
Демонстративно зеваю. И снимаю футболку.
Ягодка завороженно таращится на мой пресс. Да, он того стоит! Я пять раз в неделю впахиваю в зале – снимаю стресс и заодно обрастаю мышцами.
Мои кубики достойны того, чтобы ты их погладила, моя озабоченная Ягодка.
Ее глаза скользят ниже – да-да, совершенно точно, юная скромница пялится на мой член!
Я приказываю ему: “Лежать!” И нечеловеческим усилием воли мне удается подчинить самую своенравную часть собственного организма.
Он лежит из последних сил. Выполняет приказ. Я снимаю шорты – типа собираюсь спать.
А Ягодка вдруг выдает командирским тоном:
– Трусы тоже сними.
– Зачем? – в обалдении я не могу придумать более остроумного вопроса.
– Я еще ни разу не видела твой член в сложенном виде. Любопытно взглянуть.
И смотрит на меня с высокомерным видом профессора, рассматривающего в микроскоп интересную букашку.
Ах ты, мелкая зараза! Любопытно ей, видите ли…
Ты же не думаешь, что я засмущаюсь и не сниму трусы? Так вот, имей в виду – смущением я никогда не страдал.
Мгновение – и я избавляюсь от боксеров.
Член, недавно получивший строгое предписание сидеть тихо и не высовываться, почуяв свободу, начинает расправлять плечи. Он поднимается и увеличивается в размере, а Ягодка таращится него с изумлением и восторгом.
– Ничего себе! – выдает она. – Интересная штука. Раскладывается, как объектив фотоаппарата. А обратно сложиться он может?
Я ржу.
– Может. Но только после того, как получит порцию любви и ласки.
– А, понятно, – равнодушно произносит ягодка. – Значит, вот как это работает. Буду знать.
Она разворачивается и собирается уходить… Несмотря на то, что я стою тут без трусов со стоящим членом!
– А потрогать его тебе не любопытно?
– Что? – рассеянно оборачивается Лера – А, нет, спасибо. Я спать. Тоже что-то устала сегодня…
Она зевает, потягивается, футболка обрисовывает ее торчащую грудь с напряженными сосками… Ягодка вышла из душа без лифчика. Специально.
И соски у нее торчат отнюдь не случайно. Она возбуждена, я это вижу и по ее поплывшему взгляду, и по тому, как она облизывает губы и как…
О, боги!
Она еще и наклоняется! Вроде как поднимает упавший на пол пульт от сплит-системы. Зачем он ей сейчас понадобился, хотел бы я знать! Слишком жарко?
О, да! Тут просто адская жара.
Длинная футболка задирается, перед моим взором оказывается “Ламборгини”, обтянутая то ли микро-шортиками, то ли трусиками.
Маленькая стервозная мышка играет с озабочненным котярой! Дразнит его своей почти голой попкой.И откуда только у такой неопытной девчонки столько дерзости?
Она выпрямляется. Я уже позади нее, обхватываю ее сзади, прижимаясь напряженным членом к самой обожаемой части ягодкиного тела.
Шепчу ей в ухо:
– Ты точно хочешь спать и не хочешь ничего больше?
– Ага. Засыпаю на ходу.
Она снова демонстративно зевает, прикрыв рот ладошкой.
– А удобно тебе будет спать такой… мокрой?
Мои пальцы уже в ее трусиках. Да она как утренняя роза, наполненная росой!
Я реально думаю такими словами? Охренеть.
– Вполне удобно, не переживай, – лепечет она.
Ее глаза закатываются, она прижимается ко мне и цепляется руками за мою шею, чтобы не упасть. Потому что мои пальцы в ее трусиках нащупали самое чувствительное местечко и рисуют там знак бесконечности. А моя вторая рука сжимает ее грудь…
– Пойдешь спать? – хриплю я. – Одна?
– Ага. Уже ухожу…
– Ну, тогда не буду тебя задерживать.
Я прекращаю свои простые движения. Это стоит мне немалых усилий, но я останавливаюсь.
Это уже дело принципа! Я хочу, чтобы она призналась, что сгорает от желания. Что хочет меня.
Она должна признаться первой. Она, а не я!
Я не могу позволить, чтобы меня сделала неопытная девчонка!
Но она… стоит, пошатываясь, оглядывается, смотрит на меня мутными глазами. Явно поплыла… Но все же берет себя в руки и идет к двери в спальню.
Фак!
Она уже была в моих руках!
Дверь хлопает.
Она меня все-таки сделала!
Да плевать. Плевать на все принципы и соревнования на стойкость. Плевать на все…
Через секунду после того, как дверь захлопнулась, я оказываюсь рядом с ней. Резко дергаю ее на себя.
И мне прямо в руки падает моя сладкая Ягодка…
– Я не хочу спать, – страстно шепчет она, прижимаясь ко мне трепещущим телом. – Я хочу тебя. Я так сильно хочу тебя, что сейчас умру, если ты не…
– Не… что?
Прости, моя сладкая, я просто не могу удержаться от этого вопроса. Твой бессвязный лепет заводит меня как распыленная в воздухе “Виагра”.
– Я хочу, чтобы ты вошел в меня. Хочу чувствовать тебя внутри. Хочу, чтобы твой огромный Волан де Морт устроил для меня апокалипсис…
Уговаривать меня точно не нужно.
Я бросаю Ягодку на кровать. Судорожно натягиваю презерватив. Наблюдая, как она снимает футболку и трусики.
Сама! Для меня…
Мне очень хочется перевернуть ее на живот и войти сзади. Но, я думаю, время для таких экспериментов еще не пришло. Но оно придет очень скоро. Например, завтра.
А сегодня у моей девочки всего лишь второй раз…
Но она сама раздвигает передо мной свои стройные ножки. Нетерпеливо подается мне навстречу. Хватает меня за шею, тянет к себе, шепчет:
– Я хочу тебя!
– Все для тебя, моя Ягодка! Сейчас мы с моим лысым другом устроим тебе самый настоящий армагедец…
Я врываюсь в нее. Она стонет, а у меня все тело сводит судорогой невыносимого наслаждения.
Узкая, горячая, тесная…
Только моя!