Только (не) ты

Глава 14

От лица Риты

Остатки сознания во мне ещё есть. Я прекрасно понимаю, что происходит, отдаю в этом отчёт. Знаю, кто передо мной.

Но то, как он целует… Сложно остаться безучастной. Мне хочется погрузиться в эти ощущения по максимум, ведь мало кто прежде одним только поцелуем доводил меня до мурашек. Я ведь и вчера еле оттолкнула. А сейчас вдруг решаю, что почему бы и нет. Всё вообще как-то проще воспринимается, разум уступает место удовольствию.

Мой язык толкается навстречу его, а губы расслабляются. Тепло… Нет, даже горячо.

Марк целуется особенно: глубоко, уверенно, профессионально. А уловив мой отклик, вдруг замирает, позволяя мне вести поцелуй на свой настрой. Так, будто ему это важно или не хочет спугнуть. Не знаю, откуда это ощущение, но я ему поддаюсь, заряжаясь желанием внести в поцелуй немного эмоций. Непонятное желание, но обдумаю потом. Сейчас не до того.

Теперь целую я, и делаю это по-своему: робко, нежно, пробуя на вкус. Так, словно мы незнакомцы, случайно увидевшие друг друга и захотевшие познакомиться ближе. Пяти лет больше нет, нет и событий, связанных с будущей фиктивной свадьбой — здесь только я, расплавляющаяся от умелых ласок, и безумно притягательный мужчина, которого хочется распалять, заводить, пробовать.

Сразу подстроившись под действия моих языка и губ, Марк отвечает мне в такт, сильнее обхватывает талию руками, прижимая подрагивающее тело к своему. О да, самое то… Я как раз теряю опору, а его сила приятно обволакивает. Хочется ощутить её ещё больше, хочется узнать, каков Марк в сексе, если уже от поцелуя так крышесносно. Да и тот оргазм, пять лет назад, был самым ярким и продолжительным в моей жизни.

Кажется, мы оба не в силах оторваться друг от друга. Боремся за право доминировать в поцелуе, но Марк недолго даёт мне почувствовать себя главной, обрушившись на мои губы с такой жадностью, что я моментально обмякаю в его руках, податливо позволяя вести, куда и как он хочет. А хочет он неудержимо, и ясно даёт мне это понять движениями языка, чуть ли не имитирующими желанный для обоих акт.

От подобных манипуляций я не могу сдержать тихого стона, выгибаясь в руках Марка навстречу, приоткрывая шире рот. На кухне резко поднимается температура в воздухе, не хватает кислорода, а в голову сильнее поступает алкоголь.

Марк первый отрывается от моих губ, которые ощутимо даже для меня припухли после поцелуя. Смотрит затуманенным взглядом, а потом вдруг говорит:

— Кажется, кому-то пора в кроватку, — ласковые нотки его голоса завораживают.

— Отличная идея, — мурлычу я, притягивая его за ворот рубашки ближе.

Чувствую, как тяжело он дышит, как стремится ко мне не меньше, чем я к нему сейчас. Понятия не имею, что между нами происходит, но мне и неважно. Понимаю одно — стоит погрузиться в это хоть раз.

— Я вынужден напомнить, что ты выходишь замуж за моего брата, — хрипловато поддразнивает Марк, подхватывая меня на руки.

Надо же… Я даже не сразу понимаю, о чём он вообще. Хмурюсь, пытаясь осознать.

— Но хочу тебя, — машинально отвечаю, обвивая его за шею. Всё равно несёт наверх, там смогу убедить остаться.

Ведь наше влечение слишком ощутимо взаимно.

— Ты пьяна, — ласково возражает Марк. — Протрезвеешь и будешь рада, что я оказался благоразумным, — последнее слово он выделяет с пренебрежительной иронией к себе. Явно не рад, что так ведёт себя, на деле хочет другого.

И мне бы зацепиться за это, но подмечаю скорее машинально, всё ещё осмысливая его предыдущее заявление. Брат… Дима… Мой босс… Точно!

Марк ведь прямым текстом мне о своих подозрениях о фиктивности сказал, а я, вместо того, чтобы категорично ему возразить, целовалась с ним жарко, а теперь чуть ли не домогаюсь. Разве это поведение любящей невесты? Я сейчас, как никогда, близка к провалу нашего с боссом плана.

Но почему-то совсем не страшно. И не стыдно. Странно, но во мне сейчас чуть ли не уверенность, что Марк ничего об этом не скажет Диме, не станет давать делу ход. Ведь если бы он хотел использовать это против нас, наверное, не укладывал бы меня сейчас так заботливо в постельку. У него же была потрясающая возможность сделать так, чтобы нас застукали за самым интересным, дождаться возвращения матери или даже брата, задерживая меня в постели… Я сейчас такая безвольная была, что такое легко было бы провернуть. Тем более с моей почти неуёмной внезапной тягой к нему.

Она ведь и сейчас не угасает, только разум всё равно включается. Почти что трезвею, глядя, как Марк выключает свет, и, не оборачиваясь, уходит.

Кто бы мог подумать, что из нас двоих именно он остановится? Да ещё и пересилив себя…

Может, Марк не так плох, как я привыкла думать?

Заторможенно перебираю в памяти события, связанные с этим человеком. Меня потихоньку клонит в сон, но перед этим успеваю подумать, что всё-таки этот гад невыносим. Ведь нас обоих обломал! А пять лет назад ему никакие угрызения совести не мешали.

Теперь я вряд ли когда-либо решусь снова с ним целоваться, не говоря уж о большем. Так и буду запрещать себе и никогда не узнаю, каково это — быть с ним по-настоящему, полностью отдаваясь и погружаясь в близость. А ведь это тот ещё соблазн, и Марк наверняка это прекрасно понимает…

Но последней мыслью, перед тем, как я окончательно засыпаю, становится воспоминание его искренне яростного заявления, что я прекрасно знаю, почему он не был на похоронах. Что-то тут не так…

Я просыпаюсь ближе к вечеру, судя по небу за окном. Да и по потемневшей комнате тоже.

М-да… И надо же было так вырубиться! Я ведь ночью нормально спала. Неужели организму мало? Ну да, пьяную меня часто срубает, но могла бы и продержаться, учитывая, что у меня там приготовления к свадьбе шли, телефон внизу оставлен…

Я подскакиваю. Телефон! Может, Марк потому меня наверх и понёс, чтобы в это время успеть нарыть на меня компромат какой. Ну да, запоролено, но при желании можно решить эту проблему.

Но тут же бросаю взгляд на тумбочку и вижу телефон там. А ещё вспоминаю, как уже почти засыпая, видела, что Марк его принёс. Чуть ли не сразу после того, как меня уложил и одеялком укрыл.

Непонимающе хмурюсь. Тогда в чём подвох? И… есть ли он вообще?

Неожиданно заботливый Марк совсем сбивает с толку. Никак не ассоциируется он у меня ни с Димиными рассказами, ни с моими выводами о нём. Более того, я вдруг думаю, что и пять лет назад вроде как не обманывал нас с подругой, действовал прямо, пусть и нагло. Но по сути, мы обе добровольно с ним были. И для обеих этот опыт незабываемым оказался…

Жар подступает к коже, когда я вспоминаю ощущения того вечера. Запретное наслаждение, постыдное удовольствие… Я до сих пор не понимаю, как позволила себя вот так легко соблазнить, и вспоминать об этом неловко даже, но при этом сознаю, что если бы у меня появилась возможность удалить какое-либо воспоминание в жизни, сделать так, чтобы не было чего-то уже произошедшего — я бы не стала. Я не жалею. И не только потому, что оргазм был сильнейший и возбуждение накрывает при одной мысли о нём — это ещё и опыт просто невероятный, тот, который ну очень вряд ли теперь со мной возможен. Да, эмоций было много разных, но оно того стоило.

Но это было тогда. И что простительно девятнадцатилетней неопытной мне, то непростительно мне нынешней, двадцати четырёхлетней, которая к тому же вот-вот выйдет замуж. Ну да, фиктивно. Но от этого уж точно не стоит позволять себе лишнее, скорее наоборот, надо быть ещё предусмотрительнее, учитывая наши с боссом планы. А Марк так вообще его брат.

И потому вместо того чтобы обдумывать его непредсказуемое поведение, мне стоит встать и сделать всё, чтобы задумка Димы не провалилась. Я ведь тоже от этого завишу, на мне кредиты висят. Чтобы их закрыть, придётся постоянно себя прижимать, откладывая с каждой зарплаты солидную часть. Надоело.

Мой решительный настрой позволяет быстро встать, привести себя в порядок и спуститься вниз… Чтобы увидеть за кухонным столом и Марка, и его мать. Тех вкусняшек в шоколаде и бокалов шампанского, кстати, больше нет, всё убрали. Вместо этого аппетитно пахнет чем-то мясным. Не удивлюсь, если это какой-то деликатес, который раньше не пробовала.

Но интерес к блюдам, как и решимость, быстро гаснут, когда я чувствую на себе взгляды. Как-то моментально вспоминается, как я к Марку ещё совсем недавно липла. Его короткий взгляд на меня заставляет ноги чуть ли не подкоситься. Едва стою, не понимая, какие оправдания можно себе найти. Причём даже не знаю, кому их в первую очередь преподнести — себе самой или Марку.

Шагаю вперёд — всё равно меня уже заметили. Попробую вести себя как ни в чём не бывало. Не думаю, что его мать в курсе, смотрела скорее приветливо. Хотя я всё равно не уверена — сложно было что-то подмечать, чувствуя взгляд Марка и вспоминая собственное поведение.

— Кажется, я проспала приготовления к свадьбе, — виновато улыбаюсь, обращаясь в первую очередь к женщине.

— Ой да ничего, Марк сказал, что ты устала, и оно понятно, всё это выматывает, ещё и стресс недавний, — понимающе тараторит она. — Дизайн приглашений я проработала, а остальное мы решили завтра сделать, вместе с Димой, пусть тоже займётся. Марк сказал, что так будет лучше, и я согласна.

Неожиданная информация. Нет, мне, конечно, только выгодно, чтобы босс участвовал в подготовке, ведь одна я могу что-то упустить и в чём-то проколоться, а вместе проще. Но чтобы это было решение Марка?..

Сомневаюсь в реальности происходящего, может, это сон? Ведь ещё недавно старший братец моего босса с впечатляющей уверенностью говорил, что наша будущая свадьба — фикция. А теперь чуть ли не подыгрывает, чтобы нам проще было?

— Тогда никакого девичника? — только и могу, что спросить, хотя, конечно, мне он нафиг не нужен был.

— Почему, его можно сегодня устроить, — с уверенностью отвечает мне снова мать семейства. Видимо, они с Марком успели всё обговорить. — Мы связались с Димой, он тоже считает, что так будет лучше. И завтра будет в норме, обещал не увлекаться, а его друзья гарантировали, что проследят, если что. Так что ты тоже развлекайся сегодня, но без фанатизма.

На какое-то время повисает тишина. Я ловлю на себе чуть более долгий, чем предыдущий, внимательный взгляд Марка. Гулко сглатываю, почувствовав острое желание уйти отсюда. Теперь один его вид напоминает мне о вчерашнем поведении. Я больше не смогу делать вид, что воспринимаю его не больше, чем братом жениха.

На этот раз мой голос звучит хрипловато и ломко:

— Да, пожалуй, свяжусь с девчонками, всё равно проспала весь день, надо встряхнуться.

Хотя, конечно, никто из моего близкого окружения даже не в курсе про свадьбу и ни о каком девичнике не может быть речи. Да и просто встретиться с подругами не тянет, тем более, пить опять. И без того голова тяжёлая.

— Давай, а я пока распоряжусь, чтобы вам с Димой тут порядок навели в спальне, приготовили чего-то вкусненького по возвращению, — мило распылается в понимающей улыбке женщина.

Кажется, она даже не допускает мысли, что я с так называемого девичника могу вернуться куда-то ещё, кроме как сюда. А ведь я собиралась сейчас к себе поехать и там до утра смотреть фильмы, заказав еду. На другой способ отвлечься от лишних мыслей вряд ли буду способна.

— Спасибо, но не стоит, — чёрт, как неловко об этом говорить буквально сияющей доброжелательной женщине, которая ко мне с таким теплом. — Если честно, я не думаю, что мы с Димой сегодня тоже тут останемся…

— Как? — искренне удивляется она. — Но ведь свадьба послезавтра! А приготовления к ней завтра, и вам всё равно завтра сюда ехать, какой смысл? Оставайся, побудем тут семьёй, а после свадьбы уже езжайте куда хотите. Ну правда, зачем эти метания туда-сюда?

Я уже собираюсь воспользоваться тем, что Дима тут недалеко живёт и сказать, что мы всё равно рядом будем, как вдруг вмешивается Марк.

— И вправду, вам лучше как можно больше с матерью побыть, — ровно заявляет он. — Тем более, раз так спонтанно со свадьбой вышло. Да и успеете больше, она в организациях праздников просто ас.

Женщина сияет, улыбаясь сыну, а я пытаюсь успокоить громче забившееся при звуке его голоса сердце. Значит… Марк хочет меня удержать? Но зачем?..

В любом случае, поддаваться нельзя. До свадьбы стоит держаться от него подальше.

— А вот я лучше уеду, — прежде чем я успеваю придумать убедительную причину для отказа, вдруг всё тем же тоном добавляет Марк. — Кое-какие дела возникли, лучше мне быть в моём районе, чтобы удобнее их решать. Справитесь без меня. Завтра, может, заеду, но ненадолго.

В подтверждение своих слов он встаёт, явно намереваясь уехать прямо сейчас.

И тут я чуть ли не позабыв обо всём, в том числе и об осторожности, пытаюсь поймать его взгляд своим. Понять, что происходит. К чему эта внезапная чуткость? У него и вправду дела, или Марк понял, что мне неудобно, и решил ретироваться?..

На меня он не смотрит. Прощается с матерью, переговаривается с ней о чём-то. Но ведь всё равно подойдёт, и мы оба это понимаем. Надо ведь попрощаться и со мной.

И вот этот момент настаёт. Марк приближается ко мне, смотрит в лицо, улыбается… Так и не скажешь даже, что натянуто. Но и чем-то большим, чем дежурной вежливостью, эту улыбку не назвать.

А ведь я совсем недавно красноречиво призналась, что меня к нему влечёт. И это несмотря на всё прошлое, да и на настоящее тоже. И радоваться бы сейчас, что Марк решил замять тот конфуз, но меня от этого его естественного отчуждения чуть ли не холодом обдаёт. Почему-то обидно от того, насколько легко оно ему даётся.

Просто взял и отказался от меня, будто ему это ничего не стоило. Ну нет, стоило, конечно, я это чувствовала, но, видимо, только в тот момент. Теперь забыл явно.

Вздрагиваю, когда чувствую, как Марк берёт меня за руку. Очередная дежурная вежливость — приложиться к ней губами. Вот только касается он как-то нежно ими, слегка проводит ещё… Меня мурашит мгновенно, но стойко держусь на ногах, и даже взгляд не отвожу.

— До завтра, Рита, — низким чувственным голосом прощается Марк. И не дождавшись ответа, разворачивается и уходит.

А моя рука всё ещё ощущает тот его лёгкий поцелуй. Будто он туда под кожу въелся. Закатываю глаза от собственной реакции — ну хватит уже терять мозги от этого мужчины. Мне пяти лет не хватило сделать выводы?..

И как бы внезапно благородно он сейчас себя ни вёл, это не повод думать о нём дольше необходимого. А необходимое — это лишь моменты нашего столкновения, которые я всеми силами должна свести к минимуму.

На так называемый девичник, а если точнее, к себе домой, я всё-таки поехала. Как и собиралась, заказала себе еду и расположилась на диване, приготовившись к разному кино. Понятное дело, что я теперь долго не усну, но где-то под утро всё-таки придётся ехать обратно к матери Димы. Мы с ним уже договорились пересечься после наших увеселительных мероприятий и вместе поехать.

Хотя, конечно, ответил он мне не сразу. Как бы ни пришлось опять проблемы за ним разгребать… Но хоть, судя по голосу, не пьяный был. Да и друзья его обещали присмотреть за ним.

Настойчиво заставляю себя думать именно о боссе и о своих дальнейших действиях с ним. Надо будет по пути к его матери устроить ему разнос за то, что оставил меня одну, чуть не взвалив на меня подготовку к свадьбе. Мы вроде так не договаривались изначально, и пусть я на подчинённой позиции, да и, можно сказать, нанятая им для этого дела, это не значит, что всё самое сложное теперь на меня взваливать надо. В конце концов, это его семья, ему виднее, как там и что. Потому он и должен страховать нас.

Вообще, если подумать, Дима чересчур беспечный. Я ещё в офисе замечала, конечно, что легкомысленности ему не занимать, но не думала, что это настолько запущено, чтобы во всех сферах жизни проявляться. А правда ли мой босс так уверен, что, как убеждал меня, для бизнеса будет лучше, если контролировать его станет он, а не Марк? Старший брат кажется серьёзнее…

Ну вот опять. Опять я думаю о Марке, да ещё и щёки вспыхивают, а пульс подскакивает. Не надо и проверять, чтобы знать это наверняка. А как иначе, когда и в фильме на фоне герои начинают на кухне целоваться, нагло напоминая мне о произошедшем сегодня днём?..

И ладно бы просто томлением по телу отзываться на мысли о Марке, но нет, я всерьёз начинаю размышлять, что могу совершить ошибку, играя за Диму. И это всего за полтора дня, проведённых возле его старшего братца! Вот как он это делает?..

Поджимаю губы и сердито вырубаю фильм, включив первый попавшийся другой. Я уже вписалась в фиктивный брак, отступать некуда. Иначе это точно плохо закончится — Дима красноречиво дал понять. А мне деньги нужны. Кредиты, опять же. Да и работу терять не хочется, не говоря уж о том, чтобы озлобить босса. Разве всё это стоит каких-то дурацких сомнений?..