Глава 3 — Вызывай специалиста-2

Зоя Ивановна Похлёбкина звёзд с неба не хватала. Родилась худенькая, тонкокостная и даже маленькая для своей стати русая девушка в обычной семье, с обычными братьями-сёстрами и не менее обычными семейными праздниками и посиделками.

Следуя семейным заветам и пути предков, до двадцати лет Зоя училась как следует. Никаких тебе мальчиков, прогулок с подругами, походов с друзьями.

Папа говорил, что они все только отвлекают от дипломов и профессии. Всё — тлен и суета. А чтобы слишком не выделялась своей женственностью — причёску покороче, под мальчика.

«Вот будешь с дипломом — тогда и делай что хочешь», — говорили ей уже мама и она лишь кивала в ответ.

Ине было у неё ни мальчика, ни большой крепкой любви, ни романтических отношений. Не делали ей комплиментов за худобу. А на причёски вообще не обращали внимания.

Ситуация могла исправиться после получения диплома, когда на горизонте появился поклонник, который оценил её короткую причёску, зато не обращал внимания на неброскую одежду. Он словно не замечал отсутствие косметики, которую придумал сам сатана, как уверяла бабушка.

Что странно, сами родители вдруг сменили парадигму, взяли ей однокомнатную квартиру к себе поближе, постоянно контролировали и твердили уже следующее:

— Зоя, слушай внимательно. Вот будет у тебя стабильная, хорошо оплачиваемая работа и уважение в коллективе, а дальше делай что хочешь. Уважение в обществе прицепом пойдёт. Все парни твои будут. А этот что? Ни кожи, ни рожи. Где квартира? Машина где? А это что он тебе дарит? Цветы? А куда их потом деть? Ты что — клумба?

Не складывался диалог у родителей с парнем. Зоя уже готова была собрать вещи и рвануть с ним на край света, но избранник вдруг быстро сдался. Отступил и пропал под разными предлогами.

Зоя вздохнула, погоревала немного, но вскоре пришла к выводу, что Похлёбкины плохого своим не посоветуют. Работа, так работа.

Тогда по завету родителей двадцатилетняя девственница с дипломом бухгалтера подмышкой переключилась на освоение профессии.

Никаких тебе походов в магазины за платьями, брендовых телефонов-планшетов, поездок на курорты и глупостей с парнями, которые то курят, то пьют, то не курят и не пьют, а такого не бывает. То не состоят в партии, то состоят, но не в той. То верующие, но не в то. То не верующие вовсе, а как так можно? Могла бы и получше найти.

Плюнула на это дело со сравнениями и поиском Зоя. И денно и нощно сверяла цифры, проверяя бухгалтерию с особой тщательностью. Сначала худо-бедно сводила дебеты с кредитами, а потом смогла бы отличить сальдо, доход и прибыль.

Успех пришёл не сразу, но с двадцати до тридцати Зоя трудилась как лошадь в поле. Правда, вместо поля это была компании «Миссис, мисс и какой-то кипарис», куда пристроил папа сначала на испытательный срок. А годы спустя, в качестве вознаграждения, к очередному юбилею, тридцатилетняя девственница всё-таки достигла определённых успехов. Бонусом от Проведения послужила должность старшего бухгалтера.

Бледная, трудолюбивая, совсем не модель «плюс-сайз», но и не засушенная вобла на пончиках и пирожках, Зоя представляла собой тот тип женщин, которых немногословные мужики называли «бери и жамкай».

Но когда наконец-то стало можно жамкать, мужчины почему-то не торопились выстраиваться в очередь за её прелестями.

«Как же так?» — не понимала Зоя.

Сначала она их не подпускала, потом они уже не замечали намёков.

«Отвыкли, что ли? Неужели короткие волосы, очки с толстыми стёклами и серый костюм с длиной юбкой отпугивают самцов от половых сношений?»

Над этой загадкой Зоя раздумывала уже сама, перестав слушать родителей, пассивных друзей и всезнающих знакомых. Все они как один вдруг почему-то начали кричать «часики тикают! Где ребёнок? Где внуки? Познакомь нас со своим парнем!».

Это, стоит заметить, были те же самые люди, что не пускали её на улицу с первыми признаками сумерек и ждали домой не только после школы, но и института. Потому что семейный ужин — это святое, а общага, походы, вечеринки — зло и проделки лукавого.

Последние два года, ближе к своим сорока, Зоя совсем перестала следить за внешностью и думать о мужчинах как об объектах страсти. Её тонкое и хрупкое, как хрустальное стекло либидо и раньше себя не особо проявляло, а после тридцати пяти хватало и визуального наслаждения, чтобы что-то там внутри немного щёлкнуло, а потом отпустило.

Посмотришь на какого-нибудь красавчика в сериале вечером, представишь, как борщ ему готовишь или котлеты разогреваешь и всё, готово. Потом быстрая перемотка и вот уже сына в школу отводит.

Красавчик — молодец. Даже об одеяло тереться не обязательно. В худшем случае во сне придёт, щеки коснётся и всё. Иди в душ. Дело сделано.

Глядя на себя в зеркало в своей однушке, где даже после выплаты ипотеки было так тесно, что даже кота не стоило заводить, Зоя решила сделать несколько моментов: отрастить волосы, купить платья и записаться в спортзал.

Родители оказались правы в двух моментах: диплом ей действительно пригодился, как и работа.

Получала она теперь более, чем достаточно при её неприхотливом образе жизни. Это при том, что ответственности стало меньше.

А вот с личной жизнью — по нулям.

Но зато жизнь стабильна и без волн. Благо дополнительных мужчин, кроме шефа в их коллективе не было, чтобы терзали сердце внешним видом. А к нему она давно привыкла.

Что до коллектива — он обновлялся каждый год. Юные пигалицы чаще беременели и растворялись в череде отпусков по уходу за ребёнком, чем беспокоились о своём будущем. На таких всегда можно переложить вину на редкие ошибки в отчётах.

«Кто там с них спрашивать будет, пока пелёнки меняют?»

Когда очередная молодая сотрудница уходила в декрет, Зое даже легче становилось. Поправляя очки, она с тоской поглядывала на кабинет директора в конце кабинета. Недели на две-три в обеденное время оттуда перестанут доносится приглушённые возгласы.

Правда, потом придёт очередная «подающая надежды» и подавая кофе к отчёту, «чтобы лучше рассматривалось», сначала покажет грудь, потом попу в наклоне и чулки вместо колготок, а затем всё остальное.

Нет, дело молодое. С кем не бывает? Но через десяток лет на одном и том же рабочем месте Зоя сначала начала замечать закономерность, а потом точно могла сказать, что свободный от уз брака директор уже настолько многодетный отец, что хватило бы на целую улицу.

А ещё Зою бесило, что её в обеденное время НИКОГДА НЕ ВЫЗЫВАЛИ В КАБИНЕТ!

Их, пигалиц, вызывали. А её, специалиста, нет. Утром — пожалуйста. Вечером — нет проблем. А днём, с закрытой на ключ дверью — нет.

Идите, мол, кушать, в другое место.

Затаив обиду, Зоя усердно тренировалась в фитнес-центре, сделала брови и уже подумывала о лазерной коррекции зрения, но не успела довести образ до совершенства.

Однажды, директор растаял, потёк и сломался. Очередная пигалица сначала поставила ему условие «до свадьбы ни-ни», а ему всё-таки интересно! Потом надела на палец кольцо, а затем так крепко взяла за тестикулы, что директора как подменили.

Был Карен Георгиевич Ванесян, а стал Васик.

Сначала Васик просто пытался вернуть утраченное положение в рабочей иерархии. То есть стал злым и кричал больше, чем раньше. Потом начал яростно мастурбировать. Всё так же, в обеденное время, закрываясь на ключ, он заменил одну привычку другой. Правда, теперь уже под звуки порно, а не юных пигалиц. И скорее плодя салфетки в ведре для бумаги, чем решая демографический кризис в стране.

«Но какая разница как мужчина в кабинете избавляет себя от гормонов?», — раздумывала Зоя: «Шеф, всё-таки. Даже — начальство».

Тут-то одинокая Похлёбкина, которой почти стукнуло сорок и решила, что наступил её звёздный час.

Сначала она вывела директора на разговор, впервые надев платье на работу и каблуки подлиннее. А когда Васик начал плакать и жаловаться на судьбу-злодейку, предложила альтернативу.

Что же могла предложить ответственная сорокалетняя девственница директору? Не измену, но и не секс как таковой. Мало ли, институт брака свят, можно и в ад загреметь.

А вот насчёт «ручной работы» в писаниях не особо уточняется. Для здоровья и бодрости духа одному и для карьерного роста другой.

«Если очень хочется, то можно», — с улыбкой предложила Зоя.

Сначала шеф выгнал её из кабинета, словно и не заметил платья. И почти неделю не разговаривал, хоть в кедах приходи или не приходи вовсе.

А затем, когда Похлёбкина начала смотреть вакансии на сайтах по поиску работы, шеф вдруг задумался. Сайты с порнографией всё-таки блокируют один за другим, а старший бухгалтер с серым лицом всегда на рабочем месте. Не видели её никогда в отпусках или на больничных. Молва говорит, что не человек вовсе, робот или андроид на худой конец. Но зачем роботам носить очки? Непонятно!

— Непонятно, но, сука, интересно! — кричал, выбросив очередную салфетку в обеденное время в корзинку для мусора шеф.

Прокручивая возможности дальнейшего развития сюжета, взвешивая все «за» и «против», потёк Карен. А затем даже поплыл как на байдарке по реке своих надежд и ожиданий.

Хряпнув для бодрости двести грамм коньяку, он подобрал голос построже, вызвал Зою в кабинет и сказал уверенно:

— Зоя Ивановна, а давайте!

Зою по отчеству, почитай, лет с пятнадцати называли. Ничего странного. А вот впервые взять в руки хозяйство мужское — оказалось то ещё приключение.

Но чтобы не ударить в грязь лицом, Похлёбкина заранее подготовилась. Много теории пересмотрела, прочитала пособия по круговым движениям рукой и биоэнергетику в ладони развивала. Чего скрывать? Даже домой небольшие гантельки купила, по размеру.

В фитнес-зале-то давно всё затискала. Старший тренер Дарья на неё даже порой с сочувствием смотрела. Знает, мол, что задумала.

«Ничего страшного, лишь бы пригодилось», — успокаивала себя Зоя, снова и снова пальчиками по гантелям елозя. Некоторые даже погнутые в спортзале Юности стояли. Но их не выкидывали, не продавали и на металлолом не сдавали.

Как Зоя впервые взяла в руки член, навыки пригодились. А расслабившись, даже подсела на процедуру.

«Смотри на него, гладь и дёргай. Ничего более того. Чего же проще?», — составляла она для себя инструкцию и записывала в дневник свои внутренние переживания, отмечая все детали, кои включали плюсы и минусы процедуры.

В Японии всё-таки специально обученные медсёстры были для забора спермы в центрах планирования семьи, а она чем хуже? Её жизнь в прямом смысле — в её руках!

С тех пор пять дней в неделю, она отводила полчаса на обед, а полчаса на прокачку бицепса правой руки. Сюда же можно было добавить усиленный хват пятернёй, систему подкрута и основы массажа в кабинетных условиях в позиции на коленях, в полуприсяде или на кресле рядом.

Она даже морально была готова к усложнению процедуры. Всё-таки новая причёска только и ждёт, чтобы за волосы взяли и подтянули для оральной комбинации,

а там для порядка посопротивлялась бы, конечно. Но уже при очередном предложении согласилась бы.

Ошибки прошлого всё-таки учтены!

Но он… НЕ ПРОСИЛ!

А на любые её попытки как-то разнообразить этот процесс, директор отвечал категорическим нет. Он, дескать, женат. Дрочи, не дрочи, хуже не будет. Да и детей уже столько, что на одних алиментах прогорает, а так бы давно стал долларовым миллионером.

Внешне Зоя примирилась со своей участью. За несколько месяцев даже свыклась. Она привыкла ставить далеко идущую цель и плыть к ней как Титаник к айсбергу. Целенаправленно и неотвратимо. Судьба, так судьба.

Но внутренне — не тут-то было! План одинокой женщины Зои был прост. С одной стороны, балансировать между доверием жены директора к своей давно проверенной, невзрачной и серой персоне. С другой — подсадить директора с высоким уровнем тестостерона на этот лёгкий наркотик, а затем устроить ломку.

Не зря же они даже разговаривать начали в процессе. Он ей про майбахи и гелентвагены рассказывал. Она ему про новые обои в однушке и коврик в туалете с ёжиком.

Каждому своё. Главное, что сама процедура сближала, а всё остальное — фон. Итогом стало полное доверие секретов ответственному сотруднику.

За тяжёлую ручную работу Зою сначала повысили и приблизили к правящей семье, а затем осыпали на сдачу преференциями и подарками. В том числе двушка в новостройке за «веские трудовые» показатели.

Подарки Зою радовали. Двушку она даже сдавать начала после ремонта. А вот ручной труд её уже не очень радовал. Конечно, приятно подержаться за мужское хозяйства для разнообразия. Но ей хотелось гораздо больше к своим сорока: семью, детей, мужа, путешествовать.

А как путешествовать, когда под рукой только хитрющий лысеющий дрочила с одной стороны и коварная молодая кобра с обилием любовников с другой?

Слушая жену шефа за чашкой чая в кабинете, Зоя старательно записывала в блокнот имена её массажистов, стоматологов, автослесарей, и даже одного косметолога. Казалось бы, ну ты-то куда полез? А вот нет, и его адрес пришлось записать, так как лучший мастер оральных ласк в области. Да и в целом «очень даже ничего себе оказался».

Поглаживая ежедневник вечерами вместо кота, Зоя понимала, что данные — это оружие. За десяток-другой лет на одной и той же работе бухгалтерша накопила столько компромата на компанию, что хватило бы на длительные сроки для всего руководящего состава с конфискацией.

Сколько бы ещё ежедневник рос, а дни тянулись — неизвестно. Но однажды трудовая правая рука начала болеть.

Принимая очередной удар судьбы, Зоя разнообразила вечерний фитнес плаванием по утрам, а на ночь даже использовала разогревающие мази, но всё это не помогало. Кисть, а потом и плечо начали тянуть, болеть, лишая сна. А затем и локоть принялся хрустеть. И витамины с минеральным комплексом тут уже не спасали.

В очередной раз поглядев на себя в зеркало, Зоя решила действовать.

— Всё или ничего, сукины дети! — заявила она зеркалу, а заодно услышал и новый коврик в туалете.

Благо, больше союзников по жизни не было.

В ход пошёл ежедневник. Использовав данные против правящих лиц, Похлёбкина совершила в компании переворот со страхующим письмом в прокуратуру.

Зря, что ли, детективные сериалы смотрела и Донцову читала?

Начальство, как водится, оказалось настолько не готово «к удару в спину», что уже в конце сентября сего года компания «Миссис, мисс и какой-то кипарис» сменила руководство.

Инвесторы ждали краха, разорения и «падения котировок» и вывели средства. Но Зоя не растерялась, продала обе квартиры и выкупила акции компании с большой скидкой в падении. А уже в ноябре «Миссис, мисс и какой-то кипарис» показала стабильный рост и Зоя удвоила свои вложения, продавая акции уже на взлёте. Результатом стало покупка дома в элитном посёлке и поездка в Таиланд в пятизвёздочный отель на срок, пока сделают ремонт под её вкус.

Вернувшись в начале декабря сгоревшая до черноты Похлёбкина поняла, что давно откладываемые путешествия её совсем не радует. Ну солнце, ну море, ну пальмы. И что? Нажралась морепродуктов, а на кого пустить в ход?

Путешествовала она одна. Как и жила теперь одна в просторном, но пустом доме. Вроде уже можно завести кота, и рука с плечом болит заметно меньше, но чем заполнить пустоту?

Глядя уже в новое широкое зеркало в огромной спальне с огромной кроватью, сорокалетняя девственница откровенно ревела, отложив очки. А жаловаться можно было паркету, большой кровати или золочёной тюли.

А чего жаловаться? И так ясно, что рядом с не было человека, который мог бы разделить все её увлечения и выслушать давно накопленный яд в душе. Слухи распирали Зою, но поделиться ими было не с кем!

Зоя прекрасно понимала, что если ничего не изменить к сорока, то и к пятидесяти уже, вряд ли, получится.

Как водится, она тут же пообещала себе, что начнёт жить по-новому с юбилея. В первую очередь Похлёбкина решила, что сам юбилей отметит как следует. Для чего заказала ресторан в центре города с вип-залом на сорок персон.

Какого же было её удивление, когда большинство друзей-знакомых-близких и даже коллег с ходу нашли причины, чтобы сказать «нет». И от приглашения в общем чате сходу сразу отписались двадцать человек.

Но Зоя не сдавалась и поняла, что это отличный шанс для того, чтобы презентовать всем свой новый дом. Сняв бронь с ресторана, она тут же пригласила двадцать оставшихся персон в свой элитный посёлок.

Ссылаясь на отдалённость, сыпля комментариями «ой, да как я потом оттуда уеду?» и вопросами «а сколько оттуда и до туда такси выйдет?», из чата под разными предлогами ушло ещё десять сразу и пять впоследствии.

Глядя на оставшихся пять человек, Зоя крошила салатик на праздничный стол, резала колбасу и была уверена, что эти точно не подведут.

«Ладно отец в больнице, и мать при нём, но братья-сёстры и лучшая подруга-то будут обязательно!».

Путь два года её и не видела. Но теперь наверстают. Она ей платье новое покажет, а та в ответ фотографии о прошедшей жизни. Самой-то Похлёбкиной особо нечего показывать. Вся галерея из рабочего кабинета состоит. Похвастаться нечем. Даже не переспали ни с кем на рабочем месте. Гладила себя один раз за сисечку, но это потому, что прыщик соскочил и чесался, зараза.

Ухудшение метеообстановки окончательно разбили все мечты о празднике для юбиляра. Вскоре в чате осталась она одна. И даже лучшая подруга заявила, что не готова лететь из другого города к ней на юбилей, так как «дети, да и расстояние не близкое, сама понимаешь».

Присев на мягкий стул в широкой столовой, на десять персон, где могли поместить и двадцать, если чуть потеснится, Зоя не понимала.

Она не понимала ни куда утекла жизнь, ни почему те люди, которых считала близкими, не оправдали доверие? Но больше всего ей было не понятно, что теперь со всем этим делать?

Да, на работе она теперь царь и бог. Директор с одним шагом до генерального, если вздумает податься в Москву. Но радости в жизни не было и нет. Серые будни на перемотке.

И жизнь вдруг такая чёткая проявилась, как будто зрение наладилось. Вот же он — стол, накрытый белой скатертью. Вот они, салфетки, столовые приборы, салаты под плёнкой, а мясо в духовке ждёт своего часа. Только температуру поставь. Здесь множество тарелок и тарелочек, на которых лежит красиво нарезанная и украшенная закуска. Здесь графинчик наливки, стопки и в ряд, бокалы, фужеры, стаканы. Бери что хочешь, говори тост, даже подарка не надо.

— Только приходите, — обронила Зоя.

Но никто не придёт.

Взгляд зацепился за телевизор, где хорошо прокачанные мужчины танцевали вокруг невесты на девичнике.

Глядя на восторженную улыбку девушки, Зоя подхватила смартфон и тут же заказала себе стриптизёра на дом.

— Лучшего! — подчеркнула она. — И с самой широкой программой, какой только возможно!

Перестав резать салатики и украшать стол, она уселась у камина на диване в прихожей и принялась ожидать своего прекрасного принца, который с заметным опозданием, но хотя бы к сорока должен прийти и спасти её.

А если сунет пятитысячную за трусики, то может ещё и трахнет? В любом случае, соблазнить стриптизёра один на один за любые деньги для неё не представлялось невыполнимой задачей.

Она — женщина обеспеченная. А всё в мире покупается, кроме надёжного автопрома.

Тут уже к военным обращаться надо.

— Сколько можно в девках-то ходить? — бурчала она, сжимала подушку и подкладывая дров в камин.

И незаметно для себя задремала. Проснулась Зоя в сумерках, глядя как по потолку свет фар автомобиля промелькнул откуда-то неподалёку. Посмотрела не телефон.

Ей так никто и не позвонил.

«Но может… заплутали?»

Подскочила, потеряв очки ещё во сне. Теперь времени искать не было. Никуда не денутся. Как была одета «при параде», так на улицу в одних туфлях и выскочила. Только куртку накинула.

Быстро добравшись до калитки, «гостя за деньги» Зоя не разглядела. Но за оградой мелькало какое-то пятно с человеческими очертаниями.

«Когда я уже лазерную коррекцию зрения сделаю?» — подумала Похлёбкина и закричала наугад человеку у гаража.

К кому тут ещё могли в такую погоду приехать, как не к ней? Очевидно, что стриптизёр прибыл!

— Ну наконец-то!

— Простите? — раздался в ответ уверенный мужской голос, от которого сердце ускорило ход.

Среди пурги особо деталей не разглядеть. И слова доносятся нечётко, но это был точно мужчина. В полном расцвете сил. А других в стриптизёры не берут даже по блату.

— Да сколько можно ждать-то? — обрадовалась Зоя, подгоняя профессионала индустрии. — Идите уже сюда!

Когда пятно вдруг приблизилось и обрело черты сантехника, женщина-юбиляр снежинкой на руке растаяла.

— Да вы уже переоделись? Быстро вы. Ну и отлично! — сказала она навеселе без всякого вина.

Подхватив его под руку, чтобы не передумал, повела по дороже.

— Заходите!

Загрузка...