Агата
Как только Рики выходит из машины, и мы остаемся с Аром наедине, обстановка между нами ухудшается в разы. Воздух в салоне сгущается и становится настолько твердым, что можно почувствовать его давление на плечи. Наверное, если бы я сейчас взяла нож, то могла бы отрезать кусочек этого воздуха и положить его на ладонь.
— Ты не имел права себя так вести, — только и удается вымолвить, когда Артур снова трогает с места.
— Ты не оставила мне другого выбора, Агата. Впрочем, ты сама это прекрасно понимаешь.
— Что значит, я не оставила тебе другого выбора? Ты просто сам игнорируешь мое мнение относительно нашего с тобой общения. Я довольно чётко его обозначила.
— Я извинился за то, что произошло между нами в прошлом.
— Этого недостаточно.
— Согласен. Но для того, чтобы было достаточно, мне необходимо постоянно с тобой общаться и быть рядом. Можешь не надеяться, что я просто отступлю.
— Я не надеюсь. Я требую, чтобы ты это прекратил. Ты свой выбор относительно меня сделал тогда, когда поверил Крупскому.
— Я был уставший и на сильных эмоциях после всех пожаров на предприятиях и после устранения последствий этих пожаров. Информация, которую предоставил мне Крупский, была как последняя капля.
— Сейчас твои оправдания уже не имеют никакого значения.
— Это не оправдания. Я просто пытаюсь объясниться с тобой.
Ар снова направляет машину вниз по дороге. До офиса ехать минут десять. И я не представляю, как провести эти десять минут вечности рядом с ним и не сойти с ума. Мной считывается каждое движение его рук, каждый взгляд в мою сторону. Каждый его вдох я вижу, чувствую и слышу. Фиксирую, как поднимается и опускается его грудная клетка. Ни к кому на свете мое тело не было настолько чувствительно, как к этому человеку.
— Как твои дела на работе? Согласилась на проект с японцем?
Я резко дергаю головой в сторону Ахметова.
— Откуда ты знаешь? Рики рассказала? — сощуриваю взгляд, чувствуя, как поток подозрений заполняет мою голову.
Ар не смотрит на меня. Только коротко кивает, пожав плечами.
— Можно и так сказать.
— В смысле, можно и так сказать? Тебе Рикс рассказала, или откуда ты знаешь про мою работу? Ты что, вынюхиваешь про меня?
— Не придавай этому особого значения. Мне просто интересна твоя жизнь, Аги.
— Подожди... — я с шумом выталкиваю воздух из лёгких. — Стой... Ты же был тогда на показе, верно? Тебе не кажется странным, что с абсолютно никому неизвестной моделью подписывает крупный договор один из самых популярных дизайнеров в мире?
— Ты очень красивая, Аги, — отвечает Артур.
Я стараюсь заставить себя не реагировать на комплимент, хоть кожа невольно покрывается мурашками.
— Одной красоты недостаточно... Красивых моделей много. И эти женщины в разы превосходнее меня.
— Чем ты недовольна? У тебя в кармане многомиллионный контракт, который откроет тебе двери в мир. Ты должна быть счастлива.
Я снова сощуриваю взгляд. Особенно мне не нравится интонация, с которой Артур говорит про этот самый контракт. Будто для него в этом нет ничего удивительного.
— Это твоих рук дело, верно? Из-за тебя они подписали контракт со мной. С твоей подачи
— Аги...
— Ты вмешался в мою жизнь? В мою работу, так? Хотя тебя никто об этом не просил. Я угадала?
— Даже если я в чем-то помог, чем ты недовольна?
— Тем, что я хочу чего-то в жизни добиться сама! А не лишь потому, что кто-то за меня замолвил словечко. Ты не имел права вмешиваться в мою работу!
— Не устраивай истерику на ровном месте.
— Для меня это не ровное место! Возможно, тебе не понять мои чувства. Но они такие, какие есть! Ты все испортил... Все испортил...
Разозлившись не на шутку, я откидываюсь головой на спинку сиденья и чувствую, как внутри меня закручивается огненный жгут ярости и обиды.
Хотя я с самого начала подозревала, что что-то тут не так, тем не менее осознание того, что к моему повышению по карьерной лестнице причастен Ар, мучительно мне даётся.
— Из-за тебя мне придётся уйти из журнала.
— Не страдай ерундой, Агата.
— Из-за тебя мне придется уйти, — настырно повторяю я. — Я не буду работать с твоей подачи.
— Какая разница, с чьей подачи, если в конечном итоге, это будут твои достижения?
— С тобой бесполезно разговаривать. Ты абсолютно меня не слышишь! Больше всего на свете мне не хватает, чтобы меня ценили как профессионала, как специалиста. Больше всего на свете я хочу найти себя в чем-то. В том, что будет важно для меня. А твое вмешательство всё испортило, потому что найти себя можно только самостоятельно, идя к какой-то цели, оценивая свои силы и возможности.
— Это всего лишь помощь, Аги. В ней нет ничего плохого. Люди по всему миру помогают своим близким для того, чтобы им было проще добиться чего-то значимого в жизни.
— Чтобы добиться чего-то значимо, я сначала должна была понять, что именно мне нужно. С чего ты взял, что я хочу быть топ-моделью? С чего, черт возьми, ты это взял?!
Артур тормозит возле офиса журнала и корпусом поворачивается ко мне. Его взгляд темнеет на несколько тонов и становится тяжелым и серьёзным. И как бы я не пыталась заткнуть все реакции на этот взгляд, он всё равно расщепляется мурашками по всему телу.
— Только не совершай глупости. Не отказывайся от выгодного проекта из-за своей обиды на меня.
— Я на тебя не просто обижена, Ар, — мне с трудом удаётся проглотить вязкую слюну. — Я тебя ненавижу.
— Мы оба знаем, что это ложь. Ты не ненавидишь меня, Аги, а любишь.
Его слова бьют в самое сердце, сжимают его металлическими тисками и вырывают из груди.
— Попробуй докажи, — выдыхаю сдавленно, затем, не дожидаясь ответа, я выскакиваю из машины и бегу к офису журнала, где со следующего месяца работать не буду, в чём виноват мужчина, чей взгляд я ощущаю спиной ровно до того момента, пока не оказываюсь за спасительными дверями здания.