Уникальная помощница для следователя-орка

Глава 14. Квитанция

Сердце выпрыгивает из груди, когда железная хватка смыкается на моем запястье. От неожиданности я вскрикиваю, и мой взгляд сталкивается с парой ледяных, бездушных глаз.

Это он. Тот самый человек из видения. Его губы растягиваются в уродливой пародии на улыбку, и меня окатывает волной его грязного, торжествующего удовлетворения.

Он здесь ради меня. Я – его добыча.

– Тише, птичка, – сипит он, и запах дешевого табака и окисленного металла заставляет меня сморщиться. – С тобой хотят познакомиться поближе.

Он резко дёргает меня вглубь узкого прохода между стеллажами. Гора хлама угрожающе качается рядом. Хаос работает на него. Грохот, крики, шипение пара – идеальная маскировка для похищения.

Острая паника сжимает горло. Но сквозь неё, словно сквозь толщу воды, пробивается новая, незнакомая ясность. Перчатки на моих руках пульсируют едва уловимым теплом. Я не просто чувствую его намерение – я вижу его, как чертёж. Он не хочет меня убивать. Он хочет утащить. Я – цель. Ценная цель.

Я отчаянно пытаюсь вырваться, но его пальцы впиваются в меня стальными клещами. И тут из-за его спины возникает тень. Большая, стремительная и беззвучная. Бронк.

Он не издает ни звука. Его реакция – это чистая, отточенная жестокость. Он движется с пугающей грацией.

Одной рукой Бронк впивается в грязные волосы нападающего, резко запрокидывая его голову, обнажая уязвимое горло. Ребро ладони другой руки со свистом рассекает воздух и с глухим, костлявым щелчком обрушивается на основание шеи.

Хватка на моем запястье мгновенно ослабевает, превращаясь в беспомощную слабость. Мужчина оседает на запыленный пол, как мешок с костями, не успев издать ни звука.

Весь этот ужас длился не больше двух секунд. Две секунды от абсолютного отчаяния до шокирующего освобождения. Внутри всё переворачивается и возникает какое-то иррациональное желание.

Я бросаюсь на грудь Бронка и обнимаю его со всей силой. А он… всего один миг… наклоняется и касается моих губ. Какие-то несколько секунд, но время будто растягивается. Прикосновение обжигает, сбивает с толку, будоражит.

Хочется большего. Намного большего. Чего-то такого, что постоянно витает вокруг нас, но ускользает, потому что за грань не выходит. И тут он отстраняется. Разворачивается и смотрит туда, откуда мы пришли.

И я начинаю осознавать, почему он снова весь собирается и становится опять таким. Нерушимым, скалообразным. Опасным и… соблазнительным в своё природной, животной красоте.

Наша передышка оказывается мимолетной. Из клубов пара и толпы, выплывают ещё трое. Их лица искажены злобой, в глазах – пустота. Наёмники. В их руках – увесистые гаечные ключи и обрезки заточенных труб, тускло поблескивающие в солнечном свете.

Охотник подготовился основательно…

– Спрячься за мной! – рычит Бронк.

Он отталкивает меня за свою широкую спину, становясь живым щитом между мной и надвигающейся угрозой. Сначала меня чуть не утащили, потом этот нежный поцелуй, теперь снова схватка. Моё сознание впадает в шок.

Но… я помощница Бронка. Мне нужно собраться!

Мой босс движется как разгневанный бог хаоса. Удар ключа он парирует предплечьем с глухим стуком, и я чувствую, как мышцы противника наполняются шоком и болью. Он ловит руку второго и с отвратительным хрустом, похожим на ломающуюся сухую ветку, ломает запястье.

Но их трое, а пространство между стеллажами слишком тесно. Один из них, ловкий и жилистый, пытается зайти с фланга, его взгляд прикован ко мне, а заостренный прут направлен в мою сторону.

И тут со мной происходит нечто. Сквозь тонкую кожу перчаток мой дар взрывается новой, невероятной силой. Это уже не просто эмоциональный фон. Я чувствую микродвижения их тел – напряжение икроножной мышцы перед броском, едва заметный перенос веса, предшествующий удару. Я вижу траекторию движения заточенного прута, как будто он уже летит по воздуху, яркая линия опасности, прочерченная в моем сознании.

– Слева! – выкрикиваю я уверенно.

Бронк, не раздумывая ни секунды, доверяет мне. Он разворачивается, и его локоть со всей мощью врезается в челюсть нападающего, который уже начал своё движение. Тот отлетает назад, с грохотом обрушивая груду ржавых жестяных банок.

В этот миг моё внимание приковывает бездыханное тело первого нападающего. Того самого, из видения.

Из кармана его потёртого плаща торчит уголок сложенной бумаги. И она… она горит в моем восприятии! Яркой, настойчивой точкой, кричащей о своей важности среди воя лжи и страха, наполняющих это место.

Интуиция бьет в набат: «Бери! Сейчас!».

Пока Бронк, тяжело дыша, сталкивается с последним подручным, я бросаюсь на колени рядом с телом. Пальцы в перчатках скользят по грубой ткани, нащупывают край бумаги и выдергивают её.

Это какая-то квитанция. Я успеваю мельком увидеть оттиск штампа: «Мастерская «Сломанный Циферблат».

– Элли, беги! – гремит Бронк, отшвыривая от себя последнего противника с такой силой, что тот врезается в стеллаж с колбами, звонко бьющимися о пол.

Мы вместе бросаемся к выходу, расталкивая обезумевших от страха посетителей. Сзади раздаются яростные крики, но мы уже выскальзываем на залитую светом улицу.

Паромобиль Бронка с рёвом подлетает по его дистанционному сигналу, дверь со щелчком отскакивает вверх. Мы влетаем в салон, и он срывается с места, едва я успеваю захлопнуть дверцу.

Я оборачиваюсь и через заднее стекло вижу, как из дверей лавки высыпают несколько коренастых фигур. Они запрыгивают в громоздкий, обшарпанный грузовой паромобиль, из трубы которого с шипением вырывается чёрный дым. Погоня началась.

Бронк лихо петляет по узким переулкам Нижнего Города, будто знает это место лучше меня. На лице читается абсолютная сосредоточенность. Мускулы на его шее напряжены, пальцы сжимают руль так, что кожа на костяшках белеет.

– Что это? – бросает он, резко сворачивая за угол и едва не задевая стену, его взгляд на долю секунды скользит по смятой бумаге в моей руке.

Я разворачиваю дрожащими пальцами потрёпанную квитанцию, стараясь не уронить ее.

– «Мастерская «Сломанный Циферблат», – читаю я вслух. – Портовый склад №23. Что-то про… «заказную сборку механизма особой точности».

Бронк резко выруливает на набережную, уходя от очередного тарана. Грузовик с грохотом врезается в припаркованную тележку, разбрасывая по мостовой обломки. На губах Бронка появляется тот самый хищный, знакомый оскал. В его глазах пляшут огоньки адреналина и странное, дикое удовольствие.

– Молодец, Тинкер, – его голос хриплый от напряжения, но в нём я слышу твёрдое, неоспоримое одобрение. – Попали в самое сердце гнезда. Теперь знаем, где копать.

Я сжимаю в руке квитанцию, этот крошечный, испачканный клочок бумаги. Он обжигает пальцы через тонкую кожу перчаток. Это не просто бумажка. Это ниточка. И она ведет нас прямиком в пасть к зверю.