В плену запрета

Глава 17

Руслан

Девственница. О-ху-еть.

Чего в этой жизни не ожидал, так того, что моя Кудрявая окажется целкой. Надо признать, приятный бонус от хреновых будней, где я не мог нарыть причину, чё она от меня шарахается, как от чёрта. Ещё бы, бля! У девахи опыта ноль, а тут её с ходу пытаются в постель затащить.

Здравствуйте, вот я, а вот мой член. Не хотите его подержать?

Далбон.

Услышав новость от подружани Лизы, кулаки жёстко зачесались. Захотелось всечь этой пьяной идиотке за то, что язык за зубами держать не умеет и о чужих тайнах треплется.

Базара нет, спасибо за инфу, но нахера при всех-то объявлять? Видно ж было, как неприятно стало блондиночке.

В отличие от болтливой, Лизавета оказалось достойной подругой. Не кинула пьяное тело, а забрала тёмненькую с собой. Хер пойми, почему, но мне этот жест понравился. Не ошибся я в Кудрявой. И внешность её ангельская не обманула.

Бля, как же сразу не понял, что она девка никем не тронутая? Анализируя щас её поведение, понимаю, что соседка не напиздела. Это чистая правда. То, как Лизка зажимается, стесняется, густо краснеет и шарахается от малейшего прикосновения. Вслух не признавалась, но тело конкретно сигнализировало и, причём, каждый раз.

В оправдание своему мудаческому поведению, резонно подмечу, что девственницы в восемнадцать в двадцать первом веке на вес золота. И вот уж не подумал, что выбор мой падёт именно на невинную. Работает-таки первобытная чуйка.

Каждый раз смотря на то, как рядом с Лизой трётся этот рыжий, сидящий внутри меня зверь хотел рвать и метать. Злость к глотке подкатывала от одной мысли, что этот петушок, возможно, ей, где-то присовывает, а она не против.

Не присовывает.

Лизавета моя вообще мужиков не видела.

С дьявольской ухмылкой мысленно потираю грязные ладони от предвкушения. Заберу невинность, стану её первым.

Маты так и прут наружу от предвкушения и кайфа, который получу с её узкой щелкой. Извиняйте, но иначе выразить невьебенное чувство не выходит.

Огорчает дерьмовая мысль о том, что напор, походу, придётся слегонца ослабить, не тёлка ж опытная перед нами. Не гарантирую, что получится, но постараюсь. Когда вижу её, чердак сносит, сам себя контролировать перестаю.

Не заю, чё за хрень творится. Инстинкты, может, но, глядя на беззащитную малышку, хочу шеи сворачивать всем, кто посмел на неё косо посмотреть или, ещё хуже, пасть свою паршивую разинуть. И не у меня одного, судя по всему, подобные мыслишки возникают. Судя по всему, желания с рыжим Егорушкой совпадают.

Это я понял увидев, как дружок порывается защитить честь ненаглядной подруги. Какой – то конченный ушлёпок потерявший страх имел несчастье наговорить блондиночке гадостей.

Спускаем мы такое с рук? Нет.

За это, он отхватил жёстких пиздюлей, которые запомнит на всю жизнь. И дружке его поняли, что на Астахову смотреть нельзя, не то, что вякать. Фамилия у неё чёт знакомая, всё вспомнить не могу, где слышал.

Всё зашибись кроме одного момента: Кудрявая, как-то пронюхала про незначительный инцидент с воспитательным процессом первокурсников.

«Иначе что? Меня изобьёшь или Стёпу? Как того парня сегодня искалечил, а? Ты – зверь, только и можешь людей калечить, да девок совращать! Эгоист!»

Нет, сладкая, тебя я не изобью. Совращу – да. Трахну – да. Накажу – да. Заставлю ответить за длинный язычок, но приятными для себя способами. Возможно, на колени поставлю. Возможно, раком. Как пойдёт, короче.

Лизавета-то у нас тёмная лошадка. С виду посмотришь: ангел ангелом, а вот что в её светлой башке творится – хер предугадаешь.

«Если я с...соглашусь переспать с тобой, ты оставишь меня в покое?»

Удивила? Нет. Это слово не подходит. Она заставила меня ошалеть и охуеть. И это ещё, мягко говоря.

Сама, добровольно Лиза предложила переспать. Не, я не жалуюсь, но, чтобы робкая девчонка, которая от прикосновений готова сознание терять, в лобешник предложила лишить её девственности. Это ж как я заебал, что она согласна? Почему сдалась? Устала? Или сама уже терпеть не может? А может, иные причины имеются?

А не похер ли?

В моменте, я был готов разложить её прям в коридоре, Боженька (если он есть) свидетель. Но, благо, капля здравого смысла в башке дебильной присутствовала, еле отодрал себя от хрупкого тельца. Ещё чутка, и Кудрявая бы стала женщиной в не особо приятных условиях и позах. Член колом стоял, как и всегда в её присутствии.

Но я не стал, не животное ж.

В моменте проскочила мысль отодрать Лизу в комнате общаги. Но в башке херовая картина рисовалась. Вряд ли девчонке было бы потом кайфово ходить по местности, где все слышали, как её трахали ночь напролёт. Мне-то похер, пусть слышат, но блондиночка б потом стремалась.

Да и не такая она, чтоб в комнатёнке размером с коробок девственности лишаться.

Нежная. Мягкая. Податливая.

Как бы ни брыкалась и ерепенилась, утончённая и ласковая. Не раскрыл в ней просто никто ещё потенциал. От одной мысли, что кто-то кроме меня, посмеет к Лизе прикасаться, трогать, целовать, челюсть сводит так, что желание рвать и метать берёт вверх.

Она моя.

Никому не отдам куколку, пока сам не насыщусь сполна.

Есть ещё один момент. Переспать с Лизой – равно посвятить её во взрослую жизнь. Значит, потом она может начать таскаться со всеми подряд. Хреновая идея фикс и стала главной причиной, чё я загасился на квартире на весь следующий день. Пусть ходит себе целкой.

Лежал и взвешивал все «за» и «против».

Мне ошалеть как нравились игры, Кудрявая. Но мы, подгребли к финишу и ходу обратного нет.

«Если я соглашусь переспать с тобой, ты оставишь меня в покое?»

Нет, Лиз, не оставлю. Всё только начинается.

Лиза

Стоит ли говорить о том, какой униженной и раздавленной я себя почувствовала, оставшись одна после крышесносного поцелуя?

Сколько раз ему нужно кинуть меня одну, чтобы я, наконец, окончательно и бесповоротно осознала, какой Князев говнюк ветреный?

Вернувшись в постирочную в растрёпанных чувствах, я включила стиральные машины, и, осев на пол, горько плакала, тихо всхлипывая.

Не знаю, что меня задело сильнее: то, что я опозорилась со своим идиотским предложением или то, что Руслан ничего не ответил и ушёл?

Но разве поцелуй не был согласием? Что произошло в его странной голове? Кто-нибудь ответит на этот, казалось бы, простой вопрос?

Ах, а ночью я была занята своим любимым делом: пыталась побороть бессонницу и рой мыслей! И всё из-за тебя, Князев!

Я не могла уснуть, обдумывая и вспоминая каждую деталь. Каждое слово, взгляд, дыхание.

Размышляла, может, сделала, что-то не так? Сказала не так?

Потом поняла, что дело совсем не во мне, а в непостоянстве Руслана...

«Тебя хочу. Всю.» — закрываю глаза в сотый раз, вспоминая до боли знакомый голос.

Какого фига его слова расходятся с действиями?

В итоге, сегодняшний день прошёл, как одно сплошное серое пятно. В университете я протирала штаны, толком не запоминая и не участвуя в дискуссиях. Была слишком апатична и опустошена морально.

На дворе стоит ноябрь, через месяц начинается сессия. Меня должна волновать учёба, но я переживаю о наглом, обколотом татуировками, как зэк, старшекурснике, будь он неладен.

Вечером мы возвращаемся в общежитие вместе с Танькой, предварительно зайдя в супермаркет и купив продукты.

Поведение подруги настораживает. Она простила Давида, и они снова сошлись, как ни в чём не бывало. Ночевать домой Соколова, конечно же, не приходила...

— Тань, а Давид тебя со своими друзьями уже познакомил? — захожу издалека. Мы тихо ужинаем в комнате, изредка переговариваясь.

— Нет, а зачем? — равнодушно пожимает плечами.

— Ну не знаю, может, ты бы подружилась с девушками его друзей. Это же интересно дружить парочками. Вошла бы в их компанию, познакомилась поближе с его окружением.

— Все его друзья женатые и скучные.

— Это он так сказал или ты сама вывод сделала? — вожу вилкой по тарелке с тушёной капустой.

— Конечно, он, а кто ещё, Лиз? Ты иногда как что-нибудь скажешь, — подруга отмахивается, доедая свою порцию.

— А с твоими друзьями он познакомиться не хочет? Я бы, допустим, не прочь пообщаться с человеком, который крадёт тебя по ночам.

— Ты на что-то намекаешь, я не пойму? Говори прямо, к чему этот разговор сейчас? — недовольно поджимает губы.

Соседка откидывается на спинку стула, складывая руки на груди в защитном жесте.

— Я не намекаю, а прямо у тебя спрашиваю, Тань. Почему ты сразу в штыки воспринимаешь? — немного теряюсь от её «колючей» реакции.

— Да потому что я вижу, как ты каждый раз строишь кислую мину, когда речь о Давиде заходит. Чем он тебе не нравится? Я не понимаю! —быстро поднимается с места, со скрежетом отодвигая стул ногами.

— Я не хочу ссориться, Тань, пойми меня правильно, — в порыве встаю следом. — Просто позавчера он тебя бросил, а на следующий день приехал как будто ничего не произошло.

— Ты судишь со стороны, не зная всей ситуации. Он извинился и сказал, что был неправ!

— Я переживаю, — протягиваю ладонь, чтобы взять подругу за руку. — Не хочу, чтобы он разбил твоё сердце.

— Не нужно переживать. У меня всё прекрасно, понятно? О себе лучше подумай и о том, что про вашу интрижку с Князевым на каждом шагу треплются!

Разочарованно раскрываю рот, но сразу же закрываю, решая не оправдываться и не отвечать.

Неожиданно неприятно слышать от Тани упрёк про Руслана в осуждающем тоне. Понимаю, она нарочно ткнула в меня этим, чтобы перевести тему. Но сделала этим больно.

Разве я имею право злиться? Разве сплетни о нас не правда? Правда. Уже все кому не лень заметили эти нездоровые взаимоотношения.

— Спасибо, что напомнила, — выдаю сухо.

Больше не говоря ни слова, обхожу её, направляясь к шкафу.

— Прости, я не хотела, — Таня бубнит за спиной. Я же в этот момент вытаскиваю из шкафа шоппер, закидываю в него косметичку с принадлежностями для душа и чистую пижаму и выхожу. — Ли-и-з!

Душ я принимаю нарочно долго, лишь бы не возвращаться в комнату.

Тщательно намыливаю каждый участок тела под звуки льющейся отовсюду воды. Уж не знаю, стоит ли мне продолжать бояться Руслана и его внезапных нападок или нет. Решаю, что он не завалится в душевую, наглухо забитую голыми студентками.

Хотя...

С грустью вздыхаю. Как-то навалилось разом и со всех сторон. Складывается ощущение, что я потеряла контроль над своей жизнью и плыву по течению, барахтаясь то на маленьких, то на больших волнах. Как бы не потонуть...

Закончив с ванными процедурами, тщательно чищу зубы перед зеркалом и нехотя возвращаюсь. На удивление Тани внутри нет, а в комнате всё прибрано.

Наверняка уехала с Давидом. Да уж, дела. Подруга всё неправильно поняла. Я не пыталась настроить её против парня, всего-навсего задала несколько волнующих меня вопросов. Зато в ответ получила странную и непонятную реакцию.

Решаю не загоняться на ночь глядя и обсудить эту тему завтра на холодную голову. Укладываюсь в тёплую и уютную постель, читая конспект перед сном. Неожиданно издавший вибрацию телефон отвлекает, уведомляя о входящем сообщении.

Таня: прости, я была неправа *эмодзи красное сердечко*

Хорошо, что мы обе быстроотходчивые. Качаю головой, улыбнувшись, и шлю ответное:

Лиза: и ты меня.

Отложив мобильник со спокойной душой от того, что мы не держим друг на друга обид, раскрываю тетрадку, фокусируясь на собственном почерке.

Но гаджет снова вибрирует, ни в какую не давая мне позаниматься.

— Ох, Таня, Таня! — кряхчу, как бабка, закрывая тетрадку.

Однако входящее сообщение от незнакомого номера, состоящего, в основном, из одних шестёрок. Разблокировав экран, открываю смс и резко сажусь на постели, мигом поняв от кого оно.

Неизвестный номер: Кудрявая, через пятнадцать минут выходи.

Руслан...

Пальцы быстро набирают ответ, хотя мозг до конца не успел анализировать.

Лиза: не пиши мне. Никуда я не выйду!

Жму кнопку отправить, кусая губы. Эх, нужно было ещё эмодзи среднего пальца послать.

Сообщение мгновенно прочитано.

Чё-ё-ё-рт, он, что? Ждал мой ответ, не выходя из диалога?

Неизвестный номер: не выйдешь – пожалеешь.

Лиза: оставь меня в покое!

Ха, умный какой! Хочет – целует и уходит, хочет – приезжает и требует выйти. Прям Давид номер два. А я ещё про Таньку что-то говорю. Сама чем лучше? Ничем.

Неизвестный номер: если твоя сексуальная задница не окажется на улице, поднимусь сам. Спорим, соседям наше шоу не особо понравится?

Наше шоу?! То есть он... собирается... Да нет, не может быть.

Не-а, не выйду, пусть идёт лесом.

Ишь какой умный. Думает, вчера ушёл, сегодня приехал, и я, как дурочка, побегу? Да сейчас, ага. Помечтай, Руслан Князев!

Но если я не сделаю этого, он и правда поднимется. Будет скандал, переполошим весь этаж. Нужны мне очередные сплетни? Нет.

Низ живота сводит от чувства необъяснимого волнения и неизвестности.

Зачем он хочет увидеться? Поговорить наедине? Однозначно да, иначе затащил бы в свою комнату, и дело с концами.

Выходить? Да или нет?

Вдогонку, пока я анализирую, приходит ещё одно смс. Видимо, чтобы усилить эффект и нагнать жути.

Неизвестный номер: время идёт.

Я делаю это крайне редко, но сейчас решаю прислушаться к собственному желанию. И оно кричит о том, что хочет выйти. Будь что будет.

Поговорить? Хорошо, поговорим.

Переспать? Чудесно, исполню план по облому Демьяна и избавлению от самого Руслана. Я в плюсе.

Поднявшись с постели, истерично упираю руки в бока. Рой мыслей в голове вихрем летает по кругу, не давая сообразить, что надеть. А если он нас в гостиницу повезёт, как Давид Таню?

Танька в такие моменты надевает красивое нижнее бельё, а у меня подобного нет...

Чёрт. Чёрт. Чёрт.

Нервно перебираю нижний ящичек с бельём. А вдруг Руслан действительно зовёт поговорить? Чего я зря загоняюсь? Отодвинув ворот пижамной кофты, смотрю на надетый хлопковый топ–бюстгальтер бежевого цвета и решаю не переодевать его.

Клянусь, не верю, что я в здравом уме собралась выйти по ночи к этому психопату. Прежняя Лиза бы отключила телефон и послала Князева куда подальше. Но у нынешней есть цель.

Гордость подождёт. Возьму от Руслана, что мне нужно, и убью двух зайцев одним выстрелом. Избавлюсь от надоедливого старшекурсника, что прилип, как банный лист, и приплыву в руки к Шведову подпорченным товаром.

Быстренько сбрасываю пижаму и надеваю тёмно-серый спортивный костюм. Он мне большеват из-за современных трендов на оверсайз, но зато тёплый, поверх накидываю короткую жилетку. Обуваю кеды, подхватываю телефон и ключи от комнаты и выхожу. Пусть видит, что я не наряжалась специально для него.

Надеюсь, ночевать Соколова не вернётся и не увидит, что я отсутствую, иначе вопросов не оберусь.

— Куда это ты собралась, красавица моя? — дядя Коля не дремлет с контролем на вахте.

— Выпустите, пожалуйста. Мне о-о-о-чень надо, — строю щенячьи глазки, как котик из мультфильма. — Я буквально на пять минуточек и вернусь.

А вернусь ли?

— Астахова, меня один день из–за вас уволят, — кряхтит, отпивая чай из кружки. — Не выпущу, — отрезает строго.

— А я вам булочек на выходных испеку, — подмазываюсь, пытаясь подкупить.

— Каких это булочек? — заинтересованно уточняет, потирая усы.

— Вку-у-у-сных, с джемом. Пальчики оближете! — соединяю пальцы, тряся рукой в воздухе, как итальянка.

— Ладно уж. Иди, неугомонная. Но знай, это в не первый, но в последний раз!

Сердечно поблагодарив, дожидаюсь, пока он откроет ключом дверь, и выскакиваю наружу.

Время я не засекала, но судя по тому, что машина Руслана стоит за территорией общежития, пятнадцать минут прошло.

Чего ожидать от этой ночи?..