В плену запрета

Глава 22

Лиза

В мыслях густой туман, он плотно обволакивает, не давая здравому смыслу пробиться. Каждая мышца в теле налита свинцом, чувствительная плоть продолжает пульсировать после дикой страсти.

Дикой страсти?! Он принудил тебя, Лиза! Взял силой против воли!

А ты повелась, поддалась! Как можно было стонать в руках насильника и получать удовольствие?

Князев больной на всю голову!

И я больная...

Пелена похоти безжалостно спадает, обнажает оголённые провода, и я осознаю, что произошло. Что мы натворили. Что я натворила...

Я же обещала себе, что лишусь девственности с Русланом, что один раз и всё, больше ничего не будет.

Но я переспала с ним. Снова. Несмотря на то, что он сотворил с Костей, я поддалась. Несмотря на наличие жениха занималась прелюбодейством, выпятив голый зад.

Практически не дыша, лежу затаившись, в надежде, что Князев подумает, что я отключилась, и не продолжит грешное дело.

Так и происходит. Откинувшись рядом, он притягивает меня ближе. Крепко обнимая со спины, прижимается своим обнажённым телом.

Хочется свернуться в калачик и прикрыться, но я не могу. Не в силах пошевелиться.

Грязная, испачканная, вспотевшая.

И главное – униженная.

Да, я унизила себя. Недостаточно сильно отбивалась, ещё и получила удовольствие. Но это ещё не всё...

Самое ужасное во всём происходящем, что мне, чёрт подери, понравилось!

Знать, видеть, чувствовать, что ты нужна кому-то, хоть и для секса. Понимать, что тебя хотят. Пусть и грязные, но слова о том, какая желанная, льстят. Князев одержим моим телом.

Только телом... не душой, чувствами...

Похотью, Лиза.

Ты нужна ему для удовлетворения собственных потребностей. Как и все остальные девчонки. Тяжело это признавать, но я, в большей степени, реалистка.

Но эти его властные прикосновения, бархатистый голос, терпкий запах. Я ненавижу Руслана за то, что схожу с ума, оказываясь рядом с ним. Теряю контроль над телом, поддаваясь ласкам. Сдаюсь в его плен, теряя разум.

Как бы ни отрицала, ни отнекивалась, всё бессмысленно. Этот гад подсадил меня на свои качели и отказывается оставлять в покое. А я и рада...

Внутри мне страшно. Страшно, что он играет со мной, с моими чувствами и телом. Руслан несерьёзный. Это всё несерьёзно. Главный страх остаться использованной, одной и с разбитым сердцем практически воплотился в реальность.

Совсем скоро я буду, как Таня в тот день: лежать на кровати и утопать в слезах от того, что оказалась вышвырнутой за борт. Князев сто процентов найдёт другую игрушку, а дурочку Лизу выкинет.

У меня есть Демьян, жизнь, в которой Руслану совершенно нет места. Разумом я понимаю это, но душа... Дурацкие чувства, которые появились в неожиданный и неподходящий момент. Откуда они? Почему именно Руслан? Почему не Егор? Он же такой прекрасный парень! Почему не Шведов? Он – мой жених, и помешаться на нём – было бы самым идеальным вариантом.

Но нет. Именно Руслан Князев.

Тот, кто преследовал с самого первого дня в университете. Тот, кто не давал проходу и отравлял студенческие будни. Тот, кто вынудил, подвёл к тому, чтобы я сделала выбор лишиться с ним девственности. Тот, кто взял меня сегодня силой. Тот, кто лежит рядом, нежно поглаживая мои волосы.

Бессердечный, неуправляемый, безбашенный, бесстрашный, нахальный, сексуальный...

Что со мной не так?

С какой радости хорошие девочки всегда выбирают плохих парней?

Против воли из глубины души вырывается тихий всхлип, как звук моего чудовищного фиаско. Замираю, стараясь придать себе максимально обыденный вид, но Князева не проведёшь.

Отмазка «тебе показалось» явно не сработает.

Руслан в два счёта переворачивает меня на спину, нависая сверху, как коршун. Старшекурсник впивается цепким взглядом, и я не выдерживаю напора. По лицу начинают стекать тоненькие ручейки горьких слёз, отчего на лице Руса возникает искреннее непонимание ситуации.

— Не играй со мной, пожалуйста, — в горле стоит гигантский ком, сглотнуть который не получается. Стыдливо отвожу взгляд, смотря в светлый потолок. Куда угодно, но не на него. — Оставь, найди другую. Вокруг столько девчонок...

Эгоистично просить, подставляя остальных девушек, но я это делаю.

— Ты чё несёшь? — грубый голос, как ножом по сердцу.

— Я... я не хочу стать одной из тех, кого ты использовал и выбросил, — горькая усмешка озаряет моё заплаканное лицо. Прикрываюсь ладонями, чтобы скрыть болезненные эмоции. Не нужно ему видеть мои истинные чувства и знать о них. — Глупости, да? Я уже ею стала.

— Сюда смотри, — Князев силой отрывает мои руки, не заботясь о возможном появлении синяков на запястьях. — Успокойся.

— Можно я пойду к себе? — сдавленно всхлипываю, стараясь унять жалкую дрожь в голосе. — Мне нужно уединиться, чтобы переварить всё произошедшее.

Ох, не хочется, чтобы Таня обнаружила меня в разбитом состоянии в комнате, но другого выхода нет. Понимаю, что не будет рядом с ней никакого уединения. Соколова не успокоится, не выпытав всю правду. А потом пойдёт на разборки с виновником.

Но у Руслана и так другие планы, в которых нет моего ухода.

— Нет, — безапелляционно отрезает. — Ты останешься здесь. Со мной.

Слёзы льют ручьём из глаз, я не могу прекратить этот предательский поток. Мне больно, чертовски больно на душе. Такого не было никогда. Осознавать, что твои первые в жизни чувства к мужчине невзаимные - невыносимо. Это ломает грудную клетку, где зародилось тепло. С кровью вырывает крылья за спиной, которые ты пытаешься распахнуть.

Изгоняют из рая в ад, где ждут чудовищные страдания и бесконечные пытки.

И так будет до тех пор, пока в тебе не исчезнет последняя капля трепетной эмоции по отношению к нему.

— Могу я попросить кое о чём? — стыд, вперемешку с неловкостью и желанием провалиться сквозь землю мешают нормально сформулировать просьбу, но я стараюсь. — Прошу, скажи мне заранее сколько раз тебе ещё понадобится моё тело, прежде чем всё прекратится.

Я хочу заранее подготовиться к этому моменту...

— Прекратится что? — чёрные глаза пытаются заглянуть в самую душу, но они не видят того, что творится у меня внутри.

— Твои игры. Момент, когда я надоем. Зачем спрашиваешь? Ты же и так всё прекрасно понимаешь! — сжимаю кулаки от подступившей злости, я стараюсь удержать её, развить сильнее. Лучше ненавидеть его и злиться, чем растекаться лужицей и быть жалкой.

— У тебя жар или чё, я не пойму? — грубая рука бесцеремонно трогает моё лицо: лоб, щёки. Проверяет на наличие температуры. — Что за хрень ты несёшь, Лиза?

— Это не хрень... — уворачиваюсь от прикосновений, лишь бы не чувствовать его руки на себе. — Я просто очередная в твоей постели, которую скоро сменит другая!

После утверждения в комнате наступает гробовая тишина. Руслан не спешит опровергнуть или успокоить взбесившуюся меня.

Горько усмехнувшись собственной правоте, отворачиваю лицо к стене.

Вот и всё. Первым делом хочется подняться и уйти несмотря ни на что. Но то, что произносит Руслан, заставляет сердце подскочить к горлу и забиться с удвоенной силой.

— Думаешь, я тебя кому-то отдам? — властные пальцы больно впиваются в мою челюсть, силой заставляя повернуть лицо на него. — В глаза, Лиза.

— Я – не зверушка, чтобы реагировать на команды. Я – человек, у меня есть чувства и личные границы, которые ты раз за разом нарушаешь!

— Ты тоже мои нарушила, Кудрявая. Пробралась в гнилую душу и мысли и отказываешься уходить, стерва, — сказанное пускает по телу волнительные мурашки. Рус наклоняется, соединяя наши лбы. — Чё ты хочешь, Лиз? Эти игры в «холодно - горячо» заебали меня. То отталкиваешь, то подпускаешь близко, то чушь, бля, несёшь.

В животе стягивается тугой узел непонятного волнения, как на экзамене. Неужели... неужели он чувствует, что и я?

— Я тебе не верю... нет...

— Придётся, — практически соприкасается губами с моими. — Ты моя, слышишь? Не на день, не на два. Навсегда, Лиз. Хочу каждый день видеть твои непослушные кудри, осуждающий взгляд и, как дебил, хочу слушать гадости, что льются из этого ротика. Не могу без тебя.

— Не верю...

Упрямо отталкиваю парня от себя, и быстро поднимаюсь с кровати на ноги. Становится страшно от того, как действуют его слова. Слишком сильное влияние у Руслана на меня. Но ещё страшнее от того, что мне непривычно слышать подобное из его уст. Там нет обыденной похоти, зато есть нотки помешанности...

Всё происходит, как всегда, быстро. Рус поднимается следом и сгребает брыкающуюся меня в охапку.

— Отпусти!

Но кого волнуют просьбы? Я извиваюсь, насколько позволяет состояние. Делать это абсолютно голой в мужском захвате не так-то и легко. Усугубляет ситуацию и то, что ощущаю прижимающуюся к моему животу эрекцию.

Освободиться помогает укус. Не знаю, каким образом эта идея озаряет мою светлую голову, но я клацаю Руслана за сосок. Как змеюка скручиваюсь и впиваюсь зубами в нежную плоть.

Да-да. За сосок!

Сама в шоке.

На мгновение кажется, что я прокусила мужскую титьку и становится страшно. Руслан шумно втягивает носом воздух. Но его месте я бы кричала от боли, но парень ведёт себя достойно.

— Дикарка! — опешив, Князев резко разжимает объятия, и это даёт мне фору добежать практически до двери. Естественно, в этот момент я не думаю о том, что не смогу выйти в коридор обнажённой. В крови закипает адреналин, а в голове ноль мыслей. Я не понимаю, что творю.

Глухой стон вырывается из груди, Руслан хватает меня, разворачивая к себе, и со всей дури впечатывает в стену.

— Я, блядь, с ума по тебе схожу, Кудрявая. От одной мысли, что кто-то другой прикоснётся к моей девочке, готов рвать. Ты. Только. Моя, — одержимость в мужском голосе заставляет дрожать каждой клеточкой. — Не отпущу, даже если будешь умолять. А попытаешься к другому уйти – убью. Поняла?

«А попытаешься к другому уйти – убью.»

Господи, всё зашло слишком далеко. Мне нужно бежать без оглядки, а я готова упасть и плакать от счастья: между нами всё взаимно!

— Мы не можем... — хочу кричать, бить себя, чтобы привести в чувства. Очнись, Лиза! У тебя есть жених! Жених!

Ты – чужая невеста!

От тебя зависит бизнес дяди, ты не можешь рисковать всем!

Если Руслан узнает о существовании Демьяна в моей жизни, он нас обоих на кусочки покромсает. Покалечит Шведова и тем самым разрушит бизнес семьи Астаховых.

Внутренний голос отчаянно вопит: «Лиза, что ты творишь?!» Но мне на него наплевать. Искренне, честно.

Несмотря на его поведение, рядом с Русланом я чувствую себя в безопасности. Нужной. Под мужской защитой. Все годы после смерти родителей мне приходилось самостоятельно отстаивать собственные права, честь, достоинство. Отбиваться в школе от мальчиков задир. От Инессы. От Демьяна.

Но, как только появился Князев, хоть и подсознательно я поняла, что больше не нужно быть сильной. Не на словах, а на деле он доказывает свою надёжность. И стоит отдать должное, когда Рус узнал про девственность, то сбавил напор и сменил тактику.

Это моя жизнь, и я хочу следовать собственным, не навязанным желаниям. А моё единственное желание сейчас – быть рядом с ним. Пусть ненадолго. Пусть временно. Сколько бы ни продлились эти отношения, они будут нашими. Моим воспоминанием в холодные дни заточения в семье Шведовых.

— С хера ли «не можем»? — отстраняется, осматривая таким взглядом, что становится страшно. — У тебя кто-то есть?

Бинго, милый...

Я сгорю в аду за ложь. Но это будет потом.

В настоящем я выбираю быть счастливой, не переживая о будущем.

— Ты ненормальный, — со смесью смеха и ужаса произношу, мотая головой.

— Я предельно серьёзен, Лиза. Ты моя, — вкусные губы впиваются в мои властным поцелуем. Закрепляя, так сказать, материал. Ноги автоматически подгибаются. Если бы не удерживающий Рус, я бы свалилась. — Чтоб никаких парней и близко рядом не видел, поняла? Или сегодняшняя ситуация будет повторяться, Елизавета.

— Кто мы? — спрашиваю неуверенно, словно он может рассмеяться надо мной за глупый вопрос. — Мы, что теперь... встречаемся? — слово «встречаемся» произнести удаётся со второго раза.

Князев расплывается в зловещей улыбке во все тридцать два зуба, отвечая «походу, да». Поднимает меня на руки и несёт на кровать, аккуратно укладывая.

— Сразу предупреждаю, всю эту романтичную лабуду от меня не жди, — соблазнительно поглаживает бёдра.

— Хорошо, — пожимаю плечами, предвкушая, как в следующую секунду урою его. — То есть фрукты были не от тебя?

Добрых секунд пять Руслан смотрит на меня, не отвечая. Однако его весьма ошарашенный взгляд говорит сам за себя.

Эффект неожиданности сработал. Кое-кто явно не ожидал, что я сопоставлю открытку и картину в его спальне, сделав выводы.

— Понятия не имею, о чём ты, — гадёныш наклоняется, в очередной раз впиваясь в мои губы поцелуем.

На этот раз крик сдержать удаётся несмотря на то, что Руслан переворачивает нас без предупреждения, и я оказываюсь сидящей на нём верхом.

Нечто твёрдо упирающееся в поясницу подсказывает, что качок возбуждён.

— Нет, — умоляю не делать этого.

— Привыкай, Лизка. Твой парень любит секс. Много секса, — в комнате звучит лёгкий шлепок ладони по моей несчастной ягодице.

— Как будто я этого не знала... — нарочно недовольно бубню, закатывая глаза.

Парень... Девушка...

Мы – парень и девушка, и мы встречаемся! Обалдеть!

Вдох – и он снова во мне. Сладко, мучительно. Наши сердца стучат в унисон, а стоны сливаются воедино.

Этим вечером Руслан долго не выпускает меня из своей комнаты, сладко мучая. Но я не жалуюсь.

Пожалуй, мне ещё никогда не было так легко от принятого решения. Сердце подсказывает, что я сделала всё верно.