Ведьма для дракона

Глава 6

Битый час я шла по берегу, в надежде увидеть хоть какое-то жилище. Солнце село, и сгущались сумерки. Туфли натерли ноги, стали какими-то жесткими и неудобными. Похоже, скоро обувка моя придет в негодность. Наверное, к ним применялась бытовая магия по подгонке размера. А так как я далеко от особняка, то чары могли рассеяться.

Берег становился всё выше и выше. Я шла вверх. Под ногами склон стал совсем крутым и спуститься вниз уже невозможно. Никакой тропинки, иду наугад по каменистой почве, поросшей редкой пожухлой травой. Силы на пределе. А сколько ещё идти неизвестно. Ни карты, ни навигатора под рукой нет. Я понятия не имею большой ли остров и на сколько. Придется заночевать. Прямо тут на земле. Скоро совсем стемнеет. А луны нет, видимо, новолуние.

Я остановилась и посмотрела вперед. Маленький огонёк дал надежду, что ночевать на открытом пространстве не придется. Он иногда пропадал и снова появлялся. И казалось, что мне это только мерещиться. Я прибавила шаг.

Через пару сотен метров огонек стал чуть ярче и уже не пропадал. Значит, не мерещится. Наконец-то, хоть какое-то жилище.

Пройдя ещё, к огоньку добавились мерцающие маячки. Похоже, это небольшая деревушка.

Ноги вынесли меня на широкую тропинку, которую еле видно, но дорога стала ровнее, без камней и травы. Мои стопы ощутили это и припустили ход.

Огонек, который горел ярче всех оказался фонарем на деревянном частоколе. Он освещал невысокие ворота, которые, к моему удивлению, были закрыты изнутри.

Я подергала ручку ещё раз. И громко постучала кулаком.

— Кто там? — грозно отреагировал голос на мои поползновения.

— Я ведьма из первого круга, ушла из общины, — дрожащим от волнения голосом прощебетала я. — Меня зовут Лианирия. Ищу свою прабабушку Ниларию. Она здесь живёт?

— Ты онанна что ли? — удивился женский голос.

— Так и есть, — заломила я руки. — Откройте, пожалуйста. Я очень устала. Мне бы переночевать. А утром я пойду дальше искать Ниларию.

— Не надо никуда идти, — смягчился голос. — Здесь твоя прабабушка живёт. Она наша предводительница.

Дверь со скрипом отворилась. На меня смотрела женщина в боевых доспехах, в руках её лежал меч внушительных размеров.

— Как я рада, что дошла, — вздохнула облегченно я.

— Да, теперь Милирия мне должна отдать своё колечко, — мечтательно закатила глаза стражница. — Мы с ней поспорили, кто откроет двери тебе.

— Даже так, — присвистнула я. — Отведите меня, пожалуйста, к Ниларии.

— А чего провожать-то? Иди прямо, в центре деревни стоит её дом, там вокруг ещё розы цветут, — добродушно пояснила ведьма.

— Спасибо, — слабо улыбнулась я и поспешила в указанном направлении.

Через пару сотен метров прямой каменистой дороги обнаружился искомый дом. Небольшой аккуратный домик из камня, с большими окнами, в которых горел свет. И правда вокруг росли кусты с розами.

Я постучала в дверь. Ждать долго не пришлось.

— Лианирия? — удивленно посмотрела на меня прабабушка. Ей очень шло зелёное простенькое платье. — Это правда ты? Как же я рада, что ты так скоро пришла после нашей встречи! Заходи скорее!

— Здравствуй прабабушка, — грудь разрывало от чувств, и я кинулась к ней в руки. Она крепко обняла меня.

— Ты, наверное, устала. Давно ушла? — она ласково подтолкнула меня в дом.

— Ужасно устала, — в сердцах выдохнула я, сняв ненавистные туфли. — Голодная, так и не поужинала. Высказала всё Олинирии, что я думаю об уроках любовной магии.

— Понятно, видела рабов, значит, — вздохнула Нилария. — Пошли на кухню, у меня как раз сырная похлебка есть.

Мы оказались в просторной кухне с настоящей деревенской печкой. Прабабушка усадила меня за маленький стол и начала хлопотать. Через минуту передо мной стоял ароматный сырный суп с гренками, салат из овощей и свежий отрубной хлеб с хрустящей корочкой.

Я набросилась на еду. Нилария присела рядом на стул и, улыбаясь, наблюдала, как я уплетаю за обе щеки самый вкусный суп на свете.

— Молодец, что нашла нас, — она ласково посмотрела на меня. — Ты смелая девочка, не побоялась на ночь глядя идти неведомо куда.

— Ой, я такая злая была, что и не подумала об этом, — жуя, ответила. — Лишь бы подальше оказаться от этих ведьм. Совсем с ума посходили. Или это у вас так заведено? Держите мужчин рабов, чтобы удовлетворять свои похотливые желания?

— Нет! Что ты?! — округлила глаза прабабушка. — Рабы появились лет десять назад. Каждый год вождь белаторов преподносит Олинирии такой подарок: пять мужчин, лишённых воли и самосознания. А отработанных забирает, они за год надоедают уже верховной жрице и теряют мужскую силу. Заметила, что они пьют зелье для потенции?

Я кивнула.

— Вот, они же безвольные, бесчувственные куклы. Подчиняются приказам, а тело просто так приказами не поднимешь. Чрезмерное употребление зелья истощает рабов, что потом даже травы перестают действовать.

— Бедные люди, — сочувственно покачала я головой. — Что с ними потом делают белаторы?

— Не знаю, — пожала плечами Нилария. — Но ничего хорошего, это точно. Олинирия ими пользуется чуть ли не каждый день. И порой сразу пятью довольствуется. Она ненасытная шлюха! И из девочек хочет вырастить таких же шлюх! Ненавижу её! — кулак по столу.

— Я ей так и сказала, что не собираюсь в этом участвовать.

— Молодец, Лианирия, — более спокойно произнесла прабабушка.

— Можно называть меня Лина, — улыбнулась я. — Меня так назвали приёмные родители Запрещённой Земли.

— Хорошо, как скажешь, — мягко улыбнулась она в ответ. — Значит, мама тебя отправила на Запрещённую Землю. Это она правильно сделала. Там ты была в безопасности. А как же ты попала в этот мир? Оттуда редко ходоки приходят.

Я вкратце рассказала историю Марианны, как она случайно попала в Эраллию и стала арэной скайлана.

Наевшись до отвала, я расслабилась, успокоилась.

— Да, занятная история вышла, — задумалась Нилария. — Тебе отдыхать нужно. Пойдем в спальню. Уложу тебя, а завтра, как выспишься, мы обо всем поговорим. Ты расскажешь о себе, я о твоих родителях.

Мы направились из кухни в комнаты. При упоминании родителей, сердце забилось сильнее.

— Скажи только, что мама не убивала бабушку, — руки вцепились в рукав прабабушки.

— Конечно, не убивала, Лина, — она твердо сжала мою ладонь. — Но всё завтра расскажу. А теперь спать.

Нилария привела меня в маленькую уютную спальню с небольшой кроватью. Дала мне чистую розовую сорочку. Принесла тазик с теплой водой, чтобы я помыла ноги.

После всех процедур, я лежала на чистой постели, укутавшись одеялом.

— Спокойной ночи, дорогая. — нежно проговорила прабабушка, поцеловав меня в лоб. — Мы очень ждали тебя, онанна.

— Спокойной ночи, Нилария, — сладко зевнула я, одной ногой ступив в царство снов.

— Баю, баю, баю колыбель качаю.

Спи, малышка, засыпай,

Мою песню вспоминай, — ласково пела женщина, качая малышку на руках.

Тихо я подошла к ней, обогнула со спины. И, наконец-то, увидела её лицо. Светлые локоны обрамляли её лучистое лицо, с точеным носом, грустными голубыми глазами. Она оказалась очень юной и красивой.

— Далеко, далеко живут племена, — продолжала петь женщина с лицом ангела.

Она не видела меня, полностью поглощенная ребёнком. Но когда она закончила петь, подняла глаза на меня и улыбнулась. И вдруг я ощутила себя в её руках. Мои маленькие ручки тянулись к ней, пытаясь ухватить локон.

— Лиани, не балуй, пора спать, — строго, но с лаской произнесла она. — Скоро приедет твой папа и мы уедем отсюда.

Когда она назвала моё имя, я, как ошпаренная, подскочила. И открыла глаза, сидя на кровати.

Это моя мама! Она приснилась мне! И я действительно очень похожа на неё.

Солнце уже во всю светило в окно, пытаясь просочиться сквозь плотные шторы.

Сон еще владел моим разумом. Сегодня он был ещё реалистичнее, как будто эта сцена была когда-то в моей жизни.

— Ты уже проснулась? — Нилария зашла в комнату. — Выспалась?

— Да, вполне, — потянулась я. — Мне мама приснилась.

— Мама? — присела прабабушка на кровать.

— Она мне давно уже снится, как я переехала в Эраллию. А сегодня я, наконец-то, увидела её лицо. Она очень похожа на меня. Точнее, это я похожа на неё.

— Интересно, — задумалась ведьма. — А что было во сне?

— Она поёт всё время колыбельную младенцу. Раньше я не понимала язык. А как оказалась на острове, то во сне стала понимать её.

— Скорее всего это запечатление момента из жизни, — задумалась Нилария. — Сложное заклинание, подвластно только сильным ведьмам.

— А что это значит? — не поняла я ничего.

— Твоя мама вложила тебе в подсознание реальный эпизод из вашей жизни, когда она пела тебе колыбельную, — не спеша пояснила она. — И теперь ты видишь это во сне периодически. Только зачем она это сделала? Что хотела тебе передать?

— Не знаю, — пожала я плечами. — Она поёт только колыбельную.

— Какую? Что там за слова?

— Обычные. Баю, баю, баю, колыбель качаю. Спи, малышка, засыпай. Мою песню вспоминай. А дальше не помню.

— Лина, это очень важно. Пожалуйста, в следующий раз постарайся запомнить слова колыбельной. Мне думается, что именно в колыбельной весь смысл запечатленного заклинания, — прабабушка внимательно на меня посмотрела.

— Хорошо, постараюсь, — сердце пропустило удар. Надо же, а я думала, это просто навязчивый сон.

— Пойдём, позавтракаем. И я познакомлю тебя с нашим поселением, — прабабушка погладила меня по голове и улыбнулась.

После быстрого завтрака Нилария выдала мне своё платье. Оно было, к удивлению, не белым, а голубым. Простое, длинное из хлопковой грубой ткани с поясом.

— Нилария, смотрю, ты не любишь белый цвет? — улыбнулась я, разглядывая себя в зеркало.

— Терпеть не могу, — хохотнула она в ответ. — Здесь ты не встретишь никого в белом или сером одеянии. Мы носим то, что нам нравится.

— Здорово! — обрадовалась я, нет никакой дискриминации в одежде.

Мы вышли из домика. Солнце стояло высоко. Вокруг дома Ниларии собрались жительницы поселения. Их было около двадцати человек. Все в разноцветной одежде. И только по цвету волос можно было догадаться, кто из какого круга сбежал сюда.

— Мои друзья! — громко начала Нилария. — Я рада представить вам мою правнучку, дочку Элирии. Её зовут Лианирия. Но вы можете называть её Линой, ей так привычнее.

Я склонила голову в знак приветствия. Женщины захлопали в ладоши. Среди них были как молодые девушки, так и женщины в возрасте, причем парочка на вид очень старые, лет под семьдесят. Интересно, сколько им на самом деле лет? Пятьсот?

— Наконец-то, Лина, с нами! — гордо продолжила прабабушка. — Она скоро узнает от меня всю правду. И я уверена, что она будет на нашей стороне и поможет нам в общем деле.

— Здорово!

— Наконец-то!

— Долой Олинирию!

— Долой тирана!

Посыпались выкрики из толпы.

— Вы что хотите свергнуть Олинирию?! — скорее удивилась их смелости, чем самой идеи.

— Да, но об этом позже. Давай я тебя познакомлю сначала с каждой жительницей нашего поселения.

Прабабушка подводила меня к каждой ведьме и представляла их. Никто не кланялся, просто кивали радостно головами и говорили что то вроде "рада вас видеть".

Милые женщины, но в их глазах светились неподдельные надежда и радость. Как же они не похожи на жительниц общин.

После знакомства с ведьмами Нилария отвела меня в небольшой сад в конце деревни. Ухоженные деревья укрыли нас от жаркого солнца и от посторонних глаз.

— Лина, пора тебе узнать всю правду о своей маме, — выдохнула прабабушка, глядя прямо в глаза. — Знай, Олинирия тебе соврала. Элирия не убивала мать. Она стала жертвой заговора.

Тут она замолчала, подняв глаза к небу, в них блестела влага.

— Олинирия всегда завидовала старшей сестре: её красоте, магической силе, счастью. Ведь твои родители очень любили друг друга. Элирия была согласна видеть мужа два раза в год. Да, они поженились, — добавила она, заметив моё удивление. — И она ждала его каждый раз, родила тебя. Они мечтали с Генвальдом родить ещё дочь и сыновей, как минимум двоих, — уголки её рта чуть дрогнули в улыбке. — Но Олинирия больше всего завидовала Элирии в том, что та после рождении дочери сможет стать верховной жрицей. Именно жажда власти толкнула её на преступление.

— Она убила бабушку? — не выдержала я.

— Да. Она украла у твоей матери нож, который ей подарил Генвальд. И рано утром перед праздником богини Эраллии убила мать в храме, когда та готовилась к обряду. Она воткнула нож прямо в спину Велирии. Через какое-то время в святилище вошли прислужницы храма и обнаружили верховную жрицу на полу уже мертвую. Старшая храмовница сняла отпечаток ауры с ножа, создала поисковое заклинание, которое привело их к комнате Элирии. Но твою маму успел кто-то предупредить. Она хотела забрать тебя и уйти с острова через портал. Но не успела. В ванную комнату вломились ведьмы. И она смогла отправить только тебя. Потому что Олинирия и тебя бы со свету сжила, как наследную жрицу. Я так понимаю, она выбрала Запрещенную Землю в надежде, что ты там будешь жить, силой не напитаешься и не сработает заклинание возврата после лишения девственности. И так бы и вышло, если бы ты осталась там.

— Да, я очутилась в Эраллии, сила ведьмы проявилась. И теперь я здесь, на острове, — вздох вырвался из груди. С одной стороны, стало легче, узнав, что моя мать не убийца. А с другой, проблем стало больше.

— И ты мешаешь Олинирии, — продолжила свою мысль прабабушка. — Когда пройдешь второй круг посвящения, родишь дочь, то сможешь претендовать на место верховной жрицы. Ибо ты старшая дочь от старшей дочери. А Олинирия — младшая дочь. Она даже на трон жрицы вступила, не пройдя второе посвящение.

— Как так? — недоуменно посмотрела я на рассказчицу. — Это возможно?

— Да, если члены общины проголосуют за неё, — вздохнула Нилария. — Против была только я. И выдвинула обвинения Олинирии, в то, что это она убила мать. Но у меня не было доказательств.

— Откуда ты знаешь тогда, что именно Олинирия убила Велирию? — задала я крамольный вопрос.

— Твоя мама чувствовала приближающуюся беду, говорила об этом не раз мне и матери. Но мы не понимали, что произойдёт. Я слишком хорошо знаю Олинирию и на какие гадости она способна. Только у неё был мотив убить мать. Элирия и Велирия выступали за перемены и реформы в общине. Они хотели открыть остров для посещений в любое время. Чтобы ведьмы могли чаще видеть своих любимых и сыновей. И вообще хотели разрешить уезжать ведьмам с острова с мужьями. Но некоторые ведьмы, особенно из первого круга, побоялись потерять своё привилегированное положение. И они понимали, что Олинирия, став жрицей, сохранит строй и порядок на острове.

— Так значит, мама и бабушка хотели перемен? Поэтому и поплатились? — поняла я, о чём толкует Нилария.

— Верно, так и есть, — вздохнула она. — Я тоже их поддерживала. Поэтому и нахожусь здесь, в изгнании. Олинирия закрыла мне путь в особняк навсегда. Теперь вся надежда только на тебя, Лина.

— Что я могу сделать? — сильно сжала ладонь прабабушки. — Я хочу отомстить Олинирии и вернуть честное имя мамы.

— Когда до нас дошёл слух, что ты вернулась на остров, у совета деревни родился план, как свергнуть Олинирию и изменить жизнь на острове, — с надеждой посмотрела на меня прабабушка.

— И какой план? — сердце заколотилось так, что ладони вспотели.

— Пойдём на совет деревни вечером, там всё тебе расскажем, — Нилария погладила меня по голове. — У тебя есть шанс отомстить и всё исправить.

Она крепко обняла меня, я даже услышала, как бешено бьётся её сердце.

Как хорошо, что у меня есть прабабушка.

Совет деревни проходил тут же в саду на поляне. По середине пылал костёр. Вокруг огня на пеньках сидели пять ведьм, самые старшие в общине. Они молча сидели, смотря на пламя. Но стоило подойти ближе, как все пять голов устремились ко мне.

— Нилария, ты всё рассказала правнучке? — подала голос самая на вид старшая женщина, у неё из под платка выбились совсем седые пряди.

— Да, Килария, всё, — прабабушка села на свободный пенёк. К вечеру она переоделась в темно-синие брюки и блузку.

Я тоже присела на вполне удобный пень.

— Лианирия, ты готова стать орудием против Олинирии и тиранства? — твердым голосом произнесла Килария.

— Да, старейшая, готова, — решительно ответила я, вспомнив, как нужно называть самых старых ведьм. — Готова восстановить честное имя моей мамы, отомстить жрице за всё!

— Рада, что ты полна решимости, — кивнула головой ведьма. — Но ты сначала выслушай наш план. И скажи, готова ли ты на это? Шилания, расскажи девочке, что предстоит сделать.

— Хорошо, — отозвалась полненькая женщина, сидевшая рядом с Киларией. — План таков, Лина. Только не перебивай меня, пожалуйста, выслушай до конца. Ты возвращаешься в особняк, надеюсь, не произнесла три раза фразу "я ухожу из дома"?

— Два раза сказала, Олинирия провоцировала меня произнести эту фразу ещё раз. Думала, что я не знаю. Но я не сразу это поняла и в порыве гнева сказала два раза, — понурила я голову, сознавшись, что чуть не погубила всё.

— Хорошо, что опомнилась и не повелась на провокацию, — вздохнула ведьма. — Значит, сможешь вернуться в общину. Всем скажешь, что была в деревне изгоев, где предводительница Джания. Иначе, она заподозрит неладное. Она не должна знать, что ты видела Ниларию.

— Хорошо, это логично, — согласилась я. Но возвращаться в общину желания нет абсолютно.

— Нилария говорила, что жрица хочет выдать тебя замуж за сына вождя белаторов? — уточнила Килария.

Я кивнула.

— Это облегчает нам задачу, — выдохнула ведьма. — Скажешь Олинирии, что согласна выйти замуж за белатора. Мол, хочешь уехать за пределы острова, в надежде, что сможешь видеться с приемной семьёй. Живёшь спокойно до прибытия кораблей, ходишь в школу. Олинирия успокоится, зная, что выдаст тебя за Аргольда и избавиться от тебя. Не переживай, — добавила она, заметив, как я заерзала на пеньке. — Когда прибудут белаторы, старайся понравится Аргольду, улыбайся ему, флиртуй. Ему нужна жена, он хочет сильное потомство в магии, так как он наследник империи. Объяви о своем намерении выйти замуж в первый же вечер знакомства.

— Так скоро? — выпучила я глаза.

— Да, это нормально, так как ваш брак договорной, про него все знают, — пояснила Шилания. — Так вот, со свадьбой не тени, можешь согласиться и на следующий день провести обряд. После брачной ночи, на утро объявишь перед белаторами и перед всеми кругами общин, что претендуешь на верховное жречество, так как у тебя есть на это все права. Тебе не хватает лишь пройти второе посвящение — родить дочь. Поэтому просишь вождя белаторов и мужа защиту, пока не родится дочка. В этом случае, они смогут забрать тебя на корабль и увезти с собой в империю. А когда ты родишь дочь, то вернешься сюда с целой армией белаторов. Муж обязательно защитит тебя. И сможешь потребовать от Олинирии сложить полномочия жрицы. Она — проиграет. Когда ты пройдешь обряд на жречество, то арестуешь Олинирию и предашь её суду. Таким образом, восстановишь честь своей матери. А со временем, постепенно изменишь жизнь на острове: откроешь его, отменишь деление на круги и так далее. Ну как тебе наш план?

Я молчала, пережевывала информацию. Это не план, а какая-то тягомотина.

— Это больше года ждать, когда я смогу предать суду Олинирию? — недовольно пробурчала.

— Да, Лина, это долго, — согласилась прабабушка. — Но зато это самый безопасный план для всех, в первую очередь, для тебя.

— Месть — блюдо, которое подают остывшим, — изрекла Килария. — Ты недавно узнала правду, в тебе кипит гнев. Но он тебе мешает рассуждать здраво.

— А если Аргольд не понравится мне? И я не буду к нему испытывать нежных чувств? — не выдержав, встала с места. — Как я выйду замуж за него? А если он не захочет жениться на мне?

— Захочет, — хихикнула Шилания.

— Лина, ты красивая девушка, неужели ты думаешь, что не привлечешь его? — улыбнулась Килария. — Для Аргольда всего важнее наследники, так что от красавицы жены он точно не откажется.

— То есть я для него, как инкубатор?! — негодование бурлило внутри.

— Лина, погоди строить домыслы! — строго шикнула на меня Нилария. — Почему ты не допускаешь мысль, что сможешь завоевать его сердце?

— Потому что я вообще не хочу ни за кого замуж! — воскликнула я в сердцах. — Неужели, нельзя обойтись без этого?

— Можно, — спокойно ответила Килария. — Ты выбираешь себе любого белатора, кто приглянется тебе. Две недели проводишь с ним время в постели. А как только Олинирия узнает, что ты беременна, то тут же избавиться от тебя. Таким же способом, как она избавилась от твоей матери.

— То есть родить ребёнка и стать жрицей это единственный путь к справедливости? — пальцы теребили друг друга. — А если я не хочу рожать от нелюбимого и вообще не хочу быть жрицей. Я хочу уехать отсюда подальше, забыть этот дарнаховский остров. И вернуться домой, к родителям, к сестре, к любимым племянникам, закончить учёбу в академии!

— Лина, тебе трудно принять, что ты часть этого острова. Это я понимаю, поверь, — прабабушка обняла меня за плечи. — Но и ты не сможешь вернуться спокойно в свой привычный мир после того, как узнала, кто твои кровные родители. Да и пути отсюда нет. Пока остров закрыт, ты не сможешь покинуть его по своему желанию. А когда станешь жрицей, изменишь жизнь здесь. И потом свободно сможешь уехать с острова к своим любимым и близким.

— Когда? Когда стану бабушкой и смогу передать полномочия дочери? — отпрянула я от Ниларии.

— Не обязательно. Жрица может менять правила жизни на острове, — взяла за руку меня Нилария.

— Мне не нравится ваш план! — выпалила я свою окончательнуб мысль. — Придумайте другой, без замужества и восхождения на жречество!

— Что ты предлагаешь? — пристально посмотрела на меня Килария.

— Штурм поселения, силой захватить власть! Наслать морской шторм! — выдохнула я. — Зато не нужно ждать год.

Ведьмы переглянулись.

— А о детях ты подумала? — Шилания вздохнула. — Пострадают невинные, особенно сестры третьего круга, так как их дома самые первые от берега.

— Хорошо, тогда без шторма, — замялась я. — Дурацкая идея, согласна. Нашлёте заклинание сна, все уснут. И мы свяжем Олинирию.

Дружный хохот раздался вокруг.

— Лина, поселение защищено куполом от внешних заклинаний, — пояснила прабабушка. — Ты разве не видела его?

— Видела, — горько вздохнула я, — забыла про него.

— Пару сотен лет назад изгои хотели силой магии захватить власть. У них не получилось. И тогда ведьмы поставили мощный защитный купол, — серьёзно сказала Килария. — Я сама лично его ставила.

— Можно его убрать? — не сдавалась я.

— Нет, у нас сил не хватит, — ответила Шилания. — Нас слишком мало.

— Хорошо. Я вернусь, нашлю заклинание на поселение и все уснут. Я же буду внутри круга. Уберу защитное поле, а вы войдете в поселение и захватите власть, — не сдавалась я.

— У тебя сил не хватит на всё поселение, — покачала головой Нилария, — максимум усыпишь тех, кто в радиусе ста метров.

— Тогда огнём и мечом захватим поселение! — топнула я ногой.

— У тебя что ли меч есть? — ухмыльнулась Килария. — И ты умеешь им орудовать?

— А что у вас нет? — задала глупый вопрос.

— Зачем, мы же не воины, — покачала головой Килария. — И драться не умеем. Наши стражницы просто для устрашения стоят.

— Так что, Лина, другого выхода нет, — констатировала Шилания.

— Слушайте, я знаю свою сестру! — воскликнула я радостно от неожиданной мысли. — Она попытается меня вытащить отсюда! Зуб даю, она поднимет всю армию Эраллии и в впридачу армию скайланов. Да, они, как и мы их, недолюбливают нас. Но, Марианна арэна принца скайланов. А Иральд сделает всё возможное и невозможное для своей единственной, лишь бы она была счастлива! — заметила я недоверчивые взгляды ведьм. — Иральд, между прочим, дружит с племянником короля Эралии. И тот поднимет армию.

— Лина, не путай свои желания с реальной жизнью, — усмехнулась Килария. — Неужели ты думаешь, что король Эраллии отправит войско, чтобы вызвалить сестру арэны друга его племянника?!

— Это ещё не всё! — парировала я. — Младший, любимый племянник короля Эраллии влюблен в меня! И Элдрю сделает всё, чтобы вернуть меня домой. Уж он-то повлияет на дядю!

— Даже если сюда и прибудет целая армия скалайнов и эраллийцев, здесь их встретят белаторы, — мрачно произнесла Килария. — Ревальд будет защищать Олинирию. Один белатор стоит десять воинов эраллийцев или скайланов. Не забывай, они лучшие наемники. Ты хочешь кровавую войну? И не факт, что эраллийцы победят.

— Что же делать? — обессиленно я опустилась на пенёк.

— Выйти замуж за Аргольда, стать жрицей, — мягко ответила старейшая.

— Всё равно нужен запасной план. Вдруг что-то пойдёт не так, — сжала волю в кулак, не время раскисать.

— Хорошо, мы подумаем над альтернативным планом, — кивнула Килария. — Время ещё есть, пока ты здесь.

— А кто-нибудь может мне помочь отправить письмо моей сестре в Эраллию? — информировать обо всём сестру не помешает. — Амалирия недавно помогла отправить записку Марианне, — о том, что она послание улетучилось к Нарду, я умолчала.

— У Амалирии дар — усиливать чужу магию, — ответила прабабушка. — Поэтому у тебя получилось. Здесь ни у кого нет такого дара, мы ничем не сможем помочь.

— Жаль, — вздохнула я. — А то попросила бы её собрать армию против Олинирии. У каждой ведьмы есть какой-то особый дар в магии?

— Не у всех, обычно дар бывает у ведьм первого круга и то через раз, — пояснила Нилария.

— А у моей мамы был какой-нибудь дар?

— Да, Элирия обладала крайне редким даром видеть потоки магии, их переплетения, — прабабушка улыбнулась, вспомнив внучку. — И она могла из них создавать новые мощные заклинания. Именно благодаря её дару, ты оказалась на Запрещённой Земле. Элирия спела новое заклинание портала, которое обошло защиту острова.

— Спела? — не ослышалась ли я.

— Да, с помощью пения она видела потоки природной магии, входила в особое состояние, — открывала прабабушка новые тайны этого мира. — И именно пение проявляло её дар.

— Как интересно, — вздохнула я. — А кто знает это новое заклинание портала?

— Никто, Элирия не выдала свою тайну. Если бы она раскрыла формулу заклинания, то от него можно было бы поставить защиту на остров, — пояснила прабабушка.

— Понятно, — я протянула руки к огню. Солнце давно село, и звёздное небо дарило земле прохладу.

— Пора идти отдыхать, — устало произнесла Килария. Она взмахнула рукой, и из ведра, что стояло рядом с ней, выплеснулась вода на огонь. Костёр зашипел и тут же погас.

Нилария обняла меня за плечи, и мы пошли домой.