Ведьма для дракона

Глава 8

Пять долгих и насыщенных дней я провела в деревне изгоев. Утренний совет затянулся на весь день.

Сначала долго и упорно я уговаривала ведьм совершить переворот. Да, они не воины, но у них есть магия. И скоро в наших рядах прибудет. Я в этом уверена. Олинирия своим бездарным правлением настроила третий и часть второго круга против себя.

Потом обсуждали план действий. Когда, каким образом будет переворот. Продумывали каждую деталь и варианты.

Затем Нилария показала, как живут ведьмы в деревне. Её мечта внедрить этот уклад на всем острове. Нет делений на круги, каждая ведьма вольна в выборе одежды любого цвета, имена не должны отражать принадлежность к определённой страте. Всё довольно демократично и цивилизованно. Все живут мирно и, если необходимо, помогают друг другу.

Нилария каждый вечер перед сном рассказывала о маме и отце. Как они полюбили друг друга. На что в упрёк я ей сказала, что несправедливо заставлять меня выходить замуж за белатора. Та согласилась, но напомнила, что моя жертва будет не напрасной.

Так хорошо мне было очень давно. Ощущение, что я именно дома, рядом с родными, как было на Запрещённой Земле.

Пару раз мне снова снилась мама, как она поет мне колыбельную. Но текст забывался, как только я открывала глаза, я запомнила только два четверостишия и ничего толком не поняла, что хотела передать мне мама. Она такая красивая во сне, молодая, немного грустная. И такая родная.

Завтра я возвращаюсь в общину. Уходить не хочется, но другого пути нет. Олинирия должна ответить за всё!

Теплый ветер с юга дул в спину, я же сидела на валуне, наблюдая закат. Грудь наполняла тоска и нарастающая тревога.

— Лина, ты хорошо подумала? — прабабушка положила руку на моё плечо. — Может, лучше замужество? Аргольд неплохой парень, говорят.

— Ба, это не обсуждается, — устало выдохнула я, так как Нилария каждый день задаёт один и тот же вопрос. — Я выйду за белатора только в крайнем случае, если ничего не выйдет. Где, к стати, старейшины?

— Идут, — вздохнула вслед прабабушка.

Я услышала голоса ведьм вдалеке. Сегодня они обещали научить самому сильному проклятию.

— Лина, Нилария, вы уже здесь? Хорошо, — улыбнулась Килария, подойдя первой.

— Добрый вечер, — склонила слегка я голову, встав с валуна.

— Добрый. Ну, что, ты готова? — прищурила ведьма правый глаз.

— Да! — отчеканила я и вытянулась по струнке.

— Садись, — старейшая сама присела на другой валун.

Я последовала её примеру и тоже села на камень, на котором сидела до этого.

— Лина, проклятие это очень сильно, — прокряхтела Шилания. — Ты получишь откат минимум на месяц. Будет тяжело. Поэтому постарайся, чтобы ничего неожиданного и неприятного не произошло.

— Да, конечно, я всё сделаю, что в моих силах, — искренне заверила я ведьм. — Проклятие — это только запасной план.

— Хорошо, милая, надеемся на тебя, — ласково посмотрела Гриния.

— А теперь заклинание, — выпрямила спину Килария.

— Лучше всего его наложить на какую-то вещь Олинирии, когда она наденет её, то заклинание активируется. Тогда отката будет меньше. Но есть риск, что оно не пробьёт защиту или она его обнаружит.

— Лучше тогда напрямую, — перебила я ведьму.

— Да, напрямую заклятие сработает мощнее, — закивала она, — но стоит ли оно того?

— Давайте быстрее, учите уже! — поторопила я старейших. — Разберусь на месте, что следует делать.

— Хорошо, — сдалась Килария. — Перед тем, как проговорить заклинание, тебе необходимо собрать все силы. Сконцентрируй внимание на сердце, почувствуй силу светлую.

Я закрыла глаза, обратила всё внимание на сердце, оттуда разливалась магия по всему телу, светлая и чистая.

— Теперь присмотрись, в потоке найди ниточку черной магии, — продолжила веддьма. — Она еле заметная, но нужная.

Я присмотрелась внутренним взором к сердцу, к потоку, который не спеша протекал через него. И вот я заметила черную нить магии.

— Нашла? Теперь сконцентрируй внимание на этой нити и увеличивай её до тех пор, пока светлая магия не станет такой же тонкой ниточкой.

Что я и сделала. Светлая магия во мне уменьшалась, пока не стала тоненькой ниточкой, а черная уже бурлила потоком.

— Теперь спускай магию через пальцы, — тихо командовала Килария.

Черные блестящие нити спустились из левой руки, безвольно колыхаясь на ветру.

— Отлично, — проговорила старейшина. — Теперь можно шептать проклятие. Но сейчас тебе не следует этого делать. Сначала отпусти магию.

Я поняла слова буквально и представила цветущее поле. Нити сплелись быстро в кружевной шар. Рука опустилась, и шар покатился вниз на землю. Только прикоснулся он к траве, как тут же провалился в грунт. Но трава наоборот немного пожухла.

— Не обязательно создавать простое заклинание, — хмыкнула Шилания. — Только силы тратишь. Теперь проделай обратный процесс, найди в сердце светлую магию и верни её в прежнее состояние, а черную уменьши до нити.

Я молча пожала плечами на замечание. Сконцентрировалась и заглушила темную магию, дав светлой вернуться на прежнее место.

— Так как проклятие имеет мощный откат, тебе не придётся тренироваться, — строго посмотрела Килария. — Но выучить ты его обязана. Если чуть ошибешься, то всё проклятие пойдет насмарку. Понятно?

— Угу, — кивнула я головой.

— Повторяй.

И почти полчаса я учила проклятие, повторяя его снова и снова. Записывать его Килария строго запретила, так как опасно оставлять улики.

— Повторяй его про себя при любой удобной ситуации, — устало выдохнула ведьма. — Чтобы от зубов отскакивало.

— Обязательно, старейшая, — удовлетворенно закивала я.

— Лина, в общинах второго и третьего круга есть наши люди, которые тоже хотят перемен, — ласково улыбнулась Гриния, вообще милая старушка. — Ты можешь через них общаться с нами.

— Как? — оживилась я, вспомнив незнакомку, которая за моей спиной сообщила, что на практике в лесу мне нужно отстать от группы.

— В саду первого круга есть группа статуй в виде эльфа, гнома, тролля и дракона, — продолжила Гриния, — под гномом есть небольшая норка, туда ты можешь положить записку. Каждый день наш человек из обслуги особняка будет проверять фигурку.

— Хорошо, а ответ будете писать?

— Нет, это опасно. Если что, тебе сообщат, как в прошлый раз. Только не пытайся увидеть лицо ведьмы, для твоей и её безопасности. Поняла? — пристально посмотрела на меня ведьма.

— Да, конечно, старейшая, — торопливо закивала я.

— Ну, а сейчас можно пойти на праздник, — выдохнула Шилания.

— Какой праздник? — удивилась я.

— Твои проводы, — пробурчала Бергрия. — Твоя прабабушка решила устроить в честь этого праздник.

— Я просто хочу, чтобы сёстры высказали тебе поддержку, вдохновили на путь, — обняла меня Нилария. — Пойдёмте на сбор, все уже там.

Все жительницы деревни собрались в саду у огромного костра. Кто-то готовил еду на огне, жарил грибы и овощи. Кто-то развешивал фонарики на деревья, чтобы было немного светлее и красивее. Кто-то просто сидел у огня, смотря на языки пламени. Одна женщина в длинном синем платье играла негромко на арфе, ловко перебирая пальцами струны. Интересно, даже музыкант есть в деревне.

Как только жительницы заметили нас, прекратили свои занятия и на мгновение воцарилась тишина.

— Всё готово, Яния? — спросила прабабушка женщину средних лет в сиреневой тунике.

— Да, можно начинать сбор, — ответила та с улыбкой.

Какие они всё-таки живые, простые и душевные люди, то есть ведьмы.

Как по сигналу народ расположился вокруг костра, кто на камне, кто на пеньке или бревне. Только ответственные за еду остались на месте. Десятки глаз устремились ко мне и к Ниларии как предводительнице.

— Сёстры! — обратилась ко всем прабабушка. — Завтра утром Лина отправится в общину. Теперь все наши надежды связаны с ней. Мы сделаем важный шаг на пути к свободе и справедливости. И уже скоро вы встретите своих любимых мужей, сыновей и внуков, — она сделала паузу, оглядев присутствующих. — Алтория будет свободна и открыта! Долой тиранию и неравенство!

— Долой! Долой! Долой! — хором скандировали ведьмы, подняв кулаки вверх.

— Предоставляю слово моей правнучке Лине, — Нилария легонько подтолкнула меня вперёд.

— Скажи что-нибудь.

Полные надежды глаза устремились ко мне. Они ждали моих слов, чтобы укрепить веру в счастливое будущее.

Вдох. Выдох. Спокойно, просто скажу то, что им нужно сейчас.

— Я очень рада, что попала в вашу замечательную деревню, где живут добрые и отзывчивые лю… ведьмы, — искренне улыбнулась я. — Узнав правду о моих родителях, не могу отсиживаться здесь и смотреть, как первый круг угнетает и эксплуатирует других сестёр. Как матерей разлучают с сыновьями, а жён с мужьями! Пора изменить этот мир! Пусть счастье, гармония и любовь воцарятся на Алтории! — сердце бешено билось в груди то ли от волнения, то ли от чувств, переполнявших меня.

— Алтория будет свободной! Алтория будет свободной! Алтория будет свободной! — скандировали женщины. Они действительно верят в меня, как в мессию. Тяжесть ответственности легла на сердце.

— Будем веселиться! — хлопнула в ладоши Нилария. — Эния, неси свои угощения!

Началась настоящая вечеринка: еда, напитки, звуки арфы, песни и пляски у костра. Я легко поддалась всеобщему веселью, принимая участия в танцах. Я не самый лучший танцор, но настроение способствовало тому, чтобы наплевать на все страхи, задвинуть неуверенность подальше.

Разгар веселья был уже позади, основная масса жительниц отправились по домам. Остались лишь я, прабабушка, Гриния, Эния, арфистка Ялирия и еще две молодые ведьмочки.

Мы сидели около костра, мило беседуя. Я рассказывала о Запрещенной Земле, Эраллии, о том какие там порядки, традиции и уклад жизни. Ведьмы с жадностью внимали каждому моему слову. Ведь других источников информации у них практически нет.

В свою очередь ведьмы рассказывали о себе, как оказались в изгнании. Их истории походили друг на друга: ведьмы хотели нормальную семью, с мужем и детьми. Они влюблялись в белаторов, родили детей. Каждая родила сына, некоторые два, с которыми пришлось расстаться. Видеть своих любимых мужей два раза в год для них невыносимая мука. Они начали плести интриги против Олинирии и поплатились, некоторые пытались сбежать, теперь они в изгнании. Да, нелегко им пришлось.

— А какие песни поют на Запрещённой Земле? — спросила вдруг Ялирия, тихонько перебирая струны арфы.

— Разные, — пожала я плечами. — Очень много жанров, что обо всех и не расскажешь.

— А о чем они? — продолжила тему арфистка.

— Как и везде, в основном о любви, о разделенной и безответной. О любовных страданиях, всё таки чаще, — слабо улыбнулась я. — О наболевших проблемах, о смысле жизни.

— А о подвигах? О смелых воинах поют? — ведьма вся во внимании.

— Поют, только в основном это сами же военные и поют, наверное, — пожала я плечами.

— А спой, пожалуйста, нам какую-нибудь песню, — сделала она бровки домиком, — какую хочешь. Очень хочется послушать.

— Я не самая лучшая певица, — усмехнулась, уже прикидывая в голове, что спеть.

— Пожалуйста, Лина, очень тебя прошу.

— Просим! Просим! — скандировали ведьмы, потопав ногами.

— Ладно, хорошо, — вздохнула я. — Минутку, подумаю.

— А я тебе подыграю, — оживилась Ялирия, взяв в руки инструмент.

На ум вдруг пришла старая песня группы, которая уже распалась. Но её песни до сих пор поют наши ребята из ролевого клуба любителей фэнтези.

— Вокруг нас воздух — мы в нём — затянула я песню. —

Коконы нитей из плоти

Но мне легко волшебством

Этот порядок испортить

И все превратить пути

В игру из теней и света

Я знаю мне нужно уйти

Чтобы спасти

Я сделаю это.

Ярилия подстроилась под мой голос и перебирала струны.

— Приятна дорога в ад

Маршрут бесконечно долог

Один проникающий взгляд

Твой мир безвозвратно расколот

Возможно ли прорасти

В снегу без тепла и света

Я знаю мне нужно уйти

Чтобы спасти

Я сделаю это

И вдруг перед глазами в воздухе замелькали полупрозрачные блестящие ленты. Я закрыла рот, тряхнула головой, ленты исчезли. Что за наваждение? И продолжила петь.

— Усталость — приятный сон

Неряшливость превращений

Как смех, кружение звон

Сладостных снов мучений

Больше нет смысла, нет сил

Нарушены все запреты

Я знаю мне нужно уйти

Чтобы спасти

Я сделаю это.

И опять замелькали ленты, струящиеся со всех сторон. Но на этот раз я продолжала петь.

— Так кто, кто из нас проник

Я прячусь и ускользаю

Не замедляясь на миг

Тебя от себя спасаю, — ленты засияли ярче, окрасились в разные цвета. Иногда мимо проплывали круглые разноцветные венки из этих лент и различные плетеные цветы, фигурки животных, от которых свободные концы лент свободно струились, как на ветру, хотя ветра практически не было. Что это?

— Так кто, кто же посетил

Тупик опасных секретов

Я знаю мне нужно уйти

Чтобы спасти

Я сделаю это[1], — допев последний куплет, ленты в воздухе начали бледнеть и таять. Я подскочила с места и схватила одну. Та не растаяла окончательно, а наоборот, стала яркой и осязаемой. На ощупь, как шёлк, только очень нежный и тонкий. Я с любопытством разглядывала ленту, концы которой таяли от меня в полуметре. Потянула на себя и сделала два шага назад. Лента потянулась, увеличиваясь в длину.

— Ого! Что это?! — удивленно посмотрела я на ведьм, надеясь, что они мне сейчас объяснят всё.

Но те сами недоуменно смотрели на меня.

— Что молчите? Откуда эта лента? Она такая странная, прямо в воздухе колышется.

— Лина, что ты видишь? — осторожно спросила Нилария.

— Ленту, голубую, блестящую, очень нежная на ощупь, почти невесомая, — не торопясь ответила я, — а ты не видишь?

— Нет, Лина. Я ничего не вижу, — почти шепотом произнесла прабабушка.

— И я ничего не вижу, — добавила Гриния.

— И я не вижу.

— А что происходит? — посыпались голоса.

— Кажется, у тебя дар твоей мамы, — ошеломленная Нилария подошла ко мне. — Ты видишь древнюю магию, как она, значит, можешь плести новые заклинания…

— Что это значит? — ладонь разжалась и лента выскользнула тут же растаяв в воздухе.

— То что, у тебя редкий дар, — улыбнулась Гриния. — Что очень странно, обычно этот дар проявлялся раз в тысячелетие. А тут уже второй раз за полстолетия.

— Сестры, это наш шанс! — одухотворенно воскликнула Нилария. — Богиня Эраллия наградила Лину этим даром, потому что её мать не выполнила миссию. И теперь Лине предстоит это сделать!

Вот уж обрадовала прабабушка. Мне действительно придется стать мессией?

— Ты о чём? — недоуменно посмотрела я на неё. — Какая миссия?

— Освободить Алторию!

— А что за дар такой во мне открылся? — кто-то должен объяснить, что происходит.

— Ленты, что ты видела, это древняя магия всех стихий, ты их видишь и они подвластны тебе, — взбудоражено объяснила прабабушка. — Ты можешь взять их в руки и создать новое заклинание, сплести, в прямом смысле этого слова.

— Как? — развела я руками. — Ни одной сейчас не вижу!

— Элирия пела, чтобы их увидеть, — улыбнулась Нилария. — Пение помогало ей входить в особое состояние, при котором она могла видеть древнюю магию. Вот и ты, запев, увидела их.

— Да, точно, — закивала я головой. — А как создавать новые заклинания?

— К сожалению, никто из нас не знает, — пожала плечами она. — Каждая ведьма, имея этот дар, методом проб и ошибок познает механизм создания новых заклинаний.

— Дарнах! — выругалась я. — На это могут уйти года!

— Что поделать, — развела руками Гриния, — это очень редкий дар. Пока он снова проявится, предшественник уже умрёт. И никто не передаст знания.

— Неужели никто не записывал, как пользоваться даром плетения? — опешила я. — Писать не умели?

— Писали, да только нет этих гримуаров, исчезли, — расстроила та в ответ.

— Жаль, — вздохнула я, — уж было обрадовалась. Думала, создам самое мощнейшее проклятие, каких мир ещё не видел. И уничтожу Олинирию, — кулаки сами сжались.

— Да на это заклинание могут уйти года, — вздохнула Ярилия.

— Не отчаивайся! — обняла меня за плечи прабабушка. — Ты обязательно разберёшься с даром.

— А мама долго вникала в суть плетения? — вздохнула я, сев обратно на пень.

— Да, она создала только пару заклинаний буквально перед тем как тебя родить, — осторожно ответила Нилария, присев рядом на землю. — И ещё одно — это заклинание портала, которым отправила тебя на Запрещённую Землю. Поэтому она смогла обойти защиту.

— Понятно, — грудь сдавило от боли. Бедная мама, она хотела спасти меня, но сама не успела сбежать. — Проклятый остров!

— Не нужно, Лина, — спокойно проговорила Нилария. — Алтория тут ни при чём. Просто Эраллия покинула нас, богиня зла на сестёр. Она лишила остров своего покровительства. Олинирия это знает, но продолжает совершать обряды в храме. И всем врёт, что богиня благословляет сестёр.

— А причём тут богиня? — недоуменно посмотрела я на прабабушку.

— Она была одной из нас много сотен тысяч лет назад, — улыбнулась слегка она. — Когда она открыла в себе все ниши и прошла все круги посвящения, она переродилась в богиню и стала бессмертной. И взяла родной остров под свою опеку.

— Ах да, припоминаю, — вспомнила я уроки Явении. — Читала книгу про неё. Она же и покровительница Эраллии — страны.

— Да, точно, эраллийцы призвали её для мира. Правда тогда они так ещё не назывались, — Нилария обняла меня.

— Лина, богиня посылает свой дар сёстрам, когда миру нужны глобальные перемены. И именно она привела Марианну в Эраллию, чтобы ты вернулась домой и спасла Алторию.

— Да, лихо закрутила, — горько ухмыльнулась я в ответ. — Играет душами своих подопечных, как хочет.

— Не злись, она таким образом проявляет свою заботу и помощь.

— Лучше бы она помогла разобраться с тем даром, которым меня наградила, — продолжала дуться на несправедливость.

— Конечно, поможет, — успокаивала меня прабабушка. — Разберешься и ещё наплетёшь кучу полезных заклинаний. А теперь пора идти спать. Завтра утром провожу тебя до поселения.

— Старайся, чтобы Олинирия не узнала о твоем открывшемся даре. Лина, будь осторожна, пожалуйста, — Гриния умоляла глазами.

— Конечно, я буду молчать, никто не узнает, — вот же, оказия на мою голову. — Не волнуйтесь.

— Иди с миром, — она обняла меня и пошла прочь.

Костер погасили, вечеринка закончилась. Ведьмы, усталые и полные надежд, побрели по своим скудным, но милым домам.

Поспать мне толком не удалось, осознание того, что у меня открылся ещё один магический дар, да к тому же очень редкий, не давало покоя. Как же я буду развивать его, если совершенно ничего о нем не знаю? А самое главное, как тренироваться в особняке, чтобы никто не заподозрил о моих новых силах?

Мало мне проблем…

[1] Текст песни “Я сделаю это” группы “Fleur”