Ведьмы любят…десерты

35. Эльфийская свадьба…где ведьме тесно

На следующий день порталом Милана с мужьями оказались в эльфийском лесу. Через два дня из этого же леса они перенесутся к себе домой.

Милана по очереди ехала то на волке, то на медведе, Ториан шел рядом. Через полдня пути они прибыли во дворец. Милана взяла два платья, туфли, а оборотни парадные костюмы и вещи на после оборота. Ториан сказал, что Милану оденут в платье его рода.

Их встретили тепло. Родители Ториана милые моложавые мужчина и женщина, тихие, улыбчивые и очень милые. Матушка взяла в оборот Милану, восхищаясь ее красотой. Мужчины остались с отцом. Такой обычай перед свадьбой. Видар и Грег напряглись. Оборотни отличались от эльфов: были крупнее, мощнее и чувствовали себя чужаками. Их разглядывали.

Ториан их успокоил. Все разошлись по комнатам. Милане сделал массаж молодой эльф, о чем Милана своим ревнивцам-оборотням решила рассказать, когда вернутся домой. Потом ее покормили перед сном фруктами на маленьком блюдце и сказали отдыхать. Комната была небольшой, в углу узкая аскетичная кровать, трельяж с зеркалом и все.

– Не то, что мы с девочками-орчихами встретились, не то, – вздохнула Мила и уснула. Ночью, как всегда, она летала на драконе.

Утром началась подготовка. Милу красили, чесали, укладывали эльфийскую прическу косами, вдели ее в узкое платье с корсетом, затягивая так, что она обрадовалась, что была голодная.

– Скорее бы все закончилось, – сказала Мила тихо.

Нежных кротких и очень худеньких девушек-эльфиеек поблагодарила.

За Милой пришла матушка и ее повели в зал.

В зале находились эльфы, которые выстроились в живой коридор. В основном мужчины-эльфы, и женщины были, но гораздо меньше. Также был огромный стол с блюдами у одной стены, у другой – оркестр, состоящий из 10-15 мужчин-эльфов. Посредине зала стоял эльф в белом костюме и Ториан. Милану подводила матушка к ним. Мила искала глазами Грега и Видара. Увидела их среди выстроившихся. Перекинулись взглядами, все трое поняли, что у них на троих одно желание – свалить поскорее отсюда.

Мила и Ториан прошли скучную церемонию, даже клятв не сказав друг другу. Уселись за стол. С правой стороны Миланы сидели Грег, Видар, с левой – Ториан. Напротив них сидела королева Элесения, сестра Тора, с мужьями. Затем родители и прочие эльфы. Всем сказали праздновать.

Милана сидела в красивом эльфийском платье, боясь лишний раз вздохнуть, грудь ее пышная и немаленькая из корсета красовалась так, что никому не лез кусок салата в горло. Эльф напротив, сидящий с родителями, смотрел прямо в декольте Милы, и только когда Грег и Видар прорычали, он опустил взгляд в тарелку и начал старательно жевать. Милана осмотрелась: все эльфийки были как тростинки, худенькие, светленькие, как ледышки, грудь размер первый. С прямой спиной, невесомыми движениями они жевали фрукты, зелень, овощи, пили легкое эльфийское вино.

Грег и Видар гоняли по тарелкам траву. Милана смотрела на эту гулянку, и ей стало так смешно. «Если я тут сейчас начну гоготать, как гортоповская кобыла, то подумают, что я заколдовала их Ториана», – думала Мила.

Музыканты заиграли нежную очень красивую мелодию. Даже мелодия была, как воздух, сама нежность. Мила откинула спину, Грег и Видар посмотрели на жену.

– Видар, пошли потанцуем, – с улыбкой и поднимая брови, сказала Мила.

Видар встал, подал руку, они вышли в центр зала.

– Видар, я не умею танцевать эльфийские танцы, – сказала шепотом Мила.

Видар поднял ее за талию, она обвила его шею руками.

– Я тоже!

Он стал раскачиваться плавно в стороны, держа на весу Милу. Он посмотрел на ее грудь и одними губами проговорил, качая головой в разные стороны: «Милана!»

– Я не виновата, меня нежные хрупкие девушки так затянули в корсет, тут не только титьки, у меня сейчас все кишки вылезут, – сказала Мила.

Видар запрокинул голову и начал хохотать. Мила засмотрелась на него: белые зубы, мужественный подбородок, настоящий и искренний. Он посмотрел на нее, глаза из голубого превратились в синий. Он понимал, ведьма готова покуражиться. Она потянулась к его губам, он ответил ей со всей любовью. Музыканты прекратили играть. Тихий зал стал мертвецки тихим.

Видар и Милана поклонились и сели за стол.

– Ториан, я своим поведением оскорбила весь эльфийский народ?

– Нет, любовь моя, им полезно, пусть смотрят, – сказал Ториан.

Милана ждала другого приема, она, можно сказать, им жизнь всем спасла. Они ей казались все неживыми куклами. Мужики вроде ничего, а женщины, как лед. Они так живут, так привыкли. Она понимала, что они прекрасные музыканты, художники, артисты, добрые и милые.

Милана и Элесения встретились взглядами. Королева жаждала поговорить, ее терзали вопросы, она не решалась.

«Да что же вы такие-зажатые-то», – подумала Мила.

– Элесения, мы после сытного обеда и пышного празднования, – начала Мила.

Тут Грег подавился листом каким-то.

– Грег, дорогой, я сейчас начну ржать, – еле сдерживаясь, шепотом сказала Мила, хлопая мужа по спине.

Видар уже не мог сохранять самообладание, закрывая рот рукой, пряча улыбку.

– Элесения, мы вечером отправимся домой, спрашивайте, – сказала прямо Мила и посмотрела на королеву, – вы королева, вам можно все.

– Милания, вы с мужьями, как бы это спросить? – начала деликатно эльфийка.

Милана не выдержала, она чувствовала все. Эти женщины зажаты на столько, что не живут будто. Зажаты традициями странными, устоями, платьями, в конце концов. Они все хотели вот так поцеловаться с мужчиной в танце – это чувствовала Мила.

– Элесения, можно тогда я спрошу? У вас такие твердые кровати, а у вас с мужьями тоже такая же кровать?

– Что вы? У нас отдельные спальни, у всех своя отдельная кровать, – открыв глаза, отвечала королева.

– Милая! – и тут ведьма заговорила с простой зажатой навязанными разными табу женщиной, наклоняясь вперед, – купите одну удобную кровать, жена всегда спит со своими мужьями, всегда.

Мужья королевы, воодушевились, ушки поднялись. Милана улыбнулась.

– Элесения, на тебе непростое бремя – руководить королевством, днем ты руководишь, а ночью расслабься, отдай правление своим любимым мужчинам, пусть руководят ночью они. И никаких отдельных спален. Ты королева. Все в твоих руках. Сделай, девочка, в этом королевстве счастливыми жителей, все зачинается в спальне, запомни. Настроение, планы, надежда, вера, любовь, разговоры, признания, стратегии боев – все!

Отец Ториана встал и захлопал. Поднялись все мужчины и повторили. Щечки у женщин порозовели. Один из мужей королевы развернулся и стал смотреть на свою жену влюбленными глазами. Ториан решил показать пример, он развернулся к Миле.

Она к нему повернулась, выкрикнув громко:

– Горько!

Ториан припал к ее губам, страстно целуя. Женщины охнули. Тор и Мила повернулись в зал.

Королева подалась к своему мужу, он обнял ее, утыкаясь ей в шейку.

– Ну, слава богу! Лед тронулся! Можно и домой! Твоя сестра наведет здесь порядок!

Милана поднялась:

– Спасибо вам за прием! Мы приглашаем вас, уважаемые матушка и батюшка, Вас, ваши величества, к нам в гости! Будем очень рады!

Мужья Миланы поднялись, вставая рядом с женой.

– Милания, спасибо тебе! Мы приедем! – сказали одновременно матушка и Элесения.

– Будем ждать! Голышом по лесу побегаем девочками!

Все были в шоке, а многие уже примеряли в фантазиях огромные кровати в своих спальнях.

Милана в комнате стянула с себя эту пытку, переоделась и вышла в коридор. Ее уже ждали мужья.

– Домой! Я так хочу жрать, мяса! – сказал медведь.

И все отдались хохоту.