Вернуть истинную. Наследник для волка

Глава 11

Я никогда не жаловалась на отсутствие гордости в отношениях. Даже если мне нравился кто-то, то никаких первых шагов. Не то я слишком знала себе цену, чтобы вешаться мужчине на шею… не то, наоборот, несмотря на внешнюю дерзость, всегда была робкой, боялась, что над моими чувствами посмеются.

Так и сейчас первый порыв приказал мне сбежать домой, забиться там, оплакать свое разбитое сердце. Вот только… Марк отличался от всех, кто мне нравился раньше. Это была уже не просто симпатия, не просто влюбленность. Речь шла о настоящих чувствах. Я могла пытаться отрицать их, но сейчас просто не имела права опустить руки. Сдаться на милость обиде.

Да и в конце концов, я должна была попытаться отстоять свое честное имя! Не хватало еще, чтобы Марк думал, что я могла бы переметнуться к его брату, позарившись на кошелек вожака!

— Марк! — выкрикнула я, бросаясь за ним следом.

Впрочем, как оказалось, он и не собирался уходить. Нашу разыгравшуюся драму ждал новый акт унижения! Марк прошел в спальню Артура и толкнул дверцу шкафа. Она послушно отъехала в сторону, демонстрируя вполне себе чистый и наглаженный гардероб. На плечиках висели костюмы и рубашки, на полках лежали аккуратно сложенные футболки.

Я отшатнулась, глядя перед собой широко распахнутыми глазами. Только сейчас у меня в голове начала складываться какая-то общая картина. Кто предлагает в гостях не чай и кофе, а апельсиновый сок? И как так, что у вожака с кучей денег ни единой чистой футболки или рубашки в доме?

— Он… он это специально, — хрипло прошептала я. — Артур все продумал.

Марк развернулся, и на миг мне стало страшно. От того, сколько ярости и боли в его глазах. Он сейчас напоминал раненого зверя, измученного и непредсказуемого.

— О да! Ты права! — жестко воскликнул Марк. — Он все продумал! Знаешь, даже если он женится на тебе, то это будет не во имя великой любви. Это будет назло мне, понимаешь? Такие у нас отношения с братом, как у тебя это в голове не уложится, в конце-то концов?! Нельзя ему верить, никогда нельзя было… Как же я ошибся, что отпустил тебя с ним!

Марк отвернулся, проводя ладонью по короткому ежику своих волос. Я подошла ближе, поглаживая по плечу, напряженному, буквально каменному.

— Ты мне не веришь, Марк, совсем не веришь? — прошептала я сдавленно. — У меня нет никаких доказательств, что я ни при чем. Кроме того, что я тебя люблю.

Вот только эта фраза прозвучала не романтичным признанием, а прощанием. Ведь после этого я, опустив голову, побрела к двери. Еще недавно я мечтала о том, как буду просыпаться с Марком по утрам снова и снова. Мечтал и он — это было видно по его глазам! А теперь… неужели глупая ревность все разрушила?

Эти несколько секунд, эти несколько шагов оказались одними из самых мучительных в моей жизни. Я уже отчаялась, решила, что это конец. Когда мне вслед вдруг донесся голос Марка:

— Ева, стой!

Я застыла, как изваяние. Физически не могла заставить себя ни убежать, ни повернуться к Марку. Он мягко перехватил меня за плечи, разворачивая к себе. Я попыталась поймать его взгляд. Напрасно. Марк прикрыл глаза, прислоняясь к моем лбу своим. Он показался мне горячим, как при болезни. Я почти кожей ощутила боль чужого разбитого сердца. Боль, которую Марк сам себе выдумал! При мысли об этом стало горько, обидно до слез! Я дернулась, собираясь вырваться, сбежать. Марк удержал, сдавленно прошептав:

— Прости, прости меня, Ева… Я тебе верю, прости.

Он припал губами к моим, но я не ответила на поцелуй. Вся сосредоточилась на том, чтобы лишь бы не расплакаться. Марк держал мое лицо в своих ладонях, покрывая его легкими поцелуями. Он касался губами мокрых ресниц, но почему-то не становилось легче. Я накрыла ладонями его руки, мягко отстраняя от себя, но оставила их в своих, будто в лодочке.

— В детстве вы когда-нибудь ломали игрушку, которую не могли поделить? — спросила я негромко.

— Было дело, — Марк дернул уголком губ. — Совсем малые тогда еще были. Сцепились за игрушечного мишку, каждый тянул на себя. В итоге разорвали, но так и не смогли договориться.

Марк осекся. Сам понял, видимо, к чему я решила поворошить давние детские воспоминания.

— Я не плюшевая игрушка, Марк. Если ваша затянувшаяся вражда разобьет мое сердце, его уже починить не получится.

Я опустила руки, отпуская его. Марк с секунду смотрел на свои ладони. Будто сам не мог понять, куда делась наша недавняя идиллия, как убежала песком сквозь пальцы.

— Да и мишку тоже не получилось, — фыркнул негромко Марк, качая головой, а потом посмотрел мне в глаза. — Некоторые вещи не исправить. Например, эту вражду. Но я люблю тебя, Ева! Сама подумай, что я почувствовал, увидев все это!

— Ты и правда веришь мне? На все сто процентов? — спросила я напряженно.

Для меня это было важно. То, что Марк не считает меня подлой или корыстной, способной переметнуться к его брату при первой же возможности. И все-таки я закрыла глаза. Обманула саму себя. Сделала вид, что не заметила того, как Марк отвернулся перед тем, как сухо ответить:

— Да, верю.

Мы поехали домой. Марк попросту сдернул плед со стоящего в стороне деревянного кресла-качалки и набросил мне на плечи. Я закуталась в него, чувствуя себя испачканной всеми этими подозрениями. Так что почти не поднимала взгляд, пока мы не добрались домой. Да и там тоже… Я уже собралась сбежать в свою комнату, когда Марк мягко толкнул меня к стене.

— Ты нужна мне, Ева, — прошептал он мне в губы. — Покажи мне, что тебе нравлюсь я, а не мой брат. Поцелуй меня так, как никогда бы его не поцеловала.

Марк зарычал. Он первый поцеловал меня, и я обвила его шею руками, отвечая нежно и сладко. Плед соскользнул на пол. Мы забыли о нем. Да и вообще, почти обо всем. Почти. Потому что я продолжала чувствовать легкий аромат чужого ополаскивателя. Этот запах витал между нами. И я читала по глазам Марка, что он тоже это чувствовал… и тем отчаяннее становились его поцелуи.

Когда я проснулась утром, Марка уже не было. Встав с постели и наскоро натянув домашнее платье, я босиком прошлась по квартире, но никого не обнаружила. И тут раздался звонок в дверь. Я смутилась. Принимать гостей было неловко. Самостоятельно представляться девушкой Марка — это почему-то казалось мне наглым. Но я подавила эти глупые мысли. Он сам называл меня даже невестой, помнится! Шутил, наверное… Я открыла дверь и ахнула. Первым делом в глаза бросился даже не молоденький курьер, а огромный букет роз в его руках. Мне никогда не дарили столько роз сразу. Я даже не смогла предположить, сколько их там!

Курьер велел мне расписаться и убежал к лифту, а я осталась стоять с букетом в руках, растерянная, с улыбкой на губах. Среди цветов торчала небольшая открытка.

«Прости за вчерашнее, Ева. Я понимаю, как обидел тебя. У меня есть для тебя сюрприз. Я жду тебя…» — было написано на ее обратной стороне, а чуть ниже находился адрес.

Я прижала открытку к груди. После вчерашнего между мной и Марком все еще оставалась какая-то тонкая, на первый взгляд незримая стена. Осадок от той ревности. Так что сейчас я просияла, надеясь, что это свидание окончательно все наладит!

Поставив цветы в вазу, я побежала собираться. Раз Марк не написал, на какое время назначена встреча, выходит, уже ждал меня на месте? Ой, как неловко-то! Я быстро переоделась в красивое элегантное платье и расчесала волосы, оставив их распущенными, только сколов заколкой две пряди с висков сзади.

епривычное ощущение. Для прежнего ритма жизни, где я едва успевала поспать между двумя работами, делами по дому и помощью больной маме, больше подходил пучок или высокий хвост. Так что сейчас, взглянув в зеркало, я увидела непривычно романтический и женственный образ даже с минимум макияжа. А может, меня менял еще и свет в глазах? Особый свет, стоило подумать о Марке.

Вскоре я уже стояла на пороге нужного ресторана. Он находился на первом этаже огромного небоскреба, и сквозь стеклянную стену можно было наблюдать за проносящимися мимо машинами и прохожими, спешащими по своим делам. Я оглянулась в зале, не находя взглядом Марка.

И тут из-за одного из столиков встал Артур. Он был одет в джинсы и белую рубашку, расстегнутую на груди на несколько пуговиц. Сидящие за соседнем столиком подруги все, как одна, повернули голову на этого крепкого, красиво сложенного мужчину. Только я не разделила их восторга.

«Что он здесь делает?» — растерянно пронеслось у меня в голове. Я шарахнулась, попятилась к выходу, но Артур оказался рядом в мгновение ока. Он перехватил меня за локоть, не давая сбежать.

— Что ты здесь делаешь?! — испуганно выпалила я и заозиралась по сторонам. Не хватало еще, чтобы Марк сейчас вынырнул, как из-под земли, вернувшись откуда-нибудь из туалета, и увидел нас вместе!

Артур посмотрел на меня грустным псом. Как будто не по его милости я едва не рассталась вчера с Марком! А я тут просто так придираться вздумала, из характера склочного.

— Не бойся, Ева. Я ведь сам пригласил тебя. Мне нужно сказать тебе кое-что важное. Пойдем за столик.

Я дернулась в руках Артура, как пойманная птица.

— Не трогай меня! Хватило уже того, что ты устроил вчера. Я поняла, что ты все подстроил. Хотел рассорить меня и Марка?

Пожалуй, тактичности и благовоспитанности во мне в эту минуту не осталось ни на грамм. Ведь я выпалила это, стоя посреди ресторана, не заботясь, что услышит кто-то еще. В лучших традициях базарной тетки, решившей высказать свое отношение к ценам.

— Пойдем. Пожалуйста, — пробормотал Артур.

«Ого! Стыдно стало? — ехидно подумала я. — А как заманивать меня в постель в самом прямом смысле, чтобы Марк надумал себе измену, так совсем не стыдно было!»

Он потянул меня за руку к столику у стеклянной стены. Я все-таки не стала устраивать сцену и поплелась туда. Хотя и со злющим выражением лица. Мы сели за столик, официантка принесла нам по чашечке кофе с сердечками на пенке. Я недовольно поморщилась. Со вчерашнего дня у меня едва ли глаз не дергался от одного намека на какие-то отношения между мной и Артуром.

— Что ты хотел, Артур? — процедила я. — Говори быстрее, и я буду возвращаться. У меня нет никакого желания, чтобы Марк увидел на самом видном месте цветы от тебя. Я была уверена, что букет и открытка от него. Иначе ноги моей здесь не было бы.

— А что такое? Вы поссорились? — протянув это, Артур напомнил лениво потягивающегося кота.

— Ты сделал все для этого! — огрызнулась я. — После твоего ухода вчера мы обнаружили, что в квартире у тебя было полно чистых вещей. Да и не думаю, что ты ушел на улицу в одних джинсах!

— Ладно, я обманул тебя, — тяжело вздохнул Артур, опуская голову.

— Признался? Какое одолжение! — фыркнула я.

— Ева, выслушай меня! — он вскинул на меня взгляд. — Я же, наверно, не просто так прислал тебе цветы и пригласил сюда?

Я дернула плечом и отпила кофе. Мне нужно было восстановить самообладание. Пока я не повторила вчерашнюю выходку с соком.

— Прости меня, — тихо сказал Артур. — Я поступил очень мерзко. В этой попытке разлучить тебя и Марка.

— Похоже, пора привыкать, — фыркнула я, — что ваша вражда переходит все границы.

— А ты уверена, что дело только во вражде?

— А в чем еще? — я скептически глянула на Артура.

Он встал из-за стола и подошел ближе ко мне. Артур взял мои руки в свои. Я уже собиралась отстраниться и высвободить их, но тут меня застал врасплох поцелуй, нежный и долгий. Шарахнуться назад? Оказалось бесполезно. Артур опустил крепкую ладонь на мой затылок, не оставляя ни шанса отпрянуть. Не требовал ответа, не ждал взаимности. Просто целовал, будто признаваясь, но не словами.

— Ты понравилась мне, — прошептал он. — И я не понимаю, почему должен уступать тебя Марку только из-за какой-то старой сказки об истинности. Да, у моих родителей она была, отец говорил, что и у его родителей тоже, но больше я ни разу, ни единого разу не встречал никого, у кого была бы истинная пара! Не только в этом городе, а и в других. Все, все вожаки, с которыми я знаком, кроме моего отца, получили власть благодаря артефакту… Да и при чем здесь власть? Еще не факт, что Марк обретет ее! Вы уже не первый день вместе, а что-то я не заметил за ним никакой новой особой силы! Так что я могу дать тебе гораздо больше, чем мой брат!