Винченцо. История страсти, первая часть

Глава 15

Винченцо

Эстель лежала в моей рубашке, в моей постели. Это могло бы быть утро после бурного секса, но не после выходки моего брата. Он опять взялся за старое. Я быстро принял душ, оделся, Эстель все еще спала сладко посапывая. Подошел к ней и внимательно всмотрелся в черты лица, которые были не просто красивыми, она была олицетворение изысканной красоты, ее обаяние неповторимо, словно теплый свет заката на итальянском побережье. Ее волосы, как ливень золотистых волн, падают мягкой гирляндой по плечам, улавливая лучи солнца и отражая их игрой оттенков. Глаза Эстель — глубокие, как бирюзовое море, в них таится загадка и нежность.

Ее улыбка — сверкающая драгоценность, способная растопить сердце любого мужчины. Нежные губы, словно розовые лепестки, придают ее лицу особый шарм. Фигура словно статуэтка изящества и грации. Каждое ее движение, это танец, который олицетворяет ее естественную грацию и женственность, притягательна даже когда спала. Неудивительно, что Мартино захотел ее, как же я благодарен, Мадонне, что вовремя успел забрать ее у него, и он сорвался на нашей служанке. Он бы живого места не оставил на ее коже, которая словно дорогой фарфор.

Заставил себя выйти из комнаты, но перед тем прикоснулся пальцем к ее пухлым и сочным губам, лишь двумя пальцами, провел по всей длине, хотел и не сдержался. Membro отозвался, сразу становясь в стойку смирно. Пора уходить.

— Отец, — я вошел в кабинет, где все уже были в сборе.

— Эстель видела это все? — первый вопрос отца

— Да!

Я знал, что скрывается за этим вопросом, если Эстель о чем нибудь догадалась, она точно не останется с языком.

— И что ты ей сказал?

— Что брат играет с девушкой в развратные игры, что она сама согласилась и это не первый раз, у них такие забавы.

— Молодец, сын, я с ума сойду, — отец мигом опустошил стакан с ромом.

— Отец, мы сильно рискуем, оставляя его дома, — отозвался Орландо

— Да, он просто исковеркал эту девушку, превратил ее в уродину, привязал и мучал, пока та не смогла вырваться, — добавил Джанкарло

— Что думаешь? — отец обратил свой взор на меня

— Надо снова уложить его в психбольницу, хотя мне больно видеть моего брата там, но пока дома чужаки другого выхода нету, Эстель очищает наше имя, но парочка таких выходок и она сама сбежит отсюда. — я налил себе виски

— Ты прав! — поддержал Орландо, — отец Мартино наш брат, но он психически неуравновешен, он набросился даже на меня, мне пришлось врезать ему.

— Ваша мать умрет от горя! — добавил отец

— Дон Адольфо, можно мне слово, — вмешался Фабио, — Винченцо прав, горе Клары мы залечим свадьбой дочери и рождением внуков, а наше имя мы не сможем очистить, для Мартино в клинике созданы самые лучшие условия, он не будет обременен от земных наслаждений, все как и всегда лучшее для сына Адольфо Гуэрра, но наблюдение докторов необходимо для него.

Фабио был мудрым консильери, поэтому отец согласился уложить брата на лечение. Это был не первый раз, когда мы запирали его в психлечебнице. В юности, когда у него появились маньякальные заморочки, отец использовал их в своих целях, наказывая своих врагов, ведь Мартино был отличным мучителем, он мог содрать кожу человека живьем. Но со временем мы поняли, что это не только к врагам он такой, он искажал женщин с кем спал, делая из них чудовищ, потом наслаждался их страданиями. Одну из них он превратил в сетку, на ней было больше 100 ножевых ранений, она умерла. Пришлось знатно попотеть, чтоб замять дело. Хотя мафия всегда имела тесные связи с государством, но такие преступления всегда дорого обходились. Пришлось построить новую больницу и пожертвовать не мало зелени на благотворительность.

Когда я увидел его рядом с Эстель сердце ушло в пятки, я знал он ее приметил, и если бы не я, который просто увел Эстель из дома, Мартино бы издевался над ней в своей комнате.

Перед глазами снова испуганная Эстель, с огромными глазами, и мне сразу становиться больно от одной мысли, что бы могло произойти вчера вечером если бы я не приехал домой и не узнал, что Мартино отвез ее на фабрику. Пока они не вернулись я будто не дышал, ждал пока они вернутся, чтоб наконец успокоится, я волновался за эту сладкую девочку, сильно, сам того не осознавая, стоял у дверей и ждал, нервно куря. Так я опустошил целую пачку сигарет.

Походу не зря я так напрягся, я знал брата, и девушке сильно повезло, что он решил привезти ее домой и не расправился с ней там у себя в мастерской. Наверное, страх перед отцом и все же судьба, которая решила сохранить красоту Эстель. Святая Мадонна, не зря она тогда молилась в церкви.

— Я поговорю с мамой, — я встал и направился в комнату родителей, мама должна быть там, еще слишком рано, все пока спят.

Я тихо постучался.

— Войдите, — мама не спала.

— Мама, — я поцеловал ее в лоб

— Доброе утро, дорогой, что-то случилось, почему ты так рано? — в глазах уже поблескивал страх и она знала, что ничего хорошего мой визит не сулит.

Хорошо, что родительская спальня находилась по другую сторону дома, как и спальни сестер. И ночью они мирно спали, не слыша ужасные крики о помощи.

— Мартино, — я даже не договорил

Она укрыла лицо руками и закричала, после горько заревела.

— Мой сыночек, мой маленький мальчик, неужели опять бес вселился в него, о святая Мадонна я так сильно тебе молилась, о Боже зачем ты так с моим сыночком, хочу умереть, не хочу больше жить, — басила она, ее тело дрожало от душевной боли и эта картина рвала мое сердце на мелкие клочья.

Я обнял ее и прижал к себе, мне тоже хотелось плакать, ведь никто не знал вернется ли Мартино после очередного лечения или это будет конец, препараты, что ему давали были очень сильны, и могли вызвать остановку сердца в любую минуту.

Я бы взорвал весь центр психического оздоровления, вместе с врачами, если бы с моим братом что-то случилось, но доктора бы не были виноваты, ведь мой брат был психически больным, и без лекарств он хотел лишь причинять боль и убивать людей, особенно красивых женщин. Иногда он становился спокойным и тихим, но это было напускное, ведь как оказалось он становился таким когда выискивал себе жертву. В кого он такой я знал, в нашего мертвого дядюшку, который умер во время перестрелки, но он никогда не лечился в больнице. Дедушка всегда оставлял его на воле и тот творил жуткие вещи, чем и заслужил себе пулю в лоб. Это была карма за все испорченные судьбы красивых девиц, чьи лица он искажал своим острым лезвием.

— Винни, дорогой, я хочу попрощаться с Мартино, мой мальчик, о-х, прошу тебя, может оставите его до свадьбы сестры, прошу тебя, нет, я не позволю, — мама кричала и билась истерике.

Она колотила меня по грудной клетке, а я лишь обнимал ее не зная, как утешить.

Отец вызвал нашего семейного доктора, который вколол успокаивающее маме, пока Мартино забирали.

Изнеможенный я вернулся в комнату. Эстель сидела на кровати и смотрела из окна.

— Доброе утро, — поздоровался я

Она улыбнулась мне так лучезарно, что на сердце потеплело, хотя сердце разрывалось на части.

— Доброе утро, Винченцо, спасибо, что приютил меня

— Будешь кофе или чего-нибудь еще?

— Не отказалась бы, — он слегка потянулась

— Тогда давай одевайся и поедем в город, сегодня у тебя выходной, и у меня тоже!

Я хотел сбежать из дома, атмосфера давила на меня, мне нужно было развеяться.