Время любить

Глава 7. Приключения начинаются

Дело близилось уже к обеду, а наше с Эльвирой детективное расследование так ни к чему ещё и не привело.

Я подметала волосы очередной Элиной клиентки и размышляла.

Так, что мне о нём точно известно? Его зовут Алексеем. Есть время и место проведения вечеринки, где он, может быть, будет сам. Есть его телефонный номер, правда, он даёт мало информации.

— Может, ты лучше позвонишь по телефону методом перебора цифр? — как будто подслушала мои мысли Эльвира.

— Можно, — нехотя согласилась я, — но тут много нюансов и это долго — ну, обзвоню я людей, а, вдруг, кто-то не ответит? Или, например, мне ответят два Алексея, или кто — то другой по его телефону? Возникнет путаница. Надо искать решение попроще. Вот, у тебя было какое-то предположение насчёт этого принца.

— Я скажу, когда у тебя варианты закончатся, — безжалостно заявила подруга, устраиваясь на диванчике в ожидании очередного клиента. При этом она вся погрузилась в чтение какого-то гламурного журнала, десятки которых стопками лежали на журнальном столике. Тоже мне, подруга называется.

— Да нет у меня вариантов. Глухо, как в танке.

— Ну, тогда смотри сюда, — и Эльвира протянула мне журнал, который до этого времени увлечённо изучала, — твой?

На развороте была статья про какого — то Алексея Земцова и его успешные стартапы в нашем городе. С глянцевого листа на меня смотрел тот самый Алексей. Правда, здесь его было трудно узнать. Весь какой — то светский, лощёный, он был мало похож на того парня в кофте с чемоданчиком инструментов. Но, всё же, это был он.

— Мне уже самой интересно, где я могла с ним раньше пересечься, и откуда ему стало обо мне известно, — стояла я с журналом наперевес в полном замешательстве.

— Ну, хоть в главном ты можешь быть спокойна — он явно не бандит. Поэтому моя идея с походом на его вечеринку остаётся в силе, — Эля выхватила журнал из моих рук, — всё, иди и собирайся. У тебя, кстати, мало времени.

— Ла-а-а-а-а-дно, пойду... Эля, тут такое дело,. ты знаешь, мне, кажется, нечего надеть. То есть, если я пойду в качестве разнорабочей, то одежда для меня найдётся, но для его гостьи... ты сама видишь, как они там одеваются.

— Ты прав-а-а-а-а, — Эля обошла меня кругом, придирчиво осматривая, — но не будем сдаваться раньше времени. Учти, нам нужна не просто одежда для такого мероприятия, нам нужен специалист по имиджу, который тебя приоденет во что-то приличное и не возьмёт за это денег. С деньгами — то у нас, тоже, я так понимаю, полный швах? У тебя есть кто-то такой на примете, а то я, сама знаешь, при всей любви к тебе, здесь — пасс.

Конечно — нет, хотела я рассмеяться подруге в лицо, но Эльвира остановилась напротив меня и уставилась немигающим взглядом. А я, ничего не понимая, уставилась на неё. Но, наверное, телепатия всё же есть.

— Нет, я не хочу впутывать в свои дела Тамару Леонидовну.

Эля молча кивнула и отошла в сторону. Тут же я услышала телефонный гудок.

— Эльвира, не смей! В конце концов, это моя тётка!

— А ты — моя подруга, и я не позволю тебе зачахнуть в расцвете лет! Мы должны использовать этот шанс! — подруга легко уворачивалась от меня, отбегая в сторону, поднимая руки и не давая мне дотянуться до телефона. Конечно, столько лет в спорте! Но даже в пылу борьбы я услышала голос Тамары Леонидовны: «Я вас слушаю. Говорите».

Alles. Я отрицательно замотала головой и замахала руками, показывая Эле, что к разговору с тётей не готова. Но пути отхода были уже отрезаны. Абонент нервничал на проводе. Теперь — пан или пропал.

Общение с тётей Эля благородно полностью взяла на себя. Она мило поздоровалась, в двух словах выразила ей своё восхищение недавней постановкой «дяди Вани» и удивительными костюмами героев спектакля. В подробности нашего предприятия она не вдавалась, просто пригласила женщину в кафе развеяться, поболтать и поесть мороженого, большой любительницей которого была тётя и... получила её согласие. Встретиться договорились сегодня в 14 часов в популярной у театральной публики «Астории», что прямо напротив театра.

Я шла на эту встречу, не ожидая никаких сюрпризов. Ну, — думала я, — поболтаем и разойдёмся. Откровенно говоря, я уже сожалела об идее привлечь к нашей авантюре Тамару Леонидовну. Она уже женщина возрастная, другого поколения, она просто не поймёт. И, мало того, отцу всё расскажет. В другое время это меня не очень бы расстроило, но он сейчас встречается с Жабовой. А эта стерва способна изрядно испортить настроение. Эх, зря всё это.

Вот и кафе. Эля шла со мной, в ущерб своей работе перенеся несколько заказов, а это, порядка десяти тысяч рублей. Подруга находилась в самом боевом расположении духа и была настроена крайне оптимистично.

Тётя пришла раньше нас. Насколько раньше, было ясно по уже начавшему оседать холодному десерту, который она заказала для каждого из нас. Пришлось даже ненадолго отложить беседу и спасать вкусняшки, побыстрее их уплетая.

— Ну, девочки, рассказывайте уже свои тайны, я вся в предвкушении, — светилась просто молодым энтузиазмом тётя, — меня не проведёшь, у вас явно что — то про любовь. Ах, как я люблю такие истории, — восторгалась она, не забывая заказать себе двойную порцию шоколадного десерта.

Эля была в восторге не меньше моей тёти, желая всеми силами повеселиться по такому удачному поводу, и я не успела оглянуться, как оказалась совершенно выключена из общего разговора. Мои добровольные феи договорились, что костюм для вечеринки мне предоставит тётя из театральной кладовой. Эля же взяла на себя макияж и укладку.

— Только, Катерина, я тебя предупреждаю, костюм казённый, дорогой, поэтому — носить бережно, у нас скоро постановка, и он уже скорректирован по фигуре главной героини. Его могут хватиться, отсюда следует — желательно обязательно сдать его мне не позже 7 часов утра, чтобы я взяла его с собой к 8 на работу. Туфель к нему это тоже касается — наставляла меня Тамара Леонидовна.

На том и порешили. Из кафе мы, заговорщески переглядываясь, сразу выдвинулись в сторону театральной студии. Времени оставалось совсем мало, а предстояло сделать ещё очень много.

Платье, которое мне презентовала тётушка, было похоже на тунику, в стиле 20-годов XX века. Натуральный шёлк, расшитый натуральным же жемчугом. Ручная вышивка. Ткань легкая и почти невесомая. Правда, в талии пришлось его немного заузить, ведь я была значительно стройнее его хозяйки. Тётя лично наживую нитками потайным швом наметала прямо на мне. Потом наряд был аккуратно повешен на плечики и помещён в специальный пакет на молнии. К наряду прилагались искусно выполненная, но всё же, бутафорская, бижутерия и карнавальная маска с перьями на длинной рукояти из резной слоновой кости, а также вполне себе настоящие чёрные лодочки на пятисантиметровых каблуках.

Учиться на них ходить мне, всю сознательную жизнь, проведшую в кроссовках, пришлось всё оставшееся до выхода время. Конечно, у меня мало что получалось.

И, хоть тётя с Эльвирой всячески подбадривали меня, но мне всё равно казалось, что они только сейчас поняли, насколько недооценивали масштаб моей катастрофы.

Я не падала, не ходила криво, просто у меня частенько подворачивались каблуки, и я припадала на ногу. Можно было бы поискать обувь и поудобнее, но красота требует жертв, и я старалась. В конце концов, это не единственный раз, когда я планирую носить такие туфли. Если уж начинать новую жизнь, то, почему бы и не сейчас? Кажется, я также, как и мои добровольные феи, прониклась духом таинственности и какого-то волшебства предстоящего момента.

Эля прямо в театральной гримёрке наскоро привела состояние моих волос к приемлемому, окрасила, придав им интересный оттенок. Стрижка с укладкой. Неброский макияж. Вроде бы и ничего особенного, без тонн «штукатурки», но, если смотреть в целом, я изменилась совершенно до неузнаваемости.

Время пролетело незаметно. Пора выдвигаться навстречу приключениям. Такси подъехало вовремя. Под подбадривания тёти и Эли, я погрузила вещи и поехала.

Выехала я в своей обычной одежде — джинсах, кроссовках и серой толстовке. Мою личность, а также макияж до времени прятали солнцезащитные очки. Укладку прикрывал кокетливый платочек.

Ехать до места нужно было около полутора часов. Я сидела на заднем сиденье такси и старалась ни о чём не думать, чтобы своим волнением ничего не испортить.

За окном серые однотипные высотки перемежались яркими рекламами приземистых торговых центров. По мере приближения к окраине, машина всё меньше стояла в пробках. Вскоре потянулись дома и домики частного сектора. Поворот, прямо, ещё поворот, вот и улица Тургенева.

Вопреки всем волевым усилиям, внутреннее напряжение нарастало. Когда мы прибыли на место, я уже была, как натянутая струна. Рассчиталась с водителем и вышла из машины. Вот и всё, приехали.

Улица Тургенева, в той её части, где сейчас находилась я, сразу поразила меня обилием яркой и чистой зелени, представленной, наверное, породами деревьев и кустарников со всего света. Домовладельцы как бы соревновались между собой не только в разнообразии растительности, но и в её декоративном оформлении. Я стояла и смотрела вокруг, как в музее, на загнутые вниз пышные кроны берёзок, на кустарники, подстриженные в виде различных животных, на малые скульптурные формы. Я сама жила за городом рядом с лесным массивом, и речка там была, но здесь был как будто другой мир, и это чувствовалось буквально во всём.

Сам дом, где мне предстояло пробыть до утра, был двухэтажным, для такого неискушенного человека, не сильно разбирающегося в стоимости отделочных материалов и дизайне, даже скромным, среди своих соседей. Так, немного натурального камня в фундаменте, непритязательный и даже старомодный фахверковый стиль, красная черепичная крыша, пышно цветущие растения в больших горшках на маленьком балкончике мезонина. Особняк стеной окружали высокие сосны. Напротив парадного входа уютно расположился небольшой бетонный фонтанчик, украшенный статуями играющих детей.

Широко огибая фонтан, мощёная дорожка делала изящный поворот, на котором уже стояло чуть больше десятка автомобилей бизнес класса. Пара молодых человек в костюмах крутились возле входа, курили, смотрели по сторонам — охрана.

Ну что, надо идти. И я зашагала навстречу приключениям.

— Эй, ты куда?! А ну, стоять! — от громкого голоса и неожиданности, я даже немного подпрыгнула на месте. Вот тебе и встретили. Продолжаю по инерции идти в наивной надежде — может, это не мне, но, вот, снова слышу новый окрик.

— Девушка с пакетами, я к вам обращаюсь!

Да, с пакетами — это я. Делать нечего. Остановилась, жду. Подошёл один из тех парней в костюмах, которые прохаживались у входа в особняк. Крепкий, полностью лысый, чуть выше среднего роста, "качок". Преградил рукой дорогу, развернул к себе, бесцеремонно дёргая за плечо.

— Мне что, бегать за вами прикажете? Это частная территория, вход только по приглашениям! — он сразу стал «строить» меня, всем своим видом давая понять, что он прекрасно знает — никакого приглашения у меня быть не может.

— Это вы мне? — я попыталась настроить собеседника на уважительный тон.

— Тебе, кому же ещё! — не поддался он на мои ухищрения.

— Я на работу. Я здесь работать сегодня буду.

— Да понял я уже, что не в гости. И где вас только набирают! Вход для персонала с другой стороны, — он смерил меня глазами и продолжил, — надо зарегистрироваться. Паспорт с собой?

Молча протягиваю паспорт. Меня записываю, с чем — то сверяя данные паспорта. Ну всё, сейчас меня развернут и — до свидания. Жаль только, что такси уже отправила.

— Так, Воробьева Екатерина... Есть такая. Что в пакетах?

— Мои личные вещи, переодеться после работы, — бормочу я, а сама думаю — ничего себе, сколько проверок для простой наёмной работницы!

— А что делаешь после работы? — нагло поинтересовался он, протягивая и не отдавая мне паспорт, когда я протянула за ним руку. Не успела я выразить этому наглому типу своё возмущение, как к нам подошёл ещё один экземпляр мужской мужественности в костюме.

— Миха, ну ты чо привязался — то к тётке. Проверил? Теперь пусть идёт работать, гости уже собрались, персонала не хватает.

Так вот, как выглядит тот самый распорядитель на празднике — Михаил! Кру-у-у-той! Стоп. Он назвал меня тёткой?! Какая я тётка, мне и 25 ещё нет! Хам!

— Ладно, можешь идти, — хмуро вернул мне паспорт Михаил, — не забудь, что расчёт завтра в 5 утра, у меня.

Я шла ко входу для персонала и думала — это ж как я буду «блистать» на этой вечеринке, если меня ещё на подходе тёткой величают? Настроение быстро падало.

Вход для персонала был через подвальное помещение с высокими потолками. Длинный коридор. На полу керамогранитная плитка. Стены и потолок окрашены белой краской. Через каждого метра три на стене LED — освещение в виде небольшого факела.

Пройдя по длинному коридору, я попала в небольшую комнату. Здесь не было ничего, кроме стола, офисного стула и ряда металлических шкафов для одежды. Пакеты пришлось оставить здесь. Невысокая девушка в белой рубашке с бейджем и в широком черном фартуке в пол, дежурно улыбаясь, выдала мне номерок. Интересно, как я буду незаметно переодеваться, если здесь такой контроль? И как я попаду наверх, к гостям, если на выходе дежурит охрана? То-то они удивятся, увидев расфуфыренную гостью, вышагивающую из подвала. Похоже, будет всё не так просто, как предполагалось.

Пройдя дальше по коридору, я очутилась в полуподвальном помещении с длинным во всю стену, и узким, как щель, окошком под самым потолком. Дневного света из него поступало мало, и поэтому вовсю горело электричество. По стенам стояло штук пять массивных посудомоечных машин и столы между ними. В центре комнаты был островок, на котором тоже стояли стопки уже помытых тарелок и противень со столовыми приборами. Мероприятие началось не так давно, а столы вдоль стен уже были заставлены посудой, нуждающейся в чистке. Её разгружали из встроенного шкафа, оказавшегося лифтом, соединяющим посудомоечную и кухню. На нём же всё чистое отправлялось наверх.

Когда я вошла, в посудомоечной уже трудилась пара человек — шустрая женщина средних лет и парень, очень похожий на подростка. Посудомойка была занята работой, а мальчишка протянул мне черный широкий фартук, укрывший меня почти полностью, и представился:

— Серёга. Ты к нам?

— Катерина. К вам ещё кто-то придет, или мы втроём тут будем?

— А кто тебе ещё нужен? Да сами справимся, больше заработаем.

— Сергей, а тут непрерывная смена до утра, или есть перекуры? — решила я забросить удочку.

— Перекуры, конечно, есть, но ты не наглей, пока ты там прохлаждаешься, мы — то за тебя работаем.

— Всё понятно. А кто-то заходит, проверяет, как мы тут трудимся? Может, все ушли? — изучала я обстановку у аборигена Серёги.

— Конечно, проверяют. Но нечасто, только когда не успеваем вовремя подать на кухню чистую посуду. А так, охране нет никого резона сюда мотаться.

— Ты знаешь, Сергей, я как раз курить бросаю, но при такой нервной работе, так и тянет. Я могу надеяться, что ты меня прикроешь, если будет проверка? А я — тебя прикрою, — ну же, соглашайся, думала я, предлагая парню маленькую сделку.

— Да без проблем, — ответил он, прислушался к чему-то, и тут же бросился к тарелкам.

— Ты чего сорвался? — не поняла я.

— Сюда идут! Быстро — на свое место! — зашипел Сергей громким шёпотом, — работай и не отвлекайся.

Я подошла к свободной посудомоечной машине и стала быстро загружать в неё тарелки с ближайшего стола.

— Так — так — так, что у нас тут?

Я стояла спиной к дверям. Было похоже, что в комнату вошло сразу несколько человек. Мне стало интересно, кто это. Да и невежливо стоять к вошедшим спиной. В общем, я обернулась.

И разу пожалела об этом. Передо мной стоял Алексей в синем деловом костюме, охранник Михаил и, кто бы вы думали? Ни за что не угадаете — Жабова. Эта утопленница, вернее, потопленка, стояла рядом с Алексеем и томным взглядом озиралась вокруг. Пока не столкнулась глазами со мной.