Глаза сами закрываются и я как будто падаю. Вернее, не падаю, а лечу. Меня уносит и я отчаянно пытаюсь заставить мозги работать, но они в отключке.
Все, что я сейчас чувствую, — мягкие и теплые губы Лики. И ее вкус.
Я думал, показалось. Тогда, при первой нашей встрече, когда она сама поцеловала меня зачем-то. И пусть это был какой-то хулиганский поцелуй, но я почувствовал.
Ее вкус почувствовал.
И, вот, сейчас тоже.
Может, кажется?
И, чтобы убедиться, я сильнее прижимаю Лику к себе. И только собираюсь показать ей, как надо целоваться по-взрослому, как эту чертовка сама толкает язык в меня. Я даже офигеваю сначала.
Открываю глаза и смотрю на ее приспущенные веки.
Тонкие пальчики скользят с плеч на мой затылок и зарываются в мокрые волосы.
Я позволяю девчонке делать что она хочет. Как далеко она готова зайти?
А я?!
Толстая махровая ткань полотенца уже с трудом справляется с моим возбуждением.
Глупо отрицать, но я хочу сейчас эту девчонку.
Отпускаю затылок Лики и кладу руки на ее ноги. Чуть сжимаю пальцами через халат.
Лика приподнимается и придвигается еще ближе. Опускается и я невольно напрягаю бедра, когда она усаживается на возбужденный член. Пусть и под полотенцем.
— Ой, — глаза ее округляются и она пытается сползти с члена, но делает только хуже!
— Сиди уже, — хриплю я ей в губы и за талию фиксирую на себе.
Надавливаю пальцами и стискиваю зубы.
— С вами все в порядке, Марк Георгиевич? — шепчет Лика, не отстраняясь. Шепчет почти в губы мне.
— Ты что делаешь, а? — спрашиваю, глядя ей в глаза. — Ты понимаешь, что ты делаешь?
Облизываю в миг пересохшие губы и так получается, что кончиком языка задеваю и губы Лики. Взгляд в глаза и я снова впиваюсь в нее.
Сам толкаю язык. Руки сползают с талии ниже и я, обхватив Лику за упругую попку, одним движением впечатываю ее в себя.
Она что-то мычит в поцелуе, а я хрипло стону, ощущая членом ее близость.
Я хочу Лику? Нет, не так. Я хочу Лику.
И это пиздец какой-то.
Пока наслаждаюсь этим неправильным поцелуем, чувствую, что Лика начинает елозить на мне.
Открываю глаза и отрываюсь от нее. Мы оба часто дышим.
— Мне неудобно, — говорит Лика. — Больно упирается.
Как девчонка. Как будто не знает, что бывает, когда мужчину возбуждаешь.
Отпускаю ее, убирая руки. Откидываю голову назад, предпринимая еще одну попытку включить мозги.
Лика привстает с меня и в этот момент узел на поясе ее халата почти развязывается, полы расходятся и мой взгляд сразу же впивается в розовый кружок, чуть выглядывающий из-под ткани.
— Пф! — я громко выдыхаю.
— Ой, — Лика торопливо запахивает халат и хочет слезть с меня.
Но я снова обхватываю ее руками, тяну на себя и носом утыкаюсь в нежную кожу в разрезе халата.
Вожу кончиком носа по ней, а потом касаюсь губами.
Я теперь ни о чем думать не могу. Только о том, чтобы увидеть розовый кружок. Полностью. И попробовать его.
— Марк Георгиевич, — сквозь гул в ушах доносится тонкий голосок Лики. — Ох, Марк Георгиевич…
И она опять запускает пальцы мне в волосы и тянет их, когда я носом зарываюсь в полы халата и громко выдыхаю, касаясь губами уже твердого соска.