— Роман?! — с заплетающимся языком произносит лысый. Тут же отдергивает от меня руку, как от огня. — Я не знал, что она с тобой.
— Если бы твой отец не был моим хорошим партнером, я бы тебе сейчас по ебалу врезал, — чеканит Орлов, испепеляя взглядом этого придурка.
Я отскакиваю в сторону. Совсем не хочу быть между молотов и наковальней. Хотя лысый на фоне Орлова просто слабак. Хотя он выше, но вместо мышц у него один только жир.
Роман Сергеевич берет меня за руку. Не как девушку, а как... Не знаю даже, как зверушку. Он внимательно смотрит на запястье и видит свежие синяки.
Странно, но почему-то это его злит. А ведь он и сам мог оставить такие двадцать минут назад, когда отчитывал меня за «криворукость».
— Извиняйся, — цедит сквозь зубы Орлов. Звучит это так, что вряд ли кто-то осмелился бы с ним спорить.
— Извини, Роман, больше такой херни...
— Да не передо мной, идиот, — Орлов смотрит на лысого свысока, а ведь тот старше и выше на несколько сантиметров.
— Ау, а как ее звать?
— Катя, — говорю я, недовольно глядя на этого пьяного придурка.
Когда Орлов рядом, он меня уже совсем не пугает. Настолько, что будь я чуть злей, отчитала бы его по полной программе. Послала куда подальше, а может и треснула чем-то тяжелым.
— Прости, Катя. Я пьяный вечно всякую херню вытворяю.
— Отлично. Теперь компенсация за моральный ущерб, — говорит Орлов с довольный ухмылкой. Поглядывает еще на меня.
— Сто тысяч хватит? — устало спрашивает лысый, сунув руку в карман.
У меня от этой суммы глаза округляются. Замечаю, как меняется выражение лица Романа Сергеевича. Не знаю, злится он или еще что-то.
— Да, коне...
— Ты себя на помойке нашла? — все-таки хмурится на меня Орлов.
— Нет.
— Так проси больше.
— Эм... А сколько? — я совсем теряюсь. Мир богатых людей для меня очень далек. Я даже не представляю, сколько стоит просить.
— Двести, — говорю я неуверенно.
— Четыреста, и я забуду этот случай, — отвечает Орлов.
— Четыреста так четыреста, — отвечает Лысый.
Сует руку в карман пиджака, достает пачку денег и протягивает Орлову. Насколько же он богат, если так просто с ней прощается.
Я ловлю себя на том, что протягиваю руку Роману Сергеевичу. Почему-то я думала, что он передаст пачку мне. Но Орлов вместо этого осуждающе на меня смотрит. Молча разворачивается и идет обратно к игровому столу.
Ну ладно. Спрошу про деньги потом. Надеюсь, он мне их отдаст. Это же такая удача! Я сразу смогу оплатить операцию для мамы. Если только Орлов отдаст мне деньги. Он же не настолько наглый, чтобы забрать их в счет долга?
— Спасибо, — робко говорю я, когда стресс отступает.
— Что? — оборачивается Орлов.
— Спасибо, что вы защитили меня.
— Ну у тебя и самомнение, рыжая. Нужна ты мне сильно, — отмахивается он. И ведь не играет, искренне говорит. — Ты хоть представляешь, какой это будет удар по репутации, если мою ассистентку будет трахать каждый пьяный долбоеб?
— Я была о вас лучшего мнения, — отвечаю я, и ведь хватает смелости.
— Рыжая, — оборачивается Роман Сергеевич. — Ты, наверное, не понимаешь своей маленькой соображалкой, — он тыкает меня пальцем по виску, — но у людей моего уровня столько денег, что нам абсолютно поебать на мнение других людей.
— Вот как, — хмурюсь я, отводя его руку в сторону.
— Если у тебя нет на счету нескольких миллионов долларов, мне просто поебать, что ты обо мне думаешь. Это любого человека касается, поняла?
— Угу, — киваю я, а больше мне ничего и не остается.
Орлов только лишний раз доказал, что он не самый приятный мужчина. Богатый, влиятельный... даже симпатичный, но настоящий хам и просто какой-то аморальный.
— А вообще — подвела ты меня, рыжая.
— Что? Я еще и подвела? Это он схватил меня за руку и потащил...
— Проебала лед, теперь мне еще и снова разговор в нужное русло возвращать.
— Я здесь не при чем, — выдавливаю из себя.
И это правда! Какой же все-таки этот Орлов манипулятор.
— Поговорим мы еще с тобой, — угрожающе бросает Орлов. — Сейчас коньяка мне подлей и скажи, что льда нет.
Следующие сорок минут я только и делаю, что подливаю коньяка и подготавливаю сигары для Орлова. А сама размышляю о случившемся. Думаю, что лукавит Роман Сергеевич, когда говорит, что нет ему до меня никакого дела.
С чего я это взяла? Ну, слишком уж искренне он разозлился, когда увидел синяки у меня на запястье. С какой бы стати они его беспокоили, если бы ему было на меня плевать?
Но почему он тогда не отдал мне деньги? Почему так грубо со мной обходится. Может быть, он сам не может принять тот факт, что я ему... ну хотя бы интересна?
Что за бред? Чувствую себя мечтательной дурочкой, начитавшейся любовных романов. Не бывает так, чтобы простая девушка из бедной семьи устроилась в многомиллионную компанию и в нее сразу влюбился генеральный директор.
С чего я вообще взяла, что могу быть интересна Орлову? Ну, если только как развлечение на одну ночь. И то сомнительно. Вокруг него ведь ТАКИЕ девушки крутятся. Далеко мне до их уровня.
Вскоре игра заканчивается. Я не знаю, удалось Роману Сергеевичу о чем-то договорить со стариком, но из-за стола он выходит довольным. А еще пьяным.
Мы отходим дальше, и почти у кассы он спрашивает:
— А где эта? Люда?
— Ушла, наверное, я не знаю.
— И хер бы с ней, — холодно говорит Орлов.
Он подходит к кассе, где меняет все свои фишки на деньги. У меня глаза едва на лоб не лезут, когда Орлову вручают целые пачки денег.
Просто «кирпичи» банкнот. Там явно больше нескольких миллионов.
Старательно делаю вид, что меня нисколько не впечатляют такие суммы. Но получается плохо. Орлов это замечает и усмехается.
— Держи, рыжая, — он протягивает мне одну пачку банкнот.
Удивленно выгибаю брови. Хмурюсь. В ответ он еще сильнее усмехается, но руку с пачкой денег не отводит. Я просто поверить не могу, что он сейчас отдаст ее мне...