Ассистентка для босса

Глава 50

От лица Романа Орлова

Стою у Кати за спиной. К себе прижимаю, какая же она нежная и хрупкая. Плевать, что сейчас злится на меня. Вдыхаю ее естественный запах. С головой нахер накрывает от земляники с нотками пыльцы.

Она недовольно ворчит. Берет у меня смартфон из рук. А меня от каждого ее прикосновения разносит. Член под полотенцем уже каменеет. Еще немного, и Катя почувствует.

Как же я хочу загнать его в нее. Но раза мне мало. Она мне теперь навсегда нужна. Навсегда и всё, блядь. Никак иначе.

Рыжулька тем временем старательно что-то пишет в заметках. Затем я наклоняюсь у нее над плечом и читаю. А сам думаю, что сейчас бы ключицу зацеловал, щеки, лицо, а губы — тем более.

«Секс с рыжей — 6 500 000 р».

И вот это она написала? Катя, которая краснеет от любого намека на секс? И ладно написала, сам посыл ее, так скажем, ебанутого перформанса мне совсем не нравится.

Очень не нравится.

— Это?! Ты хочешь, чтобы здесь была такая запись? — возмущенно спрашивает она. — А потом? Я не буду для тебя «игрушкой на одну ночь». Всё, отпусти меня.

Катя пробует вырваться из моих объятий. Не хочу сделать ей больно, но крепче прижимаю к себе.

Пусть она любую хуйню несет. Пусть любыми словами меня называет. Железно похуй. Всё прощу. И никогда не отпущу.

Если только придется немного перевоспитать, чтобы не охуевала.

— Катя, — сам замечаю, как мой голос сменяется на злобный. — Какая, нахуй, «игрушка на одну ночь»? Где ты этого бреда наслушалась, блядь? Ты меня-то вообще слышишь? Похуй мне на твой долг, хочешь прямо сейчас про него забуду? Не деньги мне нужны, а ты...

— Секс со мной, — нагло огрызается она. И даже не смущается обсуждать подобные темы.

— Секс? — переспрашиваю я, а воображение уже рисует, как моя Катя раздвигает ноги, прикусывает губы. — Разумеется, но одного мне будет мало. Сотни — тоже... Сука, даже тысячи раз не хватит! Понимаешь, Катя? Я не просто хочу с тобой переспать, я хочу, чтобы ты была моя. Вся. И телом, и душой. Нахера всё это, если ты не рядом? — Я указываю рукой на свой офис, на свой будущий торговый центр.

Несколько секунд она о чем-то думает. Очень глубоко погружается в собственные размышления. Я не тороплю. Сдерживаю и желание свое, и злость. Пусть подумает.

Она такая нерешительная, что ей на принятие решений нужно несколько больше времени. Еще бы, с учетом того, что ее мать вырастила в парнике...

Ничего. С этими загонами я ей тоже помогу справиться. Хочу закрыть ее собой от внешнего мира. Хочу, чтобы она никогда ни о чем не беспокоилась. Сука, всё для этого сделаю.

Смотрю на нее и просто тону в бездонных глазах-озерах. Чувствую ее запах и ощущаю какую-то свою животную суть. Меня так тянет к Рыжульке, что просто пиздец. Едва себя контролирую.

Еще больше охуеваю, когда она вдруг перестает злиться. Она поднимает руку. Сперва думаю, что снова решиться на пощечину. Но нет, она поглаживает меня по щеке.

Ебать. Вот это разнос. Банальное прикосновения — но какие ощущения. Рука Рыжульки — нечто. Так и хочется тереться о нее своей мордой.

Понимаю, что всё. Струна натянулась и уже рванула. Чека выдернута. Порох подожжен. Просто перестаю себя контролировать и понимаю, что сейчас мы проведем время так хорошо, как никогда.

А главное! Самое, блядь, главное! Вижу ответный отклик в глазах Кати. Моя Рыжулька наконец-то готова. И она об этом не пожалеет. Сделаю ее самой счастливой на всем земном шаре нахер!

Легко подхватываю ее на руки. Какая же она упругая и нежная, легкая, как пушинка. Сразу целую ее в губы. Жадно, как зверь. Ни к чему лишняя нежность, когда так разносит.

А она и не против. Будто даже поддается ко мне. Охуеть. А затем она обхватывает мою шею руками. Точно понимаю, что сегодня она готова на всё. Моя Катя наконец-то приняла свое желание.

Целую ее, член твердеет до боли. Несу в спальню, прямо в мягкую постель. В голове молоты уже выбивают искры о наковальню. Зверею и дичаю.

Но помню, что это ее первый раз. Я не должен быть одним из тех идиотов, которые всё портят. Хочу сделать так, чтобы Катя запомнила этот день навсегда. Сам я в любом случае кайфану, поэтому...

Кладу ее на постель. Помогаю раздеться. Чудом сдерживаю себя, чтобы не порвать на ней одежду. Она тоже стягивает с себя одежду. Робко, неуверенно, но точно с большим желанием.

Вижу, как вздымается ее крупная грудь. Как твердеют соски. Сука! Прямо у меня на глазах. Ощущения непередаваемые. Катя нервно прикусывает губу.

Так на меня смотрит, что башню сносит нахер. А я просто стою и смотрю на нее. Нет нихера в этом мире прекраснее. Тонкая талия, идеальные изгибы. Чувственные глаза и ее лицо.

Ее лицо. Охуеть, как она стеснительно отводит взгляд в сторону, когда видит мой стояк. А ведь уже касалась члена, даже разрядиться помогла.

Но ничего. Привыкнет она еще ко мне, сама будет на член прыгать.

Опускаюсь на колени. Катя чувствует, как я касаюсь ее ног. Она до сих пор не может их развести. Будто дразнит. С радостью сделаю это сам.

Встречаюсь с ней взглядом. Она нервно сглатывает и прикусывает губу. Блядь, да ей самой не терпится. Но мне — еще больше. Мягко развожу ее ноги в стороны.

Вижу, что ее охуенные губки уже влажные и возбужденные. Как же меня накрывает. Моя Рыжулька прекрасна во всем. Каждая часть ее тела — произведение искусства.

Прикасаюсь к ее киске пальцами. Мягко, осторожно. Массирую, подготавливаю к самому приятному. Прикасаюсь к самому чувствительному месту, делаю это так, чтобы она охуела от удовольствия.

А главное — Катя сама помогает мне ориентироваться. Она уже откровенно стонет и вздрагивает от каждого прикосновения. Чем ярче ее отклик, тем больше стараюсь и понимаю, что все делаю правильно.

Подключаю к делу рот. Губы. Язык. Второй раз ее уже на вкус пробую и не устану. Вкус у нее такой, что мозги кипят. Никогда ведь никого так не пробовал и желания не было.

Но Катя — это. Это мой новый смысл жизни. Блядь, а будто был старый. Просто ебашил... Вкалывал, делал бабки, но ради чего? А чтобы, сука, не рефлексировать по поводу всякой хуйни.

Но теперь у всего есть смысл. Теперь есть та, ради кого я готов разъебать этот мир и сложить к ногам. Провожу языком по клитору, ласкаю горячие влажные губы.

Она бежит прямо мне в рот. Уже практически не стесняется. Едва бедрами не сжимает мою голову. Вздрагивает. Стонет. Точно прикусывает губу и безумно кайфует.

Кладет руки мне на голову. Поглаживает и притягивает к себе. Но да, хватит этих ласк. Иначе самого сейчас изнутри разорвет. Я поднимаюсь и скидываю полотенце.

У Кати глаза сверкают, когда она видит, как на нее реагирует мой член. Впервые она не отводит взгляд, сжимает руками одеяло... А, нет, все-таки отводит, но быстро возвращается.

Я нависаю над ней. Целую в губы. Ловлю каждый стон. Одной рукой придерживаю член. Направляю его точно в нее. Не спешу. Не позволяю себе окончательно сорваться.

Нужно действовать мягко. Чтобы она кайфанула. Чтобы навсегда запомнила. Погружаюсь в нее и охуеваю. Настолько приятно, что с первой секунды разрядиться могу.

Сдерживаюсь. Небольшие неглубокие движения. Катя так напрягается, так сжимает одеяло руками... А затем обнимает меня за спину. Едва не царапает.

Я резко погружаюсь еще глубже и чувствую, как срываю девственную плеву. Катя сильно вздрагивает. Ее глаза на миг намокают. Она прикусывает губу едва не до крови.

Накрываю ее губы своими. Хочу, чтобы скорее забылось это болезненное мгновение и она кайфанула. Двигаюсь быстрее. Погружаю в нее член глубже и быстрее. Будто забиваю гвозди.

Как же она извивается! Как же она кайфует! Забывает напрочь про боль. Стонет мне в лицо. Даже улыбается. Да у нее от удовольствия едва глаза не закатываются.

Продолжаю. Ритмично, глубоко. Чувственно и горячо. До моей разрядки несколько секунд. И тут из Кати вырывается такой стон, что все мои ощущения только на нем и концентрируются.

А затем она обхватывает меня ногами и сильно давит. При этом ее будто пробивает судорога по всему телу. Какая же она охуенная. А теперь моя очередь.

Несколько движений, и я быстро из нее выхожу. Выстреливаю уже на живот, на бедра. Растираю сперму членом. Каждое движение, каждое прикосновение — просто пиздец, как разрывает меня. Никогда не думал, что секс может быть таким охуенным.

Смотрю Кати в глаза и понимаю, что ей тоже все понравилось. Она от удовольствия даже дар речи потеряла. Моя. Рыжулька. Моя. Катя. Теперь уже точно моя и навсегда. Никуда, нахер, не пущу. Всё сделаю, счастливой будет.