Ассистентка для босса

Глава 24

Просыпаюсь рано утром по будильнику. Выключаю его как можно скорее, только бы не разбудить маму. Ей не надо так рано вставать. Ну а еще я не хочу продолжения вчерашнего скандала.

Накидываю на себя штаны с футболкой. Мне нужно привести себя в порядок. Особенно непослушные рыжие волосы.

Тихо открываю дверь и выхожу в коридор. Только делаю несколько шагов, как слышу за спиной, аж вздрагиваю:

— Послезавтра едем к гинекологу, я уже записала тебя.

— Как ты могла меня записать? Мне уже исполнилось восемнадцать, — возмущаюсь я.

— Очень хорошо попросила, — она властно упирает кулаки в бока (а я много раз просила ее так не делать) и осуждающе на меня смотрит.

— Я никуда не поеду, — отвечаю ей и иду в санузел. Ощущаю себя в этот момент непослушным подростком.

— А я не спрашиваю. Силой заставлю! Если надо, за волосы потащу.

— Зачем?! Зачем, мама?

— Я хочу знать, как ты заработала эти деньги! И я узнаю! — продолжает хмуриться она.

Блин, как же злит.

С одной стороны, она — моя мама. А с другой — ну это же просто невыносимо.

Зараза, ТАК НАКРИЧАТЬ на нее хочется, чтобы в себя пришла. Но я себе такого не позволю. Жалко мне маму, хоть у нее и бывают такие вот «заскоки».

— Я заработала их честным путем. Ничего аморального я не делала. Честное слово! — уверенно стою на своем. — Мама, ну пожалуйста, просто возьми деньги и потрать на операцию.

— Даже не подумаю, — возмущается она, едва не слюной брызжет. — Я не возьму эти грязные деньги.

Делаю несколько шагов и заглядываю в гостиную. Деньги лежат там, где я их вчера и оставила. Ох, какая же у меня принципиальная мама. Жалко, не в тех областях, где это правда нужно.

Под продолжающиеся крики и попытки вывести меня на чистую воду я все-таки заскакиваю в ванную и закрываю дверь на замок. Как же хорошо, что он есть.

Принимаю душ, привожу себя в порядок, делаю прическу. После того как я выхожу из санузла, понимаю, что мамы нет дома. Иначе она бы продолжила кричать и донимать меня. Но куда она ушла? К соседке — тете Гале? Скорее всего.

Не хочу выяснять, а потому побыстрее собираюсь и ухожу из дома. С каждым днем мне хочется жить здесь все меньше. Мама, к сожалению, в лучшую сторону не меняется. Но и бросить ее... Разве могу я так поступить?

⁂

Вхожу к Тамаре Николаевне. Мы здороваемся, и она сразу же выдает мне первое поручение:

— Раздай эти бумаги всем трейдерам. Как заполнят, собери и принеси ко мне, пожалуйста.

— Хорошо.

Я сразу хватаюсь за увесистую папку.

— Катя, что-то случилось? — взволнованно спрашивает Тамара Николаевна.

— А вам мама не звонила?

— Нет, — отвечает она.

— Недопонимание у нас небольшое.

— Тебе нужно успокоиться. Посиди у себя, соберись с мыслями, а затем приступай к работе.

— Угу, спасибо, — киваю я.

Захожу в свой смежный кабинет. Снимаю ветровку, вешаю на крючок. Сумочку кладу рядом с ноутбуком. Мне бы и правда немного успокоиться.

Такое ощущение, что после скандала с мамой до сих пор немного руки подрагивают. Так всегда, потому что для меня это слишком эмоционально. Умеет она меня на негатив вывести.

Минут через двадцать успокаиваюсь и забираю бумаги со стола Тамары Николаевны. Выхожу в open space. Начинаю раздавать бумаги с самого дальнего стола.

Там как раз располагаются женщина-трейдер и молодой парень. Как вспомню, какое им пари назначил Орлов, так неприятный холодок внутри. Даже не хочу знать, кто в итоге из них победил. Мерзко... Хотя нет, скорее как-то пошло и развратно.

Отдаю им бумаги и прошу заполнить. Затем иду дальше. Раздаю бумаги остальным трейдерам. Вдруг один из мужчин не просто здоровается со мной, а обращает внимание.

По-особенному обращает.

— Эй, крошка, что сегодня делаешь вечером?

— Учусь, у меня много дел... — отвечаю ему, чуть потерявшись от такого напора.

Взгляд у него неприятный. Сальный.

— А послезавтра? — не унимается он. — Покатаю тебя на «Мерседесе». Хочешь?

— Тоже учусь. И не хочу я кататься.

— А чего ты хочешь? В ресторан? — спрашивает он вызывающим тоном. Будто я обязана согласиться на все, что он предложит.

— Я не ищу отношений, хватит, пожалуйста, — отвечаю вежливо, но в голосе твердая уверенность.

— Да ты что?! — возмущается он. Хватает меня за руку. — Да я таких как ты с десяток купить могу.

Я вырываюсь и...

— Серов! — звучит из-за спины властный голос Орлова. — Еще раз с ней заговоришь или тронешь — вылетишь нахуй с волчьим билетом.

— Здравствуйте, — виновато опустив глаза в пол, отвечает Серов. — Простите, Роман Сергеевич. Я не знал... Не повторится. Обещаю!

— Смотри мне, блядь. И помни: незаменимых нет.

— Здравствуйте, Роман Сергеевич, — говорю я.

Прекрасно помню, что вчера было. И хорошее, и плохое, но хорошего все-таки чуть больше. Особенно сейчас, когда Орлов отвадил от меня этого придурка.

— Привет, — отвечает мне Роман Сергеевич.

Подходит ближе. Смотрит сверху вниз. Нависает большим тяжелым силуэтом. Вдруг протягивает руки и забирает у меня бумаги.

— Что это? — спрашивает он.

— Тамара Николаевна велела раздать всем трейдерам.

— Ясно, работай, — говорит он.

Орлов возвращает мне бумаги, случайно коснувшись моих пальцев своими. Секунду он еще стоит рядом, смотрит на меня. А затем резко разворачивается и идет в свой кабинет.

— Валера, сколько?

— Сто двадцать штук, босс! — выкрикивает один из трейдеров.

— Таисия? — обращается Роман Сергеевич к одной из немногих женщин-трейдеров.

— Семьсот тысяч, — гордо отвечает она.

— Вот она! Вот она, моя «курочка», которая несет золотые яйца! — Роман Сергеевич подходит к ней. — Поднажми, Тася, еще немного, и у тебя будет свой кабинет.

— Я постараюсь, Роман Сергеевич, — охотно отвечает она.

— Не постарайся, а сделай!

— Да, точно!

Я слушаю их издалека. Голова кругом идет от таких цифр. Еще нет девяти часов, а Таисия уже заработала семьсот тысяч. Разумеется, она сделала их не из ста тысяч и даже не из пяти сотен.

Она управляет депозитом на несколько миллионов. Может, даже больше десяти. Если в процентах, то она заработала, по моим прикидкам, меньше десяти.

Но когда речь о настолько огромных цифрах, то даже минимальные проценты — внушительные суммы. Примерно так и работает хедж-фонд «Орлов-капитал».

— Миша, что за херня?

Мужчина смотрит на Орлова. Судя по взгляду, он понимает, что в чем-то виноват, но не понимает, в чем именно.

— Порядок, Миша. Порядок! — повторяет Роман Сергеевич, а после уточняет: — Сегодня приедет важный инвестор, чтоб у всех на столе ни пылинки!

После этих слов Орлов уходит в свой кабинет.

— Что-то еще? — совсем другим голосом спрашивает Серов, будто заискивает. Даже не смотрит на меня.

— Что? — я выпадаю из раздумий.

— Ну, ты стоишь здесь уже... Секунд двадцать?

— Нет, ничего, — бумаги я ему уже отдала, а потому иду дальше.

— Спасибо, — говорит Серов вдруг.

Как же быстро он шелковым стал. А стоило только Роману Сергеевичу вмешаться. Причем он так смотрел на Серова, будто убить готов был.

Я иду дальше, раздаю бумаги. Что интересно — теперь все трейдеры-парни и мужчины стараются обращать на меня минимум внимания. Они вежливо здороваются, но не больше. Отводят взгляды.

Не знаю, правильно ли я понимаю, но, похоже, Орлов сегодня ясно дал всем понять, что пытаться познакомиться со мной поближе не нужно. Но зачем ему это?

И тут до меня доходит понимание. Неужели он сам хочет... Не знаю. До сих пор не понимаю, для чего миллиардеру, вокруг которого вечно полно красивых и доступных девушек, понадобилась я.

Скорее всего, и не понадобилась. Сама себе навыдумывала.

Иду дальше, раздаю бумаги трейдерам. Уже понимаю, что в конце open space мне придется встретиться с Людой. Совсем не хочу видеться с этой вредной сукой после того, как она поступила.

Видела же, что тот лысый толстяк против воли меня тащит. Ладно, сама отбиться мне не помогла, и не обязана как-бы. Но хотя бы на помощь позвать, а она только ухмыльнулась.

Подхожу к ней.

— Здравствуйте, — выдавливаю через силу.

Кладу бумаги на стол, разворачиваюсь и ухожу. Не хочу задерживаться рядом с ней, чтобы не наговорить гадостей.

— А ну-ка стой, — говорит вдруг она.

Разворачиваюсь и смотрю на нее так, как бы смотрела на кучу мусора. Мне эта женщина максимально неприятна, и скрывать я это не намерена.

— Вот скажи честно, ты же сама того толстяка соблазнила? А потом передумала?! Да? — спрашивает она, хмурится и «разгоняется». — Конечно, он не красавчик, как наш Орлов. Вот и передумала...