Безбашенный (СИ)

Глава 14

Дан

В моей биографии никогда не было девушек, которых приходилось добиваться. Перенапрягаться с бабами — просто не моё. Я всегда выбирал самый лёгкий путь. Всегда было достаточно включить природное обаяние и искушающую настойчивость, чтобы девушка выполнила все мои желания...

Двенадцать свиданий!

О чём я думал, вашу мать?

Для одной девушки это чертовски много!

Но... Вероятно, дело в том, что меня немного перемкнуло, когда я оказался в её убогой квартирке. Ну камон! Как можно жить в таких условиях и при этом излучать столько света? И быть такой бескорыстной?

Внезапно мне захотелось дать Лизе буквально ВСЁ! Ярких впечатлений, неиспытанных эмоций, драйва... Облачить её в дорогие шмотки, накормить изысканными блюдами.

У нас есть две недели, чтобы исполнить её желания. И мои тоже. Вкушать эту девушку медленно наверняка будет чем-то мазохистским... Но финал точно станет грандиозным «Бада бумом», и я готов подождать.

— Куда мы едем? — спрашивает Лиза.

— Вообще-то, мы уже на месте.

Паркуюсь возле входа в парк. Сегодня мы начнём с драйва. Хочу заставить девушку понервничать, обнажить её страхи. Но и весело нам тоже будет.

Выходим из машины.

— Ты здесь бывала?

— Однажды. Вон в том кафе, — указывает на кафетерий у входа и почему-то стыдливо опускает взгляд.

Интересно, с кем она тут была...

Беру Лизу за руку.

— Пошли. В кафе мы сходим позже. Лучше оставим желудки пустыми пока.

— Почему? — напрягается она.

Но я лишь усмехаюсь и веду её к центральному входу. В кассе покупаю платиновую карту парка. На ней безлимит на весь день.

— Мы будем кататься на аттракционах? — шокированно осматривается Лиза.

В глазах — восторг вперемешку со страхом.

— Да, будем. И начнём с самого безумного.

Направляюсь к американским горкам. Лиза не поспевает за моим широким шагом, и ей приходится практически бежать. Её ладошка в моей руке потеет. Наверняка от нервов. И это, блин, трогательно.

У самоуверенных девиц, которые меня обычно окружают, такое редко случается.

Пристраиваемся в очередь. Сегодня воскресенье, и народу тьма.

Лиза смотрит на состав, несущийся по рельсам. Там все визжат от резких спусков и переворотов.

— Боишься?

— Нисколько, — горделиво вскидывает подбородок. — Если в твои планы входит меня напугать, то ничего не выйдет.

— Ну поглядим...

С вызовом смотрим друг другу в глаза.

Ох... Мне так нравится эта игра!

— А если всё-таки испугаешься, то что? Какой приз я получу?

— Вероятно, ещё одно свидание, — сладенько улыбается она.

— Ещё одиннадцать свиданий.

— Посмотрим, — зеркалит мой самоуверенный тон.

Состав останавливается. Растрёпанные и возбуждённые люди покидают аттракцион, и следующая партия занимает свои места. Мы тоже поднимаемся на платформу. Лиза дёргается к последней кабине. Однако я тяну её к первой. Там свободно, потому что желающих сесть впереди не нашлось.

— О Боже... — взволнованно шепчет Лиза, когда нас пристёгивают, и звучит сигнал к отправлению. — Надеюсь, мы выживем.

— Конечно, — сжимаю её колено.

Девушка нервно дёргает ногой, скидывая мою руку.

Вот чего она боится сильнее, чем аттракциона... Близости!

Да-а... Победа доставит мне даже больше охренительных эмоций, чем я думал в самом начале.

Состав медленно трогается с места, начинает понемногу разгоняться. Вагончики ползут наверх. Всё выше и выше. Люди, сидящие за нами, начинают повизгивать. Лиза сжимает зубы, чтобы не закричать. Глаза горят в предвкушении, щёки разрумянились.

Я катался много раз, когда был младше, и теперь меня не цепляет это всё. Не свожу взгляда с Лизы. Когда мы летим вниз, она всё-таки не выдерживает и кричит. Но явно не от страха, а от восторга. Непослушные прядки волос выбиваются из хвоста и хлещут по её лицу. Лиза смеётся и вновь кричит.

Проносимся по мёртвой петле. Сидящие сзади уже надорвали глотки...

А вот Лизе всё ещё не страшно. Она купаетс в адреналине. Взгляд — безумный. И она так хороша в этом безумии.

Она облизывает пересохшие губёшки и произносит хриплым, после криков, голосом:

— Потрясающе!

Наконец прибываем на платформу, и состав останавливается. Лиза приглаживает волосы и переводит на меня сияющий взгляд. Я вижу, как часто поднимается её грудь от взволнованного неровного дыхания. И как подрагивают пальцы, вцепившиеся в ремни безопасности.

— Это было правда здорово! — признаётся она.

— Ну я понял, что ты не испугалась.

— Может, самую малость.

О-окей!

Нас отстёгивают. Помогаю ей выбраться из кабины и вновь беру за руку. Веду к следующему аттракциону. Это маятник. Не у каждого на нём выдерживает вестибулярный аппарат...

А у Лизы, блин, выдерживает. И она опять в полнейшем восторге. И на другом безумном аттракционе — тоже.

Ну ладно... Похоже, обнажить её страхи таким способом просто невозможно. А все остальные аттракционы довольно лайтовые. Колесо обозрения я оставляю на потом.

— Хочешь пострелять?

— Я не умею, — задумчиво смотрит на палатки с тиром. — И, вообще-то, против оружия.

— Ладно. Тогда дротики. Пойдём.

Подходим к палатке, где нужно кидать дротики в шары. Пять дротиков — пять попыток. Призы какие-то стрёмные, но мы просто обязаны забрать самый главный.

— Встать нужно вон за той линией, — объясняю Лизе, вручая дротики. — Нужно попасть в шар, чтобы он лопнул.

— Попробую...

Она прицеливается, и первый дротик втыкается в деревянную перегородку между ячейками, из которых торчат надувные шары.

— Давай ещё раз, — подбадриваю её.

Снова кидает дротик и снова мимо цели. Лиза хмурится. Глаза вспыхивают упрямством. Прицеливается, кидает — и попадает в шар! А потом точным ударом лопает ещё один. И последний тоже.

Вот теперь я знаю, что Лиза боец. Сдаваться она не привыкла.

— Я что-то выиграла? — смотрит на девицу, отвечающую за этот аттракцион.

Та со скучающим видом указывает на микроскопические брелки в виде смайликов. Лиза, как ребёнок, радуется этой ерунде. Выбирает смайлик-поцелуйчик.

Ммм... Это что-то значит или как?

— Так, теперь я, — забираю дротики, встаю за линию. — Хочу вон того пса, — указываю на самую большую мягкую игрушку из всех. — Как её получить?

— Никак, — отвечает скучающая девица. — Это просто для антуража.

— Так не пойдёт. Мне нужен этот пёс. Сколько шаров я должен лопнуть?

— Все, — брякает она.

— Окей.

Шаров всего двадцать. Разбиваю первые три точными попаданиями. Держа в руке четвёртый дротик, замечаю, что игла на нём немного согнута, а он сам тяжелее других. Понятно... Кидаю его немного под углом. И он попадает в шар не иглой, а корпусом. Но шар всё равно лопается. Пятый дротик вновь летит нормально.

Девица собирает их и отдаёт мне. Явно нервничает.

А Лиза сложила ладошки в умоляющем жесте, влюблёнными глазами глядя на этого пса.

Считай, что он твой, моя девочка. Что ты дашь мне взамен?

Скоро это узнаем.

Ещё пять шаров взрываются от моих точных попаданий. Девица кому-то звонит. Вероятно, пытается выяснить, можно ли отдавать игрушку.

Бл*ть! Я всё равно его заберу!

В моей комнате висит дартс. Я попадаю в яблочко почти с закрытыми глазами.

Чётко выбиваю оставшиеся десять шаров. Лиза прыгает на месте, хлопая в ладоши. Сам тянусь за псом, срываю его с верхней полки. Пес довольно страшный и грязный. Вероятно, его первоначальный цвет был белым, но сейчас он серый от пыли, а изо рта вываливается грязно-розовый язык.

— Он просто прелесть... — умилённо смотрит на него Лиза.

— Он твой, — отдаю ей это недоразумение.

И вот мне уже хочется скупить какой-нибудь магазин с мягкими игрушками. Ну нельзя же так искренне радоваться грязному плюшевому псу из парка развлечений!..

Лиза обнимает это чудище и прижимает к груди. Пряча лицо за его мордой, с придыханием шепчет:

— Спасибо...

И я вдруг чувствую острую нужду в том, чтобы она обнимала меня. Как это будет, когда её носик прижмётся к моей шее? Когда нежные губы коснутся моей кожи...

— Пошли, перекусим.

Приобняв девушку за плечи, веду к открытой террасе кафешки. Отодвигаю для неё стул. Лиза садится, а пса пристраивает на соседний. Не желая долго ждать официанта, а потом и заказ, сразу иду к бару и заказываю молочный коктейль для Лизы и колу для себя. И какие-то хот-доги, потому что больше тут ничего нет. Возвращаюсь за столик.

— Я решила дать ему имя, — заявляет Лиза.

— Кому?

— Ему, — кивает на серое чудовище.

— Оу... И какое?

— Назову его Дан, — Лиза расплывается в улыбке.

Закашливаюсь от неожиданности. Неужели я выгляжу так же паршиво?

— Мы совсем не похожи, — возражаю я.

— Ещё как похожи! — хихикает она. — Глаза вообще идентичны. У него такие же синие, как у тебя.

И она смотрит в мои глаза с такой нежностью, что я готов дать этому псу даже свою фамилию.

Чёрт с ним. Пусть будет Дан. Обнимая его, она будет думать обо мне.

Но лучше бы она обнимала меня!

— Послушай... Я должна у тебя кое-что спросить.

Тон Лизы резко перестает быть игривым. Кажется, она немного застеснялась.

— Я весь во внимании.

— Ты сказал, что воспитывался в детском доме. Я, кстати, тоже. И мне стало интересно, в каком именно. Вдруг мы знали друг друга раньше, как считаешь? Ведь могли же быть знакомы до того, как тебя усыновили... Ведь тебя усыновили, я правильно понимаю?

Зависаю, вперив охеревший взгляд в её прекрасное лицо.

Она сирота?

Бл*ть! А у тебя, Дан, походу, мозгов не хватило... Это же очевидно, как дважды два. Она ведь живёт одна в какой-то убогой квартире. И ничего не говорила про родителей.

Но и ты не говорил о своих! И она вполне могла снимать эту квартиру. Потому что, например, неместная. И приехала сюда поступать.

Лиза напряжённо ждёт, пока я треплюсь сам с собой, а потом нервно усмехается и говорит извиняющимся тоном:

— Или эта тема для тебя запретная?

— Нет... Не запретная, — мямлю, пытаясь подобрать слова.

Эта блонди вновь и вновь укладывает меня на лопатки, вашу мать!

Я не говорю с тёлочками о детском доме. Они знают меня как Аверьянова Даниила — сына богатеньких пенсионеров, сколотивших своё состояние на удачных инвестициях и стартапах, в которые никто не верил в эпоху нулевых. А ещё у Аверьяновых имеется своя юрфирма, работающая, как отлаженный механизм. После универа я могу возглавить её. Но и об этом я с тёлками не успеваю поговорить. Мы слишком быстро оказываемся в горизонтальном положении.

А с Лизой всё иначе. И как-то всё чертовски сложно.

Нам приносят напитки и хот-доги, что становится некоторой передышкой для меня. Лиза пробует коктейль, втягивая его через трубочку.

— Очень вкусно. Спасибо.

— А хот-дог — дерьмо, — морщусь я, откусив немного. — Не ешь это, позже мы заедем куда-нибудь ещё.

— Я всё же рискну, — с вызовом отвечает Лиза и начинает есть.

И, похоже, её вполне устраивает вкус хот-дога. Поигрывая бровями, она тщательно жуёт и запивает коктейлем.

Смачиваю горло, хлебнув колы. Наконец, беру себя в руки.

— Я жил в детском доме номер восемьдесят три. Меня усыновили в семь лет. Я почти никого не помню из детского дома.

— В восемьдесят третьем? — шокированно распахивает глаза Лиза. — Я тоже оттуда.

Да пи*дец!

Мне не нравится этот поворот событий. Но я пока не понимаю, почему.

— Моей воспитательницей была Тамара Павловна. Не помнишь такую?

Может быть, и помню... Но я заставил себя всё забыть, когда попал в приёмную семью. Зачем мне эти грёбаные воспоминания?

Пожимаю плечами.

— Мне нечего тебе сказать, Лиза. Я не помню, как звали моего воспитателя.

— Эх... жаль. Но это так странно... Вот я хорошо помню себя в семь лет.

— А меня помнишь?

Лиза задумчиво вглядывается в моё лицо.

— Нет, не помню.

— Вот видишь. Значит, мы не пересекались раньше.

— Ну да.

Опустив взгляд, пьёт свой коктейль. Потом доедает хот-дог.

Что-то мы ушли куда-то совсем не туда. Лиза стала серьёзной и немного отстранённой. А я загнался, узнав, что она детдомовская.

— Я всё. Было вкусно. Спасибо.

Она отряхивает руки от крошек и салфеткой вытирает губы.

— Тогда пойдём, — решительно поднимаюсь.

Мы направляемся к колесу обозрения, но я больше не держу Лизу за руку, потому что она прижимает свою огромную мягкую игрушку обеими руками к груди. Использует его как щит от меня. Но и без этого щита между нами вдруг выросла стена. И, похоже, по моей вине.

— Высоты я тоже не боюсь, — с улыбкой сообщает Лиза, когда садимся в кабинку.

— Теперь я вижу, что ты ничего не боишься, — отвечаю, не глядя на неё.

Кабинка медленно поднимается. Лиза устраивает игрушку на соседнем кресле и внезапно касается моей руки.

— Ты прости, если я задела какую-то больную тему, Дан.

Перевожу взгляд на руки. Переплетаю наши пальцы и подношу тыльную сторону её кисти к своим губам.

— Я в порядке, — глядя в глаза девушки, прижимаюсь губами к нежной коже. — Как я могу быть не в порядке? Мне же просто повезло... А тебе нет. Вот, о чём я думаю.

И вновь целую её руку, смакуя эти ощущения.

Да что это со мной, бл*ть? Неужели готов поменять свои планы?

Ни за что!

Лиза разрумянилась. Её немного испуганный взгляд сосредоточен на моих губах, которые двигаются дальше по её кисти.

Усмехаюсь.

— Я знаю, как заставить тебя бояться.

— Как? — едва слышно произносит она.

Да ей уже страшно!

Отпустив её руку, завожу свою за спину девушки и подныриваю под её бедро. Рванув на себя, усаживаю Лизу на свои колени.

— Нет-нет-нет!

Она тут же пытается вскочить, но я держу крепко. От нашей борьбы кабина немного раскачивается, и Лиза взвизгивает и обмякает на мне.

— Вот так, — сжимаю её тонкую талию и припечатываю спиной к своей груди. — Сиди смирно, и будет совсем не страшно.

— Это неправильно, Дан. И так нельзя! По технике безопасности наверняка так нельзя сидеть.

— Нам можно всё...

Зарываюсь носом в её волосы. Мне хочется снять с них резинку. Чтобы её непослушные прядки рассыпались, и я смог запустить в них пальцы.

Кабина почти на самой верхотуре. Отсюда открывается бомбический вид почти на весь город.

— Просто расслабься и получай удовольствие, Лиза.

— А что, если я не могу расслабиться?.. — сконфуженно выдавливает она.

Я понимаю, что тороплю события. Что мне нужно добиться согласия на все одиннадцать свиданий. И сделать так, чтобы она не сбежала с этого. Но притяжение такое сильное...

Убираю её хвостик в сторону, пропуская шёлк волос между пальцами. И, не удержавшись, всё же стягиваю резинку.

— Дан!..

— Тсс... Тихо!

Надеваю белую резинку на своё запястье. Сдвигаю пепельную копну на левое плечо. И прижимаюсь к её шее справа. Носом веду по быстро бьющейся венке и громко вдыхаю аромат её кожи.

— Дан... Не надо...

— Шш... Просто посмотри вокруг. Город как на ладони... А мы такие микроскопические по сравнению с ним. А с целым миром?.. Да мы просто песчинки... Нас никто не видит сейчас... Про нас все забыли...

Веду языком по её шее к мочке уха.

— Нам можно всё, Лиза. Сейчас. Нам можно всё... Тебе нравится вид?

— Да.

— Тебе нравятся мои прикосновения?

— Д-да...

Ну ещё бы!

Прикусываю мочку. Мои пальцы гладят её плоский животик.

— Мне тоже очень нравится, Лиза. Очень. И мне плевать на вид. Я вижу только тебя.

Она немного поворачивает голову, и наши взгляды встречаются. Достаточно лишь немного надавить на её щеку — и я дотянусь до желанных губ. И, кажется, Лиза тоже этого хочет...

Мои руки спускаются по её бёдрам всё ниже и ниже. Ткань платья заканчивается, и я касаюсь обнажённой кожи её ног.

— Дан... — напрягается Лиза.

— Шш... Я не сделаю ничего плохого.

Нам будет очень хорошо, моя скромная девочка! Очень хорошо.

Стискиваю её ножки и мягким движением развожу их в стороны. Мои пальцы устремляются под подол её платья...

— Нет!

Лиза спрыгивает с меня и падает на противоположное кресло. Хватает серого пса и закрывается им от меня. Её щеки горят, а взгляд испуганный.

— Ты все неправильно понял, — задыхаясь, шепчет она.

— Это ты не понимаешь, — качаю головой. — Не хочешь признавать, что нуждаешься в том же, в чём нуждаюсь я.

— Я... я ни в чём таком не нуждаюсь!

— Окей. Я больше так не буду, — клятвенно обещаю, раскрывая ладони.

Но, кажется, она больше мне не верит. Мы только что существенно откатились назад.

Блин, какого хрена я так поторопился?

Однако устоять было просто невозможно. Лиза действует на меня так, как никто никогда не действовал.

Это выводит из себя! Это лишает самоконтроля.

И прямо сейчас я даже не могу подобрать слов, чтобы её как-то успокоить.

Да что это со мной?

Напряжённо молчим, пока наша кабина опускается. Я подаю Лизе руку, помогаю спуститься на землю. И, не выпуская её ладони, веду к выходу из парка. Быстро заказываю еду на вынос в одном приличном ресторанчике и гоню туда. До начала её смены у нас остался всего час с небольшим.

— Мне, наверное, лучше на работу поехать, — говорит Лиза, глядя в окно и понимая, что мы едем в другом направлении.

— Ещё рано. Наше свидание не окончено.

— Дан...

— Нет, — перебиваю её. — Знаю, что напугал тебя и всё испортил. Дай мне реабилитироваться. Ну пожалуйста!

— Когда ты так просишь, тебе сложно отказать, — усмехается она.

Её слова и улыбка меня расслабляют.

— Знаю. Я вообще редко сталкиваюсь с отказами. Не разрушай мой образ самого неотразимого парня.

— Постараюсь, — хихикает она.

У неё такой чистый задорный смех, что заслушаться можно!

— Куда мы едем, Даниил?

— Будем есть на природе. Неохота сидеть в помещении, когда на улице так хорошо.

Я покажу тебе ещё один бомбический вид, моя скромная девочка. Возможно, сегодня ты позволишь мне вкусить твои губки.

Поцелуй... Подари мне поцелуй, Лиз! Я должен получить хотя бы его.