Безбашенный (СИ)

Глава 39

Дан

Из педагогов на нашем выпускном только класнуха-алгебраичка, завуч и директор. И празднуют они на второй палубе, в ресторане. Они не напрягают нас, мы не напрягаем их. По крайней мере, постараемся...

Какой-то дебильный тамада отвлекает от общения с друзьями дурацкими детскими конкурсами. Попрыгать с надувным шаром между ног, сожрать яблоко, не пользуясь руками...

Некоторые уже в открытую бухают, чтобы скрасить скуку. Ботанички и ботаники в конкурсах, естественно, участвуют. Отдуваются за остальных.

Королева нашего класса — Валерия Маркалова или просто Лера — поглядывает на Гроза. Её свита что-то там зубоскалит. Мои фанатки тоже в ударе и бросают недвусмысленные взгляды на нашу компанию.

Похеру!

Я здесь ради друзей и Лизы. Хочу, чтобы наш вечер прошёл весело и приятно. Даже телефон отключил, задолбавшись дёргать его из кармана от звонков родителей и каких-то ноунеймов.

— А давайте что-нибудь повеселее организуем, а? — выкрикивает Лерка. — Конкурсы ваши отстойные уже поперёк горла!

Все поддерживают её неровным гулом.

— Я знаю конкурс восемнадцать плюс! — Барнавский вырывает из рук ведущего микрофон. — Иди, погуляй, дядь, — хлопает мужика по плечу.

— Жги, Илюш! — улыбается Лерка.

Илья начинает рассказывать, в чём суть конкурса. Я не слушаю. Возвращаюсь к разговору с друзьями. А девочки наши убежали «попудрить носики».

— Ну так что по Фридману?

Гроз хмурится.

— Не понимаю тебя, Аверьянов. Девочку свою вернул. Вижу, что у вас всё в порядке. Но тебя прям распирает, как хочется ввязаться в войну. Что с тобой не так?

— Ты угораешь? Я этой мрази лицо сломаю за то, что хотел сделать с Лизой! — тут же несёт меня.

Ненависть к Фридману жжёт изнутри. Она как бомба с кнопкой для быстрой детонации, которую я всё время хочу нажать. И не нажимаю. А хочется...

— Не будешь ты ему лицо ломать, — уверенно отрезает Гроз.

— В смысле?

— Месть будет иной.

— Какой? — подаюсь ближе, стиснув челюсти. — К гуманности моей взывать бесполезно. Ясно? Я, бл*ть, очень зол на этого мудака! И вообще на таких мудаков, которые пытаются взять то, что им не принадлежит.

— Понимаю тебя, — кивает Гроз. Медленно смыкает веки, делает тяжёлый вдох, потом выдох. Когда открывает глаза, твёрдо произносит: — Но всё же нет, ломать ты его не будешь.

Да чтоб его!..

Макс пихает меня локтем.

— Не психуй, бро. С Фридманом по-другому надо. Там бабла столько, что ни мой отец, ни твои предки с ним тягаться не смогут.

— В точку! — поддерживает его Егор. — План в том, чтобы помочь твоему брату.

Брату... Это слово растекается горечью на языке. Морщусь.

— Не куксись, Даньчик, — встревает Мир. — Нормальный у тебя брат. Вы просто плохо начали.

С минуту я размышляю, хмуро смотря на друзей.

— Окей, в чём план? — спрашиваю Гроза.

— Делов там на пять минут. Снимете совместное видео, что-то типа видеообращения. Так сказать, продемонстрируете, что вас, таких красивых, двое. Расскажете на камеру историю о том, как так произошло, что ты оказался в детском доме. Ильдар пошлёт это видео отцу. В ответ получит то, что хочет.

— А чего он хочет?

— Информацию.

— Какую информацию?

Гроз пожимает плечами и отводит взгляд.

— Ищет он там кого-то. Фридман знает, где искать, но не признаётся...

— И что дальше? Фридман и так знает, что нас двое. Он же сам меня в детский дом сплавил.

— А это видео не для него, а для деда... вашего.

— Какого-какого деда? — вновь подаюсь вперёд.

— Отца вашей матери, — невозмутимо отвечает Егор.

— Моей матери? — язвительно переспрашиваю.

— Дан, хорош! Да, она была твоей матерью. Она тебя родила. И тебя у неё забрали, — начинает накаляться Гроз.

У него тяжёлые воспоминания о собственной матери. Поэтому моё отношение к моей его жутко триггерит. Я это вижу. Да это только слепой не заметит.

— Окей... Ладно... — капитулируя, раскрываю ладони и откидываюсь на спинку стула. — И что там этот дед?

— По сути, он профинансировал бизнес Фридмана. Тот много получил, заключив когда-то выгодный для себя брак с вашей матерью. И дед может жёстко нагнуть бывшего зятя, если разочаруется в нём. Фридман, теперь, конечно, вдовец, и его гульки по бабам деда не интересуют. А вот то, что он лишил его второго внука...

— Допустим, Фридман даст Ильдару то, что он хочет, — нетерпеливо перебиваю я. — Получается, видео деду он тогда не пошлёт. И что? Где, блин, моя вендетта?

— Ильдар всё равно обнародует видео. После того, как получит информацию. В принципе, ты даже сможешь что-нибудь унаследовать от настоящих родственников.

Да похеру мне!

Макс стебётся:

— Ох, это так мило... Встретишься с роднёй. Там, наверное, не только дедуля есть. Может, и тётушек с дядюшками десятка два. И сестричек всяких.

— Да пошёл ты! — с улыбкой отмахиваюсь от него. — Не нужна мне родня и наследство. Я чужак для них. Я — Аверьянов. А если мои родители не поддержат меня с Лизой, буду снова сиротой. Но свободным. Я. Так. Решил, — отчеканиваю жёстко.

— Поддерживаю, — кивает Гроз.

Вчетвером ударяемся кулаками.

Макс оборачивается на одноклассников.

— Нам, кстати, девочек наших не пора искать?

— Вон они, — дёргает подбородком Мир.

Тоже оборачиваюсь. Мы с Максом сидим спиной к танцполу и месту проведения дурацких конкурсов. Наши девочки почему-то остановились рядом с Барнавским. Этот придурок им что-то втирает. Ни хрена не слышно.

Поднимаемся с парнями одновременно, но... тут же садимся обратно, потому что девочки наконец-то идут к нам. Правда, не все... Мы с Максом вновь вскакиваем.

— Спокойно, парни, — первой подходит Алина. — Это просто конкурс. Они хотят поучаствовать.

Они — это Полина и Лиза. Алина с Евой садятся на свои места.

— Начинаем танцевать, девочки! — выкрикивает в микрофон Барнавский.

Хм… танец? Просто танец?

— А вы почему не стали? — нервно усмехается Макс посмотрев на Еву.

— Мы не такие смелые, — она смущённо утыкается в плечо Дамира.

— Ты же танцами занимаешься, — с недоумением смотрю на неё.

— Танец будет не совсем обычный, — отвечает вместо Евы Алина.

— Не совсем обычный? Это как? Типа эротичный? — с усмешкой спрашивает Макс.

Ни одна из девчонок не отвечает. Дамир присвистывает, а мы с Максом обтекаем.

— Реально, что ли, эротический? — дёргается моё лицо.

— Да, нам там вызов кинули. Одноклассницы ваши. Полина решила ответить. Лиза её поддержала.

Вот же поддержательница фигова!

Срываюсь к ней. Музыка уже играет: тягучая и эротичная. Из фильма какого-то...

Королева нашего класса извивается, задрав подол платья почти до трусов. Остальные одноклассницы тоже что-то там выписывают бёдрами. Лиза растерянно смотрит на Полину и несмело покачивается из стороны в сторону. Увидев меня, замирает.

— Дан, я не знаю, во что влезла!.. — смеётся она.

Глаза сияют, щёчки горят. Моя раздражительность резко сходит на нет. И вместо того, чтобы унести свою девочку с танцпола, я решаю с ней потанцевать. Кладу её ладошки на свои плечи, стискиваю её бёдра и рывком прижимаю Лизу к себе. Охнув, она обнимает меня за шею. Смотрим друг другу в глаза.

— Ты умеешь танцевать? — смущённо улыбается Лиза.

— Я умею импровизировать, — игриво дёргаю бровями. — Давай покажем им всем, что такое эротический танец, детка.

— Ой, мне уже страшно... — хихикает она.

— Всё самое «страшное» будет потом. Когда останемся наедине.

Её щечки ещё больше розовеют. Начинаем танцевать. Оба легко ловим ритм и наверняка выглядим неплохо со стороны. Во всяком случае, наши тела точно знают, что нужно делать...

Вижу, что Макс придвинул стул ближе к танцполу, уселся на него и с довольным видом наблюдает за Полиной. Она танцует только для него. И, конечно, делает это чертовски хорошо, потому что она профи.

Мои одноклассницы быстро сдуваются, им до такой пластики пи*дец как далеко.

Увлёкшись процессом, скольжу руками по бёдрам Лизы, стискиваю их через платье, глажу её точёную спину, плечи... Мне хочется коснуться каждого сантиметра её тела. Я так давно этого не делал... Так давно её не целовал...

Надавив ладонью на затылок, припечатываю её лицо к своему. Мы больше не танцуем. Медленно веду губами по её губам. Меня потряхивает от предвкушения.

— Удалите этих! Что это за эротика? Скукотища! — недовольно гудят одноклассницы.

Эротика у нас будет позже. А сейчас...

Нежно целую Лизу, кайфуя от того, с каким сладким трепетом она отвечает. Раскрываю её губки языком, целую глубже. Ловлю ртом её вкусный тихий стон.

Нас уносит в другую реальность, где мы намного больше, чем просто парень и девушка, целующиеся на теплоходе в кругу моих одноклассников. В этой реальности... мы — будущие родители.

А я — безумно влюблён в эту девушку.

Теплоход покидаем далеко за полночь. Одноклассники отчаливают на автобусе, а наша компания ждёт такси.

Макс хлещет шампанское из горла, девчонки пьют из красивых фужеров, которые мы прихватили с теплохода.

Я сегодня за рулём. Да и вообще не хочу пить. С меня хватило прошлой ночи, когда я влил в себя слишком много всякого дерьма. А Лиза пьёт сок, потому что в положении. И анализы ещё завтра сдавать. Или уже сегодня...

— Так значит, вы отчаливаете в Москву? — уточняет Гроз у Макса.

Тот кивает.

— А когда?

— Через три дня. Но это совсем не означает, что мы останемся там и после универа, — заверяет нас друг.

Полина как-то неоднозначно ведёт плечом.

Они вполне могут выбрать жизнь в столице. Пи*дец!.. Наша компашка рассыпается на глазах.

— А мы в Краснодар уедем, — говорит Егор, прижимая к себе Алину. — Потом, может, ближе к морю переберёмся.

Гроз с Алиной тоже сваливают, да. Они рассказывают про универ, в который будут поступать, про квартиру, которую сняли на год вперёд...

Удручённо молчу, уткнувшись носом Лизе в висок. Она прижимается спиной к моей груди, расслабленно откинув голову на плечо. С реки дует холодный ветер. Стягиваю с себя пиджак, накидываю на плечи Лизы и вновь её обнимаю. Перевожу взгляд на Дамира.

— Давай теперь ты колись, когда меня бросишь.

— Я тебя не брошу, мой пупсик!.. — сюсюкает Мир. — Кто-то же должен остаться, чтобы присмотреть за самым безбашенным парнем на планете Земля.

— Вот он — настоящий друг! — восклицаю я, тыча пальцем в Дамира. — А остальные — предатели, — бурчу беззлобно.

Первое такси увозит Макса, Полину, Дамира и Еву. Остаёмся вчетвером. В кармане брюк вибрирует телефон. Достаю. Но это не мой, а Лизин. На экране написано «Ильдар». Подношу смартфон к её лицу.

— Ответишь?

Лиза забирает телефон и отходит в сторону. Принимает вызов.

— Да, привет. Почему так поздно?..

Провожаю взглядом. Её голос стихает по мере того, как она двигается вдоль причала.

Такая красивая... Платье, мой пиджак на плечах, немного растрепавшиеся волосы и взволнованный взгляд, который она время от времени бросает на меня, когда оборачивается.

— Ты даже не устроишь разборку по поводу того, кто звонит ей в такое время? — насмешливо спрашивает Гроз.

— Это Ильдар, — оскаливаюсь я. — Не могу запретить им общаться. Он вроде как спас её от Фридмана. Сразу после того, как сам и подставил, — передёргивает меня.

— Ты отлично знаешь, Дан, что иногда люди ради собственной выгоды идут на самые дерьмовые поступки.

— Знаю.

Ловлю проницательный взгляд Алины, а потом вновь смотрю в глаза другу.

— Мы ведь ещё увидимся? Вы же не свалите прямо сегодня?

— Нет. Пока нет. Побудем до разрешения вашей ситуации.

Горячо пожимаем друг другу руки.

— Спасибо.

— Поплачь ещё, — кривится он в усмешке.

Смеёмся. Возвращается Лиза, и тут же подъезжает такси. Друзья уезжают. Мы оставляем пустые бокалы на скамейке, садимся в рыксу и тоже покидаем причал.

— Чего хотел Ильдар? — стараюсь, чтобы мой голос звучал ровно.

— Он просто беспокоится обо мне. Спрашивал, где я.

— А сам он где?

— В отеле.

Окей. Значит, завтра займёмся делами насущными. А сейчас я отказываюсь об этом думать. Мне жизненно важно сполна насытиться каждой минутой этой ночи. Она особенная для нас.

Протягиваю руку. Лиза вкладывает в неё свою тёплую ладошку, и наши пальцы переплетаются. Подношу тыльную сторону её ладони к губам и целую каждый сантиметр нежной кожи.

На дорогах пусто. Легко веду тачку одной рукой.

— Ты не голодная?

— Да ты что? Я так наелась, — гладит свой плоский животик, — что и завтра ничего есть не буду.

— Да щас! Ты у меня будешь за двоих теперь питаться, — с улыбкой, но строго говорю я.

— Как скажешь, — закатывает глаза Лиза. — Но если я стану бегемотом, пеняй на себя.

— Ты будешь очень миленьким бегемотиком!.. — сюсюкаю я. — Как себя чувствуешь? Устала?

— Ноги с непривычки устали от каблуков.

Скидывает туфельки.

— Давай сюда свои ножки.

Отпустив её руку, хлопаю по своему бедру.

— Не надо. Тебе это будет мешать, — протестует она.

Тогда я хватаю её за щиколотки и ставлю стопы на свою ногу. Мягко разминаю пальчики.

— Ох... Ммм... — с наслаждением стонет она, откидываясь на спинку и прикрывая глаза.

Поднимаю подол её платья намного выше колен, оголяя бёдра девушки. В брюках тут же становится так тесно, что я невольно ёрзаю в кресле. Вновь берусь массировать её ножки. Глажу верхнюю часть стопы, едва успевая следить за дорогой. Постоянно посматриваю на лицо Лизы, пытаясь прочитать эмоции. Её взгляд стал размытым, на щеках румянец, влажные губки немного приоткрыты. Стискиваю большие пальчики её ног.

— Ай-ай... Амххм... Как же приятно...

Лизина ножка сползает на мой пах.

Фак!

Громко сглотнув, ставлю стопу обратно и бросаю взгляд на Лизу. Она нервно кусает губы.

Ну прости, девочка моя. Рядом с тобой я всегда заряжён и в полной боевой.

Наконец прибываем к дому.

— Не обувайся. На руках тебя донесу, — выскальзываю из тачки.

— Нет-нет! Не надо! — возражает Лиза.

Когда я открываю её дверь, она, уже обутая, выходит из машины. Идём в дом. Я пытаюсь взять её за руку, но Лиза всё время прячет от меня свои руки.

Не понимаю, в чём причина такой внезапной смены её настроения. Не понимаю, почему между нами вдруг стало так холодно.

Заходим в комнату. Разувшись и сняв мой пиджак, Лиза поворачивается ко мне спиной.

— Дан, помоги расстегнуть платье.

Приближаюсь. Медленно веду собачку вниз. Зарываюсь носом в её волосы и жадно вдыхаю их аромат. Расстегнув молнию до конца, веду ладонью по бедру. Тяжело сглатываю. Во рту пустыня.

— Всё? — тихо спрашивает Лиза.

— Всё, — хрипло отзываюсь я.

— Спасибо.

Придерживая платье на груди, Лиза подходит к шкафу, выдёргивает оттуда какие-то вещи и сбегает в ванную. Слышу щелчок дверного замка.

Вот это зашибись...

Переодеваюсь в домашние шорты и, держа в руках футболку, долго размышляю над тем, стоит ли её надевать. Рассматриваю себя в зеркале, играя мышцами.

Ну красавчик же... К чёрту лишнюю одежду!

Футболку убираю обратно в шкаф. Прислушиваюсь к звукам в ванной. Слышно, как льётся вода из крана.

Совершив налёт на кухню, набираю на поднос всяких вкусняшек и попить. Возвращаюсь, врубаю плазму. Нахожу нейтральный фильмец. Почему-то жутко нервничаю. Не знаю, как мне сесть... Или вообще лечь?..

Наконец Лиза выходит. На ней простая белая маечка и довольно короткие чёрные шортики с белыми полосками по бокам. Залипаю на её стройных ножках.

Лиза вешает платье на плечики и убирает его в шкаф. Несмело приближается к кровати.

— Садись, похомячим, — киваю на поднос.

— Дан, я очень устала. И совсем не голодна. Можно мне просто воды? И я хотела бы лечь спать.

— Без проблем.

Натянуто улыбнувшись, вырубаю плазму.

Всё же хорошо было! А теперь явно что-то не так.

— Сейчас вернусь.

Уношу поднос на кухню, возвращаюсь с бутылкой воды. Лиза сидит на краешке кровати. Открываю крышку, протягиваю ей воду. И пока она пьёт, опускаюсь к её ногам. Смыкаю пальцы на щиколотках.

— У нас всё хорошо, Лиз? — смотрю ей в глаза.

— Эмм... да. А что?

Явно нервничает. Поджимает пальчики в ответ на мои прикосновения.

— Просто я почувствовал, что ты вдруг резко отстранилась от меня, — признаюсь я.

— Я... — медленно облизывает губы. — Не хочу торопиться... Ну ты понимаешь.

Понимаю... И не понимаю. Потому что у нас вроде как уже и так всё очень быстро.

И пока я заторможенно моргаю, она высвобождает ноги, ставит бутылку на тумбочку и ложится. И старательно закутывается в одеяло, хотя в комнате градусов двадцать пять, и можно спать вообще без него.

Закрываю воду и обхожу кровать. Ложусь с другого края. Хлопнув в ладоши, гашу свет. Комната погружается в темноту. Тоже залезаю под одеяло, чтобы быть ближе к Лизе. Придвигаюсь к ней. Лиза лежит на спине и смотрит в потолок.

— Выполнишь одно моё желание? В честь выпускного, — вновь хрипнет мой голос.

— Какое?

— Поцелуй.

Она медленно поворачивается набок и подаётся ко мне. А я к ней. Наконец наши тела состыковываются. Чтобы не спугнуть её, не распускаю руки. Мы соприкасаемся носами.

— Целуй, — шепчу ей в губы.

И Лиза целует. Трепетно, нежно, робко... А мне так хочется «эротики», о которой я просто не могу не думать!

Поцелуй быстро заканчивается, и Лиза пытается отодвинуться.

— Нет, не уходи!

Ловлю за плечо. Ложусь на спину и заставляю Лизу лечь щекой на мою грудь.

— Во-от... Так очень хорошо...

Провожу ладонью по её волосам, рисую хаотичные линии на плечах. Лиза расслабляется немного. И внезапно спрашивает:

— Много девушек было в этой постели, Дан?

Что??

Усмехаюсь. Так вот в чём дело...

— Моя кровать девственна, Лиз. Не считая рукоблудства, конечно. Девушек в ней не было. Я немного брезглив, знаешь ли.

Поднимает голову, смотрит мне в глаза.

— Ну ладно. Будем считать, что я тебе поверила.

Отодвигается и ложится на свою подушку.

— Спокойной ночи, Дан.

Двигаюсь к ней. Втыкаюсь носом в висок.

— Я сказал правду! И ночь вряд ли может быть спокойной, когда ты рядом со мной.

Начинаю её целовать. Щеку, уголок губ, кромку ушка... Прикусываю мочку. Переворачиваю Лизу на спину, сам ложусь на неё.

— Дан... Дан... — она протестующе упирается ладошками мне в грудь.

— Шшш... Ничего не будет... Мы... просто будем целоваться...

Я беззастенчиво вру! Потому что целовать я буду очень горячо и не только в губы.

И мы жарко целуемся, распаляя друг друга. Воздух между нами плавится, на телах выступает испарина. Отпинываю одеяло прочь. Приподнявшись, смотрю Лизе в глаза и задираю её маечку вверх.

— Дан...

— Шшш... Не порти момент, пожалуйста.

Послушно поднимает руки, и я снимаю с неё майку. Под ней нет белья.

Ох, прости меня, моя сладкая девочка... Я уже за себя не ручаюсь.

Спускаюсь губами к ключицам... к упругой груди... Веду носом по животику, обвожу им пупочек. Стягиваю с Лизы шортики. И сам быстро раздеваюсь.

— Ну мы же так не договаривались!.. — хнычет Лиза, пытаясь удрать.

— Мы потом договоримся заново... Выставишь какие-нибудь требования. Не знаю... Не прикасаться к тебе по понедельникам.

Распинаю её, устраиваюсь между бёдер.

— Ага. И по средам. И по воскресеньям, — язвит она. — Дан, ну правда! Это нечестно!

— Нечестно, когда девочка, которую я люблю, не подпускает меня к себе. Это непосильное испытание, Лиз — смотреть на тебя, но не обладать!

— Любишь? — застывает она.

— Люблю. Очень, — смотрю ей в глаза. — И это у меня впервые.

Обнимает за шею, ведёт ноготками по затылку. Мне хочется замурлыкать. Но это потом...