Дракон в (не)активном поиске (СИ)

Глава 8

Естественно, когда я открывала глаза, я не сразу вспомнила, что со мной произошло. Тем более картинка перед глазами была очень размытой, а сознание плавающим… Да и голова болела так, будто меня по ней сильно ударили.

Несколько раз моргнула, пытаясь сфокусироваться, и поймала себя на мысли, что кровать не качается. Потому что если бы я сейчас еще и качалась, то мне бы скорее всего стало гораздо хуже.

— Алена, ты как? — слышу знакомый голос и только сейчас окончательно осознаю: где я, кто я и что я. Тем более зрение восстанавливается, и черное пятно на фоне золотого убранства приобретает очертания Вула.

— Что произошло? — еле слышно шепчу я, понимая, что лежу на небольшом диванчике.

— У тебя проснулась магия. Мы этого не ожидали… Причем проснулась она достаточно резко… Ты, главное, не переживай, с тобой все хорошо, при магическом пробуждении и опустошении такие ситуации нормальны, особенно у девушек.

— К черту вашу магию, если от нее такие последствия! — стараюсь говорить зло, но голос предательски дрожит и хрипит. — Можно мне воды?

— Да, конечно, сейчас!

Секунда, и Вул не только протягивает мне стакан, но и помогает из него пить. Да он буквально меня поит…

Делаю несколько жадных гладков, после чего пытаюсь встать, но не получается, и я снова падаю. Правда на этот раз Вул корректирует мою траекторию, и я оказываюсь головой на его коленях.

— Тиихооо… — как-то слишком нежно шепчет он и начинает аккуратно гладить по голове. — Дай организму время на восстановление.

— И сколько это займет?

— Понятия не имею. Мы пока не знаем, какой силы была твоя магия и как быстро она восстановится.

— А что я…

— Тихо, — шепчет он почти мне в ухо, от чего по моему телу бегут мурашки. — Дай организму восстановиться, поверь, после магического истощения лучше даже не говорить и не думать, пока не почувствуешь силу.

— А ты откуда знаешь? Неужели и у тебя такое было? — устало шепчу я.

— Конечно было! — внезапный голос Сельмарии пугает, и я снова инстинктивно хочу сесть, но Вул не позволяет мне этого сделать, буквально прижимая к себе… Причем так нежно, что аж приятно…

— Мама, ты ее напугала!

— Прости, — поджимает губки женщина и садится напротив. — Алена, ты нас очень напугала. Прости нас!

— А вас-то за что?

— Мы не проконтролировали вопрос твоей магии, были уверены, что так рано она не проснется.

— Вы тут не при чем… А что с…

— Тихо… — снова фактически затыкает меня этот наглый дракон. И почему он раскомандовался?

Я начинаю чувствовать что-то теплое, буквально питающее меня изнутри.

— Вул, я же просила не колдовать с моим разумом и прочим… — пытаюсь развернутся, чтобы посмотреть в его наглые глаза.

— Я не колдую, я делюсь силой. Это другое.

— Просила? Вул, что ты ей делал? — настораживается Сельмария.

— Ничего противозаконного. Использовал успокаивающее ментальное заклинание, когда она очень испугалась. Но в голову не лез, просто чуть погасил эмоции.

— Это запрещено делать без разрешения! — припечатывает его мать.

— Но Алена не в обиде и никому не расскажет!

Благо, сил на то, чтобы толкнуть в бок этого ящера у меня уже хватает, от чего тот театрально сгибается, а его мама расслабляется и улыбается.

— Алена, пусть он магией поделится, это, в конце концов, его вина, и для тебя этот жест не опасен. А что касается магического истощения… Ты не представляешь, сколько раз в подростковом возрасте Вул лежал в подобном состоянии. Юношеский максимализм, помноженный на драконье высокомерие, постоянно тянул его во всякие авантюры, и когда ему можно было оборачиваться в дракона не более, чем на пятнадцать минут, он колесил в воздухе минут по сорок, скрываясь от отца…

Сельмария задумалась и улыбнулась каким-то своим мыслям. Было видно, что сына она очень любит.

— Ну ты как? — спросил Вул, все еще продолжая нежно меня гладить и аккуратно делиться силой.

— Гораздо лучше! — это было правдой, и даже мой голос, ставший нормальным, подтверждал эти слова.

Я аккуратно отодвинулась от дракона и все же села на кровати.

— Что произошло? Во мне пробудилась магия?

— Да. Причем необычная, мы с отцом сейчас выясним последние детали и потом все тебе объясним.

— Это плохо? — обеспокоенно посмотрела на Вула, ведь я не могла напрямую спросить, повлияет ли это как-то на нашу сделку.

— Нет, просто неожиданно.

— Но ты говорил, что магия так быстро не пробуждается…

— Да, не пробуждается, но ты особенная… — Вул улыбнулся своей лучезарной улыбкой и стал каким-то фальшивым. — Матушка, ты не попросишь принести Алене крепкого чаю?

— Да, конечно.

Как только Сельмария удалилась, Вул притянул меня к себе и крепко обнял.

— Землянка ты моя, знаешь, как я за тебя испугался?

— Вул, что произошло на самом деле? Почему проснулась магия?

— Потому что ты слишком серьезно и слишком буквально восприняла наш договор. Помнишь, там был пункт — «… и способствовать эффективному протеканию процесса выбора будущей жены».

— Ага, — уверенно кивнула я.

— Так вот, ты стала невольным свидетелем того, как некто, воспользовавшись приемом, пытался украсть важные документы отца. Видимо, находясь под действием документа, у тебя пробудилась магия, которая способствовала «эффективному протеканию процесса выбора…». Магия сильно повязана с эмоциями и с головой, — при этих словах Вул аккуратно ткнул своим пальцем в мою макушку. — Ты настолько все буквально восприняла, что сила подскочила.

— А поимке преступника я способствовала?

Пока мы говорили, Вул одной рукой прижимал меня к себе, а другой перебирал сначала мои волосы, потом мои пальцы, будто играя с ними. От этих простых действий на душе было очень легко.

— Увы, нет. Твой песик успел выцепить документы, но преступник скрылся в портале, наплевав на всю конспирацию. До этого он хотел сначала выйти за территорию, ведь портал бы мы почувствовали.

— И вы даже не знаете, кто это был?

— Нет, но мы над этим работаем. Не думай об этом, ты и так большая молодец!

— А мне показалось, или мой песик, как ты его назвал, успел навести панику?

— Ну… — таинственно улыбнулся Вул. — Скажем так, он хотел, чтобы эти документы подняла хозяйка, а хозяйка теряла сознание, поэтому он начал нас отгонять и бегать с документами по всему саду, круша все вокруг. Но потом он увидел, что мы хотим поднять его хозяйку, кинул документы и побежал защищать тебя…

— И какой ущерб?

— Минимальный. Полностью разрушенные декорации, несколько порванных смокингов, пару обморок у девушек и огромный респект от моих друзей и от моего отца.

— И что мне теперь делать с этой магией?

— А об этом давай потом. Пока отдыхай!

В этот момент вернулась Сельмария с чашкой чая, и Вул отстранился, от чего мне резко стало холодно.

Потом меня еще раз осмотрел местный лекарь, убедив и меня и остальных, что все хорошо, и оставив под присмотром Летиции. Правда, мне показалось, что она присматривала не за моим самочувствием, а за тем, чтобы я соблюдала постельный режим. Но когда меня оставили на ночной сон, я все-таки засела за письменный стол и достала дневничок, который очень помогал в этом мире отвлечься. Но честно заполнив всего одну станицу, снова улеглась в кровать, чтобы проспать до утра и проснуться переполненной сил.

Наверное из-за того, что Вул поделился со мной своей магией, он мне снился всю ночь…

— Госпожа, как вы себя чувствуете? Может вам завтрак в комнату принести?

— Алена, а не госпожа! — зевнула я. — Нет, все нормально. Я спущусь к завтраку!

Мне очень хотелось убрать любые следы вчерашнего происшествия, поэтому я прихорашивалась долго, как никогда, отчего вплыла в столовую последней, но в отличном настроении.

Правда это настроение моментально разбилось о щит холодных эмоций, которыми меня встретили.

Кирстен буквально убивала меня взглядом, Оливия и Фейла встревоженно поглядывали, Вул недовольно косился… И лишь родители Вула светились добротой.

— Алена, как ты? — спросила Сельмария.

— Спасибо, все хорошо.

— Алена, спасибо тебе огромное! — кивнул отец. — Ты даже не представляешь, какие ценные документы спасла! Надеюсь, ты не испугалась? Прости, что не проконтролировали твою магию.

— Ничего страшного, все хорошо. Я ведь знала, на что иду, соглашаясь переехать в ваш мир.

— Временно переехать, — влезла Кирстен.

— Ну этого мы пока не знаем, — по-доброму засмеялся отец. — Но на следующем приеме охрану усилим вдвое! Алена, зайди ко мне пожалуйста после завтрака, у нас будет серьезный разговор.

— Хорошо.

— Отлично. А теперь давайте обсудим вчерашний званый ужин. Кирстен, тебе все понравилось?

— Нет, он был испорчен! — и злой взгляд в мою сторону, будто я нарочно.

— Извини, дорогая, — обратилась к ней мама Вула. — Мы не досмотрели за охраной дома.

— Вы тут не при чем. Это Алене спасибо!

— А я тут при чем? — не выдержала. — По-твоему, я добровольно это все устроила?

— Если ты заметила что-то подозрительное, ты могла рассказать охране! Но ты решила проявить героизм и все сделать самой.

Не могла! Но девушке не объяснить, что от договора меня буквально колотило, что это было не добровольное мое решение.

— Я правда не нарочно, — постаралась смягчить тон, но не получилось. Не тот у меня характер, чтобы терпеть оскорбления, поэтому тон выдавал капельку яда.

— Мне кажется будет справедливо, если я смогу присутствовать на твоем вечере! — выдала драконица, а я перевела взгляд на Вула.

По идее, мне должно быть все равно. Но она настолько меня бесила, что во время своего вечера я бы предпочла ее запереть в чулане (чисто в рамках какого-нибудь конкурса, разумеется). Но Вул кивнул, и я сдалась.

— Хорошо, присутствуй.

— Я еще об этом подумаю, — внезапно нахмурился отец. — Кирстен, лучше расскажи, как Вул прошел твое испытание, и какие выводы ты сделала?

— Он прошел его блестяще, и вывод только один: он самый лучший, и я в нем не ошиблась!

— Это уже два! — холодно и в своей манере констатировала факт Фейла, а мы с Оливией не выдержали и фыркнули, за что удостоились ледяного взгляда Вула.

В общем, завтрак прошел напряженно, а под его конец в столовую заглянул один из слуг и сказал, что отцу Вула пришло срочное сообщение. По этой причине Сельхарин попросил меня подойти к нему в кабинет минут через десять.

— Вельзевул, ты же проводишь Алену?

— Непременно… — Вул смотрел на меня так пристально, что я бы предпочла добраться одной, открывая наугад все двери в поисках кабинета.

— Я тогда пока зайду в комнату, — предложила светлую мысль.

— Не успеешь, мы лучше посидим здесь!

Дракон остался сидеть, и мне ничего не осталось, как вернуться за свое место за столом.

Когда за последней девушкой закрылась дверь, Вул не торопился говорить, но тишина к тому моменту стала уже невыносимой.

— Что с тобой? — наконец не выдержал дракон.

— Ты о чем?

— Твои эмоции очень яркие. Я дракон, я их чувствую…

Вул и правда сейчас выглядел хищно — снова вытянутые зрачки, заострённые черты лица. Скорее всего он сдерживал себя весь завтрак, а когда мы остались вдвоем, выпустил свою сущность. Но меня этим уже не проймешь…

— А чтобы прочитать мои эмоции, не надо быть драконом! Они у меня на лбу написаны. Я тебя боюсь, ты сейчас странный!

— Да, боишься, а еще злишься… У тебя вообще сейчас целый клубок эмоций, которые я не могу разгадать… Слишком сложно…

— У других девушек проще?

— Да… — хищно сказал он и прищурился.

— Вул, хватит! Я правда тебя боюсь! Я пришла на завтрак, а ты тут злой, как собака! Ну или как дракон… Сам придумай себе тотемное животное.

— А как мне не злиться! Ты даже не представляешь, как расстроена Кирстен!

— Это она тебе сказала?

— Я чувствую!!! Сильные эмоции я всегда чувствую! И сначала меня накрывает лавиной ее обиды и злости, которая буквально взрывается, когда ты появляешься тут с такой улыбкой… Счастливая! Ты могла хотя бы сделать вид, что переживаешь и сожалеешь?

— Да что я сделала? Я что, нарочно⁈

— Зачем ты вообще пошла в дом во время приема?

— В туалет! Почему-то вчера у тебя таких вопросов и претензий не было!

— Вчера я еще не понимал, как это важно для Кирстен!

— И ты решил в ее эмоциях обвинить меня⁈ Не охрану, которая проворонила преступника! Не себя, который не подумал, что контракт может пробудить мою силу раньше! А меня! — я не выдержала и вскочила, буквально тыкая пальцем дракону в грудь.

— Алена… Ты не понимаешь… Просто столько женских эмоций, это сложно…

— Так привыкай! Ты скоро женишься, и это станет нормой!

— От мамы таких эмоций нет!

— К тебе нет, она их на твоего отца выплескивает! Ты бы у него спросил, как дракону с женой выжить.

— У него нет дара к эмоциональному восприятию…

— Сочувствую! Привыкай, дорогой, так будет всю твою оставшуюся жизнь! Желаю, чтобы у тебя еще и пять дочек родилось! С твоим характером!

— Алена!

— Нам пора, нас твой отец ждет!

Только какая-то толика приличия остановила меня от того, чтобы не выбить дверь ногой. Так, Алена, надо успокоиться!

Распахнув руками двери, я сразу направилась на лестницу, а оттуда в ранее закрытое для меня крыло.

Вул быстро меня догнал, но шел молча.

Чтобы успокоиться, я постаралась переключиться на новое пространство: все стены были отделаны благородным деревом, а двери украшены красным бархатом. Высокие подсвечники, узкие окна, изумрудный ковер… Слишком пафосно…

На фоне остальных дверей выделялись две, которые были маленькими и неприметными, но с кучей замков. Интересно, что там?

Но мы, естественно, зашли не в них, а в самую огромную и роскошную дверь, за которой обнаружился рабочий кабинет Сельхарина Агареста зе Рахшаха.

— Отец, мы не рано?

— Нет, проходите. Там просто последний отчет от инспекции передали, ничего нового. Присаживайтесь!

Я села на удобное кресло напротив хозяина кабинета, а Вул вальяжно расположился на диванчике из белой кожи. Надеюсь, не драконьей, а то у меня было бы много вопросов…

— Итак, Алена, я хотел бы поговорить с тобой о твоей магии. Вул уже тебе сказал, что она у тебя проснулась?

— Да я и сама догадалась.

— Отлично. Дело в том, что в нашем мире живут драконы, эльфы, орки, оборотни и люди. И каждый из них обладает уникальной магией. Однако у людей данная магия достаточно разнообразна: есть маги стихий, есть общие маги, есть целители, есть… Да много кто есть… Но больше всего общих магов, конечно. У драконов, например, магия одинаковая, но сила разная, а также помимо основной магии драконы могут иметь какой-либо дар. А с иномирянами всегда очень интересно, никогда не знаешь, что у них проснется.

— Ну, я думаю в моем случае лекарей и стихийников можно вычеркнуть.

— О да, твой дар гораздо интереснее. Он называется аморфомацией… Твоя магия концентрируется и принимает форму какого-либо известного тебе существа, чтобы выполнить определенное задание.

— Патронуса напоминает…

— Кого? — удивился отец Вула.

— Не важно. Продолжаете.

— Дар очень редкий и интересный. Но вместе с тем и сложный. Ему нужно учиться долго и кропотливо, и я не уверен, что сейчас хорошее время для того, чтобы начать занятия.

— Потому что вероятность того, что Вул выберет меня 25 %? И если он меня не выберет, я примерно через месяц вернусь домой, и никогда больше не смогу колдовать.

Повисла пауза.

— Да, я вас понимаю. С этим я согласна.

— Правда? — было видно, как отец облегченно выдохнул. — Если Вул выберет тебя, мы наймем тебе лучших педагогов! Обещаю. Или же, если он тебя не выберет, но ты по какой-то причине останешься в нашем мире, я также помогу тебе с учебой. Но сейчас… Тут даже дело не в том, кого выберет Вул, а в самом процессе выбора. Если мы наймем тебе учителя или будем учить сами…

— Это будет повышенное внимание ко мне, — закончила я мысль.

— Верно. Как хорошо, что ты умная.

— И понятливая. Не переживайте, я все понимаю. Но есть ли какой-то способ обезопасить меня от подобного вторичного выброса магии?

— Конечно! И я рад, что ты сама это спросила.

По отцу Вула была заметно, что у него буквально гора с плеч падает. Видимо, он очень переживал, как я восприму этот разговор. Но я действительно не видела смысла в данных уроках, ведь замуж меня не возьмут, а оставаться мне не за чем: на Земле меня ждет карьерный рост с зарплатой примерно икс три.

Тем временем Сельхарин достал из ящика стола два аккуратных ажурных браслетика и протянул их Вулу, видимо вместе с браслетами передав ему слово.

— Алена, это браслеты, блокирующие магию. Они будут ее подавлять и не позволят колдовать.

— Больно будет? — настороженно спросила я.

— Если только неприятно, и то первое время. Позволишь?

Я протянула Вулу руки, и на моих запястьях сомкнулись два золотых браслета.

— Что-нибудь чувствуешь?

— Как будто голова стала чуть тяжелее. Но, может, мне только кажется.

— Это пройдет.

— Алена, еще раз простите нас за вчерашнее, это мы недосмотрели, — снова отец Вула.

— Все хорошо, я могу идти?

— Да, конечно.

— Всего доброго.

Вул хотел выйти за мной, но отец попросил его остаться, поэтому я беспрепятственно вернулась в свою спальню и завалилась на кровать. Настроение было ужасным, а состояние подавленным.