Эхо Тесвиерии

Глава 40

Пенелопа

Вернувшись в комнату, первым делом Пенелопа решила определить, где она находится. Чувствовала она себя по-прежнему отвратительно, но злость на Фабиана подстёгивала к действиям.

Она вновь осмотрела маленькую комнату практически без мебели и пришла в уныние. Это место не наводило ни на какие мысли. Пенелопа села на матрац и задумчиво нахмурилась. Что ей в последнее время показалось странным?

В голову пришла мысль о качке в коридоре. Она вытянула вперёд руку и постучала по полу. Раздался звонкий звук. Могут ли они находиться на чём-то, что имеет возможность передвигаться? Это бы объяснило ледяное спокойствие Фабиана, который ни на мгновение не переживал о своей безопасности.

Пенелопа вновь осмотрелась, подмечая небольшие детали в виде стыковок металлических пластин. Выглядели они так, будто металл имел внушительную толщину.

«Качка и металлические пластины».

– Я на подлодке? – сделала она вывод вслух. – Почему тогда не слышно шума работы двигателя и других характерных звуков?

Она легла на пол, прислонилась ухом к полу, но ничего не услышала. Неужели они стоят всё время, пока она здесь находится? Какой тогда смысл в этой подлодке, раз с тем же успехом можно спрятаться в бункере?

– Если, конечно, подлодка не стоит в очень труднодоступном месте, – продолжила она размышлять вслух.

«Место, из которого можно попасть куда угодно незамеченным и которое сложно найти…»

– Подводные пещеры Айрондейлского залива! – пришла ей в голову простая и одновременно гениальная мысль.

За исключением Мидлтона все крупные города Тесвиерии располагались около рек, которые, в свою очередь, впадали в главную, которая начиналась как раз у залива города ста водопадов – Айрондейла. Таким образом можно было легко и с комфортом перемещаться, купив себе в качестве прикрытия туристическое судно или яхту.

Если допустить, что её теория верна, а в этом Пенелопа почти не сомневалась, то каким образом она сможет связаться хоть с кем-то, находясь на огромной глубине? С другой стороны, Фабиан мог это сделать, ведь он дал ей возможность поговорить с Лив и… решить судьбу незнакомого человека.

Пенелопу передёрнуло от неприятных воспоминаний. Она постаралась выкинуть их из головы, пока та не разболелась. Если она выживет, то у неё ещё найдётся время заняться самобичеванием. Прикрываться отсутствием других вариантов она не собиралась.

– Другие варианты… – прошептала она и вскочила на ноги от пришедшей на ум догадки.

Сердце у неё застучало так сильно, что она услышала его бой в ушах. Руки затряслись, а дыхание перехватило.

Что, если всё показанное ей в той комнате было ложью? Представлением, чтобы сломить её? Может, она на самом деле разговаривала не с Оливией?

Пенелопа ударила себя по щекам, чтобы привести в чувства. Рано радоваться. Сначала нужно убедиться в том, что её теория верна.

Дверь открылась, пропуская в комнатку недовольного Калума. Пенелопа мгновенно сгорбилась и опустила голову, продолжая разыгрывать из себя смиренную пешку в чужой игре.

– Иди за мной, – бросил он и вышел в коридор.

Она послушно поплелась следом. Калум привёл её в уже знакомое помещение с компьютером, хлипким столом и стулом и лампой. Недобро хмыкнув, он закрыл за ней дверь.

Несмотря на свои недавние размышления, Пенелопа почувствовала, как у неё внутри всё сжимается от страха. Если её крохотная надежда окажется напрасной, то велик шанс вновь скатиться в бессмысленную истерику на радость Фабиану. Ей нужны холодная голова и свежий взгляд.

Она осторожно села на стул и посмотрела на тёмный экран. Какое-то время не происходило ничего. Пенелопа побоялась трогать мышку и пытаться полазить в настройках компьютера, решив, что за ней наблюдают. Когда ожидание стало совсем уж невыносимым, экран включился, показывая ей грязную и растрёпанную Лив.

На мгновение сердце Пенелопы замерло от открывшейся перед ней сцены. Видеть свою дочь в подобном положении было действительно мучительно. Она подалась вперёд и легонько прикоснулась к экрану в том месте, где находилась щека Оливии.

– Мам, мне страшно. Забери меня о-отсюда, – дрожащим голосом произнесла дочь.

– Потерпи ещё немного. Скоро я приду за тобой, – выдавила из себя Пенелопа, понимая, что сдержать слово будет очень непросто.

– Мне не нравится Полина. Она злая. Она причиняет мне боль. – Лив обхватила себя руками.

Душевная боль накатила на Пенелопу волной, чуть не заставив задохнуться. Она до крови сжала пальцы в кулаки.

– Прости за то, что я не могу сейчас забрать тебя у неё, – искренне прошептала она.

– Это не твоя вина. – Лив слабо улыбнулась.

Сердце Пенелопы дрогнуло. Что, если сейчас она действительно разговаривает с настоящей Оливией? Сзади за дочерью раздался шум.

– Мам, мне сказали, что не позволят говорить с тобой слишком долго. Скоро они отберут телефон, – пролепетала Лив, глотая слёзы.

«Сейчас или никогда».

– Не провоцируй их. Ты у меня всегда была тихой и рассудительной девочкой, значит, и сейчас сможешь со всем справиться. Верно?

Пенелопа подавила порыв зажмуриться, ожидая ответа дочери.

– Конечно, мам. Я стараюсь вести себя так же послушно, как дома, – произнесла она, подтверждая все подозрения Пенелопы. – Мне пора идти, иначе…

Связь прервалась, и экран погас. Пенелопа резко выдохнула, разжав кулаки. Фабиан обманул её, использовав созданную искусственным интеллектом фальшивку. Возможно, он соврал ей и о том, что Полина работает на него. Если это так, то Лив может сейчас находиться в безопасности подальше от дел Ноа и Фабиана. Связаться хоть с кем-то, сидя под толщей воды, практически невозможно, значит, сначала нужно выбраться на поверхность. К счастью, Фабиан сам скоро предоставит ей возможность сообщить другим о его планах, и она её ни за что не упустит.