Этика греха

Глава 16

Влад подтолкнул Еву вперёд, и она, привязанная к нему ремнями, ступила на кромку люка. Сразу же ощутила, как ноги начали слегка подгибаться, сердце колотилось так, что казалось, вот-вот выскочит из груди. Грохот крови в ушах заглушал все остальные звуки. Она не верила, что это происходит на самом деле, а не является в кошмаре. Ноги будто перестали слушаться, кровь стремительно струилась по жилам.

Она хотела вцепиться в поручень, но руки сковала парализующая дрожь. Мир казался нереальным, как кадры из фильма ужасов. Но вот Влад подтолкнул её настойчиво, и она поняла, что уже нет пути назад.

Они синхронно шагнули вперёд, и в следующее мгновение под ногами не оказалось опоры. Земля стремительно ушла вниз, а Ева провалилась в бездонную пропасть. Всё произошло настолько быстро, что мозг не успевал осознать происходящее. Ощущение свободного падения — это неописуемое чувство: желудок будто завис в груди, тело стремительно несло вниз в направлении бескрайнего неба.

Ева зажмурилась, и ветер начал больно хлестать по щекам. Тогда и пришло осознание, что они уже в свободном падении. Она медленно открыла глаза и увидела, что горизонт стремительно уменьшается и клубы облаков проносятся мимо. Все внутренности вмиг наполнились головокружительным чувством полёта. Земля внизу пестрела едва различимыми деталями: дома, деревья, река, всё крошечное, съёжившееся до размеров детской игрушки.

Сердце ёкнуло, когда стало ясно, что скоро парашют должен раскрыться. В этот момент Ева испытала нечто большее, чем страх: чувство свободы, она будто растворилась в бесконечности неба, оставив позади все тревоги и сомнения.

Вдруг она почувствовала, как сильные руки Влада крепко обнимают её поперёк груди. Он прижимал её к себе так крепко, что это позволило ей хоть немного успокоиться.

И только она ощутила капельку удовольствия, как стремительное падение прекратилось. Тело вдруг стало невесомым, словно парящее в открытом космическом пространстве. Влад раскрыл парашют, и теперь они плавно плыли по воздуху, как две пушинки на ветру.

Ева осторожно повернула голову и увидела над ними огромный купол парашюта, который плавно колыхался, словно огромная медуза в лазурных волнах. Под ними расстилалась земля, совсем другая, видимая с высоты: реки змеились лентами, леса были похожи на изумрудные пятна, а озеро — на огромную синюю жемчужину.

Страх начал отступать, уступая место невероятному чувству свободы и восторга. Она поймала себя на мысли, что, возможно, именно так чувствуют себя птицы, когда парят в небе. А ещё поняла, что впервые в жизни чувствует себя по-настоящему живой.

Влад осознал, что земля уже совсем близко, и прокричал на ухо Еве:

— Подготовка к приземлению! Руки вперёд, ноги сведены вместе, носки вытянуты, колени слегка согнуты. Ты готова?

Ева кивнула, собрав всю волю в кулак и пытаясь следовать инструкциям.

Влад плавно выпустил тормозные стропы, аккуратно погасив скорость снижения. Купол парашюта слегка затрещал, сбрасывая избыток воздуха, замедляя падение. Замелькали отдельные детали местности: зелёные поля, тёмные полосы леса, серебристая лента реки.

— Смотрим вниз, оцениваем ветер, готовимся к приземлению, — командовал Влад, придерживая Еву за плечи, чтобы её тело приняло правильную позицию.

Купол слегка качнулся, подстраиваясь под воздушные потоки, и вот земля уже совсем рядом. Влад мягко скорректировал траекторию, избегая препятствий, и велел:

— Подготовь ноги, чуть присядь, перенеси вес на носки, ноги держи вместе!

Почувствовав толчок, Ева интуитивно поджала ноги, выставив носки вперёд, и мягко приземлилась на травянистую почву. Влад, двигаясь синхронно с ней, амортизировал падение, сводя удар к минимуму.

Парашют с шелестом упал позади, расстилая полотнище по земле. Влад быстро отстегнул страховочные ремни, освободил Еву и помог ей подняться на ноги.

Местность, где они приземлились, оказалась зелёным лугом, поросшим густой травой и разбросанными группами высоких сосен. День выдался солнечным, воздух пах свежестью и влажной землей, небо сияло ослепительной синевой, разбавленной белыми облаками.

Ева, всё ещё ошарашенная произошедшим, огляделась вокруг, ощущая головокружение и непонятное возбуждение.

— Мы… мы сделали это, — прошептала она, с трудом приходя в себя.

Влад улыбнулся, чувствуя удовлетворение и гордость за неё.

— Ты справилась, молодец! Теперь у тебя есть незабываемый опыт.

Она сделала несколько неуверенных шагов вперёд, потом упала коленями в траву и надсадно разрыдалась.

Эмоции творили что-то невообразимое. Дикий страх за свою жизнь трансформировался в эйфорию. За те минуты или даже часы, что они провели в воздухе, она во всех подробностях вообразила себе конец этого безрассудства и сейчас смаковала каждый вдох и блаженное ощущение твёрдой почвы под ногами.

Спустя минуту пришло понимание, что разрыв сердечной мышцы, которым едва не закончилась спонтанная (вернее сказать, чётко продуманная) выходка Влада… Словом, всему виной Крицкий.

Она сбросила с себя его руки, когда он попытался утешить, сорвала с головы защитные очки и дурацкую шапочку, а потом увидела перед собой его обеспокоенное лицо и окончательно потеряла рассудок.

Ева бросилась ему на шею так порывисто, что сшибла с ног, и он оба повалились в густую траву.

— Ненавижу тебя! Как же ненавижу, — шипела она разъярённой кошкой, а сама комкала в ладонях плащевую ткань его куртки и опускалась к лицу, чтобы уже в следующую секунду отдаться дурману самого отчаянного поцелуя.

Вулкан страстей внутри неё наполнился до краёв. Снова и снова она переживала тот момент, когда всякое понятие веса улетучилось из тела, а сама она будто воспарила ввысь. В желудке ворочался горячий камень низменного желания, сродни чувству голода, только агрессивнее и куда более болезненное.

Ева рванула вниз молнию на его куртке, запустила руки в перчатках под футболку, коротко охнула и очутилась на спине. Влад опрокинул её на землю, ловко развёл ноги в стороны и устроился между ними. Он первым снял перчатки, затем так же яростно расстегнул её удлинённую куртку и вернул их языкам близость.

Каждое движение его губ точно искры под кожей высекало. Впервые в жизни Ева почувствовала не просто желание, а жгучую потребность в мужчине. Хотелось принять его в себя целиком, резко, сию секунду и двигать бёдрами ему навстречу, дурея от близости.

— Возьми меня, — шепнула, едва Влад спустился к её шее.

Он быстро избавил её от брюк — терпения хватило только на одну гачу, вторая так и осталась у неё на ноге, — потом так же ловко приспустил свои штаны, сдвинул её бельё и с лёгким стоном удовольствия погрузился на всю длину.

Ева отчаянно вцепилась ему в плечи и всякий натиск его бёдер встречала гортанным стоном. Развязка приближалась всё отчётливее, перед глазами взрывались красочные огни. Она впилась губами в жёсткую линию челюсти и всхлипнула от первой судороги, что прострелила мышцы в области живота.

Влад чуть придавил её за горло и, не ослабляя хватку, впился ладонью в грудь. Мял и пощипывал через слои одежды, добавляя остроты ощущениям.

Возбуждение было столь велико, что их тела соединялись с бесподобным влажным звуком.

— Ещё, ещё, — твердила она, выгибаясь всё сильнее.

И вот всё кануло в пропасть под названием Безумство. Ева закричала и уткнулась лицом в мужское плечо, ощущая внутри бешеную пульсацию. Низ живота обдало столь невыносимым жаром, что нервные импульсы в мозгу попросту взбесились. Всё тело охватила дрожь. Новые дорожки слёзы обнаружились на щеках. Из груди рвался хохот. Она вся вытянулась, как струна, а потом зазвенела от удовольствия.

Влад чуть замедлился, позволяя ей насладиться моментом, после чего перевернул на живот, поставил на четвереньки и жадно впился ладонями в бёдра.

— Обожаю драть тебя сзади, — поделился он. — У тебя потрясная попка.

Он смял сначала одну ягодицу, затем вторую, запустил руку под одежду и нащупал грудь.

Ева уже ничего не соображала, только надрывно дышала и слабо постанывала, отвечая на грубое вторжение. За миг до финала Влад притянул её к себе и впился поцелуем в губы. Ленивые движения языка контрастировали с яростными толчками. И вот он рыкнул, а затем стал тереться о неё с тягучей неспешностью.

— Секс на адреналине — просто чума, — сквозь улыбку молвил он.

— Вынуждена с тобой согласиться, — Ева провела носом по его щеке и вновь почувствовала приближение слёз. Да что с ней сегодня? Расчувствовалась, как прохудившийся водопроводный кран.

Влад стёр новую солёную дорожку подушечкой большого пальца и с неохотой покинул её тело.

— Лучше тебе почаще соглашаться, а то я охренеть как люблю доказывать свою правоту. — Он развернул Еву к себе лицом и восхищённо проговорил, — ты умница. Переборола все свои страхи.

— У меня и выбора-то не было.

Он помог ей одеться. Куртки оба сняли, скатали валиком, упаковали в рюкзак для парашюта. Само полотнище Влад предложил бросить, потому как тащить на себе двадцать пять килограммов, а именно столько весит тандемный парашют, ему показалось верхом идиотизма.

— И долго нам идти? — Спросила Ева, потягиваясь, как сытая кошка.

Он сверился с картой на экране смартфона, вычислил нужное направление и ответил:

— Минут двадцать. Дальше нас встретят парни из «Вихря» и подбросят до границы.

Через широкое поле они шли молча, прислушиваясь к шелесту ветра и своим мыслям. Озеро, расположившееся впереди, пришлось обойти стороной, минуя заболоченные берега под аккомпанемент лягушачьего кваканья.

— Какое красивое место, — прервала тишину Ева, глядя на голубую гладь озера.

— Если хочешь, можем искупаться, — шутливо предложил Влад, продолжая двигаться вперёд.

— Спасибо, на сегодня мой лимит подвигов исчерпан.

Войдя в лес, они почувствовали, как изменился воздух: он стал прохладнее и влажнее, наполнился ароматом прелой хвои. Лучи солнца прорывались сквозь густую крону деревьев, освещая тропинку мягким светом.

— Ты когда-нибудь ходил в поход? — спросила Ева, стараясь отвлечься от мыслей о недавнем прыжке, которые всё ещё волновали некую отзывчивую струнку в душе.

— Еще бы, — усмехнулся Влад. — Мне было девять лет, когда отец взял меня в поход в Бурятию на Аршан. Ночи в палатке, костры, охотничьи байки, — вот что запомнилось больше всего.

— А я, — поделилась Ева, — с тринадцати каждое лето проводила в лагере. Помню, как однажды заблудилась в лесу и плакала, пока вожатая не нашла меня. Оказалось, что я отошла всего на километр от базы.

— Детство — самое волшебное время, — заметил Влад, поднимая взгляд на небо. — Там мы были настоящими героями, вершителями своих судеб.

— Ты и сейчас герой, — тихо произнесла Ева, посмотрев на него с улыбкой. — С тобой я бы прыгнула и тысячу раз.

Крицкий не ответил, но спина его стала прямее, а походка — пружинистее, словно ему польстила искренняя похвала.

Выйдя к трассе, они заметили чёрный автомобиль, который ждал их на обочине.

Задняя дверь микроавтобуса распахнулась, приглашая внутрь. Ева и Влад без всякой задней мысли забрались в салон, где уже сидели четверо крепких парней в спортивных костюмах.

Влад бросил взгляд на сидящего у окна, намереваясь поздороваться, и тут же схватил Еву за руку. Попытался выскочить из автомобиля.

Мужик с рябым лицом, что сидел ближе всех к двери, пнул Крицкого под колено и коротко велел:

— А ну сидеть смирно, гадёныш!

— Что за фигня? — Выдохнул Влад, оседая на пол и прижимая Еву к себе. — Вы кто, блядь, такие?

— Вопросы здесь задаёшь не ты, — ответил тот же мужчина, доставая из кармана наручники. — Поехали!

Микроавтобус резко рванул с места. Влад бросил взгляд на Еву, отметив её побледневшее лицо и широко открытые глаза.

— Спокойно, — прошептал он, пытаясь взять ситуацию под контроль. — Всё будет хорошо, я с тобой.

— Куда вы нас везёте? — Ева попыталась наладить вербальный контакт с очередной шайкой головорезов.

Четверо мужчин в салоне выглядели воинственно и угрожающе. Мужик с рябым лицом, что сидел ближе всех к двери, был крепким, коренастым, с мощными руками и тяжелым взглядом. Левая сторона его лица была обезображена старым шрамом, идущим от уха к подбородку. На шее виднелась татуировка в виде черепа, говорящая о криминальном прошлом.

Рядом с ним расположился здоровяк с широкими плечами и короткой стрижкой. Его мясистые руки покоились на коленях, готовые в любой момент схватить пленников. В глазах отражалась холодная расчетливость и уверенность в своих силах.

Позади сидели ещё двое: мужчина лет тридцати с худым лицом и бегающими глазами, явно нервничающий, и молчаливый, мрачный парень с густой бородой и тяжелой челюстью. На его груди виднелась цепь с большим серебряным крестом, странно контрастирующая с общим обликом.

За рулем сидел пятый член банды — крепыш лет сорока с залысинами и жирным лицом. Его руки держали руль, взгляд был сосредоточен на дороге, но он периодически бросал оценивающие взгляды на заложников в зеркало заднего вида.

Ни один из них не выразил признаков сострадания или жалости. Напротив, каждый демонстрировал уверенность и опыт в подобных операциях, что внушало опасения и тревогу.

— Так куда вы нас везёте? — Повторил Влад вопрос.

— Тебе, щенку, скоро всё объяснят, — процедил мужчина, сидящий рядом, надевая на Влада наручники. — А пока помолчи и не рыпайся.

Тот нехотя подчинился, понимая, что попытка сопротивления бесполезна. Микроавтобус двигался по сельской дороге, оставляя за собой беличий хвост пыли. За окном мелькали поля, леса и одинокие строения.

Их завезли в густую лесную чащу, высадили из салона, поставили на колени у обочины. За их спинами встали двое бандитов, вооруженных дробовиками, готовые нажать на спусковой крючок в любой момент. Влад попытался поднять голову.

— Долго ещё ждать объяснений? Или вам, сучкам, без команды тявкать не дозволяют?

Рябой отреагировал молниеносно и что есть силы пнул болтливого парня в живот. Крицкий согнулся пополам, хватая ртом воздух.

Ева вздрогнула всем телом, но удержать язык за зубами не сумела.

— Что вам от нас нужно?

— Заткнись, дура, — грубо бросил водитель с одутловатым лицом и приставил ствол ружья к её виску.

Вот теперь шутки кончились. Ева побледнела до синевы, вдоль позвоночника прокатилась ледяная волна ужаса.

— Так! Всё! Стоп, мужики! — сипло проговорил Влад. — Давайте начнём договариваться.

Вдруг к чёрному микроавтобусу подъехал роскошный автомобиль марки Lexus. С пассажирского сиденья вышел элегантный мужчина в костюме-тройке, аккуратно подобранном по фигуре, с бородкой и глазами, сверкающими холодным блеском. Он подошёл к пленникам, рассматривая их с насмешливым любопытством.

— Господин Башкиров, — почтительно произнёс рябой, слегка поклонившись. — Мы доставили их, как вы и приказали.

— Отлично, Пётр, — кивнул Башкиров, небрежным жестом велел убрать оружие от головы женщины и подошёл к Крицкому. — Добегался?

Влад, отдышавшись, выпрямил спину, грязь на лице смешалась с потом.

— Это называется путешествовать, — хрипло ответил он, хмуря брови. — А твои шавки всюду на хвосте…

— Лишь потому, что ты задолжал мне крупную сумму, господин Крицкий, — холодно заметил Башкиров. — Но ты не только задержал платёж, ты ещё забрался ко мне в дом и стащил оттуда кое-что ценное. Моя репутация пострадала. Это недопустимо.

— Да верну я тебе твои деньги! — Вскричал Влад, чувствуя, как адреналин сжигает остатки страха. — Крайний срок завтра!

— А они мне уже без надобности, — спокойно возразил Башкиров. — Репутацию ими не восстановишь. Так что я вынужден пойти на радикальные меры.

— Ради Бога, отпустите нас! — Взмолилась Ева, слёзы потекли по щекам.

— Только после уплаты цены, — равнодушно ответил Башкиров, кивнув рябому. — Вашему кавалеру нечего ждать пощады.

Рябой выступил вперёд, подняв пистолет, нацеленный на Влада. Сердце Евы сжалось в комок, она поняла, что следующая минута решит их судьбу.

Раздался громкий стук выстрела. Ева закричала, закрывая лицо руками.