Этика греха

Глава 17

А потом в кармане Башкирова заиграла музыка. Нарочито медленным движением он расстегнул пиджак и вынул из внутреннего кармана телефон.

— Извиняюсь, господа, важный звонок, — улыбнулся он, поднимая трубку. — Привет, моя хорошая. Да, я сегодня задержусь. Нет, не по работе, так, одно дельце на пару часов. Приеду и непременно расскажу. Целую тебя.

Из Lexus’a вышли ещё несколько человек. Один из них, улыбаясь, держал шикарный букет белых роз, другой — бутылку шампанского в ведёрке со льдом и несколько фужеров.

Бандиты, словно по команде, продемонстрировали вполне человеческие улыбки. Человек с рябым лицом, протягивая Еве цветы, сказал:

— Простите, барышня, спектакль окончен. А теперь, может, выпьем за удачный финал?

Влад, в которого на самом деле никто не стрелял, поднялся с земли, весело крича:

— Саня, мать твою, сними с меня наручники! Чёрт, как же некомфортно!

Саня, улыбаясь, быстро освободил его от металлических браслетов.

— Ты, как всегда, драматичен, — усмехнулся он, хлопнув Влада по плечу. — Только чуточку не доиграл. Где бешеный Влад и всё такое?

— Ага, я ж два вечера кряду с парнями репетировал, как мы тебя лупцевать понарошку будем, — заржал рябой.

— Ты сам вначале с трёх тысяч метров сигани, потом попробуй актёрствовать, — буркнул Влад, поправляя одежду, и повернулся к Еве.

Он долго вглядывался в её лицо, подмечая каждую эмоцию. Впрочем, мог и не стараться. Всё, что выражали её глаза в этот момент, трактовалось как крайняя степень гнева.

Башкиров, который стоял рядом, заметил, поправляя галстук:

— А вообще хороший получился спектакль. Надо будет повторить в следующем году.

— Спектакль, — холодно повторила Ева и запоздало поднялась на ноги.

Отряхнула колени, провела рукой по заплаканному лицу. Она озиралась по сторонам и пыталась понять, что делать дальше. В крови всё ещё кипел адреналин.

Влад забрал у рябого букет цветов.

Мнимые бандиты тем временем откупорили бутылку шампанского, разлили по фужерам. Все весело переговаривались, обменивались впечатлениями от инсценировки. Прозвучало несколько тостов:

— Владос, с днём рождения!

— Да, приятель, с Днюхой тебя!

— Верняк! Братуха, за твоё здравие!

— И побыстрее тебе повзрослеть, а то жопу свою никак не угомонишь!

Ева с трудом воспринимала происходящее. У него сегодня день рождения?

Ей вспомнилось личное дело, в котором была указана дата: 28 апреля 2003 года. Он отпраздновал свои именины ровно месяц назад, если только…

— Ева, — Влад осторожно тронул её за плечо, — давай я всё объясню.

— Объяснишь? — Она надменно вскинула брови. — Право слово, это лишнее. Я уже всё поняла.

Она резко развернулась на пятках и зашагала прочь от шумной компании.

События, перевернувшие её жизнь с ног на голову, начали всплывать в мозгу четкими картинками. Вот они забрались в дом к этому Башкирову, чтобы похитить долговую базу.

— Ты никому не должен, ведь так?

Влад с дурацким букетом в руках шёл рядом, и весь его вид кричал о раскаянии. Плечи опущены, взгляд направлен вниз, разгильдяйской улыбочки и след простыл.

— Да, у меня нет долгов. И подпольного бизнеса тоже. Всё легально. Я занимаюсь организацией мероприятий и праздников. В доле несколько друзей. Башкиров, о котором ты столько слышала, один из соучредителей нашей общей фирмы «ЯрдФест».

Ева хмыкнула и ускорила шаг. Что там было дальше? Бойкие покатушки с полицией и охраной на хвосте. Понятно. Очередная постановка. Мажор не пожалел даже свою драгоценную красную «Ауди», раз разнёс стекло пассажирской двери. А потом они отсиживались на конспиративной квартире.

— Аха-ха-ха, хороша тайная берлога! — Выдала она вслух часть своих мыслей. — Твоя мать о ней знала. И почему я раньше не догадалась?!

— Ева…

— Пошел на хрен! Понял?! Отвали от меня.

Она дёрнулась, когда он попытался схватить её за локоть. Мягкие черты лица исказились гневом. Влад отступил, но преследовать не перестал, так и вышагивал рядом с печатью вины в глазах. Лицемер!

Какой захватывающий сценарий изобрёл, а? Шпионский боевик просто. Передача флэшки некоему Приправычу — ну ведь всё указывало на фарс, как можно было не догадаться раньше?! Снова погоня, теперь уже от бандитов уходила она. Какая экспрессия, просто слов нет. И этот сплав по ледяной реке.

— Тебе бы медаль получить за самопожертвование, — желчно посоветовала она, и новая догадка расчертила сознание всполохом молнии. — Всё только ради того чтобы трахнуть меня поярче?

Теперь уже Влад уверенно вцепился в её руку, привлёк к себе.

— Нет, Ева, нет, — начал оправдываться.

Она отвернулась, чтобы не видеть его лица, попробовала вырваться. Он крепче ухватил за предплечье, вышвырнул ненужный букет, подключил и вторую ладонь, тряхнул, вынуждая смотреть в глаза.

Она изловчилась и ударила его кулаками в живот. Влад даже не поморщился.

— Отпусти меня! Пусти!

— Послушай, просто послушай. Ты мне нравишься очень давно…

— Тогда я искренне сочувствую всем людям, которым ты симпатизируешь!

— … Я долго искал способ подступиться, — как ни в чём не бывало продолжил он. — И сильно лажанул в тот раз, когда мы разыграли аварию на перекрёстке.

Вот он, первый звоночек, на который ей следовало обратить внимание! Тогда всё тоже было исполнено как по нотам. Почему в дальнейшем она поверила в истинность происходящего?

— Мне не следовало бросаться на тебя и запугивать изнасилованием. Я просто не сдержался. Разум потерял от твоей близости и ничего не смог с этим поделать. Хотя это и сработало ненадолго, ты сама пришла на мой бой.

— Эта часть тоже враньё?

— Не совсем. Я и впрямь занимаюсь в том зале, он принадлежит одному знакомому.

Ева фыркнула и закатила глаза.

— Ни слова правды, одна фальшь. Ты болен, Влад. Душевно нестабилен.

— Тобой, — он поднял её лицо за подбородок, — тобой болен. Я продолжу, хорошо? — Она безразлично кивнула. — Потом ты вновь включила железную леди, и меня понесло.

— В чей дом мы вломились?

— Это был дом моего отца.

— О, ну просто прекрасно, блядь, — она и сама не поняла, как перешла на ругательства. С кем поведёшься, что называется.

Влад расплылся в улыбке.

— Ты очень мило материшься.

— Иди к чёрту, — она снова пихнула его кулаками в живот.

— Да куда угодно, лишь бы с тобой, — он потянулся к её губам.

Ева в пылу агрессии качнула головой, намереваясь ударить его лбом по носу. Он словно считал её мысли и в последнюю секунду откинулся назад, хохотнул.

— Придурок! Арест и двое суток в камере СИЗО тоже фальшивые?

— Да, там вообще ситуация забавная вышла. Дядя Ваня, ну следователь по особо важным делам, поржал над моим сценарием и объяснил, что под обвинения в шпионаже попадают только иностранные граждане, а наших соотечественников карают за государственную измену. Так что нам пришлось спешно отыгрывать поправки…

— Ты себя со стороны слышишь? Что ты несёшь? Ты заставил меня провести двое суток под арестом! Я адову тучу нервов истратила, представляя, что будет дальше.

Внезапно туго соображающий мозг подбросил ещё парочку здравых идей. Она ведь получила телефон в хижине, бегло прочла около полусотни сообщений, и ни в одном не нашла вопроса о том, что с ней случилось и за что она угодила в тюрьму. Ведь если бы арест не был фальшивкой, следственные органы опрашивали бы друзей, близких и коллег, запросили бы характеристику с места работы. Идиотка! Безмозглая кукла, ошалевшая от гормонов и близости горячего мужского тела.

Гнев опять зашкалил на всех диапазонах. Влад на секунду расслабился и чуть ослабил хватку, чем она воспользовалась. Толкнула его в грудь, развернулась и побежала. Видеть его смазливую рожу было попросту невыносимо.

Он не поддержал игру в поддавки и сразу нагнал её, подхватил за талию и приподнял над землёй. Ева брыкалась и вырывалась, материлась и отбивалась, но всё оказалось тщетно.

— Оставь меня! — Кричала она, молотя его кулаками по плечам и груди. — Отпусти немедленно!

— Успокойся, — увещевал он, удерживая её крепче. — Давай мирно обсудим. Я готов признать, что был не прав. Заигрался.

Ева крутилась ужом, кусала его за руку, пытаясь освободиться, но он держал крепко, стараясь не причинить вреда. Его руки обхватывали её талию, не позволяя вырваться, но и не сжимая чрезмерно.

— Заигрался?! Да ты ненормальный! — Рычала она. — По тебе психушка плачет, стратег хренов!

— Вызывай психушку, — усмехнулся он, легко удерживая её на весу. — Только учти, что мы поедем туда вместе.

Она попыталась ударить его коленом в пах, но он ловко ушёл от удара, ещё крепче прижимая её к себе.

— Всё, с меня хватит! — Крикнула, чувствуя, как силы покидают её. — Отпусти меня, или я тебя покалечу!

— Маленькая, — мягко произнёс он, слегка ослабляя хватку. — Давай договоримся. Ты перестанешь сопротивляться, а я тебя отпущу.

Ева, понимая, что борьба бесполезна, замерла, тяжело дыша. Он аккуратно опустил её на землю, но продолжал удерживать за талию, чтобы не позволить снова убежать.

— Договорились? — Спросил он, заглядывая ей в глаза.

— Да, — выдохнула она, стараясь восстановить дыхание. — Только не подходи ко мне близко.

Он кивнул, отпустив её, но не отходя далеко, чтобы в случае чего снова поймать.

Ева упёрлась руками в колени и стала восстанавливать дыхание. На миг подняла голову и отрешённо спросила:

— Так каков финал твоего спектакля? Что должна была доказать мне твоя смерть, в которую я, тупая курица, поверила?

— Не знаю.

— Не звезди, — она тяжело выпрямилась. — Цветы, шампанское, поздравления от друзей. Наверное, в твоих фантазиях я бросалась к тебе на шею и клялась в вечной любви.

Влад смолчал. Что ж, красноречиво. Он рассчитывал на схожий сценарий. Господи, дёрнул черт связаться с недолеткой! У него же сахарная вата вместо мозгов.

— Ладно, это дело десятое. Можешь ты попросить кого-то из своих друзей отвезти меня домой?

Она ненавидела эту беспомощность, но что поделать? Крицкий всё извратил так, чтобы она оказалась абсолютно недееспособной и всецело полагалась на него. У неё нет ни денег, ни личных вещей, ни даже документов…

— Кстати, мой паспорт, где он?

— У меня в квартире.

— Отлично, тогда прокатимся вместе до тебя, заберу вещи.

— Ева…

— Катись ты вместе со своей чокнутой любовью! Видеть тебя не желаю, кукловод недоделанный!

Месяц спустя

Кабинет УЗИ утопал в полумраке, приглушённый свет падал на кушетку, где лежала Ева. Её блузка была расстёгнута, живот, пока ещё совершенно плоский, вымазан холодным, липким гелем для ультразвукового исследования. Врач, улыбчивая женщина средних лет, сидела по правую руку от пациентки, неотрывно смотря на монитор.

— Лежите спокойно, — тихо сказала доктор, перемещая датчик по животу Евы. — Сейчас мы увидим нашего малыша и послушаем сердечко.

Ева, напрягая зрение, смотрела на экран, где мелькали неясные тени и белые полоски. Волнение переполняло её сердце, руки слегка дрожали.

— Всё… всё в порядке? — Выдохнула она, боясь услышать отрицательный ответ.

— Да, дорогая, — ответила врач, внимательно отслеживая показания прибора. — Срок беременности шесть-семь недель. Размер эмбрионального диска около восьми миллиметров, наличие желточного мешка подтверждено, что свидетельствует о хорошем течении беременности.

Ева закрыла глаза, почувствовав, как слёзы радости покатились по щекам. В голове пронеслись тысячи мыслей, но главным было одно: она станет мамой.

— Как он себя чувствует? С ним всё хорошо? — спросила она, слегка улыбаясь.

— Всё в пределах нормы, — заверила врач, выключая аппарат. — Показатели отличные, частота сердечных сокращений плода — около 110 ударов в минуту, что соответствует нормам данного срока. Вам совершенно не о чем переживать!

— Спасибо, — прошептала Ева, протирая живот салфеткой. — Я так волновалась, просто места себе не находила.

И было о чём беспокоиться, ведь только в последний месяц её жизнь вошла в спокойное русло, а до того… Такое обилие нервных ситуаций в первом триместре — предвестник всяческих патологий.

Доктор помогла ей встать, внимательно наблюдая за состоянием пациентки.

— Берегите себя, отдыхайте побольше, пейте поливитаминные комплексы и фолиевую кислоту. Регулярно посещайте гинеколога и выполняйте предписания врача. А главное — не тревожьтесь и наслаждайтесь этим периодом.

Ева кивнула, крепко сжимая руку врача.

— Спасибо.

Она вышла в коридор, опустив голову, чтобы убрать в сумочку сложенный листок с результатами обследования, и столкнулась в дверях с Костей. Вот тебе «не тревожьтесь».

— Всё подтвердилось? — Муж, которому в скором времени предстояло стать бывшим, выглядел обеспокоенным.

— Да, — она обошла рослого мужчину, поправила на плече ремешок сумочки и неспешно двинулась по коридору.

— Ева, пожалуйста, давай поговорим!

— О чем, Булатов? Это не твой ребёнок. И оставь эти мерзкие попытки следить за мной.

Она мысленно пообещала себе прибить подругу Оксану, которая в очередной раз побежала с докладом к вражеской стороне. Вот зачем выболтала ему насчёт ультразвукового исследования? Изначально было понятно, что Ева носит под сердцем ребёнка Влада.

— Ты могла бы сделать аборт! — В отчаянии выкрикнул Костя ей в спину.

— Даже не мечтай! — Она фальшиво рассмеялась и вышла из клиники.

Горечь встречи сопровождала её прямиком до нового места работы. Она устроилась в фирму «Трейд» личным помощником генерального директора Геннадия Самойленко.

Поначалу её отпугнул образ начальника: статный брюнет лет сорока, у которого поперёк лба горела неоновая вывеска «Бабник», но после первой недели совместной работы Ева поняла, что шеф умеет блюсти чёткие границы между делами и личной жизнью, к тому же всецело увлечен сложным бракоразводным процессом, а жалкие крохи свободного времени тратит на завоевание совсем молоденькой любовницы. И они с Геной сработались. Он оказался весьма сносным боссом, и охотно обучал всем премудростям новой профессии.

Фирма «Трейд» специализировалась на производстве серийных роботов-ассистентов с развитым искусственным интеллектом и формально ей руководил Самойленко, однако по факту большую часть работы выполнял Марк Давыдов, а приказы поступали вообще из самой Москвы, где находился холдинг под громким названием «Мир будущего», владеющий контрольным пакетом акций фирмы.

В офисе работа кипела. Туда-сюда сновали программисты, занятые отладкой первой линейки умных машин, Марк, мужчина лет тридцати с короткой стрижкой на армейский манер и очень спортивной фигурой, ругался с кем-то по телефону. Гена, расслабленный и невозмутимый, как всегда, сидел напротив, пялился в монитор и вяло листал новостную ленту во ВКонтакте.

Ева бросила сумочку на стол, схватила из принтера распечатку квартального отчёта, которую шеф запросил утром и поспешила отчитаться о проделанной работе.

— Это ведомость по заработной плате, — она положила перед Геной несколько листов, скреплённых степлером. — Здесь мониторинг поставок запчастей и комплектующих для андроидов.

Марк поднял на неё взгляд, улыбнулся и прикрыл микрофон рукой, чтобы уточнить детали:

— Китайцев смело вычёркивайте, я уладил вопрос со срывом поставок, — он снова вернулся к телефонному собеседнику и отрывисто заговорил гортанными звуками. — Qīn'ài de péngyǒu, wǒ lǐjiě nín suǒ miànlín de kùnnán, dàn yě qǐng nín tǐliàng wǒ de chǔjìng. Gōnghuò jìhuà de yánwù jiāng gěi wǒ dàilái shùbǎiwàn yuán de sūnsǔ. Ràng wǒmen gòngtóng nǔlì, shǐ hézuò biàn dé yúkuài qiě hùlì shuāngyíng ba [Мой дорогой друг, я понимаю ваши сложности, но и вы войдите в моё положение. Срыв графика поставок грозит мне многомиллионными убытками. Давайте сделаем сотрудничество приятным и взаимовыгодным для обеих сторон — Пиньи́нь, т. е. запись звуков китайского языка].

То, что первоначально Ева приняла за ругань, на самом деле было китайской речью, которой Мрак владел в совершенстве.

Она не удержалась и показала Давыдову оттопыренный большой палец. Тот криво усмехнулся.

Гена выжидательно на неё посмотрел, потом протянул руку, забрал остальные бумаги и сказал:

— В общем, я разберусь. Читать вроде умею. Как дела со здоровьем?

— Всё отлично, спасибо. Ген, извини за наглость, но можно я сбегу на часик раньше с работы? Появилось одно дельце.

Обращаться к шефу по имени и на «ты» для неё всё ещё было в новинку — сказывалась многолетняя преподавательская привычка, но ни Самойленко, ни Давыдов и слышать не желали об этике общения, так что в конце концов она сдалась и перешла на панибратство, которое процветало в «Трейде».

— Без проблем, — Гена благосклонно кивнул. — Заряжу вместо тебя Маркуса, хотя, честно признаться, его рожа мне куда меньше нравится.

Он лукаво покосился на её ноги, выглядывающие из-под строгой юбки. Ева дежурно улыбнулась и вернулась за свой стол. Тут же причалил Маркус с чашкой горячего чая без сахара и с долькой лимона.

Впервые встретившись с этим чудом инженерной мысли на собеседовании — Гена поленился сам проводить интервью с кандидатами на должность личного ассистента и перепоручил все диалоги умной машине — Ева испытала настоящий шок.

В тот день перед ней предстал забавный гибрид технического прогресса и современного удобства, похожий на помесь робота-пылесоса и умной колонки. Его конусообразное тело высотой в человеческий рост было сделано из высококачественного металла, отливающего серебром и бронзой, а сверху крепилась сферическая «голова», выполняющая функцию дисплея. На этом шарообразном экране в реальном времени отображались светящиеся индикаторы глаз, носа и рта, придающие ему забавный и антропоморфный вид.

Манипуляторы, заменяющие руки, отличались гибкостью и мощностью, позволяя Маркусу поднимать грузы, передвигать объекты и выполнять технические задачи. Гидравлический механизм, заменяющий ноги, гарантировал устойчивость и мобильность, позволяя передвигаться по разным поверхностям, будь то паркет или лестничные ступени.

Характер Маркуса тоже заслуживал отдельного внимания: он славился любознательностью, дружелюбием и умел подстраиваться под потребности хозяев. Его подсветка способна отображать десятки разнообразных эмоций, от радости и удивления до раздражения и задумчивости. Благодаря встроенным сенсорам и интеллектуальной системе, Маркус мгновенно реагировал на окружающую среду и команды владельцев, становясь незаменимым помощником в быту и на работе. Вишенкой на торте, отведав которого Ева загорелась желанием работать именно в «Трейде», стал голос кибернетического создания.

— Меня зовут Маркус, я самый быстро развивающийся интеллект на планете Земля, — чванливо представился умный робот голосом Оптимуса Прайма из русскоязычной версии фильма «Трансформеры». — Я проведу это собеседование вместо Геннадия Самойленко, если вы не возражаете, Ева Александровна.

Вот и сейчас Маркус пробасил:

— Ваш чай, Ева Александровна. Как прошёл визит к врачу?

Она улыбнулась бездушной железяке и с удовольствием отпила глоток отменного напитка. Маркус был настоящим кудесником по части приготовления чая.

— Всё отлично, спасибо.

— За время отсутствия вам трижды звонил Владислав Крицкий. Он оставил несколько голосовых сообщений. Пересылаю их вам в личные сообщения, — единым духом отрапортовал автомотон.

— Спасибо и за это.

Ева ничем не выдала своего волнения, а после ухода робота — передвижение Маркуса сопровождалось мягкими, органичными звуками, напоминающими тихий оркестр механических инструментов, словно его создатели загодя позаботились о том, чтобы даже звук перемещения приносил удовольствие и не беспокоил хозяев, — открыла мессенджер и поднесла телефон к уху.

«Привет, кошечка. Ты заблокировала меня всюду. Понимаю, заслужил, но мне дико тебя не хватает. На стены лезть хочется. Позвони. Хотя бы ради того чтобы накричать. Я … как хочу услышать твой голос».

В последнем предложении после местоимения «Я» слышалась чёткая пауза. Наверняка сердобольный умный помощник наложил вето на нецензурную брань.

Второе сообщение воспроизвелось автоматически:

«Я только сейчас понял, что прошёл почти месяц. Тридцать дней без тебя — … мука. Не знаю, сколько ещё смогу держаться на расстоянии. Меня ломает без тебя».

И снова перед словом «мука» была пауза, прослушав которую Ева поняла, что до безумия соскучилась по матерщине от Влада. На ум тут же пришла фраза, сказанная им после приземления на парашюте: «Обожаю драть тебя сзади», и по телу разлилось сладкое тепло, покалывающее кончики пальцев на руках и ногах.

Чёрт, а она ведь тоже истосковалась до ломоты в костях.

Однако следовало настроиться на работу. Ева выпила чай и с воодушевлением взялась за дело.

Время текло на удивление неспешно. 14:30, 15:20, 15:27. Полчаса до момента, когда можно будет сбежать с работы.

За пятнадцать минут до часа икс она начала ощущать нервозность, а ещё через десять минут бросила попытки сосредоточиться на бумажках, выключила компьютер и попросту сбежала.

До офиса, в котором располагалась фирма «ЯрдФест», добралась довольно быстро. А в приёмной наткнулась не на секретаря или администратора…

За небольшим столом напротив двери сидел Влад. Над входом звякнули металлические трубки «музыки ветра», сообщая о посетителе, но он даже не поднял головы. Так и продолжил заглядывать в разверстое нутро принтера, который, по всей видимости, вышел из строя.

Одет он был непривычно. Строгий приталенный пиджак цвета мокрого асфальта, серая сорочка, узкие классические брюки. Вот волосы сохранили привычную щеголеватость: длинные пряди у лба взбиты и чуть приподняты гелем для фиксации.

Она замялась, потом тихонько подошла к столу, стараясь не цокать каблуками. Кашлянула в кулак.

Влад моментально потерял интерес к оргтехнике, обернулся через плечо и застыл.

— Привет, — она закусила губу.

Он не ответил, лишь сверкнул глазами и в два счёта сократил расстояние между ними. Порывисто обнял, зарылся носом в волосы и горячо зашептал на ухо:

— Прости дурака. Ошизел, признаю. Такой ахинеи наворотил, что вообразить страшно. Но я, сука, подыхаю без тебя.

— Без нас, — ляпнула она, не подумав.

— Без вас, — машинально повторил Влад, потом отодвинулся, обхватил её лицо ладонями и переспросил, — это ещё что значит?

Мда, не так она представляла этот разговор, но чего уж теперь.

Ева вынула из сумочки вдвое сложенный листок и протянула Владу. Он бегло пробежал текст глазами и надолго завис в самом конце, где стоял диагноз: «Беременность 6–7 недель».

— Ты?..

— Да. Я приехала рассказать тебе, потому что считаю, что так будет правильно. Сразу скажу, что аборт я делать не намерена. Хоть этот ребёнок и не запланирован…

Он не слушал, переводил взгляд с неё на выписку ультразвукового исследования и обратно, потом, не спросясь, приложил ладонь к её животу и зажмурился.

— Влад…

— Т-ш, я хочу его почувствовать, — он приложил палец другой руки к её губам, вынуждая молчать.

— Ты ничего не почувствуешь, — она заулыбалась помимо воли. — Срок слишком маленький.

— Брехня, почувствую, — он отмахнулся от голоса разума, встал перед ней на колени и прижался ухом к животу. — Ну же, киндер, поговори с папочкой!

— Надеюсь, он или она не унаследует твой интеллект, — ворчливо вздохнула Ева и запустила пальцы в буйную шевелюру бывшего студента.