Жена в подарок от Бывшей

Глава 27

Прекрасно знавший, что едва только они окажутся в операционной, доктор Райт выставит их с Микаэлем прочь, Бельфегор позаботился о том, чтобы операционная, которую глава хирургического департамента Малькович им предоставит, была оборудована смотровой комнатой. Сам демон, впрочем, мог бы, сделавшись невидимым остаться и в операционной, но подумав, рассудил, что наблюдать за операцией гораздо комфортней, развалившись в удобном кресле, да ещё и вооружившись кофе и пончиками.

— Забавная… она, — хмыкнул демон, расслабленно растянувшись в кресле. — Наша доктор, я имею в виду.

— Доктор Райт? Забавная?.. — страдальчески поморщившись, недоуменно переспросил вампир. — Ты, вероятно, мой друг, подзабыл английский, потому что меня НАША ДОКТОР не забавляет. Раздражает, злит, нервирует, бесит, доводит до белого каления, это да! Это постоянно! Но определенно не забавляет!

— Тебя раздражает, злит, нервирует, бесит и доводит до белого каления ситуация, а не доктор, — философски поправил демон. — Ну и что мы будем с ней делать, Мик?

— С доктором? — задумчиво переспросил Микаэль, залюбовавшись этим самым доктором.

— С ситуацией, Мик, что будем делать? С ситуацией, а не доктором⁈ — заставил друга вернуться из мира восхитительных и упоительных грёз в реальность демон. — Подсадная утка с не просто взрывоопасной, но биологически-заразной начинкой… Это ого-го как зловеще-изобретательно, не находишь? Нужно, срочно, что-то делать!!! — наставительно-нетерпеливо настаивал Бельфегор.

— Так я был прав? Там-таки было что-то ещё?

— Да, ты был прав, — нехотя признался демон. Гениальные догадки и прозрения были по его части, поэтому ему очень не нравилось, когда кто-то в этих делах обходился без его помощи. — И да, чуть не забыл, Люк просил передать тебе, что у тебя, судя по тому, что ты опять в зоне недосягаемости, ОПЯТЬ телефон разряжен. Он, к слову, особенно просил подчеркнуть слово «ОПЯТЬ». Кстати, а почему у меня до сих пор нет телефона?

— Потому что телепатам, Бельф, телефон не нужен, — цокнув языком и закатив глаза, объяснил вампир. И наставительно, словно разговаривал с маленьким несмышленым ребенком, добавил, — А ты телепат!

— Но я ещё и демон технического прогресса, — капризно возразил Бельфегор. — И поэтому мне никак нельзя без самых современных средств связи! Слушай, а может, просто отдай мне свой мобильник? Тебе он всё равно не очень нужен, если ты всё время забываешь его заряжать. А вот я его забывать заряжать не буду! И это значит, что Люк всегда сможет до тебя дозвониться!

— Если я отдам тебе свой телефон, то Люк всегда сможет до ТЕБЯ дозвониться, Бельф, а не до меня! — насмешливо поправил Сторм и в очередной раз, закатив глаза, покачал головой. — Что же касается того, что надо что-то делать, то мы установили слежку за Джил и в данный момент проверяем все её контакты. Особенно её контакты с бернианцами. Думаю, что моя служба безопасности, если ещё не вышла, то вот-вот выйдет на всех бернианцев, с которыми она встречалась в последнее время. Однако, искренне говоря, меня гораздо больше беспокоит Ваас…

— И это правильно, — одобрительно кивнул Бельфегор.

Вслед за чем, закинув руки за голову и широко зевнув, заметил: — Однако, по крайней мере, на эту ночь мы можем расслабиться, док будет занята под завязку!

— Ты имел в виду, ТЫ МОЖЕШЬ РАССЛАБИТЬСЯ⁈ — многозначительно поправил Сторм. — Потому что я вряд ли смогу расслабиться, пока не узнаю, чем ты решил развлекать мою жж… кхе-кхе… гмм… Милдр… доктора… мисс Райт всю ночь напролёт!

— Ну вначале её буду развлекать не я, да и не ты, ещё часа три или четыре её будет развлекать вот этот парень, — Бельфегор кивнул на пациента. — А затем её будет развлекать ФБР, которое уже топчется за дверью операционной. Ну вот, опять этот подозрительный взгляд, — надул губы демон. — Не я это! Не я подкинул нам эту, — снова кивнул он на пациента в операционной, — начиненную взрывчаткой утку! И ФБР вызвал тоже не я! Сам посуди, как бы я это сделал без современных средств связи⁈

При почти неограниченных возможностях демона к внушению, последний довод Бельфегора был настолько смешным, что Сторм лишь насмешливо хмыкнул, в очередной раз закатил глаза и покачал головой. Впрочем при этом, он верил, что Бельфегор был не причём.

— Да верю я тебе, верю! — успокоил он друга.

— Я, если хочешь знать, — продолжал, тем не менее, убеждать друга в своей невиновности демон, — запланировал для доктора пациента, которому всего лишь срочно понадобилась бы катетеризация и коронароангиопластика венечных артерий сердца. Операция, хотя и пустяковая, но для того, чтобы отвлечь доктора и заставить мгновенно забыть о встрече с ФБР, которую ты ей пообещал, вполне хватило бы…

— И где бы ты взял такого пациента? — обеспокоенно уточнил искренне заботящийся о работающих на него людях босс.

— Мик, расслабься, я же хоррро-ооший демон! Одной из твоих пожилых уборщиц эта операция реально нужна! И уже давно! То есть, позарез нужна! Я просто собирался чуть-чуть помочь естественному ходу событий, чем вполне возможно спас бы ей жизнь! Хотя ммм… технически жизнь бы ей спасла, конечно, Милдред, но фактически…

— Катетеризация? — побледнел вдруг Микаэль и озабоченно уставился на происходящее в операционной.

— Мик, расслабься, она их сотнями делает. Да и вообще, по катетеризациям в целом статистика один смертельный случай на тысячу пациентов. А у нашей доктора Райт на операционном столе порой даже безнадежные и те выживают! Она лучшая! — с отеческой гордостью и даже как-то хвастливо закончил свою хвалебную речь Бельфегор.

— Бельф, ты не понял, я не в Милдред сомневаюсь! — в отчаянии заорал вампир. — Проблема в кошмаре, который ей внушил Ваас и в том, что прямо сейчас происходит в операционной!

— Ууу бездна! — схватился за голову Бельфегор. — Как же это я провтыкал⁈

А провтыкал демон то, что Доктор Райт уже пару минут как переживала свой утренний кошмарный сон наяву. С той лишь разницей, что начался её кошмар иначе, чем в её сне.

Одна из медсёстер вдруг каким-то образом изловчилась и разжала… зажим, наложенный Милдред на аорту пациента для того, чтобы изолировать сердце от аппарата «сердце-легкие». Причём произошло это тогда, когда коронарные артерии как раз только-только заполнили холодным раствором, содержащим ионы калия.

Артерии заполняют раствором для того, чтобы холод замедлил биологические процессы организма, а калий — парализовал сердце. Благодаря чему, сердце способно не только дольше выдерживать гипоксию, но и уменьшается его потребность в кислороде. Как результат, кардиохирург получает почти полтора часа времени, а не три, максимум пять минут на то, чтобы произвести операцию без серьезных последствий для здоровья пациента.

«Сошедшую вдруг с ума» медсестру тут же подхватили под руки и вывели из операционной, а вот то, что она натворила, исправить было далеко не так просто…

— Сейчас хлынет, — точно, как и в своем утреннем сне, подумала Милдред и замерла… Не только от ужаса и шока, но и от поразившего её ощущения дежавю.

Тёплая кровь и ледяной раствор, смешавшись, хлынули мощным фонтаном, заставив всех, стоявших в непосредственной близости к пациенту снова и снова принимать контрастный душ.

Впрочем, в следующую же секунду доктор Райт уже одёрнула себя. Не время удивляться! Тем более, что только что случившееся — далеко не самая странная или шокирующая вещь, из тех что приключились с ней за последние пару дней.

— Немедленно отключите его от аппарата! Отсос! — отдала она ненужную команду, поскольку аппарат уже отключили, а отсосом уже занимались. Благодарно кивнув нерастерявшимся в критической ситуации интернам, Милдред вставила ретракторы, расширив полость грудины. Один из интернов ввел отсасывающий катетер. Кровь устремилась по трубке в стеклянный резервуар.

— Нам понадобится ещё кровь! — отдала она ещё одну ненужную, как оказалось команду, потому что одна из медсёстер тут же отчиталась, что как раз звонит в лабораторию.

— Чёрт! — выругалась Милдред. Да и как тут было не выругаться, она только что зажала артерию, но кровотечение не прекратилось! Неужели эта больная на голову идиотка не только сорвала зажим, но и сделала что-то ещё? Но что? Милдред не могла понять. Если бы они откачали кровь, и она увидела, с чем имеет дело, то тогда…

— Сушим! — распорядилась она и затолкала в грудину с полдесятка прокладок, которые в считанные секунды насквозь пропитались кровью, но крови при этом не убыло. — Дайте мне ещё прокладок! Активнее, активнее сушим! Грудная клетка полна крови! — выкрикнула она, понимая, что все в операционной и так двигаются с предельной человеческой скоростью. И ещё она понимала, что в данный момент все, кто находится в операционной, недоумевают: Как же это так? Великая доктор Райт и не смогла повторно поставить зажим на артерию. Но на то, чтобы что-то кому-то сейчас объяснять — у неё элементарно не было времени.

— Мы уже откачали литров пять раствора и крови! — посетовал рядом с ней интерн.

Милдред метнула взгляд на ёмкости с кровью и плазмой и увидела, что они стремительно опорожняются.

— Вот дерьмо! — не сдержавшись, выругалась она.

А на что она рассчитывала? Они же вливали кровь практически в решето. Пробегая по венам, она вытекала из дырки то ли в сердце, то ли в каком-то из сосудов, и однозначно не в человеческих силах было успеть за ней.

— Где эта чёртова кровь⁈ — прорычала она в сердцах.

— Дьявол, я ничего не вижу в этой луже крови! Сушим! — подгоняла Милдред своих, как ей теперь казалось, не расторопных помощников.

Время, отпущенное её пациенту, а значит и ей, стремительно истекало. Ещё минута и нейроны мозга начнут умирать. Ещё три — и она уже его не вытащит.

Она в очередной раз вытащила прокладки и вставила новые. Нет. По-прежнему ничего не видно.

«Что я не учитываю? Что может вызывать кровотечение, после того, как уже зажата аорта?» — словно назойливые мухи, донимали её вопросы, на которые у неё не было ответов.

«Возможно ли такое, что я как-то неправильно поставила зажим? Или и вовсе не туда?» — продолжили терзать её вопросы.

«Стоп! Прекрати! Откуда эти мысли? Я прекрасно знаю, что не могла неправильно поставить зажим!» — попыталась остановить себя Милдред.

«Но в грудной клетке было столько крови, что совсем не сложно было ошибиться», — тут же возразила она себе.

«Или это не я себе возразила?» — задалась вдруг Милдред очередным, ещё более странным вопросом.

«Ну же признай! — продолжал настаивать голос, который вначале показался ей её собственным внутренним голосом. — Признай, что ты совершила ошибку!»

«Чёрт! Только галлюцинаций мне сейчас не хватает! Я должна взять себя в руки! Должна! Ради пациента. Он и так сегодня уже натерпелся. Я не могу… просто не имею права допустить, чтобы после всего того, что он пережил — он умер у меня на столе!» — отчитала себя доктор Райт.

Но паника внутри неё уже нарастала, словно смерч, затягивая её в свою опустошительную воронку…

«Ты всего лишь человек. А людям свойственно ошибаться. И умирать… Просто признай, что ты совершила ошибку. Ну же, будь честной, по крайней мере, сама перед собой», — нашептывал ей голос.

'А ведь и в самом деле, — подумала Милдред. — Гораздо более вероятно, что я совершила ошибку, чем…

Однако тут над её ухом прозвучал глубокий и бархатный баритон её временного мужа.

— Знаю, что мне здесь не место, но так получилось, что мне пришлось лично доставить нашему пациенту кровь, — смущенно и, словно бы извиняясь, объяснил он своё появление в операционной.

— Подвешиваю! — тут же отчиталась одна из медсестер.

Милдред посмотрела в очередной раз на прокладки. Прошло всего десять-пятнадцать секунд, а они уже полностью пропитались кровью. Она вытащила их и заменила на новые. И на сей раз, о чудо, люди таки смогли опередить приток крови. Всего на пару секунд, правда. Но их Милдред хватило, чтобы понять, в чём проблема. У пациента случилось острое расслоение стенок аорты, которое распространилось выше того места, где она установила зажим.

Иначе говоря, теперь к необходимости «заштопать дырку» в сердце, прибавилась ещё и необходимость заменить довольно обширный разрушенный участок аорты. И чтобы его заменить, пациента необходимо было снова подключить к аппарату «сердце-лёгкие». Правда, уже не путём подсоединения к аорте, поскольку та была повреждена, а подсоединив аппарат к бедренной артерии.

Однако, прежде чем подключить пациента к аппарату «сердце-лёгкие» его необходимо было вернуть в стан живых. Можно было конечно и сразу, с места в карьер, подключить пациента к аппарату, сделать операцию и попытаться реанимировать его это потом. Но Милдред знала, что ей предстоит слишком глобальная операция, на которую, если сейчас обойтись без реанимации, могло не хватить времени, отпущенного аппаратом, холодным раствором калия и природой. Кроме того, она хотела убедиться, что пациент всё ещё жив.

Она мельком взглянула на монитор. Стремясь в неизвестном направлении, прямая линия тянулась через весь экран.

— Что ж приступим, — надеясь, что калий ещё не успел парализовать сердце и ей всё же удастся задуманное, пробормотала доктор Райт, и в очередной раз сунула руку в грудную клетку пациента. На сей раз, дабы приступить к прямому массажу сердца. — Кто-нибудь следите за монитором! — распорядилась она, молясь, чтобы пока она запустит сердце пациента, он не истёк кровью. Она, как никто понимала, что своими действиями она не только обеспечит приток крови к его мозгу, но и спровоцирует усиление кровотечения.

— Ух ты! Есть контакт! — радостно воскликнул один из интернов уже через пару минут.

— Пульс возвращается! — подтвердила одна из медсестер.

Милдред метнула взгляд на монитор. Синусовая тахикардия. Сердце снова в деле. И её пациент только что стал ещё активней терять кровь.

— Давление? — поинтересовалась она.

— Девяносто на сорок. Ритм стабильный. Синусовая тахикардия держится.

Не теряя больше ни секунды, доктор Райт подсоединила шланг аппарата «сердце-легкие» к бедренной артерии и перфузиолог включил аппарат искусственного кровообращения.