Грешная жизнь моего мужа

Глава 11

Все, что мне теперь оставалось — это просто наблюдать.

Так называемый праздник был похож на собрание ядовитых змей, где каждая готова броситься на другую и сожрать живьём.

Мне не нужно было больше ничего говорить, ничего делать — эти гадюки и сами прекрасно перегрызут друг другу глотки.

Я могла лишь с горькой иронией думать: знают ли эти женщины, как жалко выглядят, когда готовы волосы друг другу выдрать ради мужика? Причём чужого мужика.

Моего мужа… Но я точно была выше подобных разборок. Если за мужчину надо драться с другими женщинами и сам он это позволяет — значит, такой мужчина точно того не стоит.

Отступив в сторону, я просто ждала, что дальше будет.

Народу за столом было не слишком много, но все главные действующие лица — на месте: свёкры, Наташа, Влад и две его любовницы.

Мне больше не требовалось откровенное признание Влада в измене: его перекошенное от ужаса лицо говорило о его вине лучше любых слов.

Я перевела взгляд на свекровь. Она всегда казалась мне мягкой, уступчивой, весьма впечатлительной женщиной, которая охала от любых новостей по телевизору. Теперь же целое скандальное шоу разворачивалось прямо у неё на глазах.

Алла Семеновна сидела, глядя расширившимися от ужаса глазами то на сына, то на Анжелу. Одну руку она прижала к груди, будто опасалась, что сердце выскочит наружу.

Сама Анжела стояла, приняв самоуверенную позу, охотно выкатив на всеобщее обозрение свою солидную во всех отношениях грудь.

Все смотрели друг на друга и никто не отваживался первым прервать напряжённое, полное недоумения молчание.

Золовка стала театрально задыхаться, обмахиваясь ладонью с таким видом, будто сейчас упадёт в обморок. Очевидно, рассчитывала на всеобщее внимание, но никому сейчас до неё дела не было.

В итоге первой тишину нарушила незнакомая мне женщина. Брюнетка, лет тридцати с чем-то. Высокая, эффектная. Злая.

— Ты подарил кольцо какой-то шлюхе?! — буквально взревела она, поднимаясь из-за стола.

Я заметила, как женщина при этом неловко покачнулась. Была пьяна?..

— Я тебе сына родила, а ты мне за все эти годы даже цветочка не подарил! — продолжала она яриться, неверным шагом обходя стол, чтобы приблизиться к Владу. — А этой дешевке — целое кольцо?!

Ага, вот и наша мать года, — с сарказмом отметил внутренний голос. И сама одета — прекрасно, а сын её, тем временем, ходил в рванье, до которого даже не всякий бомж опустится.

— Цветы тоже были! — не преминула вставить Анжела. — Он мне розы присылал огромными охапками! Всю квартиру мне ими завалил! В любви клялся!

Она была похожа на тявкающую собачонку в центре заварушки, очень довольную тем, что удалось хоть немного кого-то цапнуть.

Такая мелочная и нелепая в своём желании отомстить.

Наконец очнулся Влад. Тоже поднявшись на ноги, он решительно гаркнул:

— Даш, не устраивай концерт. Я, вообще-то, женат! И ничего тебе не должен!

В горле у меня запершило от смеси горечи и желания неверяще рассмеяться. Ну надо же! Он, оказывается, помнил, что он женат! Как удобно — вспоминать об этом только в подходящие моменты. А где было его осознание своей женатости в те моменты, когда он клеил очередную бабу?

Меня заворотило от мысли, сколько раз он приходил ко мне, нагулявшись с другими. Как ложился со мной в постель, целовал меня, нес в наш дом всю грязь, которую только мог собрать…

Я ему верила, считала его лучшим мужчиной, а для него не было ничего святого, не было даже никаких границ в том, что он творил…

На глазах у меня разворачивалась трагикомедия, а внутри — происходила драма, о которой знала лишь я.

Драма, в которой приходило осознание, каким лживым было моё счастье все эти годы. Какой фальшивой декорацией — семейная жизнь…

А все самое настоящее разворачивалось за кулисами, куда мне до недавнего времени доступа не было.

— Ну ты и тварь, Бессонов! — продолжала орать эта, как выяснилось, Даша.

Влад отмахнулся от неё, словно от надоедливой мухи, но явно недооценил, на что она способна.

Движения её были рваными, разболтанными, но поразительно точными. Дотянувшись до праздничного торта, она придвинула его к себе и, подхватив, зарядила им прямо Владу в лицо.

— Подавись, урод!

Он замахал руками, словно желая отбиться от невидимого врага, а Дарья уже бросилась к следующей жертве.

— Где кольцо?! — завопила она, схватив Анжелу за волосы. — Это моё кольцо! Я его заслужила!

Анжела заверещала в ответ, попыталась вырваться… и клок её наращенных волос остался в пальцах Даши.

— Женщина, да вы пьяная! — сморщилась Анжела с отвращением. — Уйдите от меня!

— А ты, шалава, меня не осуждай! — продолжала наступать Дарья.

Пискнув, Анжела ломанулась вдоль стола, неловко перебирая ногами на своих высоких копытах.

— Владик, убери от меня эту больную! — кричала она, размахивая руками, как мельница — лопастями.

Ожидаемо, на ходу она опрокинула одну из стоявших на столе бутылок. От толчка пробка из нее вылетела и игристое выстрелило прямиком в свекровь, что сидела ни жива, ни мертва от всего происходящего вокруг…

Любой цирк позавидовал бы такому представлению.

А я ощутила, что от всего этого попросту устала. Все было ясно — ясно настолько, что оставаться здесь дальше было все равно, что добровольно мараться в луже с отходами.

Пусть свиньи плещутся в своём дерьме теперь сами.

Я достала из кармашка рубашки телефон, который все это время записывал это представление — как знать, может быть, однажды, лет через тридцать, я смогу посмотреть на все это иными глазами и просто посмеяться.

Над своей наивностью и верой в людей — не в последнюю очередь. А на сегодня с меня было достаточно.

— Что, довольна собой? — раздалось рядом шипение.

Я даже не посмотрела в сторону золовки.

— Вполне, — ответила равнодушно. — Какой же праздник без хорошей драки?

— Гадина ты! — продолжала яриться Наташа. — Я всегда говорила Владу, что ему не надо было на тебе жениться!

— Ему вообще ни на ком жениться было не надо, — ответила я, не скрывая презрения. — Потому что он по своей натуре жалкий потаскун.

— Да как ты смеешь! — возмутилась было она.

А в следующий момент её снесло к стене — это Анжела и Дарья, сплетясь в один змеиный клубок, продолжали проверять, у кого шевелюра прочнее и заодно зацепили хозяйку дома.

Последний раз обведя зал глазами, я собралась было уйти, когда поняла, что посреди всего этого дурдома внимание одного человека было устремлено прямо на меня.

Свёкор смотрел мне в лицо и чему-то довольно усмехался. Ни грамма стыда, ни капли удивления. Видимо, тоже знал о подвигах своего сыночка.

Сглотнув отвращение, я быстро пошла на выход.

— Злат! — раздалось мне вдруг в спину, когда я уже вышла на площадку.

Обернулась. Ожидала, что за мной может побежать Влад, но ему, видимо, было не до того — ведь за него дрались две бабы, как такое пропустить?

А вот свекровь меня не упустила.

— Что вам, Алла Семеновна? — поинтересовалась я устало.

И едва не поперхнулась, когда услышала в ответ:

— Не ожидала я от тебя такого, Злата! Как ты могла так поступить?! Ты же нас опозорила!