Грешная жизнь моего мужа

Глава 12

Я смотрела на свекровь и боролась с желанием спросить, а не ослышалась ли я?..

За всю семейную жизнь, а десять лет — срок немалый, я не слышала от этой женщины дурного слова. В отличие от своей дочери, свекровь никогда не лезла в нашу с Владом жизнь, не выпытывала интимных подробностей и не совалась с непрошеными советами.

Все эти годы я считала, что со свекровью мне очень повезло и была благодарна ей за деликатность, ненавязчивость и приветливость.

Что ж… она просто стала ещё одним человеком, в котором я сильно ошиблась. Мне уже, в общем-то, ничему не стоило удивляться.

Покачав головой, я прохладным тоном поинтересовалась:

— Вы ничего не перепутали, Алла Семеновна?

На её праздничной блузке оттенка крем-брюле, которую она традиционно надевала по особым случаям и для них же берегла, красовалось огромное мокрое пятно — напоминание о том, как даже игристое не выдержало и плюнуло на эту весёлую семейку.

Но состояние блузки свекровь сейчас явно не заботило. Такой твёрдости, какая горела в этот момент во взгляде Аллы Семеновны, я, пожалуй, не видела у неё ещё никогда.

— Ты не права, Злата.

Меньше всего мне сейчас хотелось спорить с этой женщиной, потому что она не стоила ни моего времени, ни моих сил, ни моих нервов. Такие люди, как правило, просто непробиваемы и разговаривать с ними было бесполезным занятием в принципе.

Однако в груди уже закипало раздражение, порождённое всем тем, что мне пришлось пережить за последние дни. И это чувство искало выхода. Своими словами свекровь буквально подожгла фитиль на пороховой бочке.

Я сделала к ней несколько шагов, остановилась напротив и, сложив на груди руки, жёстко произнесла:

— Ну давайте разберёмся, Алла Семеновна. Ваш сын — настоящий кобель, который день за днем тащил в наш дом грязь, не уважая ни меня, ни нашу дочь. Он завёл на стороне ребёнка, перетрахал кучу баб, потратил на них уйму денег… И вы об этом наверняка знали и покрывали его, ведь так?

— Он мой сын, — произнесла она тихо, сдавленно.

Значит, и в самом деле знала. Что ж, это было ожидаемо.

Стиснув челюсти, я продолжила:

— Тем временем, ваша дочь — настоящая змея, которая мне в лицо улыбалась, а за спиной поливала меня грязью. А я вам всем верила, доверяла, любила. Говорите, я вас опозорила? Да вы сами себя позорите, потому что ни в ком из вас нет ни капли совести и порядочности!

Свекровь тоже подалась ко мне ближе, прошипела:

— Это дела семейные! Я думала, ты умная женщина и понимаешь, что такие вещи при всех нельзя вываливать! Там ведь и друзья Наташи были, что о ней теперь будут говорить?! Обо всех нас?!

— То, что вы все заслужили, — отрезала я, поморщившись. — Интересные у вас взгляды, Алла Семеновна. Вас не беспокоит все то дерьмо, что наделали ваши дети, вас волнует только то, что об этом кто-то узнает! И, надо же, во всем этом виноваты не вы и ваш муж, которые воспитали таких людей, а я, потому что посмела вас всех на чистую воду вывести! Или вы считаете, что если затолкали говно под диван, чтобы никто не видел — то оно вонять не будет?!

Свекровь осклабилась, явно недовольная моим лексиконом, но я больше не собиралась выбирать выражения помягче да повежливее.

— Ты, Злата, глупая ещё! — заявила она покровительственным тоном. — А я пожила, лучше тебя жизнь знаю! И сор из избы выносить — это последнее дело! Так что надо тебе извиниться, прежде всего, перед Наташей, и перед Владиком — тоже…

Не сдержавшись, я расхохоталась — до того абсурдным казалось все происходящее. Все, что говорила эта женщина.

— Владика своего сегодня к себе ждите, — произнесла, наконец отсмеявшись. — Потому что я с ним больше жить не буду. Вещи свои на площадке подберёт. Прощайте.

Она схватила меня за руку.

— Злата, не глупи. Ты что, думаешь, я всю жизнь в малине прожила? Ничего подобного! Витя мой тоже и по бабам гулял, и выпивал, и, бывало, колотил иногда… Но семья есть семья! Я ради детей все стерпела! И ты, как женщина, должна быть гибкой, должна уметь прощать!

Я вырвала у неё свою руку. С отвращением посмотрела на женщину, которая позволяла над собой издеваться и считала себя при этом правой.

— Вы и в самом деле этим гордитесь? — переспросила неверяще. — Да вы хоть понимаете, какой пример своим детям подали? Понимаете, что они смотрели годами, как над вами издевается муж и теперь принимают это, как норму? Может, поэтому Наташа ваша до сих пор не замужем — боится, что попадётся вот такой же, как её отец? Может, поэтому Влад считает, что изменять и предавать — это нормально? Ведь жена всё стерпит! Вы глупая, несчастная женщина, которая из-за своей трусости сломала своим детям психику, а ваша так называемая семья — это просто помойная яма!

Отступив от неё, я бросила напоследок:

— Знаете что, Алла Семеновна? А идите-ка вы к черту со своей убогой мораль! Бултыхайтесь в своём дерьме, пока не потонете. Никому из вас я ничего не должна, и никому из вас больше не позволю подойти ни ко мне, ни к моей дочери!

— И это после всего, что мы для тебя сделали! — возмутилась свекровь. — Ты ещё пожалеешь об этом, Злата!

А я уже жалела. О том, что когда-то связалась с этой семейкой…

О том, что вообще встретила Влада — скромного, чуть застенчивого парня с неожиданно обаятельной улыбкой…

Которого, похоже, уже давно не существовало.