Истинная троих.Таверна для попаданки

Глава 7.

Гастон, с широкой улыбкой глядя на меня, предложил.

– Нечего тут стоять на пороге, проходите, располагайтесь. Таверна хоть и не дворец, но крыша над головой есть, – он посторонился, пропуская нас. Я вошла первой, за мной остальные. В нос ударил спертый запах сырости и дешевого пива. Огромная комната первого этажа была почти пуста. Несколько грубых деревянных столов и лавок вдоль стен, массивная стойка бара, за которой зияла почти пустая полка с напитками. Все вокруг кричало о бедности и некой неопрятности. Было понятно причина по которой таверна пришла в такое состояние. Гастон в силу возраста просто не мог нормально ее содержать, убирать и готовить. Для всего нужны силы и рабочие руки.

– На втором этаже у меня комнаты есть, – Гастон махнул рукой в сторону покосившейся лестницы. – Раньше проезжие останавливались, а сейчас… В общем, почти пустуют. Можете там расположиться, выбрать себе комнаты. Все равно простаивают. Рауль и Роберт, переглянувшись, словно бы молча вели диалог кивнули.

– Мы сейчас осмотримся, – произнес Рауль, и оба они рванули вверх по лестнице. Я задержала Эрнана за рукав.

– Ты никуда не пойдешь. Садись, – показала на ближайший стул. Он, хоть и с некоторой неохотой, послушался.

Гастон вопросительно изогнул бровь, глядя на Эрнана.

– Что с парнем? Ранен? – спросил мужчина осматривая его пропитавшуюся кровью повязку.

Эрнан поморщился, когда садился на лавку.

– Ночью пустынные твари напали. Хорошо, что только ранили, могло быть хуже. Из-за этого мы так сильно задержались, – вместо меня ответил Эрнан.

– Надо бы ему рану промыть и перевязать. Может лекарь какой есть поблизости? – я переживала за мужчину. Он за это время стал мне небезразличен. Может такому отношению способствовало наше сближение телами, не знаю, но лишаться его в качестве мужа я не хотела. Подумав об этом я тут же почувствовала прилив крови к щекам, вспомнив про проведенную ночь вместе с тремя мужчина. Рассуждаю я конечно как махровая эгоистка.

Гастон окинул Эрнана участливым взглядом.

– Ну, раз такое дело, то я сейчас мигом. Воды принесу, бинты чистые где-то были. А потом сбегаю за лекарем, он тут неподалеку живет, старый знахарь. Правда, немного чудаковатый, но раны лечит исправно.

"Сбегаю", – про себя улыбнулась я, наблюдая, как Гастон, заметно прихрамывая, спешит к подсобке. И все-таки он еще крепок, старичок! И, похоже, действительно рад, что будет оставаться здесь, при деле. Это воодушевляет.

Пока Гастон суетился, я осмотрелась. Да, работы тут непочатый край. Но это даже хорошо. Предвкушение перемен всегда приятно. Я представила, как здесь все преобразится: новые столы, яркие скатерти, живые цветы на окнах… А главное – вкусная еда и приветливые лица. Люди потянутся сюда, как мотыльки на свет.

Не прошло и пяти минут, как Гастон вернулся, держа в руках ведро с водой, кусок чистой ткани и небольшую аптечку.

– Вот, держите. Сейчас я к лекарю. Вы тут пока присмотрите за ним. – С этими словами он, кряхтя, выскользнул из таверны. Ну, и шустрый старикан! Мне даже показалось, что в его походке появилось больше уверенности и энергии. Вот что значит почувствовать себя нужным.

Эрнан, увидев воду и бинты, облегченно вздохнул.

– Спасибо, – пробормотал он, с благодарностью глядя на меня. – Не стоило так беспокоиться. Я бы сам справился.

– Эти раны не опасны? – спросила я убираю пропитанные кровью бинты. Мне они однозначно не понравились, слишком воспаленные и рваные края, а прикоснувшись к мужчине я поняла что у него жар.

– Местечко конечно так себе, но спасти еще можно, – заключил спустившийся Рауль.

– У Эрнана жар, – говорю я Раулю обеспокоенно.

– Да что ты так волнуешься, – пытается казаться максимально беспечным Эрнан.

– А укусы этих тварей не ядовиты? – я с подозрением посмотрела на Эрнана, а увидев то, как он отвел взгляд в сторону посмотрела и на Рауля с Робертом. – И когда вы мне собирались сказать?

– Ну - у-у-у-у, – замялся Эрнан.

– Ясно, никогда, – делаю я вывод.

— Ну мы не хотели чтобы ты волновалась, – пытается спорить Роберт.

– Ну ничего себе, – вспылила я. – Сперва меня не разбудили, когда они напали, затем молчите что он умирает, – я махнула рукой на Эрнана, а сама подбоченилась и наступаю на Рауля с Робертом.

– Яд песчаных тварей не смертелен, – пытается успокоить меня Эрнан. – Так, немного поболею и все пройдет, – продолжает он у меня из-за спины, пока сверлю суровым взглядом двух мужчин. – Это я сказал чтобы тебя не волно…, – и тут я слышу как у меня за спиной что-то грохнулось, а Эрнан не закончил фразу. Резко оборачиваюсь и вижу лежащего на полу Эрнана, потерявшего сознание.

– Вы что стоите столбом, – кричу я на Рауля с Робертом. – Поднимайте его живо! – скомандовала я, не теряя ни секунды. Рауль и Роберт, опомнившись, подхватили Эрнана под руки и кое-как подняли с пола. Он был совсем "ватный", будто его кости разом растворились. – Нечего стоять, тащите его наверх! – велела, указывая на лестницу. Сама же, на ходу сорвав со стола чистый бинт, что принес старик, смочила ее водой из ведра и побежала следом.

В комнате, которую Рауль и Роберт уже успели выбрать для меня (вот же молодцы, хоть что-то полезное сделали!), положили Эрнана на кровать. Лицо у него было бледное, губы посинели.

– Так, без паники, – проговорила я вслух, скорее для себя, чем для остальных. Приложила мокрую тряпку ко лбу Эрнана, а сама принялась растирать ему виски. В голове роились мысли: "Что делать? Что делать?" А тут еще Рауль с Робертом стоят над душой и смотрят, как бараны на новые ворота. – Быстро! Принесите воды и уксуса, - скомандовала я им, и они пулей вылетели из комнаты.

Не прошло и десяти минут, как в таверну ввалился Гастон, а за ним, шаркая ногами, вошел и лекарь. Старик в замызганном халате и с огромной бородой, в которой, кажется, жили какие-то насекомые.

– Ну, где тут у вас больной? – проворчал он, оглядывая всех исподлобья. Лекарь шагнул в Эрнану, которого я к этому времени уже успела привести в чувство. Он лежал с закрытыми глазами и тяжело дышал.

Лекарь, осмотрев рану Эрнана, что-то пробормотал себе под нос, затем достал из своей сумки какие-то травы и начал их толочь в ступке.

– Яд пустынных тварей, говорите? Ну, не смертельный, конечно, но крови попортить любит, – пробурчал он, не отрываясь от своего занятия. Смешал травы с какой-то мазью и наложил компресс на рану. – Вот, – сказал он, вытирая руки о халат. – Это должно помочь. Главное, чтобы он сейчас не двигался и пил много воды.

Проводив лекаря до двери и получив от него пространное бормотание о том, что любой труд полагается оплатить, я посмотрела на Рауля. У меня если честно денег не было, да и их номинал я тоже не знала. Если честно я рассчитывала увидеть все же более компетентного человека, но Гастон предупредил что лекарь с причудами, так что видимо это и были его причуды.

Рауль вытащил из кармана несколько монет. Гастон, краем глаза следивший за нами, тут же прекратил свои протирания и подался вперед. Рауль отсчитал требуемую сумму и протянул старику. Гастон одобрительно кивнул и усмехнулся краем рта. Видимо старый трактирщик боялся, что мы излишне щедро отблагодарим странного лекаря.

Я растерянно присела на ближайший стул. В голове был полный сумбур. Таверна в запустении, Эрнан болен, на горизонте маячит целая куча проблем, а я даже не знаю с чего начинать. Рауль опустился передо мной на корточки, взял мои руки в свои и участливо посмотрел в глаза.

– Все хорошо, не переживай, – мягко сказал он. – Мы с Робертом сейчас поможем Гастону с обедом, а ты иди к Эрнану, если волнуешься. Ему сейчас нужен покой и уход. Все наладится, вот увидишь.

Я кивнула, чувствуя, как внутри поднимается слабая волна благодарности. Рауль с Робертом действительно оказались надежными. Поднявшись на второй этаж, я тихонько приоткрыла дверь в комнату. Эрнан не спал. Он полулежал на кровати, глядя в потолок.

– Как ты себя чувствуешь? – спросила я, присаживаясь на стул рядом с кроватью.

– Да нормально, – отмахнулся он. – Бывало и хуже. Видишь вот этот шрам? – он приподнял край рубашки, обнажив старый рубец на боку. – Тоже от песчаных тварей. Тогда я действительно чуть не умер, а сейчас это ерунда.

Он похлопал рукой по кровати, приглашая меня прилечь рядом. Я немного поколебалась, но не смогла отказать больному. Устроившись рядом с ним, почувствовала слабость и усталость, не смотря на то, что ночью в отличие от мужчин спала. Эрнан слегка приобнял меня, и я почувствовала облегчение. Возможно, все действительно не так уж и плохо.

– Нормально ему, видите ли, - ворчу я, устраиваясь поудобнее под его рукой. – Вы хоть понимаете, что вели себя как идиоты? Скрыли нападение, скрыли, что укусы ядовиты. Это не забота, Эрнан. Это какое-то неуважение, словно я настолько дура, что мне и говорить ничего не стоит. Если вы хотите, чтобы у нас тут что-то получилось, чтобы между нами было доверие, то я должна быть частью этой семьи. Не просто кухаркой и уборщицей, а полноценным звеном в цепи.

Эрнан виновато вздыхает и сильнее прижимает меня к себе. – Прости, – шепчет он мне на ухо.

– У нас просто мало опыта… знаешь, с женщинами. Мы научимся, обещаю. Просто дай нам шанс. Говори, что мы делаем не так, и мы будем исправляться. Просто… будь с нами, ладно?

– Шанс у вас есть, – тихо отвечаю, чувствуя, как его дыхание щекочет мою шею. В животе порхают бабочки, и я понимаю, что, возможно, слишком быстро сдаюсь. Но его тепло и искренность обезоруживают.

Он поднимает мой подбородок, и наши взгляды встречаются. В его глазах столько нежности и вины, что все мои претензии моментально испаряются. Он медленно наклоняется и целует меня. Нежно, осторожно, словно боясь спугнуть. В этом поцелуе – вся его благодарность за заботу, вся его надежда на будущее, вся та тревога, которую я испытывала, и вся та любовь, что зарождается в моем сердце. Губы у него сухие и горячие, и я отпускаю все свои опасения. В ответ на его поцелуй в моей груди разливается тепло, перерастая в жаркое возбуждение. Тело немеет, а разум отключается, оставляя только нас двоих в этом моменте – слабых, но таких близких.

Поцелуй углубляется, становится требовательнее, и я отвечаю с той же страстью. Руки мои блуждают по его спине, чувствуя напряжение мышц под тонкой тканью рубашки. Он прижимает меня к себе так крепко, словно боится, что я исчезну. Его дыхание становится прерывистым, и мое ничем не лучше. В животе танцуют уже не бабочки, а целые стаи огненных мотыльков. Кажется, весь мир сузился до этих губ, до этого тепла, до этого момента.

Мы целуемся долго, жадно, пока хватает воздуха. Эрнан отрывается от моих губ, часто дыша, и прижимается лбом к моему. Его руки все еще крепко обнимают меня. Я чувствую его сердцебиение – быстрое, как у загнанного зверька. Мои руки скользят вверх, к его волосам, нежно перебирая пряди. И тут, случайно, я задеваю повязку на его плече. Он вздрагивает и морщится от боли.

Я мгновенно отстраняюсь, с ужасом глядя на него. В его глазах читается боль, но он пытается ее скрыть. Виновато улыбается.

– Прости, – шепчет он. – Просто немного тянет.

– Это ты прости меня, – шепчу в ответ.

Я вижу, как ему больно. И меня словно окатывает ледяной водой. Вся пылкость момента испаряется, оставляя лишь тревогу и вину.

– Тебе нужно отдохнуть, – говорю я, отступая на шаг. – Я пойду вниз, посмотрю, что там делают остальные.

Он хмурится, словно не хочет меня отпускать, но я уже приняла решение. Ему нужно залечить рану, а мне – прийти в себя. Слишком много всего намешалось в один момент. Нужно время, чтобы все обдумать и успокоиться. Легко коснувшись его щеки, я разворачиваюсь и быстро выхожу из комнаты, оставляя его одного.

Мне нужно было отвлечься, сменить обстановку и хоть немного развеять тревожные мысли. Внизу меня ждала работа, а значит, и возможность занять чем-то голову, как и руки.

Спустившись на первый этаж, я сразу почувствовала, что в таверне что-то происходит. Доносились приглушенные голоса, звон посуды и аппетитные запахи. Заглянув на кухню, я улыбнулась. Роберт, Рауль и Гастон – все трое суетились, словно пчелы в улье.

Роберт, с засученными рукавами рубашки, сосредоточенно разделывал здоровенный кусок мяса на деревянной колоде. Мощные удары топором отдавались по всей таверне. Рядом с ним Рауль, нахмурив брови, орудовал овощечисткой, ловко очищаяовощи. Периодически он бросал косые взгляды на Роберта, то ли проверяя его работу, то ли просто любуясь его усердием.

А Гастон… ох, Гастон! Старик, не смотря на свою хромоту, пытался угнаться за молодыми. Он то и дело подбегал то к одному, то к другому, предлагая свою помощь. Но, по правде говоря, он больше мешал, чем помогал. То уронит нож, то перепутает специи, то начнет давать советы, которые никто не просил. В общем, создавал вокруг себя веселый хаос.

– Ну что, мужчины, как успехи? – спросила я, входя на кухню.

Все трое вздрогнули от неожиданности и повернулись ко мне. Роберт вытер пот со лба, Рауль выпрямился, разминая затекшую спину, а Гастон просто засиял, как начищенный самовар.

– О, хозяйка! – воскликнул Гастон, подбегая ко мне и отвешивая шутливый поклон. – Мы тут стараемся, как можем, чтобы накормить всех.

– Стараемся, - эхом повторил Рауль с улыбкой.

Роберт кивнул, не отрываясь от своего занятия. Видно было, что ему нравится эта роль – сильного и умелого мужчины, способного обеспечить пропитание для всех.

– Вижу, вижу, – рассмеялась я, оглядывая кухню. – Только, Гастон, может, ты лучше присядешь отдохнешь? А то боюсь, как бы ты чего не уронил себе на ногу.

– Да что ты, милая! – запротестовал старик. – Я еще ого-го! Могу и суп помешать, и дров нарубить! – Он попытался изобразить энергичный взмах рукой, но его тут же прострелило в пояснице, и он согнулся пополам.

– Вот-вот, – усмехнулась я, помогая ему выпрямиться. – Лучше присядь. Мы и сами справимся.

Гастон, немного поворчав, все же согласился и уселся на табурет в углу кухни, наблюдая за нами с довольной улыбкой.

– Как Эрнан? – спросил Рауль, возвращаясь к чистке овощей.

– Спит, – ответила я, стараясь не выдавать свою тревогу. – Лекарь сказал, ему нужен покой.

– Ну и хорошо, – кивнул Роберт. – Пусть набирается сил. А мы пока тут наведем порядок и приготовим что-нибудь вкусненькое.

В этот момент я почувствовала прилив тепла и благодарности к этим троим мужчинам. Несмотря на то, что из-за меня им пришлось перестраивать свою жизнь, чуть ли не начиная ее сначала, они оставались рядом, поддерживая меня и помогая мне и пытаясь стать мне стать семье.

– Ладно, – сказала я, закатывая рукава. – Хватит стоять столбом. Давайте работать. Я займусь соусом, а ты, Рауль, нарежь овощи для рагу.

И мы принялись за дело. Роберт продолжал разделывать мясо, Рауль нарезал овощи, а я, вооружившись ножом и миской, приступила к приготовлению соуса. Гастон, сидя в углу, давал советы и рассказывал истории из своей долгой жизни.

Вскоре кухня наполнилась ароматами жареного мяса, тушеных овощей и пряных трав. За разговорами и смехом работа шла быстро и весело.

Когда ужин был, наконец, готов, я поднялась наверх, чтобы проведать Эрнана. Дверь в комнату тихонько приоткрыла, стараясь не разбудить его. В полумраке я увидела, что он все еще спит, тяжело и прерывисто дыша. Лицо у него было бледным, но на лбу больше не было испарины. Я тихонько постояла рядом с ним, наблюдая за его сном. Какой же он красивый, даже в таком болезненном состоянии. Тихонько прикрыв дверь, я спустилась обратно вниз.

За время моего отсутствия мужчины успели накрыть на стол. Роберт расставил тарелки и кружки, Рауль принес приборы и салфетки, а Гастон гордо водрузил на стол дымящуюся миску с рагу. Все выглядело довольно просто, но в то же время очень уютно и по-домашнему.

– Ну что, садимся? – спросил Роберт, отодвигая для меня стул.

Я с благодарностью кивнула и села за стол. Рауль и Роберт уселись по обеим сторонам от меня, а Гастон занял свое почетное место во главе стола.

Мы молча начали есть, наслаждаясь вкусной и простой едой. Рагу получилось на славу – сочное мясо, мягкие овощи и ароматный соус создавали неповторимую гармонию вкуса.

Наконец, когда все наелись, я нарушила молчание.

– Думаю, нам надо начинать приводить таверну в порядок, – сказала я, оглядывая обшарпанные стены и пыльную мебель. – С чего начнем?

– Думаю, сперва нужно провести генеральную уборку, – предложил Роберт. – Вымыть все полы, вытереть пыль, выкинуть хлам.

– А потом можно будет заняться ремонтом, – добавил Рауль. – Подкрасить стены, починить мебель, заменить разбитые окна.

– Конечно, работы тут непочатый край, – вздохнул Гастон. – Но, как говорится, глаза боятся, а руки делают.

– Я думаю, начать нужно с основного зала для гостей, – предложила я. – Это лицо таверны. Если мы приведем его в порядок, то сможем привлечь новых клиентов.

Но тут Роберт и Рауль разом возразили.

– Нет, – сказал Роберт категоричным тоном. – Начать нужно с нашего личного пространства.

– Да, – поддержал его Рауль. – Сперва нужно привести в порядок спальню.

– Что? – удивилась я. – Почему?

– Ну как почему? – Роберт смущенно переглянулся с Раулем. – Мы же там живем. Нам же там спать. Надо, чтобы там было чисто и комфортно.

– Именно, – подтвердил Рауль. – Надо сперва организовать свой комфорт, а потом уже думать о таверне.

– Но… – попыталась возразить я, но Роберт перебил меня.

– Нет, Ясин, решено, – твердо сказал он. – Начнем с спальни. А потом уже займемся залом для гостей.

Гастон, который до этого молча слушал наш разговор, вдруг подал голос.

– Ну, что я могу сказать… – пробормотал он, почесывая в затылке. – И хозяйка права, и ребята правы. Как тут быть?

Он посмотрел на меня и на мужчин по очереди, словно надеясь на какое-то чудо. Мне показалось, что старик просто не хочет принимать чью-либо сторону, боясь обидеть кого-нибудь.

Я понимала, что мужчины хотят, чтобы я чувствовала себя комфортно и безопасно в их обществе. Они хотели создать для меня уютное гнездышко, в котором я могла бы отдохнуть от забот и проблем. Но я также понимала, что таверна – это наш общий дом, и мы должны заботиться о нем вместе. И все же, глядя на их решительные лица, я поняла, что спорить с ними бесполезно.

– Ладно, – сдалась я. – Начнем с спальни. Но потом сразу же перейдем к залу для гостей, договорились?

Роберт и Рауль радостно закивали.

– Договорились!

Гастон одобрительно хмыкнул.

– Ну вот и славно! – сказал он, поднимаясь из-за стола.

– Я поднимусь к Эрнану и отнесу ужин, – сказала беря поднос и ставя на него миску с рагу и кувшин с прохладным морсом.

– Тогда мы займемся твоей комнатой, – сказал Рауль.

– Я думала Эрнан в ней сейчас, – я немного растерялась.

– Мы решили что раз самую приличную пришлось выделить Эрнану, то мы займемся соседней, – произнес Роберт и улыбнулся, и я почему-то улыбнулась в ответ.

С подносом в руках я поднялась по лестнице, стараясь не расплескать морс.

Войдя в комнату, я увидела, что Эрнан уже сидит на кровати, подперев подушками спину. Бледность все еще не сошла с его лица, но глаза уже были более ясными.

– Ты проснулся, – улыбнулась я, подходя к нему.

– Да, почувствовал запах еды, – слабо улыбнулся он в ответ. – Что это?

– Рагу. Роберт и Рауль постарались.

Я поставила поднос на прикроватную тумбочку и помогла Эрнану устроиться поудобнее. Он смотрел на меня с благодарностью, словно я совершила подвиг, просто накормив его.

– Давай помогу, – предложила я, поднося к его губам ложку с рагу.

Он послушно открыл рот и прожевал, слегка прищурившись от удовольствия.

– Очень вкусно, – прошептал он.

Я улыбнулась и продолжила кормить его. Он ел медленно, небольшими порциями, но я видела, что ему действительно приятно.

После еды я взялась за перевязку. Размотав старую повязку, я внимательно осмотрела рану. К моему облегчению, она выглядела намного лучше, чем утром. Кожа вокруг уже не была такой красной и воспаленной, а температура, как мне показалось, действительно спала.

– Кажется, тебе лучше, – сказала я, смазывая рану целительным бальзамом.

– Да, ты права, – согласился Эрнан. – Спасибо тебе, Ясин.

– Глупости, – отмахнулась я. – Заботиться о тебе – моя обязанность.

В этот момент Эрнан помрачнел.

– Да… Только вот плохой из меня получился истинный, – с горечью сказал он. – Это я должен о тебе заботиться, защищать и ухаживать, а не ты за мной.

– Не говори глупостей, – возразила я, заматывая новую повязку. – Семья – это когда все друг о друге заботятся. Когда одному плохо, остальные помогают. А сейчас тебе плохо, и мы все стараемся тебе помочь.

Он посмотрел на меня с каким-то непонятным выражением в глазах.

– Ты действительно так считаешь?

– Конечно, – ответила я, не понимая, что его смущает. – А что не так?

Он какое-то время молчал, глядя куда-то в сторону, а потом вдруг спросил:

– А ты не приляжешь рядом?

Услышав его слова, я тут же вспомнила, как не так давно полезла к нему с поцелуями, и как в итоге сделала ему больно. Мои щеки вспыхнули, и я невольно отпрянула от него.

– Нет, – быстро ответила я, отрицательно качая головой. – Я не хочу тебе помешать. Тебе нужно отдыхать.

– Ясин, что случилось? – нахмурился Эрнан. – Ты какая-то странная.

Я вздохнула и решила рассказать ему о разговоре, который состоялся за ужином.

– Роберт и Рауль… они решили, что сперва надо отремонтировать комнату для меня, а затем уже приниматься за таверну. Я считаю, что мой комфорт может и подождать, и что важнее вернуть таверне былую славу, но спорить с ними двоими было, – если честно я ожидала, что Эрнан поддержит мою позицию, но ошиблась.

– Они правильно рассудили, – улыбнулся мужчине. Тебе нужна чистая, уютная и комфортная комната.

– Ну вот и ты туда же, – поджала губы, но если честно мне было очень приятно, что и он тоже подумал о моей комфорте. Это было так непривычно, так ново для меня, что я улыбнулась в ответ на свои мысли.

Пока я говорила, в соседней комнате раздался громкий грохот, за которым последовала ругань. Я смущенно посмотрела на Эрнана.

– Вот, слышишь? – сказала я. – Они уже вовсю там трудятся.

Эрнан прислушался к звукам, доносившимся из-за стены, и на его лице появилось странное выражение. С одной стороны, он казался немного удивленным, с другой – раздраженным.

– Понятно, – тихо произнес он. – Значит, они решили взять все в свои руки. Не дожидаться меня.

– А ты хотел тоже поучаствовать? – спросила немного лукаво.

– Да, – кивнул мужчина и посмотрел прямо, что вызвало у меня табун мурашек и какую-то волну то ли неги, то ли возбуждения.

– Тогда отдыхай, – мягко сказала я, поднимаясь с края кровати. – Я спущусь вниз, помогу Гастону. Если что-то понадобится, просто позови.

Эрнан кивнул, все еще глядя на меня с тем самым взглядом, от которого у меня внутри все трепетало. Я вышла из комнаты, тихо прикрыв дверь, и направилась вниз, в общий зал таверны. Сердце стучало чуть быстрее обычного – слова Эрнана, эти мурашки… Все это кружило голову, но я решила отогнать мысли и сосредоточиться на делах.

В зале я увидела Гастона. Старик, пыхтя от усилий, пытался навести порядок. Он достал ведра, тряпки и щетки, но его движения были неуклюжими и медленными. Он ковылял от одного угла к другому, вытирая пыль с полок, но только размазывал ее по поверхности, а вода из ведра то и дело расплескивалось, оставляя лужи на полу.

– Гастон, давай я помогу, – предложила я, подходя ближе. – Ты же сам говорил, что глаза боятся, а руки… ну, ты понял.

Он выпрямился, вытирая пот со лба, и улыбнулся своей доброй, улыбкой.

– Ох, милая, я стараюсь. Но, наверное, ты права. Стар я для такой работы.

– Ничего страшного, – ответила я, закатывая рукава. – Давай вместе. Ты будешь указывать, а я сделаю.

Я взяла все в свои руки и начала с окон и подоконников. Пыль здесь осела толстым слоем, как песок в пустыне, но я упорно терла стекла, пока они не заблестели. Гастон сидел на стуле неподалеку, комментируя мои действия – то одобрительно кивая, то вспоминая, как в старые времена таверна сияла чистотой.

Затем мы принялись за столы. Вместе с Гастоном я отскребла с них въевшуюся грязь и грязные пятна, отмыла поверхность теплой водой с мылом, и столы засияли, словно новые. Наконец, я взялась за полы – налила в ведро воду, добавила щепотку соды и начала скрести. Работа была тяжелой, но она помогала отвлечься, заполняя голову простыми, понятными мыслями. Гастон помогал, как мог, подавая мне тряпки и вытирая мелкие углы.

Именно в этот момент с лестницы спустились Рауль и Роберт. Они явно не ожидали увидеть меня здесь, на коленях с щеткой в руках.

– Ясин? – удивленно воскликнул Роберт, останавливаясь как вкопанный. – Что ты здесь делаешь?

– Убираюсь, – ответила я, выпрямляясь и вытирая пот со лба. – А вы думали, я сижу с Эрнаном?

Рауль кивнул, оглядывая зал.

– Мы думали, ты наверху… С ним. А ты тут одна трудитесь.

– Не одна, с Гастоном, – улыбнулась я. – Но да, он уже устал.

Роберт и Рауль переглянулись, а потом, не говоря ни слова, быстро подошли ко мне. Роберт выхватил из моих рук тряпку и щетку, а Рауль схватил ведро.

– Нет, так не пойдет, – твердо сказал Роберт. – Ты иди отдыхай. Мы сами домоем.

Они тут же принялись за полы – мощные, уверенные движения, и зал начал преображаться на глазах. Я хотела возразить, но их забота тронула меня до глубины души. Вместо этого я просто стояла и смотрела, как они работают в унисон, словно давно привыкли к совместным делам.

– Пойдем, покажем тебе комнату, – предложил Рауль, когда пол был почти готов. – Мы ее уже почти закончили.

– Да, – подхватил Роберт. – Ты должна увидеть.

Я кивнула, чувствуя прилив тепла. Мы поднялись наверх, и они открыли дверь в соседнюю комнату. Я ахнула: внутри все преобразилось. Старые обои были сняты, стены выкрашены в теплый кремовый цвет, кровать заправлена свежим бельем, а на окне висели чистые шторы. В углу стоял небольшой столик с лампой, а пол был выскоблен до блеска. Это было просто, но уютно – настоящее гнездышко.

– Нравится? – спросил Роберт, наблюдая за моей реакцией.

– Очень, – прошептала я, чувствуя ком в горле. – Спасибо вам.

В этот момент снизу раздался голос Гастона:

– Я уже согрел воду для ванны! В старой купальне, все готово!

Я рассмеялась, а мужчины переглянулись с улыбками.

–Тебе нужно расслабиться, – сказал Рауль. – Ты это заслужила.

Я с улыбкой кивнула и вместе с Робертом и Раулем спустилась вниз. Гастон, сияя от гордости за проделанную работу, ждал нас у двери в купальню.

– Вот, полюбуйтесь, – сказал он, распахивая дверь. – Все готово. Вода теплая, травы душистые…

Я вошла внутрь. Купальня представляла собой небольшую комнату, отделанную камнем. В центре стояла большая деревянная купель, наполненная горячей водой, над которой поднимался легкий пар. В воздухе витал аромат трав и цветов.

Гастон проводил нас до самой купели, а затем, с понимающей улыбкой, оставил нас троих.

– Ну, я пойду, – сказал он, выходя из комнаты. – Отдыхайте.

Я ожидала, что Роберт и Рауль тоже уйдут, оставив меня наедине с собой. Но они даже не шелохнулись.

– Мы останемся, – сказал Роберт, будто прочитав мои мысли.

– Хотим помочь тебе расслабиться, – добавил Рауль, его голос звучал немного хрипло, как будто он нервничал. – Помыть спинку, натереть маслами…

Сердце екнуло. Я смутилась. Испугалась. Но вдруг всплыли воспоминания о той ночи – их прикосновения, их забота, то невероятное ощущение близости, которое я тогда испытала. И страх отступил, сменившись волной азарта и предвкушения.

– Вы… вы уверены? – прошептала я, чувствуя, как щеки начинают гореть.

Роберт подошел ближе, взял мою руку в свою и посмотрел прямо в глаза.

– Абсолютно. Мы хотим этого, Ясин. Если, конечно, ты не против.

Я молчала, глядя то на Роберта, то на Рауля, чувствуя их горячие взгляды на себе. И в этот момент я поняла, что действительно хочу этого. Хочу окунуться в эту атмосферу тепла, заботы и чувственности. Хочу снова ощутить их прикосновения.

– Нет, я не против, – тихо ответила я, и в этот момент вся неуверенность отступила. Осталось только предвкушение.