Измена. Новая жена дракона

Глава 48

Кристиан

Теодор снова нацеливается на Маркоса, но я сбиваю его с ног.

– Уйди с дороги! – ревет он, – Я займусь тобой позже! – А я хочу решить все сейчас! – преграждаю ему путь.

Да, у меня внутри все ревет от возмущения, что сейчас я защищаю Маркоса. Но, я успокаиваю себя тем, что с ним мы еще успеем выяснить свои отношения. В то время как Теодор должен во что бы то ни стало присоединиться к Армандо.

Если их проклятая кровь распространится по миру, это поставит под угрозу не только существование драконов, но и людей.

– Чего вы хотите добиться, отдавая свою кровь драконоборцам? – решаю спросить у него напрямую, хоть и понимаю – что бы там ни ответил Теодор, это в любом случае это не будет оправдывать его варварские действия.

– Чтобы у людей были силы противостоять таким чудовищам, как Леонардо! – налетает на меня он, – Неужели, ты хочешь, чтобы тоже что произошло с тобой и Армандо, испытал кто-то еще? Чтобы мир раздирали постоянные войны, а убийства стали повседневной рутиной?

Я чувствую его клокочущую ярость, которая будто усиливается за счет проклятой крови. И в чем-то я даже его понимаю. Вот только, согласиться с этом не могу.

– Я был бы не против, чтобы весь род Баррего сгинул в небытие! Но это только мое желание, только моя месть! Она не касается кого-то еще! Ты же своей жаждой крови рискуешь уничтожить кучу непричастных людей!

Теодор ревет, снова набрасывается на меня, пытаясь накинуть на меня обездвиживающее заклинание, но его магическая сеть взрывается мельчайшими светящимися частицами. Зелье Уго уже слабеет и если я срочно не справлюсь с Теодором, дело примет отвратительный поворот.

– Армандо был прав! – снова взлетает надо мной Теодор и закладывает новый вираж, – Ты как был шавкой рода Баррего, так ей и остался! А собаке положена собачья смерть!

Хоть умом я и понимаю чего он хочет и стараюсь сохранить хладнокровие, но его слова все же достигают своей цели. Моя кровь моментально вспыхивает.

Никто не смеет меня так называть!

Стрелой мчусь ему наперерез, защищаюсь от его яростного дыхания и сбиваю Теодора. Мы оба падаем, пробивая толстенную замковую стену.

Гнев и ярость захлестывают Тедора с такой силой, что его тело буквально не выдерживает. Проклятая кровь дает ему неограниченный запас сил и делает его заклинание просто дьвольски мощными. Тогда как не привыкшее к таким нагрузкам тело начинает распадаться.

Чешуя истончается, словно лед под солнцем, открывая взгляду незаживающие раны. Но разве есть дело до этого существу, которое практически познало бессмертие? Каких-то пара часов и все его раны затянутся без следа.

Из последних сил защищаясь от его бешеных атак и разрушительных заклинаний, у меня все же получается выбрать момент, чтобы откинуть его от себя магией. А, затем, припечатать сверху оглушающим заклинанием.

Не смотря на то, что я не жалел на него сил, заклинание, обрушенное на Теодора только слегка дезориентировало его. Он по-прежнему остается на ногах, но на долю секунды все-таки теряет инициативу.

Впрочем, мне достаточно даже этих крох времени!

Собрав воедино все силы, которые только у меня остались, я вкладываю их в свое самое убойное заклинание.

Разящее копье.

Вскинув голову к небу, я захожусь диким ревом – оставшаяся сила бешеным потоком покидает мое тело, причиняя дьявольские страдания.

Над головой Теодора появляется гигантское кроваво-красное копье. В тот момент, когда я выдыхаюсь и практически падаю на землю, оно стремительно опускается.

Пробивает израненное собственным проклятием тело Теодора и прибивает его к земле. Сила удара копья такова, что под телом Теодора образуется огромный кратер, а стены замка снова заходятся в тряске.

Сейчас бы этот кратер превратить в бушующее жерло, чтобы не оставить от Теодора ни следа и не дать ему возродиться в будущем. Но, к сожалению, сейчас на это способен только Маркос.

Теодор безуспешно пытается совладать с копьем, но оно не только намертво прибило к его земле, но и заблокировало часть сил.

Нужно как можно скорее найти этого гребаного Маркоса, чтобы он поставил жирную точку в этом противостоянии.

Кстати, о Маркосе…

Сейчас, когда Теодора сдерживает мое копье, я чувствую откуда-то издали еще одну угрозу. Она менее сильная, чем проклятая кровь Теодора, но отмахиваться от нее все равно не стоит. К тому же, кажется, что именно туда и полетел Маркос.

Срываюсь с места и несусь туда, едва держась в сознании из-за усталости и головокружения. В ушах шумит, а перед глазами появляется темное марево.

И все-таки меня хватает, чтобы найти Маркоса и опуститься рядом.

Поддерживать форму дракона я уже не в состоянии, поэтому тут же меняю ее на человеческое обличие. И замираю, не в силах понять что происходит.

Маркос валяется без сознания, возле него суетится Уго. А Ирен, со слезами на глазах, пытается привести его в чувство. Недалеко от них на земле корчится от боли какая-то незнакомая мне женщина.

– Господин… – вскидывает в панике голову Уго.

Сцепив зубы от истощения, подхожу к ним и наклоняюсь над Маркосом. Прикладываю к его груди руку.

Слышу едва слабое биение сердца.

Вот только… почему оно затихает?

– Кристиан… что с ним? – в отчаянии оборачивается ко мне Ирен, не в силах остановить слез.

Пытаясь понять в чем дело, я осматриваю женщину, которая кричит от боли, прижимая руки к животу.

Ясно! Удар ее магии, который принял на себя Маркс, вместе с более старыми ранами, оставили его практически без сил. Что дало возможность проклятию Армандо, которое все это время висело на нем, полностью поглотить Маркоса.

Ирен, которая так же находилась под влиянием этого проклятья ничего не почувствовала из-за того, что у нее нет ребенка. А вот у другой он, похоже, был. И сейчас оставшаяся без какого-либо контроля мощь проклятья высвободилась, чтобы исполнить свое единственное предназначение.

Сделать женщину, которая была в близости с Маркосом, бесплодной. А заодно, и пожрать самого хозяина.

– Вы можете что-то сделать? – с надеждой смотрит на меня Ирен.

– Я ничего не обещаю, – дергаю головой, закатывая рукава.

Закрываю глаза, прикладывая ладони к его груди.

Чувствую самого себя предателем. Края сознания обжигают слова, брошенные Теодором: “Ты как был шавкой рода Баррего, так ей и остался!”

Самым простым было бы дать ему умереть, чтобы все закончилось. Но шутка в том, что если я это сделаю, все будет только хуже. Даже если я использую призрачное дыхание, чтобы уничтожить Теодора, то покончить с Армандо я уже буду не способен. И на данный момент я не знаю того, кто был бы достаточно силен, чтобы противостоять ему.

Как бы мне не было отвратительно, но я должен вытащить этого идиота с того света.

Прежде всего, надо разобраться с проклятьем.

О том, чтобы развеять его не идет даже и речи. Тем более, в моем нынешнем состоянии. Но вот ослабить и перенаправить – могу. Чтобы оно не обвивало сердце и не отравляло его.

В тоже время, нужно как-то вдохнуть в него силу. Но откуда ее взять, я не имею представления.

– Если что-то нужно, я готова на все, чтобы ему помочь… – раздается над моим ухом отчаянный всхлип Ирен.

Вот только, чем она может быть полезна, если не владеет магией.

Хотя…

Мне в голову приходит внезапная догадка.

Связь истинных! Когда дракон-основатель признает девушку достойной для продолжения рода, он дарует ей метку. Которая не только позволяет связанным сердцам ощущать друг друга даже сквозь расстояния, но и может действовать как защитный механизм.

Что если я использую ее, чтобы на время притупить связь, а излишек силы вернуть обратно Маркосу?

Были бы со мной сейчас поддерживающие зелья Уго – вышло бы быстрее и проще. Но приходится работать без всего.

Я хватаюсь за красную нить, символизирующую связь истинных, чтобы ослабить ее, но она оказывается необычайно крепкой. Более того, при первой же попытке что-то сделать с ней, она вспыхивает ослепляющим светом и обжигает мне руки.

Мое тело отдается такой дикой болью, которой я не чувствовал со времен издевательств Леонардо.

Но не это самое странное. Если раньше сила перетекала от Маркоса к Ирен, то сейчас происходит наоборот! Бушующим потоком она вливается в Маркоса и я не понимаю откуда она берется.

Ведь Ирен не владеет магией.

Бросаю на нее ошарашенный взгляд и вижу слабую тень за ее спиной.

Величественный иссиня-черный дракон с шипастым гребнем вдоль спины, расправляющий крылья и запрокидыващий голову ввысь.

Тень дракона-основателя.

Того самого, что положил начало роду Баррего. И того, кто связал души Маркоса с Ирен воедино.

Похоже, он откликнулся на искреннее желание Ирен спасти его. Других объяснений у меня нет.

Проходит всего доля секунды, а тень за спиной Ирен истаивает. Как только она пропадает полностью, Ирен сама так же падает без сознания возле Маркоса.

– Господин, осторожней! – вскрикивает за спиной Уго.

Резко разворачиваюсь, краем глаза замечая несущееся мимо гигантское тело, покрытое незаживающими ранами.

Не может этого быть!

Теодор?

Но как ему удалось освободиться?!

Проклятье! Я не успеваю ничего сделать! Еще немного и он просто сметет нас, размазав по земле!

Я только вскакиваю на ноги, а Теодор уже опускается на нас, распахнув свою пасть.

Чувствую исходящее оттуда тепло – еще немного и оно превратится в испепеляющее пламя.

Мозг лихорадочно пытается найти выход из этой ситуации, но его попросту не существует.

Неужели я помру прямо здесь? Вместе с ненавстным мне отпрыском Баррего?!

В тот момент, когда в пасти Теодора вспыхивает сгусток пламени, меня обдает нестерпимым жаром.

Вот только, оно исходит не от Теодора!

Гигантская волна яростного пламени вырывается у меня из-за спины, едва не задевая меня и не превращая в полыхающий факел.

Пламя охватывает Теодора, который с оглушительным ревом падает на землю.

Лихорадочно оборачиваюсь, ища глазами того, кто это был и натыкаюсь на бледного Маркоса.

Он упирается в землю кулаками, по его белому лицу струится пот, но в его глазах снова плещется несгибаемая сила воли.

Поймав мой взгляд, Маркос хмуро скалится и хриплым голосом отзывается:

– Я же говорил, что ненавижу оставаться в долгу.

Затем, он замечает лежащую рядом Ирен и дрожащими руками подтягивает ее к себе.

– Что с ней? – уронив голос до шепота, спрашивает он.

– С ней все в порядке. И ты должен быть благодарен ей, – через силу отвечаю я, – Без нее тебя бы уже не было.

Мне на шею бросается Уго, в глазах которого стоят слезы. Он утыкается лицом в мое плечо и дрожащим голосом спрашивает:

– Все закончилось? Пожалуйста, скажите, что все это безумие, наконец, закончилось…