Измена. Новая жизнь

Глава 16

Не проходит и пары часов, а я уже в баре на Синопской набережной. Тут царит глухой полумрак в бордовых тонах, парадная лестница поражает размахом, огромные позолоченные статуи Будды встречают посетителей по всему пространству. Разглядываю замысловатый потолок, ритмично постукивая ногой в такт музыке. Приглашённый диджей играет дип-хаус, и на минуту забываю, что я вообще-то мать и практически экс-жена, мне будто снова восемнадцать, я на первом курсе и не пропускаю с подружками ни одной знаковой вечеринки в городе.

В одном крутом месте мы с Тёмой и познакомились. Всё было крайней прозаично, парни подсели к нам за столик, мы разговорились до той степени, что на втором курсе я уже выскочила за Артёма замуж, а там, вскоре, Алиса появилась. Моя студенческая жизнь закончилась, началась семейная, я перевелась на заочное и кое-как доползла до диплома и госов.

— Да тут грибная поляна просто. Смотрите, какие боровички засели, — смеётся Рузанна.

Ей около тридцати, она стройная брюнетка и не похоже, что страдает. Но Мила по дороге сюда шепнула, что у Рузы серьёзная трагедия в личной жизни.

Впрочем, как и у всех нас четверых, не зря же мы — «Клуб бывших жён».

Кто-то уже бывший, а кто-то ещё на пути к этому статусу.

— И поглядывают с интересом, — поддакивает Мила.

Слежу за их взглядами. Да уж… боровички… Мужики от сорока до пятидесяти, видно, что при деньгах, пришли поискать приключений на одну ночь. Чисто съём… Хотя, может, это просто цинизм во мне говорит, возможно, у кого-то из них есть и серьёзные намерения.

— Серьёзные намерения, — фыркает Руза.

Оказывается, последнее я в слух произнесла.

— Их серьёзные намерения по домам заперты, с детьми или даже уже внуками нянькаются, пока папашки отдыхают от бытовухи. Вот так, девочки. И не пытайтесь убедить меня в обратном, я на собственном опыте знаю, каково это. Как облупленных их вижу.

— Тогда и относись соответствующе, как они к тебе, так и ты к ним, — заявляет Мила.

— Именно это и собираюсь делать.

С нами ещё Аля. Алевтина. Но она тихая и молчаливая блондинка, немного испуганно осматривает интерьер. Видно, что ей не совсем уютно, будто она в подобных заведениях ни разу и не бывала. Может, так и есть?

Беру её под руку в качестве поддержки, и мы идём за Рузанной и Милой, которых ведёт деловая хостесс. Обрабатывает их с порога, подсовывая алкогольную карту и рассказывая о достоинствах вин и более крепких напитков.

Вскоре мы за столиком и уже с бокалами. Вернее, мы трое с вином, а вот Мила, как и обещала, с травяным чаем.

— Кто-нибудь есть будет? — Мила изучает меню.

— Есть? Поесть я и дома могу, — кидает Рузанна. — И вообще худеть надо, я теперь снова на выданье… Вернее, скоро буду.

— У тебя с фигурой всё нормально, — говорю искреннюю правду.

— Перед зеркалом в ванной я вижу все свои недостатки.

— Ты же говорила, что не хочешь отношений в ближайшее время, — подаёт голос Аля.

— А кто говорил про отношения? Буду пользовать мужиков. А то им можно, а нам нет, что ли?

— Может, использование — не лучший выход. Поначалу будет весело, а потом ещё противнее, не только от них, но и от себя самой, — настаивает Аля.

— Любовь к себе — это роман на всю жизнь, — заявляет Руза. — От себя мне точно противно не станет. А ну… за женскую силу давайте выпьем.

— И терпение.

— И мудрость.

— И хитрость… — добавляет Мила.

Мы чокаемся — три бокала и одна чашка.

С каждым глотком разговоры становятся всё откровеннее, а слова — грубее. Видно, что у девочек раны и обиды также свежи, как и у меня. Иногда они не стесняются в выражениях, и я постепенно подхватываю эту волну.

Ну и пускай голова кружиться… отосплюсь! Приеду на работу чуть позже. Или напишу, что приболела. Могу же отгул взять? Я столько времени без отпуска пахала и больничных, чтобы себя зарекомендовать. Ну или как вариант, удалённо поработаю.

Поэтому, когда подходит официант, осушаю бокал и двигаю его на край. Мгновение — и вино снова в нём.

Постепенно и я рассказываю всем о ситуации с Артёмом. А когда заявляю, что муж, прикрываясь карьерой, пытался оправдать сближение с начальницей, всем сразу хочется посмотреть, что там за операционный директор такой.

— Один момент, — тыкаю в экран телефона, чтобы зайти на корпоративный сайт. Сама я уже раз сто на эту Викторию Викторовну успела полюбоваться. — Вот эта, — стучу ногтем по открывшейся фотке.

— Ну… очень ухоженная и красивая женщина, только… — тянет Руза. — Только, по-моему… она тебя старше. Нет? Ну, выглядит точно старше. Лет на десять.

— Не на десять, поменьше. Ей тридцать три, мне двадцать шесть. С Артёмом разница ещё меньше.

— Разница присутствует. А ты хорошо сохранилась, выглядишь моложе своих лет.

— И что? Некоторые любят зрелых женщин.

— Да он альфонс, — кивает Аля.

— Не… был бы альфонс, бегал бы за бабками на европейских курорта, — подпирает щёку ладонью Мила и чуть зевает.

Ну, она в положении, ей простительно постоянно хотеть спать.

— А если б начальник у него мужик был? Он бы с ним тоже… того? — делает огромные глаза Рузанна. — По командировкам?

— Фу-у-у… девочки, — морщусь, — ну и фантазии у вас.

— А что? Может, это и за измену бы не считалось. Одно дело он с бабой кувыркается, другое дело — мужику даёт сквозь слёзы…

Почему-то от этой идеи мне смешно. Я хихикаю, и все остальные тоже.

— Да не-е-е, он натурал.

— Ну, пришлось бы ради карьеры… — Рузу несёт. Она прикольная, надо сказать, и очень острая на язык. — Раз для него это не принципиально.

Следующие несколько минут мы набрасываем разные идеи развития событий, как бы оно могло быть, и ржём как ненормальные.

Официант, подошедший к столику, подливает в бокалы, только Мила пьёт свой чай с травами, но это нисколько не мешает ей иронизировать по жёсткому над Тёмой. Ладно, пусть издевается, только бы по Глебу не рыдала. Ей вообще плакать нельзя.

Когда встаю из-за стола, ощущаю себя жутко пьяной.

— Я… туда… — тыкаю в сторону туалета. — Я быстро.

В обтягивающем зеленом платье и в полусапожках на тонкой шпильке передвигаться не совсем удобно, а уж после нескольких бокалов «Монтифьоре» тем более, но я как-то справляюсь, проходя по ровной траектории туда и обратно.

Только на обратном пути меня притормаживает мужчина. Ему в районе сорока пяти, лицо привлекательное, на голове короткий ёжик волос и глубокие залысины — нет, у него не алопеция, врождённая особенность. Даже ему улыбаюсь и пытаюсь понять, что он говорит. Вроде, зовёт куда-то. Приглашает присоединиться к их компании.

— Сорри, — вскидываю руки, — я с подругами.

Отрицательно качаю головой и делаю вид, что до конца не расслышала. Семеню к нашему столику. А пол всё норовит уйти из-под ног, такой проказник.

— Кто это там к тебе подкатил? — прищуривается Рузанна, смотря в сторону мужчины, пока я плюхаюсь за столик.

— Без понятия. Я как-то не впечатлена.

— А что надо, чтобы ты впечатлилась от мужчины?

Думаю о своём секси-докторе Менделееве. О его усмешках, наверняка, мягких губах, об ощущении надёжности и крепкого плеча. Всё в нём идеально: рост, внешность, бархатный баритон, внимательность, ум и эмпатия.

И раскрываю девочкам свои мысли.

— Ты так говоришь уверенно, будто кандидата уже нашла.

— Да есть один… Никита зовут. Нравится очень, но… без взаимности, — вздыхаю разочарованно и снова тянусь за бокалом.