Измена. Пока месть не разлучит нас

Глава 22

Лидия

Что я хочу сделать:

1. Грохнуть об пол тарелку

2. Послать к черту женишка

3. Провалиться под землю.

4. Сойти с ума (уже)

5. Урыть Семушку

6. Я страшно устала

МЕСТЬ. МЕСТЬ. МЕСТЬ

Что я не хочу:

1. Козла Алекса (прям тошнит от вида его сладкой морды)

2. Снова влюбиться

3. Маминых нотаций в стилен «А я же говорила»

Кто стучится в дверь ко мне, с бизнес сумкой в сильной руке. Точно не почтальон.

— Какого… Вы маньяк? Как вы меня нашли? Вы что за мной следили? Господи.

Его зовут Борис. И он стоит на пороге моего дома, улыбается, и что-то протягивает мне. Что-то на чем я не могу сосредоточиться, потому что…

— Вы снова промазали мимо сумочки, Лидия. И я решил…

— Вообще-то у меня гости. И мой папа сейчас обсуждает свадьбу с моим женихом, — прошипела я. — И вообще, откуда вы взяли мой адрес? Вы точно жуткий.

— Да нет. Совсем даже, — черт меня подери, улыбка у этого психопата такая, что хочется растечься лужицей. А я ведь давала себе слово, что больше никаких мужчин. — А жених, это тот который женат?

— Не ваше собачье дело, — грубовато, но мне простительно, я на нервах весь вечер. И почему я дурю? Надо же просто было отцу рассказать, что у меня нет жениха. Он бы вывернул Алекса наизнанку и этот гребаный фарс бы закончился. И я бы надела любимую пижамку от «Сикрет», розовую. Из натурального шелка, свалилась бы в кровать с тарелкой вредных чипсов, включила бы какую-нибудь комедию и… И что дальше? Что? Проклятый козел Леша побежал бы зализывать раны к жене, к Мальке. И даже если бы никто из них его не принял, вокруг же полно идиоток. Таких как я… — И вы не ответили на мой вопрос.

— Дочь, кто там? Мы заждались, — отец так неожиданно появился в прихоже, что я даже не успела захлопнуть дверь перед носом нахального маньячеллы. — Твой жених нервничает. О, Борюсик, какими судьбами?

Ндао же, папуля мой расплылся в улыбке. Редкий случай. Я бы сказала — редчайший. Почти небывалый. Они что, знакомы? Боже, какая я дура, выложила все свои секреты незнакомому мужику. И теперь все наши с девчонками мероприятия по урытию скота Алекса под угрозой. Вика не успеет оставить без штанов неверного мужа. Я не получу морального удовлетворения от того, что подонок, нас обманувший, останется безнаказанным, а Малька… И я виновата, потому что наивная дура. Ну откуда мне было знать, что…? Вот сейчас он все расскажет папе, и тут будет такое шоу, что перед ним померкнет любой цирк «Дю Солей»

— Проходи, проходи. У нас торжество семейное. Так, погоди, а ты что с дочей моей знаком? Ох, молодежь. Вот, Лидуся, жених то… Ну да чего уж теперь говорить то. Представляешь, Боря, замуж собралась моя принцесса. Так ты чего тут?

— Да вот, приехал отбить твою дочь у ее жениха, — хмыкнул маньяк Борюсик. Что он несет? Совсем что ли? Отбить? Блин, так притяно от чего-то и тепло. О, нет. Нет, нет. Нет, только не это.

— Папа, Борис уходит уже, — сказала я, змеино улыбнувшись. — Я ненавижу когда меня выслеживают.

— Да я не выслеживал. У тебя же карта элитного клиента сети моих магазинов, — снова эта его ухмылка, и ямочки на щеках, и проклятые черти в карих глазах. Да что происходит вообще? — Ты когда ее оформляла, оставляла свои данные. И между прочим, я звонил, но было занято.

— Потому что я говорила с женой… Не важно, — промямлила я.

— В общем, мне и вправду пора, Лида. И позвони мне, когда вы с подругами сделаете свое дело. Ну. Или если будет нужна помощь, — подмигнул мне маньяк.

— Нет, нет и нет. Отказов не принимаю, — папа, блин. Ну я же почти выдохнула. Почти. — Боря, проходи, хватит церемонии разводить китайские. Ты меня знаешь. Не заставляй охрану подключать. Хоть один нормальный человек сегодня будет в этом доме за столом. У меня уже изжога началась. Будущий зять у меня ни рыба ни мясо. Балованные девочки совсем не умеют выбирать себе первых мужей. Лида, вот мне зять то. Я бы прямо вас благословил сейчас и все. А этот…

— Так я не против, — ухмыльнулся маньячелла. Выдрать бы у него из ручищ портфель, да дать им по холеной самоуверенной морде. — Благословляй.

— Придурок, — прошипела я, и развернувшись почапала в сторону столовой. Наверняка там мамуля уже высосала морально дурака Алекса. Но от чего-то мне совсем уже плевать на происходящий фарс. Чертов маньяк, ну какого лешего он приперся? Хотя… А мне приятно.

Блин, я иду в столовую, как на ходулях. Ноги не гнутся. Надо позвонить Вике. Я ей сто раз уже набрала, а она не соизволила ответить. И Семушка еще… Куда он делся? У меня предчувствия дурные, и надо бы предупредить Вику. А Малька… Абонент не абонент. И она явно где-то совсем далеко, потому что робот говорит на английском в ее телефоне.

Алекс сидит за столом. Словно палку проглотил. Бледный, но в его глазах я вижу злые искры. Не привык женишок к такому обращению. Он то считал, что все ему должны поклоняться, как идолу. И при взгляде на Бориса, он совсем теряет самообладание. Слишком хорошо я знаю этот его взгляд. И его я знаю, как облупленного. Точнее, думала, что знаю.

— Привет, — Борис тянет руку Алексу. И у меня такое чувство, что он собирается проигнорировать этот дружеский жест. — Я друг Лидии.

— Друг? — выгнул бровь Алекс. В голосе столько яда, что можно вытравить всех тараканов в радиусе километра. — Настолько близкий, что пришел на семейное торжество? Лида, ты пригласила постороннего человека на ужин, посвященный нам? Тебе не кажется, что это слегка странно?

— Нет, но мне кажется, что ты не имеешь права мне указывать, что и когда я должна делать, — я злюсь. Аж слепну от ярости. Черт, а ведь недавно совсем я считала, что Алекс эталон, что он всегда и во всем прав. Да что происходит? О, боже, он удивлен. Козлина, блин. Не привык, что я могу быть вот такой. Хотя, я такой не была никогда. И это меня даже заводит и веселит.

Руку Борису Алекс так и не пожал. Это меня тоже раздражает, и от чего-то мне обидно. И я вижу, что еще совсем немного, и отец мой просто взорвется. А Борис… Он просто садится на стул рядом со мной. Настолько близко, что я чувствую исходящий от него жар.

— Ну, мы познакомились сегодня. Часа два назад, кажется. Я угостил Лиду эклерами. А потом Лидия потеряла мою визитку. И я решил…

Снова эта обезоруживающая улыбка на лице маньяка. Только глаза его остались ледяными, сканирующими. И мне кажется, что Алексу неуютно от этого его взгляда больше, чем от яростного моего отца.