Измена. Пока месть не разлучит нас

Глава 27

Виктория

Нет, я не чувствую триумфа. Пока не чувствую. Еще не поняла даже, что теперь я почти свободна. И состояние похоже на легкую истерику. Это потому, наверное, что мы с девчонками еще не отмщены. И потому, что я понимаю, что моя жизнь изменилась так сильно, что аж немного кружится голова. Словно укачало на карусели.

— Да, Петр Алексеевич. Спасибо за помощь. Все шикарно пвышло. И Малике привет большой. Да. Машину? Да, завтра, — шепчу я в трубку, пока Алекс выбежал в очередной раз ответить на телефонный звонок. Молодцы девочки. Четко сработали. Так напугали изменщика, что он не глядя подмахнул все документы.

Что ж, вторая часть марлезонского балета.

— Детка, тут шикарно. Это очень дорогой ресторан, — Алекс лучится самодовольством. Ему всегда нравилось чувствовать себя хозяином жизни. Пусть даже просто вот так, выпячивать на показ, чего он не добился в своей жизни. Притворство это называется и самолюбование. Что ж, пусть. Тем больнее будет падать. Осталось недолго. А дальше? Что будет дальше, когда свершится наша с девочками месть? Что у нас останется? Я вдруг осознаю, что боюсь потерять новоиспеченных подруг. Что не хочу остаться одна. Что Семушка все таки уедет. Я боюсь пустоты.

— Да, милый. Но я думаю, что сегодня я заслужила такую роскошь, — я улыбаюсь. Платье, выданное мне Лидой, очень неудобное. Декольте слишком глубокое, и бретели впиваются в плечи. Но… Выгляжу я бомбезно. Кстати, редкий случай, когда я сама себе понравилась в зеркальном отражении. — Я сегодня выиграла.

— Мы, дорогая. — улыбается Алекс, словно сытый кот. Подливает мне в бокал шампанское. — Мы сегодня провернули очень удачную сделку.

— Ты даже не представляешь насколько, — я верчу бокал в пальцах. Вот интересно, он забыл, что я «типа беременна». Или это такой жест, пренебрежения тем, чего он меня лишал столько лет. Обманывал, делал уколы. Как же мерзко. Хочется выплеснуть дорогую шипучку в его лоснящуюся самодовольством рожу. А ведь он, наверняка, думает, что это он сегодня на коне. — И, мне нельзя алкоголь. Ты не забыл?

— Не забыл. Слушай, а ты уверена, что мы сможем… Ну… Ребенок это огромная ответственность.

— Алекс, я… — у меня в сумочке звонит телефон. Улыбаюсь. Очень кстати, иначе бы я прямо сейчас не сдержалась и растерзала козла, не дав моим девчонкам тоже насладиться. — Кто-то звонит.

— Кто? — он вроде спокоен, но в глазах паника.

— Не знаю, номер незнакомый. Извини, я выйду из зала. Надо ответить. Может клиент.

— Нет, — он почти взвизгивает. Я приподнимаю вопросительно бровь. — Давай хоть один день проведем спокойно. Работа, работа, работа. Викусь, ну такой день прекрасный. А от работы, сама знаешь, кони дохнут.

— Ну хорошо, — сбрасываю звонок. Все идет по плану. — Знаешь, Алекс. Я вот думала тоже. Ну, про ребенка. Я пыталась понять, почему у нас не получается. Столько врачей прошла. Здорова. И знаешь, что я думаю?

— Что? — Алекс напряжен. Аж щекой дергает. Боже ну как же смешно. Как же я раньше не замечала, что вся его ложь буквально написана у него на физиономии. Верно говорят, любовь слепа. Но любовь ли это была? Я уже начинаю сомневаться.

— Ой, смотри ка. Там мой клиент. Я ему дизайн магазинов делала. У него шикарные магазины. Помнишь, мы ели с тобой сыр тот, ну вонючий? Это из Борисова супермаркета. У него есть собственная сыроварня, и винодельня, — я показываю взглядом на обнесенную стеклом зону, где весело смеется Лидуся. Она румяная, расслабленная и очень красивая. И она не притворяется, судя по тому, с какой лёгкостью поднимает бокал для тоста. Черт, это она зря. Она же «беременна». Совсем расслабилась. — И он с дамой. Знаешь, он говорил, что у него есть девушка. Красивая она, правда?

О, да. Лицо Алекса нужно видеть. Там такая смесь эмоций, что мне его даже немного жаль становится.

— Ты красивее, — морщится мой уже «почтимуж» — Видно же, что она шлюшка. Дорогая, но…

— Господи. Алекс ну как ты это определил? По моему эта женщина очень шикарна, и она подходит Боре очень. Слушай, пойду я поздороваюсь. Тем более, что у меня были вопросы.

— Нет, — Алекс аж на стуле своем подскакивает. — Это неуместно. И вообще. Мне тут разонравилось. Поехали домой. Там отметим все наши победы.

— Ну. Я не хочу. Мне тут нравится, — я дую губы капризно. И делаю вид, что вот-вот зарыдаю. Это очень смешно, не сорваться бы. — Я никуда не поеду. Я хочу тартар из говядины и устриц. И еще…

Чувствую спиной движение. И замираю, вдыхая аромат мужчины. Уже знакомый, дразнящий и все еще не привычный.

— Девушка, можно вас на танец пригласить, — бархатный, насмешливый бас, проникает в каждую клеточку моего тела. И я боюсь даже оборачиваться, потому что могу себя выдать.

Семушка стоит возле столика. И сразу видно разительное отличие между ним и моим недомужем. Он шикарен. Пиджак небрежно расстегнут. На губах его вечная фирменная улыбка. Черт, да я не танцевать сейчас с ним хочу. Совсем другого.

— Моя жена не танцует, — процедил сквозь зубы Алекс.

— А ты не поешь? — хмыкнул Семен. — Я жду, когда мне ответит дама.

— Алекс, а я хочу потанцевать, — выдохнула я. Подала руку мужчине, сводящему меня с ума. Ну и пусть он снова станет собой. Зато я уже поняла, что значит настоящий мужик. И кажется, я слышу зубовный скрежет. Эх, Алекс.

— Твой муж сейчас меня испепелит взглядом, — шепнул Семушка, обхватив меня рукой за талию. — Или сточит свои зубы.

— Ну и прекрасно. Зубы ему тоже я оплатила, — хриплю я, загибаясь от желания других прикосновений.

— Так что, детка, у нас все идет по плану?

— Даже лучше.

— Тогда может быть мы продолжим этот вечер в огненном экстазе?

— Молчи, — умоляю я, чувствуя, как слабнут ноги. — Пожалуйста. Просто помолчи.

— Тогда я тебя украду. Увезу на край света…

— Музыка закончилась. Давай не будем девочкам портить удовольствие. Они заслуживают получить свою долю триумфа.

— А на край света?

— Про это мы с тобой потом поговорим. Когда все закончится, — шепчу я, навесив на лицо боагодарную улыбку. Семушка мне целует руку. И я иду на негнущихся ногах к столику, за которым сидит Алекс, похожий на раскаленный самовар. Я не хочу сидеть рядом с ним. Я хочу на край света.