Утро началось не с кофе. Оно началось с песен водопада, который теперь пел особенные мотивы — будто повторял магическое имя новой владелицы этой земли. Ла Риса стояла на балконе второго этажа, облачённая в лёгкий шелковый халат, и смотрела, как из-под водяного свода к поверхности поднимается светящийся туман. Артефакт явно был в хорошем настроении — воздух искрил, а магическая сеть дома переливалась радужными волнами.
Юля появилась чуть позже, сонная, но довольная. На ней была рубашка с чужого плеча — судя по запаху, это был Лоэн.
— Доброе утро, о мать рода Терра Альба, — хмыкнула она, присаживаясь рядом на подогретый подоконник. — Что, артефакт снова разговаривал с тобой?
— Он… мурлыкал. Как будто знает, что мы сегодня собираемся расширять территорию. — Ла Риса потянулась. — И готовиться к аукциону.
— Ох да, тот самый закрытый. Думаешь, дадут поторговаться?
— Нам нужно не торговаться. Нам нужно найти то, что заставит пустыню отдать свои тайны. Иначе наш оазис останется каплей в песке.
* * *
Дом жил. В буквальном смысле. Он рос, перестраивался по желанию. Новый маготехнический генератор под водопадом позволил интегрировать ещё три модуля: лабораторию, комнату для фамильяров и мини-храм для обращения к силам рода.
На кухне магический чайник варил одновременно шесть сортов чая, а хлеб сам допекался в хлебнице, напевая мотивы земной классики. Один из стульев всё ещё норовил укусить кого-то, кто садился слишком резко — проклятие забавного гнома-строителя, которому Ла Риса случайно переплатила двойную сумму. Теперь стул считал себя охранником.
Юля рассматривала новую ткань для платьев. Магическая материя подстраивалась под настроение и могла менять оттенки: от дымчато-серебристого до густого винного.
— Надо бы заказать караван тканей, — размышляла она, — если, конечно, мы не планируем весь гардероб из паранджи и бронекостюмов.
— Планируем выглядеть роскошно. Но бить — как буря, — отозвалась Ла Риса, глядя, как одна из фамильярных сфер катится по полу, приветствуя новую магическую сеть дома.
* * *
Вечером, перед самым ужином, в доме появился её брат — Тар’Миэл. Его строгая фигура, как всегда в парадной форме родового теневого легиона, казалась особенно высокомерной в обстановке домашнего уюта. Но стоило ему заметить Юлю — взгляд смягчился, и он почти улыбнулся.
— Ты стала легче, — сказал он ей негромко.
— Я стала настоящей, — ответила Юля и позволила ему коснуться её руки.
Ла Риса с усмешкой наблюдала за этой сценой. Только одна рука Юли, без перчатки, и одно прикосновение к плечу — и союз заключён. Дом отозвался тихим звонким аккордом, словно приветствуя нового мужа рода.
— Придётся строить больше комнат, — пробормотала Ла Риса. — Мы не помещаемся, а ещё высиживаем фамильяров…
— Кстати о них, — вмешалась Юля, — твой артефакт под водопадом снова активировался. Он открыл ещё один тайный проход. Там… гнездо.
— Ещё?
— С десяток яиц. Разных. Некоторые даже излучают холод. Думаю, там будут ледяные фамильяры.
* * *
К вечеру магические строители закончили установку нового модуля на втором уровне — зала для тренировок. Кара лично проверила каждый шов, каждый контур.
— Программа тренировок готова. Менталистика — с Юлей. Тактика и ближний бой — со мной. Уклонение и активация скафандра — со мной. Дисциплина — с Ла Рисой. А эротические перегрузки и «разрядка» — с вашими мужчинами. Будет весело.
— Кара! — в голос воскликнули обе.
— Я лишь подмечаю очевидное, — невозмутимо ответил биоробот.
* * *
Ночью, у водопада, Ла Риса сидела на камнях, укутавшись в тонкую накидку. Артефакт пульсировал где-то в глубине скалы. На коленях у неё лежала одна из сфер — будущее фамильяра. Она держала её, как мать — будущего ребёнка. А в сердце звенело: тревога, волнение… ожидание.
Тар’Миэл подошёл молча, сел рядом.
— Я слышал, вы собираетесь на аукцион?
— С Юлей. Кара будет с нами. Мы выбраны. Нас пригласили. Мы не можем отказаться.
— Я знаю. — Он протянул руку и провёл пальцами по её щеке. — Ты меняешься. Но остаёшься собой. Ты — Ла Риса. Но теперь ты — мать рода. И ты не одна.
— Я знаю, — шепнула она и улыбнулась. — Я ощущаю всех вас. Как будто сама стала ветром, проходящим по холмам этой земли.
Он не ответил. Только обнял. И долго сидели молча, слушая, как водопад шепчет что-то древнее.
А в глубине скалы… одно из яиц зашевелилось.