Лекарка. Призрачная тайна - 3

Глава 11

Вздохнула, поймала пытливый взгляд Юрия и пожаловалась:

– Как вот теперь в неизвестности мучиться? Мог бы и побольше подробностей рассказать, раз уж сам позвонил.

– Тайны следствия, - глубокомысленно заметил бывший опер. - Но как по мне, так лучше знать меньше, но спать крепче. И в своей кровати, а не в следственном изоляторе. Как считаете?

– Да, крепкий сон - хорошая вещь, - вздохнула с грустью, которой мужчина не понял. - Ладно, вы правы. Мне есть чем себя занять. Кстати, не планируйте ничего на последнюю субботу августа. Мы с Костей определились с датой торжества. Приглашаю.

– Благодарю. Обязательно буду, - с улыбкой заверил меня Одинцов. - А Лекарку будете звать?

– Не думаю, что ей будет интересен этот праздник, тем более днем, - покачала головой. - Она активна преимущественно ночью. Да и зачем пугать людей? Читала одну легенду, где о призрачной лекарке говорили в негативном контексте. Мол, смерть привлекает и всё такое.

– И что? Считаете, это не так?

– Конечно, не так! - фыркнула. - Не могу назвать себя великим специалистам по призракам, но точно могу сказать одно: эта Лекарка убивает только за дело. И не людей, а сущей и откровенных нелюдей. И даже не спорьте со мной, бесполезно.

– Да как-то и не планировал, - удивился Одинцов. - Елизавета, я уже понял, что вы с ней подруги, не надо так нервничать. Я и сам в последнее время не особо законопослушен, сами знаете, так что, пожалуй… Оставим тему. Кстати, мы уже подъезжаем в ближайшему салону. А что по тем платьям, которые вам понравились в прошлый раз? Давали кому-нибудь посмотреть? Что люди говорят?

Охотно переключившись на гораздо более приятную тему, я охотно обсудила с Юрой всё, что он и сам был не прочь обсудить, так что в салон мы с ним вошли в приподнятом настроении и предвкушая ещё один плодотворный день.

Увы, в этом салоне нам не повезло. В нём были представлены традиционные для этого сезона пышные платья с километровыми шлейфами, так что я лишь бегло глянула ассортимент и мы отправились дальше. Следующие три салона тоже не порадовали ни нарядами, ни обслуживанием. В пятом мне кое-что приглянулось и я даже примерила, но стоило поинтересоваться ценой, как даже у меня бровь дернулась и я поняла, что не готова выложить миллион (и даже больше!) за платье, которое надену один раз.

В итоге к двум часам мы с Юрой объехали все запланированные на этот день места и я снова убедилась, что тот салон с платьями, которые одобрил и Костя, и мама с Ольгой, станет моим фаворитом. Ну а пока можно пообедать и потихоньку двинуться в сторону спортзала.

Мы уже выехали из города и подъезжали к Вишнёвке, когда моего сознания деликатно коснулся Акелла, но с тревожными новостями. Всё это время животные предпочитали гулять в парке рядом с домом и лишь ответственный волк сопровождал меня в том числе и по городу, но в отдалении, не приближаясь слишком близко, но сейчас именно Борька передавал ему взволнованную мысль о том, что где-то неподалеку колеблется пространство, готовое критично истощиться с минуты на минуту.

О, нет!

Где?!

Тут же перед глазами мелькнула смазанная картинка какого-то муниципального учреждения. То ли поликлиника, то ли больница… Детский сад! И самый разгар дня!

Хотя нет, у детей сончас, но…

Ничем не легче!

– Юрий, срочно сворачивайте на Кленовую, - приказала отрывисто, а когда мой телохранитель молча и безупречно выполнил приказ, развернувшись в нужном направлении на ближайшем перекрестке, взволнованно уточнила: - Вы можете связаться с ближайшей заставой или отделением магконтроля? С минуты на минуту произойдет прорыв!

– Откуда информация? - напрягся Одинцов.

– Чую! Потом, всё потом! Пожалуйста, просто поверьте!

Глухо чертыхнувшись, мужчина уточнил:

– Адрес?

– Частный детский сад на Кленовой.

– И мы едем туда?! - возмутился опер. - Жить надоело?

– Юра, это приказ, - процедила. - Я должна быть там и это не обсуждается. Можете помочь - помогайте. Не можете - хотя бы не мешайте.

Процедив едва слышно, но вполне отчетливо “самоубийца”, тем не менее Одинцов втопил педаль газа в пол, а сам взялся за телефон и начал кому-то названивать. Говорил быстро, отрывисто. На кого-то даже накричал, но из контекста я поняла, что подкрепление всё же будет, тем более прозвучала фраза “Лекарка сказала”, так что можно было надеяться, что это придаст окружающим стимула и скорости.

Если это, конечно, не подполковник Шувалов.

На миг скривившись, уже в следующий тянулась сознанием к призракам, которые уже были на месте и докладывали обстановку. Пока она была спокойной, но и Пинг, и Понг подтвердили, что пространство уже идет мощной рябью, а значит, времени остались считанные минуты.

И я просто не успею вынырнуть из тела.

Вот черт!

– Юра, вы умеете петь? - уточнила, когда поняла, что у нас только один шанс, и я обязана им воспользоваться.

– В смысле? - растерялся Одинцов, аж машина слегка вильнула.

– В прямом. Вы умеете петь?

– Нет. Совсем. В школе про таких, как я, говорили: медведь на ухо наступил. А вам зачем?

– А патриотические песни знаете? - продолжала спрашивать я.

– Ну а кто ж их не знает? - пробормотал мужчина.

– Вы же не боитесь выставить себя… глупо?

– Я вас начинаю бояться, Елизавета, - пробормотал телохранитель. - Что задумали?

– Хочу сделать из вас приманку, - призналась честно. - Но мне нужно ваше доверие. Вы ведь умеете держать круговой щит-купол?

– А-а… - протянув, Одинцов хмуро покосился на меня через отражение и вздохнул. - Умею. Доверяю. Понял, что хотите. Но если умру, считайте меня героем. Договорились?

– Не умрете, - пообещала ему, скупо улыбнувшись. - Мне ещё на вашей свадьбе гулять.

– На моей? - растерялся Юрий.

– На вашей, на вашей, - усмехнулась. - Или не люба больше Марфуша?

– Ну, скажете тоже, - неожиданно сильно смутился телохранитель, но быстро посерьезнел, ведь мы уже вырулили на конечный отрезок пути и в ту же секунду пространство треснуло с неприятным звуком натужно рвущейся ткани, и прямо на дорогу начали лезть полуметровые сущи.

И далеко не одна…

– Святые небеса… - кажется, у оперативника пропал дар речи, но затем он глухо чертыхнулся, увидев, как две первые твари, услышав человеческую речь, ускорились и помчались в сторону идущей мимо молодой пары.

Мысленно отдала приказ Борьке иди на перехват, уже зная, что Акелла страхует нас с другой стороны, тоже контролируя почти пустую, но всё же не до конца улицу. Человек двадцать на ней было. Все шли по своим делам, и ладно бы просто прочь, но нет, кто-то как раз направлялся к эпицентру уже затянувшегося разрыва, откуда появилось не меньше трех десятков тварей.

– Стоп, здесь! - скомандовала тормозить, чтобы самой не оказаться там раньше времени. - Отойдите метров на пять в сторону, ставьте на себя защиту и начинайте петь. Главное, громко, остальное неважно.

– В смысле “на себя”? - выпалил Юрий уже мне в спину, ведь я, отбросив в салон шляпку и перчатки, уже выскочила на улицу. - А вы?

– А я присоединюсь к вам чуть позже. Песню, Юра! - И тут же, заметив метрах в пятидесяти бегущего мальчугана, который звонко смеялся и тем самым привлек к себе повышенное внимание сразу трех тварей, ринувшихся ему наперерез, выкрикнула вслух: - Архимед, Акелла, ребенок!

Сама, прибавив шагу, чтобы оказаться как можно ближе к скверносущам, которые уже отреагировали и на меня, сложила пальцы в гьярна-мудру, и безжалостно поджарила ближайших.

В ту же секунду за спиной немного грубовато и невпопад, но зато очень громко запел Юра:

Над старинным московским кремлем вьется знамя с двуглавым орлом,

И звучат священные слова: славься Русь, отчизна моя!

Люди, увидевшие нас, остановились, начали растерянно озираться и переговариваться, а я что есть сил закричала:

– Прочь! Все прочь! Проводится спецоперация по перехвату и уничтожению сущей!

И снова вжарила светом по тварям, истошное подвывание которых, судя по всему, слышала одна я.

Удивительное дело, но люди мне поверили, не став подвергать моё заявление сомнению, а предпочтя убраться из опасного района поскорее. Благо это была не оживленная улица с бутиками, а откровенно спальный район, да и в садике был сончас, так что никто не гулял по участкам и можно было надеяться, что всё обойдется.

Ащ-щ!

Не заметив атаку со спины, ощутила, как призрачное щупальце обвивает мою шею, сдавливая её так сильно и резко, словно было не призрачным, а вполне себе материальным, но тут же резко развернулась и отправила в монстра шар белого пламени.

Хватка моментально ослабла, а контрольного роя искр хватило, чтобы монстр взорвался. А нет, это Борька его протаранил. Спасибо, мой хороший. С меня причитается.

Где-то вдали завыла сирена, давая понять, что помощь уже на подходе, а я поспешила разделаться с очередной сущью, понимая, что лучше успеть сделать это до того, как набегут бойцы и добьют оставшихся. К сожалению, тело нежной княжны было гораздо менее подготовлено к борьбе с сущами, чем призрачная душа, и я двигалась не так быстро, как мне хотелось самой, так что поспешила к Юрию, который уже привлек к себе почти дюжину самых шустрых и голодных, и сейчас они активно хлестали своими жгутами по энергетическому куполу, под которым периодически сбиваясь, пел уже вторую песню мой телохранитель.

Ничего-ничего… Закончим - выпишу ему премию! Всё-таки на такое он точно не подписывался.

– Юра, так держать, - улыбнулась ему скупо, подбегая ближе и сразу уничтожая ещё одну тварь. - Весь мир смотрит на вас, не подведите. Кстати, если что, я не при чем. И даже не вздумайте выдать меня своим коллегам. Я обижусь, а вам не поверят.

Глянув на меня ну очень выразительно, мол “я вам это еще припомню”, вслух Одинцов заорал:

Так было в России с далёких времён – чем выше давление, тем крепче бетон.

И если опасность державе грозит, становится Родина как монолит.

В горниле победы сегодня как встарь, опять закаляется Родины сталь.

О, как! Не слышала такую песню, надо будет пополнить ею свой репертуар. Ну а пока… Н-на!

Поджарив ещё пятерых, кто сам отвлекся на меня, и видя, что купол ещё не дрожит, а сирена воет уже метрах в двухстах, я предпочла отбежать на противоположную сторону улицы, чтобы добить сущь, которую яростно грыз Жорик, но сам справиться не мог. Вместе мы уничтожили тварь, после чего я отошла ещё дальше, мысленно проверяя питомцев, которые уже разделались со всеми остальными скверносущами, и Акелла подтвердил, что ни один монстр не ушел от наших зубов, клыков и просто расплаты.

Вот и отлично!

Ещё через десять метров и под прикрытием особо удачного куста акации я нашла лавочку, куда устало присела, мысленно прося ребят отойти подальше от опасного участка, где сейчас будут работать профессионалы, а рядом попросила остаться лишь Понга, который стал моими глазами, взобравшись на высокое дерево и уставившись туда, где уже ничего не пел Юра, зато активно разряжали мушкеты бойцы с седьмой заставы.

Рядом с ним оставалось не больше десяти сущей, что для магов было легкой разминкой, так что с тварями было покончено в считанные секунды, ну а потом начался допрос с пристрастием. Кто такой, как узнал, помогал ли кто и всё в таком духе.

На этом месте я замерла.

К счастью, Одинцов не подвел и честно соврал, что ехал от хозяйки, которая страдает повышенной параноидальностью, так что вооружен самыми разными амулетами-артефактами. Поэтому и почуял неладное, а затем и увидел. Ну а так как опер не первого года службы (хоть и бывший), то сразу понял, что нужно всех этих монстров как минимум отвлечь на себя, чтобы дождаться подкрепления. Ну или спасения, да.

Повезло ещё, что в группе быстрого реагирования магконтроля, прибывшей практически следом за военными, были его знакомые, которые не только подтвердили его личность, но и искренне поблагодарили за неравнодушие ко всеобщей проблеме, а один служивый даже глухо пробормотал, что у него в этот садик дочка ходит. И он у Одинцова в долгу. Потому что, если бы не он…

В общем, всё хорошо, что хорошо кончается. И лично я даже думать не хочу, что бы было, если бы мы не оказались поблизости именно в это время.

Акелла, ты мой герой. И вы, ребята, тоже. Мы все большие молодцы. А теперь Юра будет меня бить…

Но это не точно.

Распрощавшись с бойцами с заставы и магконтролем, который пока остался делать некие непонятные мне замеры и манипуляции с пространством, видимо, чтобы точно никого не упустить, Юра двинулся в мою сторону и через пару минут, обогнув куст, выразительно сдвинул брови.

– Ну и что это было, Елизавета Андреевна? Или правильнее будет называть вас “Лекарка”?

Какой сообразительный мужчина…

– Глупости не говорите, - фыркнула. - Я не призрак и умирать не спешу. Костя колечко мне подарил, - помахала в воздухе рукой с тем самым колечком. - Непростое. Благодаря ему, я теперь могу… разное.

– Да-да, а я прима-балерина, - хмыкнул Одинцов. - Ладно, не хотите говорить, ваше дело. Понимаю, что не вся информация одинаково полезна. Но всё равно не понимаю…

Затем прищурился, буквально впившись взглядом в моё лицо, и напряженно уточнил:

– Вы ведь не одержимая?

– Думаете, Константин бы этого не понял?

– Думаю… - вздохнул, - что ни черта я уже не понимаю, Елизавета Андреевна. Ладно, едемте. На тренировку ещё успеваете или шут с ней?

Точно! Тренировка!

– Едем!

К счастью, на тренировку я опоздала буквально на несколько минут, но хватило искреннего извинения перед Степанидой, чтобы она не ворчала. Наоборот, женщина доброжелательно заверила меня, что всё в порядке, не стоит так волноваться (видимо, слишком уж виноватое было у меня лицо), ну а потом мы бодро отработали весь положенный час. И всё бы ничего, но на протяжении всей тренировки Стеша то и дело хмурилась, бросая на меня крайне странные взгляды, а к концу не выдержала.

– Елизавета Андреевна, понимаю, не моё дело, но вам бы к целителю.

– Зачем? - удивилась.

– Отметины у вас на шее… нехорошие.

– Отметины? - переспросила и, найдя взглядом ближайшее зеркало (их в зале было не особо много), подошла ближе и внимательно изучила свою шею, к которой до этой минуты совершенно не присматривалась. Да и зачем? Чувствовала-то я себя хорошо!

А вот синяки намекали на другое…

Не сказать, что много и яркие, но выглядели они именно как отметины и очень нехорошие. Особенно длинные “мазки” справа и слева, где уже начали наливаться фиолетовой чернотой.

Мысленно чертыхнувшись, поблагодарила Стешу за неравнодушие, а уйдя переодеваться, на несколько секунд применила к себе мудру исцеления. Увы, синяки рассасываться не спешили, да я и сама прекрасно понимала, что тут задействованы немного иные процессы. Да, они пройдут быстрее, но… со временем.

Черт!

Искренне расстроившись, я переоделась и, понимая, что прямо сейчас с этим ничего не поделать, снова заглянула к тренеру и, старательно изображая невозмутимость, просто поинтересовалась, знает ли она мазь от вот таких вот отметин.

Степанида знала.

И, как и я, делая вид, что всё в порядке, просто перечислила мне три самых действенных, сразу сказав, что не всегда они бывают в аптеках, так что это список не для того, чтобы меня запутать, а для верности. От синяков подойдет любая.

– Простите за любопытство, - вздохнула под конец Степанида, немного неловко отводя взгляд, - но это ведь не ролевые игры с удушением? Понимаете, это очень опасно…

– О, нет-нет, - я задавила в себе смешок. - Это совсем не то, что вы подумали. Простите, что поставила вас в такое неловкое положение, мне право так неудобно… Спасибо за совет, мне уже пора на массаж!

В общем, я бессовестно сбежала прочь, так ничего и не объяснив, а на сеансе массажа сразу поспешила лечь лицом вниз, но и Василиса оказалась чересчур глазастой девушкой, почти сразу аккуратно уточнив:

– Елизавета Андреевна, вы уверены, что вам стоит проводить сегодня сеанс? У вас на шее такие нехорошие синяки… Вам бы к целителю.

– Я уже от него, - солгала без зазрения совести. - Не волнуйся, это просто… Неудачное стечение обстоятельств. Я прекрасно себя чувствую, пожалуйста, не обращай внимания.

– Уверены? - не унималась массажистка. - Может, вам в полицию?

– Уверена, - надавила тоном, давая понять, что именно я из нас двоих аристократка, тогда как она - всего лишь прислуга. - Пожалуйста, не отвлекайся.

Вздохнув, причем с явным осуждением, тем не менее Василиса послушно замолчала и хорошенько поработала руками, размяв меня так качественно, что даже немного стыдно стало за свой гонор.

Но что поделать? Не объяснять же им, что я с сушами в схватку вступила. В лучшем случае просто не поверят, в худшем… Поверят и разболтают. А оно мне надо?