Лето длиною в жизнь (СИ)

Глава 59

Мы подошли к танцевальной площадке, которая освещалась неоновыми лазерами, которые вытанцовывали на полу, и на присутствующих всевозможные рисунки из прямых линий, то погружая площадку в полную темноту, то взрывая ярким светом и опять переходя на хаотическое мерцание. Музыка оглушала сильными низкими басами, от которых даже подрагивал пол, отдавая вибрацией в ноги. Танцующие уже были разогреты по полной программе, толпа двигалась в унисон, вверх тянулись руки, тела изгибались, подчиняясь несущимся ритмичным звукам. Ди-джей успевал не только управляться с вертушками, но и скакал вместе со всеми, периодически подбадривая и заводя еще больше толпу своими криками, которая визжала и орала в ответ. Очутившись в эпицентре танцпола, нас мгновенно захлестнуло волной расплавленного адреналина, возбуждения, которым был буквально наэлектризован воздух.

Мы танцевали друг напротив друга, то сходясь в эротических движения, то расходясь, ловили на себе горящие взгляды незнакомых парней, и это заводило еще больше.

Я почувствовала на своем оголенном животе чьи-то сильные требовательные руки, которые по-хозяйски очертили на коже круг, дразня. Я поймала взгляд Николь. Она улыбалась и подмигивала тому, кто находился сзади меня.

— Привет, конфетка! — обожгло мне шею горячее дыхание. Джерман. — Соблазняешь оголодавших стервятников? Они скоро слюной начнут капать. — он развернул меня к себе, продолжая двигаться в такт музыки. Я подняла на него взгляд, Джерман в силу своего роста, практически нависал надо мной. Челка падала ему на глаза, но нисколько не мешала разглядеть в них безумно скачущих чертиков. Он улыбнулся. Его улыбка могла, наверное, растопить лед, почему-то подумалось мне, так от нее становилось тепло и хотелось забрать это тепло только себе, спрятать глубоко в сердце и ни с кем не делиться.

— Ты же меня им не отдашь на растерзание?

— Ни за что! — ответил он, прижимаясь губами к моему виску. Он не целовал меня в губы, это было так странно и необычно. Он умело соблазнял другими прикосновениями. Но моя память о нашем том поцелуе не давала мне покоя. Мне хотелось вновь его поцеловать, почувствовать, хотя бы еще один раз. Я блуждала глазами по его лицу, задерживая взгляд каждый раз на его влажных губах. Мне хотелось дотронуться до них, мои собственные губы просто горели огнем от этого желания. — Прекрати! — шепнул он мне на ухо.

— Что?! — изобразив удивление, ответила я.

— То, что ты делаешь. — улыбнулся он. — Мне приятно видеть твое желание, но, — он вновь поцеловал меня в висок, — я не хочу тебя ни с кем делить! А ты, как я понял сегодня, нравишься не только мне. Скажу тебе иначе, хочу тебя рядом с собой не только я один!

— Ну, почему вы такие сложные, а?! — простонала я.

— Каждый хочет выиграть и делает это своими способами. — улыбнулся Джерман.

— А если ты проиграешь? — спросила я.

— Напьюсь, закроюсь в подвале и проведу там оставшуюся жизнь. — Джерман сжал меня сильнее в объятиях.

— Я серьезно, — нахмурилась я, закидывая руки ему на шею, притягивая к себе.

— Ненавижу проигрывать. Однако, даже если мой противник окажется более удачливым, то маленькое отступление — это еще не полный проигрыш. — проговорил он, и в этот момент его рот находился в такой близости от моего, что еще чуть-чуть и можно было до него дотронуться губами, провести языком.

— Мудро. — вместо этого проговорила я.

— Жизненно. — кивнул он. — Поэтому, выбор за тобой, конфетка! — он поднял меня вверх над толпой и я оглушительно завизжала. Николь, которая танцевала рядом, вторила мне. Она перехватила мой взгляд и показала два больших пальца. Я обхватила Джермана руками за шею и повисла на нем, а он продолжал двигаться под музыку, крепко держа меня за талию. Это было так забавно! Я засмеялась, откинув голову назад, и тут же его губы опустились мне на горло, он провел по нему языком. — Нет, ты не конфетка, ты соленая и такая горячая! Как текила!

— Кстати, — взвизгнула я, — надо выпить! — я свесилась за плечо Джермана. — Нииииик! — позвала я подругу. — Пойдем в бар?! Очень хочется какой-нибудь вкусный коктейльчик.

— Давно пора! — прокричала Николь в ответ. Джерман нехотя опустил меня на пол, но руку не выпустил.

Мы пробрались к бару, где также было плотно. За стойкой работало три бармена, они ловко смешивали напитки, играючи перебрасывали друг другу бутылки, меняли стаканы, запуская их друг другу по скользкой столешнице. Их мастерские движения завораживали.

Мы с Николь заказали по Космополитен. Джерман взял себе Текилу бум. Мы чокнулись бокалами и сразу же продолжили с Ники танцевать, потому что стоять под такую зажигательную музыку просто не представлялось возможным. А Джерман смотрел на нас, облокотившись на стойку и отпивая свой напиток. Это будоражило еще больше, танцевать для конкретного человека, зная, как он на тебя реагирует.

— Развлекаетесь, крошки! — над ухом раздался глухой голос. Мы разом обернулись, перед нами стоял Кевин, обнимающий какую-то темноволосую девушку.

— Похоже, ты тоже не скучаешь! — ответила Николь, кивая девушке.

— Я не евнух, и не отшельник, люблю развлекаться. — оскалился Кевин, потом смерил взглядом Джермана. — Ладно, отдыхайте!

— Кевин, а твои друзья где? — спросила Николь, наклоняясь к нему, отчего его волосы коснулись его щеки.

— Черт, ты так соблазнительно пахнешь, красотка! — Кевин схватил локон ее волос и поднес к своему носу, делая вдох.

— Кевин, остынь! — Ники повела головой, освобождая свои волосы из его пальцев.

— Парни здесь где-то, развлекаются. — ответил он, усмехнувшись.

— Понятно! Увидишь, передай им, чтобы нашли нас.

— Этот мужик достает вас? — вдруг спросил Кевин, наклоняясь к уху девушки.

— Нет, что ты, это наш знакомый! — воскликнула Николь. — Джерман, Кевин! — представила она мужчин друг другу. Они пожали друг другу руки, Кевин кивнул и, подхватив заскучавшую девушку, двинулся через толпу поближе к диджейскому пульту.

— Ник, еще коктейль?! — предложила я. В этот раз мы заказали себе Секс на пляже.

— Очень символично! — хмыкнул Джерман, притягивая меня к себе, утыкаясь носом туда, где был переход от шеи к плечу. И опять эти скользящие, почти невесомые прикосновения его губ. Черт, он специально искушал меня?! Знал же, что у меня давно не было секса, что сейчас я как податливая глина — лепи, что хочешь! Или он так приручает меня к себе?! Взрослый, уверенный в себе, он знал, что делал, доводя меня до точки.

— Убери от нее свои руки! — прорычал сзади нас низкий глухой голос. — Немедленно! — рявкнул Джеймс, а это был именно он, теряя остатки самообладания. Джерман даже не шелохнулся, а вот я попыталась сразу же вырваться из его рук, но мои попытки были пресечены крепкими объятиями.

— Пришел отвоевывать? — спросил Джерман, смотря с вызовом Джеймсу прямо в глаза.

— Я не отдаю свое! — прорычал он.

— А она уже твоя?! — удивленно переспросил Джерман, и на его губах заиграла улыбка. Нехорошая такая улыбка, холодная.

— Не твое дело! — огрызнулся Джеймс.

— Ошибаешься, очень даже мое! — сказал Джерман, разжимая объятия и отодвигая меня в сторону. Они стояли друг напротив друга и сверлили друг друга холодными яростными взглядами. Джерман был почти на полголовы выше Джеймса, но это нисколько ни умаляло достоинства второго.

— Джерман, Джеймс, перестаньте, пожалуйста! — взмолилась я, потому что ситуация накалилась не на шутку. На нас уже оборачивались другие. Я заметила подошедших Пола и Люка.

— Пойдем, поговорим?! — Джеймс оскалился. Джерман лишь кивнул в ответ, и они друг за другом начали продираться сквозь толпу, а я, Николь и парни проследовали вслед за ними. Меня лихорадило, как будто у меня был жар. Мне было страшно.

— Пол, умоляю, останови их! — взмолилась я, вцепившись в его локоть.

— Эмили, пусть, наконец, решат все между собой. Джеймс полдня заведенный. Теперь понятно, по какой причине.

— Пол, они поубивают друг друга! — заорала я.

— Не волнуйся, только пощиплют перышки. — усмехнулся он. Я поняла, что отсюда мне поддержки ждать не придется.

— Ник, что я наделала?! — схватила Николь за руку, сжала ее.

— Ничего. — пожала плечами подруга. — Мальчики хотят выпустить пар, пусть это сделают. И может ты, наконец, определишься, кто тебе действительно дорог. — она обернулась ко мне, но заметив мой испуганный и обеспокоенный вид, уже мягче добавила. — Им нужно это сделать, понимаешь?!

Мы услышали крики толпы и бросились с Николь вперед. Оказавшись на ступенях, мы увидели невероятную картину, совершенно не похожую на ту, что представлял мой воспаленный ужасом за обоих мозг. Джеймс и Джерман кружили по песку, делая какие-то плавные завораживающие движения руками, переступали ногами.

— О, а это интересно! — прозвучал голос Кевина рядом.

— Да, неожиданно! — подхватил Пол. — Достойный соперник! — он сказал это с нескрываемым восхищением. Я посмотрела на него умоляющим взглядом, прося объяснений. — Они оба знают капоэйра! Смотри!

Я перевела взгляд обратно на Джеймса и Джермана. Джеймс первый сделал выпад в виде вертушки с прямой ногой, пытаясь сбить своего противника, но Джерман ловко сделал переворот на руках в сторону. Они вновь встали друг напротив друга, двигаясь вправо-влево, приседая и держа руки перед лицом. Теперь Джерман сделал выпад в сторону Джеймса, едва не задев того ногой в область шеи, но Джеймс увернулся, прогнувшись назад, практически коснувшись головой песка. Все движения были плавными, как будто они приноравливались к технике друг друга, проверяли, кто и на что способен, в какой форме находится. Это походило на какой-то экзотический танец, танец тела и разума.

И только я расслабилась и успокоилась, что все так и продолжится в таком убаюкивающем темпе, как Джеймс прыгнул вверх, и с разворота ногой ударил Джермана в плечо, тот упал, но быстро перекатился на живот, оттолкнулся от песка и в развороте ударил Джеймса по бедру, защищаясь и отбивая очередную атаку. Я забыл как дышать, следя за их передвижениями, то как они наносили удары друг другу, как двигались их натренированные тела. Иногда казалось, что они будто замирают в воздухе, делая очередной переворот или просто прыжок. Я смотрела их противостояние как на какой-то завораживающий своей силой, мощностью и красотой спектакль. Темп их движений возрастал, они походили на две тени, что метались в кругу своеобразной арены. Они бились на равных, показывая отточенную технику. Толпа, что собралась вокруг нас их поддерживала, кто-то болел за Джеймса, кто-то за Джермана. А я не хотела ни чьей победы! Я хотела, чтобы это все прекратилось! Парни уже заметно устали, но никто из них не хотел уступать.

— Хватит! — заорала я в какой-то момент. — Прекратите оба! Джеймс! Джерман! — меня трясло от напряжения. — Хватит! — я бросилась к ним в круг. Джеймс замер, обернувшись, и тут же его сразил удар в голову. На моих губах застыл крик ужаса. Он рухнул на песок, но тут же отжался на руках и молниеносно выставил ногу назад, ударяя Джермана в грудь, который явно не ожидал этого выпада, поэтому не поставил блок и рухнул на спину. — Хватит, пожалуйста! — заорала я снова, хватая Джеймса за руку и повисая на нем. — Прошу тебя! Хватит! — он тяжело дышал, утирая кровь с разбитой губы, буравя меня горящим азартом взглядом. Я обернулась к Джерману, он так и лежал на песке, раскинув руки в стороны. Джеймс скинул грубо мою руку, развернулся, пробился сквозь толпу и пошел в сторону трейлеров, за ним бросились Пол, Люк и Кевин. Николь тут же подошла к Джерману и присела около него, я тоже подбежала к нему и упала на колени в песок. Джерман улыбался.

— Давно не было у меня спаринга, — произнес он. — Твой парень — отличный боец! Очень сильный. Профессионал. — сказал с уважением Джерман и впился в меня взглядом. — Приятно, когда за тебя сражаются, а, конфетка?! — я отрицательно мотнула головой, из моих глаз брызнули слезы, которые я не могла сдержать от пережитого стресса. Джерман протянул руку, смахивая катившиеся слезы с моей щеки. — Все хорошо! Отступление — это еще не поражение!

— Прости меня, Джерман! — проговорила я сквозь слезы. Он кивнул мне в ответ, он все понял. Я поднялась на ноги, обернулась, и побежала вслед за Джеймсом, который, как я видела, уже подходил к трейлерам. Мое сердце выпрыгивало из груди от быстрого бега.

Я подбежала к его трейлеру, взлетела по ступенькам и распахнула дверь. Джеймс стоял ко мне спиной, вцепившись обеими руками в стол перед монитором, его тело было напряжено, и он тяжело дышал.

— Что ты творишь, Джеймс! — закричала я, наскакивая на него сзади с кулаками. Я била его по спине, вкладывая в каждый удар свой страх, свое отчаяние, свою боль за него. Как же я его ненавидела в этот момент! Что он вывел меня на все эти эмоции, перевернув все внутри. — Ненавижу тебя! — кричала истерично я. — Что ты хочешь от меня?!

Он резко обернулся и схватил меня за руки, посмотрел в глаза.

— Тебя хочу, мелкая, понимаешь, тебя! Одну тебя! Всю! Тело, душу, сердце. Чтобы моя была вся, от кончиков пальцев до макушки. — он говорил запальчиво. — Я же с ума схожу, когда ты рядом, от одной мысли, что дотронуться не могу так, как хочу! Я же болен тобой с той самой секунды, когда впервые поцеловал тебя. Ты ответила мне, а я умер. Понимаешь?! Я труп без тебя! Не живу, не дышу, просто существую! — он взял в руки мое лицо, поглаживая большими пальцами по скулам. — Я весь твой, мелкая! Бери! Но отдай мне себя взамен. Я больше не могу так! — он продолжал гладить мое лицо подрагивающими от возбуждения пальцами, так нестерпимо медленно и нежно, что у меня уплывала почва под ногами.

— Дурной, какой же ты дурной! Зачем ты столько мучал нас?! — прошептала я, потянувшись к его губам. Джеймс придержал меня, смотря на меня своими синими глазами, в которых уже закручивалось огненными всполохами желание, такое горячее, необузданное.

— Я люблю тебя, мелкая! — прошептал он мне в губы, и мое сердце зашлось в такой сладостной агонии, что мне тоже показалось, что вот сейчас в эту самую секунду я умерла и родилась вновь.

Джеймс накрыл мой рот своим, и я издала стон, отвечая на его жадный поцелуй. Он врывался беспощадно в мой рот языком, переплетаясь с моим, прикусывал, облизывал. Мы сталкивались зубами, продолжая впиваться друг в друга губами. Его руки блуждали по моему телу, ласкали, сжимали, выбивая ответную реакцию на эти прикосновения. Меня выгибало к нему навстречу, мне хотелось ощущать его каждой клеточкой. Вниз полетел топик, который Джеймс буквально содрал с меня, рыча от нетерпения. Я не уступала ему, сорвала с него футболку, и со стоном дотронулась до его груди, живота, провела ладонями, ощущая их твердость. Какой же он красивый! Умопомрачительно!

Джеймс со звуком втянул воздух. Дыхание сбилось, я вся дрожала от полыхающих во мне чувств, прикасаясь к нему. Потянулась к его джинсам, так хотелось увидеть его всего обнаженного! Но он остановил меня, мягко заведя мои руки за спину. Удерживая их там одной рукой, другой он провел по впадинке на груди, нагнулся, поцеловал, прикусывая кожу, потом провел языком по ореоле, захватив губами сосок и втягивая его. Меня подбросило в его руках от ярких, острых ощущений.

— Джеймс, пожалуйста, не мучай меня! — прошептала я, чувствуя, как внизу все стягивает в тугую пружину, закручивается от дикого сладкого напряжения, и как бешено мечутся бабочки в животе, потеряв рассудок.

— Неееееет, — протянул он, довольно улыбаясь, — теперь я точно буду тебя мучить, изводить своими ласками до изнеможения, наслаждаться твоими стонами, смотреть, как изгибается твое тело навстречу мне, — промурлыкал он, расстегивая пуговицу на моей юбке, потом потянул за молнию, запуская руку внутрь и начиная медленно водить там пальцами поверх тонкой ткани трусиков. Так трепетно, почти невесомо, сводя меня с ума каждым прикосновением. Я дернулась навстречу его ласке, закусывая губу. Еще! Еще! Голова моя кружилась, сердце скакало в груди, готовое взорваться от подступавшего катарсиса.

— Хочу, чтобы ты кричала мое имя. Хочу слышать его твоим голосом. — шептал он, завораживая своим надрывным голосом, погружая в пучину вожделения. — Мелкаяяяя! — его голос сорвался. Он медленно опустился на колени, покрывая мое тело поцелуями, стащил с меня юбку, и прижался губами внизу, там, где только что были его ласковые пальцы. — Моя, только моя!

Осторожно потянул трусики вниз, погладил подушечкой большого пальца по чувствительному клитору. Я закусила губу до боли и вцепилась ему в плечи, потому что ноги дрожали от напряжения. Он провел языком вверх и вниз, чуть раздвинул складочки пальцами, а потом втянул резко чувствительный бугорок в рот и одновременно проник в меня одним пальцем. Стон сорвался с моих губ. Он гладил меня медленно внутри, так медленно, что мне казалось я схожу с ума от этой пытки.

Я подалась бедрами вперед, насаживаясь на его палец, чтобы ощутить его глубже, там, где все горело и пульсировало. Он дразнил меня языком, то сильнее надавливая, то прикасаясь едва ощутимо. А мне хотелось, чтобы он уже взял меня по-настоящему.

— Пожалуйста, — простонала я, всхлипывая.

Джеймс резко поднялся, потом подхватил меня на руки, прижимая к своей горячей, раскаленной коже, и аккуратно уложил на кровать. Навис надо мной на вытянутых руках, сжигая меня возбужденным взглядом, от которого моя кожа буквально пылала.

Потом развел широко мои ноги в стороны, лаская пальцами внутреннюю часть бедер, едва задевая пылающие складочки.

— Такая красивая, такая мокрая! — прошептал он, осторожно погружая в меня два пальца и начиная ими двигать медленно, головокружительно медленно, задевая самое чувствительное местечко.

— Джеймс! — простонала я, выгибаясь. — Я не могу больше! Хочу тебя в себе!

И это было как сигнал к началу его наступления. Он стянул с себя джинсы, отбросил их в сторону. Потом приставил член ко входу, провел им несколько раз вверх-вниз и стал аккуратно погружаться в меня. Дойдя до упора, резко вышел, и в следующее мгновение также резко вошел обратно.

— Даааааа! — выдохнула я, обхватывая его за талию. Он подхватил меня под ягодицы, сжал их, оперся коленями о край кровати и начал свой невероятный забег. И я сдалась на милость своему победителю, без остатка, с упоением, со всей своей страстью, на которую была способна.

Джеймс двигался во мне сильными толчками, буквально насаживая меня на себя, и это было так сладко, так чертовски сладко. В какой-то момент он отпустил мои ягодицы, сев на колени и расположив мои ноги с двух сторон от себя. Обхватил одной рукой за талию, продолжая ритмично двигаться, а другой надавил на клитор и стал его гладить, то кружа по нему, но потирая снизу-вверх. Я судорожно глотала воздух ртом, внутри меня была такая жара, такой дикий тайфун, что я больше не могла сдерживаться и закричала, застонала, уносимая на волнах запредельного вселенского кайфа. Меня трясло и подбрасывало, словно через мое тело пропускали ток. Джеймс замер на несколько секунд внутри меня, удерживая мое тело и ловя отголоски моего первого наслаждения, чтобы потом начать двигаться в двойном темпе. Он приподнял меня так, что мы сидели лицом друг к другу, оплетая друг друга ногами. Его руки были в моих волосах, ласкали мое лицо.

— Хочу видеть твои глаза, — прошептал он. — Посмотри на меня! Хочу слышать свое имя!

Я смотрела на его лицо, на его глаза, в которых черный зрачок полностью закрывал синюю радужку и мне казалось, что через нее я проникаю в его душу. Рука Джеймса обхватила мою шею, вторая крепко обвивала талию. Он двигался все быстрее и быстрее. Я вцепилась ему в плечи, подчиняюсь этому бешенному темпу. Двигаясь, он задевал членом мой клитор и от этого ощущения были острее в миллионы раз.

— Да, Джеймс, еще, еще! — шептала бессвязно я, осознавая, что еще немного и я уже перестану вообще соображать, где я.

— Мое имя! — зарычал он, впиваясь мне в губы и делая такие глубокие толчки, что у меня в глазах потемнело и вторая волна наслаждения прошлась по телу, выгибая меня в руках Джеймса.

— Джеймс! — простонала я, забившись в сладких конвульсиях. Он что-то промычал в ответ и я почувствовала в тот же момент, как он дернулся, с силой вжимая меня в себя и излился внутри меня горячим потоком.

Джеймс прижимал меня к себе, все еще вздрагивающую, потом провел руками по влажной спине, лаская.

— Мелкая, какая же ты невозможная….мелкая! — прошептал он, целуя мое лицо, глаза, губы. — Люблю тебя! Болею тобой! Моя мелкая! Только моя!