Мирай (СИ)

Глава 9

— Я знал, что с тобой скучно не будет! — улыбаясь во все тридцать два, Паво пинает искромсанное на лоскуты свадебное платье. — Роза, ты вгоняешь меня в очередные расходы, — усмехается. — Третье платье… Продолжай в том же духе, и ты пойдешь у меня под венец нагишом. Кстати об этом, — в пару шагов преодолевает расстояние от двери, до кровати на которой я сижу. Дергает меня за ногу, заставив вытянуться в полный рост, нависает надо мной. Вжимаю голову в плечи. — Я ведь могу и не ждать, — его рука ползет по моей ноге задирая подол юбки.

— Ты обещал… — едва совладав с эмоциями произношу я. Мое тело трясет и знобит. Каждая минута, прожитая здесь приближает меня к неизбежному.

Его желание сделать наши отношения законными, сыграли с ним же злую шутку. Когда мы ехали из моего дома. Я поддалась эмоциям и разрыдалась. Просила его отпустить меня, умоляла не трогать, обещала проклясть всю его семью и утверждала, что наложу на себя руки. Не знаю, проникся ли он моей истерикой или просто решил поиграть как кот с мышкой. Но он дал мне слово, что не прикоснётся ко мне, до тех пор, пока мы не будем женаты официально. На самом деле я не поверила ему, но вот уже четыре дня, как я живу в его доме и слово пока он свое держит.

Одной рукой пытаюсь расцепить его пальцы, вцепившиеся мне в бедро, вторая уже прижимает нож, к его сонной артерии. Паво начинает смеяться как психопат.

— А вот и орудие преступления, — продолжая смеяться говорит он. — А я то думаю, чем ты их кромсаешь… Зубами, что ли рвешь. — Рука, вцепившаяся мне в бедро не слабеет, а наоборот сжимает меня еще сильней. Наверняка, останутся синяки от его пальцев. Моя же, начинает дрожать. Нож вибрирует в руке, а он лишь ближе склоняется к моему лицу. — А я думал, ты умная… Ну зарежешь меня ты... Что дальше? Сесть хочешь? Поверь, твоя смазливая мордашка и там тебе покоя не даст. Будут тебя трахать все, кому не лень, а вот разрешения твоего, поверь ждать никто не будет. И я, пожалуй, больше тоже ждать не буду, — выбивает из моей руки нож, и наваливается на меня всем телом.

— У меня месячные! — извиваюсь под ним, пытаясь выбраться.

— Я не брезгливый.

— А как ты поймешь?

Он перекатывается с меня на кровать, снова на его лице появляется ухмылка.

— Ах ты сучка! — смеется, зажимает пальцами переносицу. — Я тебя твоим же ножичком прирежу, — обхватывает мою шею ладонью, пригвождая голову к подушке, — если ты с кем-то уже была. Поняла меня? — рычит прямо в лицо, а затем впивается в мои губы. Отбиваюсь от него руками, колочу ногами по кровати, он не отпускает меня до тех пор, пока я не расслабляюсь и не позволяю скользнуть его мерзкому языку в мой рот. Кусаю его за нижнюю губу до крови. Заставляя его дернуться и отпрянуть от меня. — Я не хочу тебя насиловать. Но ты не оставляешь мне выбора. У тебя есть два пути, — капля крови с его губ падает мне на подбородок, и я морщусь от отвращения. — Ты обдумываешь свое поведение и принимаешь ситуацию. Заруби себе на носу… Я уже твой муж. Штамп ничего не изменит. Я не жду, что ты станешь шелковой и покладистой. Думаю, такой ты вряд ли будешь мне интересна. Но факт того, что ты теперь моя, будь добра прими… или я тебя сломаю. Тебе не понравится… Мне тоже, но я уже не отступлюсь.