Миссия: Новогодний принц

Глава 13. Подарок

Оставшееся расстояние мы пролетели в рекордно сжатые сроки – за сутки с небольшим. Это было ровно столько, чтобы я поняла: есть тишина привычная, рабочая, а есть та, что давит сильнее любой аварийной сирены.

Асфароол почти не говорил. Отвечал коротко, сухо, без своих пафосных восточных оборотов, без привычной гордой напыщенности. И даже без возмущения, которое обычно шло у него фоном, как встроенный биочип. А я чувствовала ужасную неловкость и… печаль.

Что скоро расстанемся. Каких-то пять суток на «Зиме», но я успела к нему привязаться так, как обычно не привязываются к людям, с которыми споришь каждый день, кого хочется стукнуть по голове пустым термосом, но почему-то не можешь представить, что завтра их просто не будет рядом. С другой стороны, надо ведь радоваться, что Асфароол вернулся домой вовремя, как и хотел. Верно?

О случившемся на Кара’Туке я так и не смогла заговорить. Чувствовала, что принцу это будет неприятно, да и не знала, какие слова стоит тут подобрать. Одно знала точно – я была ему бесконечно благодарна за то, что выбил для нас охлаждайку из этого мерзкого октопотроида.

Когда «Зима» пошла на снижение, пустыня встретила нас широким дыханием раскалённой планеты. Воздух дрожал, будто его варили в гигантском котле. Песок переливался, словно золотистый металл, пущенный в свободное плавание. Дюны тянулись до горизонта, выгибаясь, как спины древних существ, забытых временем.

Мы приземлились неожиданно мягче, чем я думала.

Крупное медовое солнце подходило к зениту. Асфароол стоял у выхода. Он надел свой привычный костюм, сапоги с загнутыми носами и тюрбан, взял из подсобки алебарду и, конечно же, тот самый свёрток не забыл.

Я видела только его профиль – спокойный, сдержанный… и почему-то предельно одинокий.

– Я успел, – сказал он, просто констатируя факт.

– Успел, – подтвердила я, хотя внутри что-то болезненно стянулось.

Асфароол постоял пару секунд в проёме, будто прислушиваясь к самой планете. Он сделал шаг наружу – и вдруг задержался, обернувшись ко мне. Синие глаза смотрели открыто и прямо, но под этим спокойствием как будто натянулось нечто тонкой пружиной.

– София, – произнёс он внезапно. – А не хочешь сходить со мной к эмиру вручить подарок? Заодно и узнаешь, что там. Это не займёт много времени, пару часов максимум. Если понравится – отведаешь во дворце нашу кухню.

Я замерла. Узнать, что такое Сосуд Дыхания Джиннов? А почему бы, собственно, и нет? Я всё равно никуда не спешу, да и разнообразить рацион не мешало бы. На «Зиме» достаточные запасы продуктов, но всё одно и то же, приелось как-то…

«Да-да, ты идёшь именно из любопытства и еды, а не потому, что тебе вдруг стал дорог твой попутчик», – проворчала совесть, но я на неё шикнула.

В конце концов, Новый год в Федерации или нет? Могу ли я позволить себе немножко отдохнуть? Да и что плохого в друзьях с других планет?

– А давай, – кивнула я. – Сейчас, только за накидкой сбегаю.

Памятуя, что мой монашеский комбинезон Асфароол поначалу воспринял как «верх разврата», я сбегала в подсобку и нашла там самый большой отрез ткани. Замоталась как получилось, ещё сходила в санузел и зачесала волосы в тугие короткие косички. Не придумав, как спрятать сиреневое мелирование, я оторвала кусок ткани от накидки и нахлобучила его на голову, чтобы было похоже на тюрбан на Асфарооле.

Стоило мне выйти, как песчаный принц прыснул со смеху.

– Что не так?

– Оставляй, – махнул он рукой. – Ты всё равно будешь со мной. Ничего страшного. С местными тебя никто не перепутает.

Стоило ветру ударить в лицо – горячему, пахнущему солью и специями, – как мысли разлетелись, будто я открыла люк в вакуум. С местными девушками, как оказалось, меня действительно сложно было перепутать. Я была белой вороной – в прямом смысле белой – на фоне золотистых и загорелых тел. А ещё я явно была чуть ниже ростом, чем все встреченные девушки, выбивалась темными волосами (такие тут тоже были, но в основном всё же светленькие, рыженькие и крайне редко – с голубоватым оттенком), у меня был очевидно иной разрез глаз… более длинный, что ли, но при этом чуть узковатый, ну и я не носила украшений на лице. Все террасорки словно сговорились – нацепили на себя необъятное количество цепочек, браслетов, колец. Какие-то металлические дуги обхватывали лбы, а с них спускались висюльки на щеки и глаза… Последнее мне казалось перебором, но то – моё мнение. Кстати, к концу пути я наконец осознала, почему Асфароол рассмеялся: оказывается, тюрбаны на этой планете носили только мужчины. Ой, ну и ладно! Подумаешь, ерунда какая…

До дворца мы добрались минут за двадцать, если судить по коммуникатору. Чем ближе мы подходили, тем больше территория вокруг превращалась в уютный оазис, к которому так и просилась табличка: «Посещение музея только по вторникам и пятницам, вход – пятнадцать кредитов. Не забывайте надевать бахилы».

Дворец стоял на возвышении и выглядел так, что в первую секунду я даже не поверила, что это не голограмма. Сверкающие купола вспыхивали на солнце, как будто пытались ослепить меня лично. Стены были украшены резьбой: завитки, арабески, хвосты скорпионов и клыки пустынных гиен для защиты от злых духов – как любезно пояснил мне Асфароол. Вокруг дворца были сады – точнее, Сады, с ударением на то, что поливная система тут явно работает на чистой магии… ну или человеческом труде. Пальмы, как стройные красавицы, тянулись к солнцу. Фонтаны били в небо такими дугами, что хотелось уточнить, не стоят ли в углу какие-то скрытые антиграв-генераторы.

Встреченные люди, будь то мужчины или женщины, низко кланялись моему спутнику. Так низко и раболепно, а сам принц при этом выглядел так естественно и гармонично, что я начала чувствовать себя контрабандным сувениром.

– Ой, а это удобно, что я зайду? Может, эмир будет не рад инопланетной гостье? – забормотала я, чуть дёргая Асфароола за рукав. Именно так, как показывала ему, где осталось пятно на зеркале в прихожей «Зимы» и его надо повторно протереть.

Стоящий рядом охранник (паладин, точно!) бросил на меня столь выразительный взгляд, что я тут же отдёрнула пальцы от одежд принца как от кипятка.

– Глупости, – возразил Асфароол, набирая полную грудь горячего воздуха. – Мой отец всегда рад иномирным гостям. Он считает, что нам у вас всегда есть чему поучиться. А вот, кстати, и он.

Эмир не просто «вышел» – он вошёл, как ходят люди, у которых есть личная гравитация. Та, что тянет на колени всех неподготовленных и слегка мнёт ковры тех, кто посмел смотреть прямо в глаза. Он был высок, широк в плечах, в одеждах цвета расплавленного золота. Узоры шли по ткани так густо, будто кто-то приказал вышивальщицам занять каждый миллиметр кафтана. На голове – тюрбан, такого же насыщенного цвета, как у Асфароола, но крупнее. Головной убор уровня «персональная корона» с массивной пряжкой в форме солнечного диска. Борода – густая, аккуратно заплетённая в косу, перехваченную чёрно-золотыми кольцами. Лицо – загорелое, суровое. Взгляд – как нож по стеклу. Сходство между ним и Асфароолом было столь явным, что на миг я задержала дыхание. Не знала, что так бывает!

Мой спутник сразу выпрямился, будто костями вспомнил, что он наследный принц. Я попыталась выпрямиться тоже, но получилось скорее «глупо вытянулась», чем «почтительно». Эмир остановился всего в шаге от сына.

– Асфар-ул-Раашин ибн Кифар аль-Кархан, эмир самого могучего и славного города на Террасоре – Джар’хаэля, – торжественно представил Асфароол отца на межгалактическом, опуская голову, но не слишком – ровно настолько, чтобы показать уважение, но не покорность.

Они приложили ладони к сердцу, затем ко лбу, затем обменялись лёгкими касаниями плеч – жест, который я бы описала как «мужская версия восточного объятия».

Дальше пошёл разговор на террасорском, которого я не понимала. Эмир хмурился, Асфароол почему-то улыбался, а затем, когда я рассматривала расписной потолок и решила, что про меня уже совсем забыли, вдруг снова перешёл на межгалактический:

– А это София. Она пилот небесного железного корабля и помогла мне проплыть звёздное море, за что я ей безмерно благодарен.

Я ойкнула и тут же автоматически сделала неуклюжий поклон, отчего кусок моего тюрбана едва не съехал на глаза. Асфароол кашлянул, словно пытался замаскировать смех. Ну вот опять! Я пытаюсь тут не выделяться, а он…

– Эм… э-э-э… очень приятно, – выдавила я, причём голос почему-то прозвучал тоньше, чем обычно.

Эмир перевёл на меня взгляд – тяжёлый, изучающий, такой, от которого я мгновенно вспомнила все свои грехи, включая те, которых не совершала. И вдруг – резко, будто переключившись из режима «грозная горная вершина» в режим «дипломат галактического уровня», он сказал отчётливо, на идеальном межгалактическом:

– Добро пожаловать в мой дом, София из дальних звёзд.

Его голос стал глубоким, мягко вибрирующим, словно он одновременно говорил и приветствовал меня песней пустыни. Ого!

– Ты пересекла небо, морскую соль Миров и дыхание звёздных ветров, чтобы оказаться под моей крышей. Да прославится твоя дорога, и пусть ни одно солнце не будет к тебе сурово. Я благодарен тебе за то, что привезла моего сына в целости и сохранности. Можешь пить, есть и отдыхать в этом доме столько, сколько тебе понадобится.

Я моргнула. Дважды.

– Благодарю… в смысле… спасибо, – выдохнула я и мысленно дала себе пинка. А ну! Соберись, София! – Я благодарна вашему гостеприимству. Этот дворец – самое красивое, что я видела в своей жизни.

Эмир довольно улыбнулся в бороду – видимо, с комплиментом я угадала – и вновь перевёл взгляд на принца.

– Сын мой, – начал эмир тем тоном, которым начинают приличные восточные трагедии и очень неприличные семейные скандалы, – да скажи же отцу своему: что заставило тебя покинуть отчий дом в угасающий год? Разве ты не знаешь, дитя пустыни, что это примета дурная? Что в угасающий год покидать родной очаг – значит вызывать на себя тень беды? Если бы ты не вернулся до заката, то мне пришлось бы не впускать тебя в Джар’хаэль весь следующий год, пока ты скитаешься по пустыням, очищаешь душу от чужеземных взглядов и замаливаешь грехи.

«У-у-у… теперь понятно, почему успеть надо было так жёстко. Дело-то не только в подарке, но и в том, что кое-кто очень не хотел жить целый год как бомж», – ехидно подумала я про себя.

Асфароол в ответ лишь чуть напряг плечи.

– Я покинул дом не по глупости и не по прихоти. Я отправился в дальний Мир под названием Танорг, чтобы приобрести для тебя дар. И даже если бы я опоздал – видимо, такова моя судьба. Но джинны пустынь были милостивы, и я успел вовремя.

С этими словами Асфароол открыл свёрток, который таскал с собой все эти дни. Если бы не этот подарок, то мы бы с принцем никогда и не познакомились, получается. Ткань была завёрнута с такой любовью, будто там лежало нечто ценное. Но когда он развернул её…

Я поперхнулась воздухом.

Это был самый обыкновенный коммуникатор с крупными кнопками детской модели, какие покупают на Танорге малышам, чтобы могли связываться с родителями в любой момент. И это всё? Ради такой ерунды мы столько всего претерпели? Ради вот этого мне придётся делать ремонт на «Зиме»?!

– Дорогой отец, я тебе привёз не просто подарок, а настоящий Сосуд Дыхания Джиннов! Он читает пульс, следит за сном и может разбудить тогда, когда демоны подло атакуют сознание, умеет переводить все языки Миров, записывать обязательства и клятвы, считать время до заката, восхода, до дня рождения… А ещё он предсказывает солнечные бури и дождь, если такой собирается… И да, он умеет петь самыми сладкими голосами, как поют джинны – от райских птиц до устрашающих врага криков. И самое важное, в случае необходимости с помощью этого сосуда можно связаться с иномирными гостями, которые время от времени посещают наши земли. Мы даже можем договориться о торговых путях через звёздный океан. – Асфароол гордо вздёрнул подбородок: – Я выбрал самый достойный подарок, который смог придумать!

Я поймала себя на том, что хочу одновременно смеяться, плакать и биться головой о ближайшую колонну – желательно ту, что не очень резная.

«Коммуникатор, София. Ты серьёзно думала, что он вёз что-то похлеще? Что ты там подозревала? Запретные вещества? Краденый музейный экспонат? Магнитную бомбу?»

И вот что забавно: чем дольше я смотрела на стандартный пластмассовый корпус коммуникатора, тем яснее осознавала простую истину: в средневековом обществе это реально сродни магическому артефакту. Возможно, будь я на уровне развития террасорцев, тоже бы подумала, что внутри живёт приручённый джинн, уж больно фантастически звучат возможности одной крохотной коробочки.

Я – таноржка.

Жительница самой технологичной планеты Федерации, которая за последние годы так привыкла к левитационным поездам, ультратонким планшетам, электронной бумаге, замкам с биосенсорами… Конечно, детский коммуникатор с кнопками кажется обыкновенной «ерундой».

Эх, зажралась ты, София… Для них это чудо. Для него – символ заботы. Для эмира – знак уважения и невероятные возможности для его города.

Для меня… просто очередной рейс, за который я получу зарплату с премией. Я вздохнула и развернулась, готовая покинуть расписной зал, как позади раздалось:

– Не понимаю! Что не так-то? Я заплатил за него золотом!

Я обернулась обратно. Асфароол раздражённо жал кнопку включения, а устройство лишь слабо моргало красным цветом.

– Дай сюда. – Я бесцеремонно сцапала коммуникатор из его рук, зажала кнопку и…

Ну конечно, продавец, олух, забыл зарядить! Вообще-то, аккумулятора такой модели должно хватать на год, но всё же предполагается, что покупатель первый раз вставит устройство в зарядку на ночь. Та-а-ак, что у нас тут с зарядками? Я оглянулась, посмотрела на стены и… ну, в целом, логично, что электричество тут ещё не открыли, если под потолком люстры с масляными лампами.

– Н-да… – протянула я, аккуратно потрясая безжизненный аппарат в руках. Стандартное мигание лампочек, сообщающее, что батарея абсолютно пуста.

– Мне продали бракованный?! Да пусть демоны сожрут душу этого продавца… – начал было Асфароол, но я его остановила жестом.

– Сосуд Дыхания Джиннов не бракованный, с ним всё в порядке, просто эм-м-м… даже джинны порой засыпают, если их вовремя не покормить искрами света.

– Я могу отправиться в пещеры и собрать синие каменные розы! – тут же воскликнул песчаный принц под грозным взглядом отца, но я и тут его осадила:

– Не знаю, кто у вас питается каменными розами, но конкретно этот сосуд надо наполнить особым веществом… В принципе, оно есть у меня на корабле…

И тут гениальная идея пришла мне в голову. А что я, собственно, теряю?

– Но, если хотите, можете взять мой коммуни… то есть Сосуд Дыхания Джиннов.

С этими словами я расстегнула ремешок браслета на руке и протянула эмиру.

– Он даже лучше того, что нашёл Асфароол, хотя бы потому, что, если вам понадобится перевести груз, вы всегда сможете вызвать меня или моего шефа… ну то есть господина. Вот тут, м-м-м, кнопочка, и будет тот человек, с которым ваш сын заключил сделку. Очень надёжный человек. И также здесь есть ещё благословенная музыка… – Я потыкала плеер. – И несколько голофильмов. Это такие развлекательные объёмные истории.

– Миражи, – со знанием дела подсказал Асфароол. – Подтверждаю, я смотрел их на железной птице Софии, и они мне понравились. Они несут много знаний.

Я стремительно удаляла личные фотки и мультики, оставляя лишь только нужное для эмира Джар’хаэля и вынося на главный экран все основные приложения. Я рассудила так: ничего страшного, если придётся на родине купить новый коммуникатор, а вот за состоятельных постоянных клиентов, которые обратятся в СОВА, Аркадий Львович раскошелится не то что на премию, а вероятно, даже на процент со сделок. Надо лишь потрясти его хорошенько и надавить на совесть.

Эмир наклонился над «Сосудом Дыхания Джиннов» так близко, словно ожидал, что сейчас изнутри кто-то постучит и попросит выпустить его на чай. Он осторожно ткнул пальцем в экран. Экран мигнул. Он ткнул ещё раз – сильнее. Коммуникатор пискнул, зайдя в «калькулятор».

– А это чтобы облегчить работу ваших счетоводов, – сообщила я, наглядно демонстрируя функции сложения и умножения.

Эмир внезапно расхохотался.

– Несравненная мудрость иномирцев! – воскликнул он, прижимая коммуникатор к груди. – Да благословит тебя Владыка, София! Этот Сосуд знает больше, чем десять моих лучших советников, вместе взятых! И раз уж ты отдаешь мне свой Сосуд, проси что хочешь. Я вижу, у тебя мало украшений. Хочешь – одарю тебя сапфирами, хочешь – изумрудами, могу и чистым золотом отблагодарить, или даже корзинами с каменными розами.

В первую секунду у меня был порыв попросить всего и побольше, а во вторую я сдулась. А зачем мне все эти украшения в таком объеме? На Танорге их всё равно носить некуда, да и ввезти будет проблематично. Одно кольцо с сапфиром, подаренное Асфароолом, я как-нибудь объясню, но целый ворох драгоценностей – у меня его, скорее всего, отберут на планетарной таможне. Да и нечестно это, за какой-то коммуникатор стоимостью в двадцать кредитов брать так много.

Я вздохнула и покачала головой.

– Спасибо, ничего не надо.

– Ничего?! – Изумление в глазах эмира и принца было столь велико, что пришлось улыбнуться и пожать плечами.

– У меня всё есть, а чего нет, того ни на какие деньги не купить.

«Здорово бы было, чтобы песочный принц ещё со мной полетал по космосу…»

– Что ж, слова твои полны мудрости, – задумчиво произнёс Асфар-ул-Раашин ибн Кифар аль-Кархан. – Теперь я верю, что твоя внешность обманчива и ты куда старше, чем выглядишь, как сообщил мне мой сын. Располагайся в Джар’хаэле столько, сколько тебе нужно, тебе выделят отдельные покои и слуг.

С этими словами он чуть поклонился, давая понять, что диалог закончен. Я поклонилась в ответ, развернулась и медленно пошла к выходу. Вообще-то, ночевать я во дворце не собиралась, на «Зиме» как-никак привычнее, но позагорать пару-тройку дней можно будет. Вот только с Асфароолом бы попрощаться…

– …Готовься к знакомству с невестой… – Вдруг слух вырвал слова. Я остановилась так резко, будто наткнулась на невидимую стену. Обернулась – песчаный принц внимал отцу.

«Ох, ну и дура ты, Соня, – пробурчал внутренний голос. – Путешествовать с ним вдвоём… чтобы кружки мыл и смешно негодовал, чтобы целовать в нос кого было… Он вон! Делами государства заниматься должен, жениться… метеорит знает на ком, а про тебя уже и думать забыл. Ты же всего лишь пилотом была для него».

Остаток дня я бродила по местному базару, рассматривая причудливые самодельные вещицы. Я даже не представляла, что столько всего можно сделать без современных технологий… Отдельно впечатлили ткани и выделка по коже. Разумеется, покупать я ничего не стала – бродила так, больше для того, чтобы успокоить расшатавшиеся нервы.

Базар шумел, как потревоженный улей, но внутри меня стояла гулкая тишина. Посетило странное чувство: вокруг хохот, торги, песочные музыканты бьют в бубны, какие-то дети ловят ящериц на палках, а я брожу между рядами словно призрак. Кого я обманываю? Каким-то образом за эти пять дней я если не влюбилась, то очень сильно привязалась к новогоднему принцу. Он стал для меня больше, чем просто попутчиком. Ужасно жаль, что он, в отличие от меня, забыл наши совместные приключения почти мгновенно.

Когда солнце стало клониться к закату, я сказала себе, что пока отчаливать. На Террасоре, если честно, оставаться загорать совершенно расхотелось. Я пешком дошла до «Зимы», припаркованной в нескольких километрах от Джар’хаэля.

– Привет, Зим, – поздоровалась с бортовым компьютером, на что он выдал типичное:

– Добро пожаловать на борт, капитан. Куда путь держим?

– На Танорг, – ответила, смахнув пыль с ботинок и подойдя к панели управления. – Всё в порядке? Ты проверку делал? Стартовать можно?

– Стартовать можно, но мы разве не будем дожидаться всех членов экипажа? – уточнил ИИ.

– Зим, каких членов, ты что? День на солнце – и уже перегрелся? Всегда только я на борту.

– Да, но мои датчики говорят, что к борту стремительно приближается человек.

– Кто? – изумилась я. – Выведи голограмму.

Но раньше, чем Зим сориентировался и сделал то что нужно, я услышала звонкие шаги на трапе снаружи. Ещё секунда-другая, шлюз распахнулся, и на борт шаттла уверенно вошёл Асфароол собственной персоной.

Свет закатного солнца ударил ему в спину, разлился вокруг фигуры золотистым ореолом, и на миг показалось, что он не поднимается по трапу, а выходит из пламени. На необычных сапогах с загнутыми носками осела рыжая пыль, на плечах красовался тугой свёрток, перевязанный ремнями, а в правой руке – алебарда.

– Что ты тут делаешь? – растерялась я от вида принца на своём борту. – У тебя же город, обязанности… знакомство с невестой…

Принц неожиданно легко снял тюрбан и пристроил на ближайшую тумбочку, после чего взъерошил короткие волосы цвета шоколада.

– Да я тут подумал над твоими словами, что у меня мало жизненного опыта, и решил… а чего бы его не набраться? Тем более когда есть шанс поплавать среди звёзд с крайне надёжным пилотом.

Он сказал это почти небрежно, но синий взгляд выдал всё: решимость, внутренний надрыв, то самое оглушительное «я решил», от которого у меня колени стали ватными, как после резкого выхода в открытый космос.

– Надёжным? – переспросила я и попыталась сохранить хоть видимость спокойствия. – Прямо крайне?

Асфароол сделал шаг ближе. Дыхание горячее, песочное, будто приволок с собой кусок родной пустыни.

– Более чем, Соня, – тихо ответил он. – Ты водила «Зиму» сквозь звёздные коридоры и миражи. Ты хотела купить необходимую жидкость для корабля ценой своей репутации и чести. Если я готов доверить свою жизнь кому-то, то только тебе.

Сердце плавно соскользнуло в область солнечного сплетения и там застыло, как индикатор перегрева.

– Асфароол… – начала я, сама не зная, чем закончить. – Ты понимаешь, что, если сейчас сядешь на этот корабль… назад дороги уже не будет? Я имею в виду, что у тебя невеста и отец… – Я даже не знала, как точно сформулировать. – Когда я говорила, что надо уметь говорить «нет» и понимать, достигаются ли при этом твои цели, я имела в виду начать с малого…

Он улыбнулся. Такой улыбкой, от которой на Танорге девчонки падают в обморок, а на Террасоре, наверное, объявляют его пророком.

– Соня. – Мой новогодний принц поставил у стены свёрток и прислонил алебарду рядом. – У меня нет намерения возвращаться. Я хочу идти туда, где мой путь… перестаёт быть обязанностью и становится выбором. Я обо всём сказал отцу, мне понадобилось время, чтобы всё объяснить, но он понял, и вот я здесь. За каких-то пять дней ты изменила меня так, что я могу лишь гадать, чему ещё научусь с тобой. Хочу провести с тобой столько времени вместе, сколько ты разрешишь.

Последняя фраза прозвучала очень двусмысленно.

Принц сделал ещё один шаг. Пространство между нами сократилось до считанных сантиметров. Синие глаза были так близко, что показалось, сейчас произойдёт что-то волшебное… Возможно, меня даже поцелуют. Конечно же, по закону подлости, именно в этот момент Зим кашлянул в динамики:

– Капитан София, мне нужно уточнение: засчитывать ли данного пассажира в список постоянных членов экипажа? Я могу стартовать или мы его высадим?

– Засчитывай. – Я прикусила щёку изнутри, чтобы не застонать от разочарования. Вот же ж Зим, вечно некстати! – Асфароол теперь постоянный член экипажа и… будет персональным телохранителем. Старт разрешаю.

Кабину наполнил звук заработавших двигателей, песочный принц вновь улыбнулся, отстранился и внезапно посмотрел на меня как-то хитро. А затем вдруг стянул с себя кофту, оставляя лишь обнажённый пресс.

– Эй, что ты делаешь? Оденься!

Я вообще-то собиралась поднимать «Зиму» в космос, а когда на соседнем кресле тебя отвлекают бронзовые кубики, это весьма затруднительно.

– Провожу эксперимент, – не моргнув и глазом сообщил песчаный красавчик.

– Эксперимент?

– Ну разумеется, – кивнул Асфароол с невозмутимым видом. Он потянулся, отчего свет красиво заиграл на груди и животе. – Когда я сказал, что мужское тело – это анатомия, ты возражать не стала. А вот у пиксиянок на Кара’Туке точно огонь в крови возрос, не зря же они просили меня снять одежду. Оказывается, я был не прав, думая, что дев не возбуждает мужской торс. Мне теперь интересно, все таноржки реагируют как ты или у тебя реакция особенная? – И хитро прищурился, посмотрев на меня. – Тебя же всё ещё не интересует моё тело, верно?

Ах вот оно что… Эксперименты он ставить собрался! Перед другими девушками щеголять своими мышцами и передо мной, ну-ну. Я фыркнула, сложила руки на груди и демонстративно отвернулась.

– Верно. Ты вообще меня не интересуешь, хоть голым тут ходи…

Я поймала смеющийся взгляд Асфароола – и осеклась. Он выглядел так, будто только что получил свой собственный Новый год.

Он специально это сделал! Он меня проверял, и, очевидно, я с треском провалила экзамен, выдав себя с потрохами.

– Взлетаем, – хмуро скомандовала я. – Возвращаемся на Танорг.

Асфароол послушно сел рядом и даже самостоятельно пристегнулся. Взревели двигатели, нас вжало в кресла… Я стартовала намеренно резко, потому что внезапно разозлилась на песчаного принца. Эксперимент он на мне собрался ставить… Хочет открыто услышать от меня признание первой, что нравится? Что за детский сад, ей-космос…

«Зима» рванула вверх, пробила последние слои атмосферы и вышла в бескрайнее чёрное море, усыпанное звёздами. И в этот момент – в переходе между мирами – его рука коснулась моей. Легко. Осторожно. Как касаются песка перед тем, как ступить на новую землю.

– Сонь, мне плевать на эксперименты. Мне просто нравится, что ты рядом. Ты мне нравишься.

И я впервые почувствовала, что это путешествие – не просто возвращение.

Это – старт.

И, раз уж Новый год на носу, почему бы не начать его с самого редкого подарка – своего собственного счастья?

Конец, 2025.