Нам можно

Эпилог

— Может, я на руки возьму? — спросила Ярослава Николаевна, глядя на спокойно спящего ребёнка.

Всё-таки родственники, от них никуда не деться. Настаивали, чтобы молодые начали ходить в церковь, и они начали. Не особо было Максу интересно, с другой стороны надо многое знать, всё время учиться и изучать религию своих предков.

Потом пристали с этим поступлением. Наивные, думали, что кто-то их слушать будет. Пытались старики через Еву воздействовать, но это бесполезно. Ева в паре, в связке, в полном счастье.

У Макса не было нормального отца, а у дядьки Саши не было сыновей. А так хотелось.

Так что школа бизнеса.

Управление персоналом, маркетинг, финансы, анализ рынка, составление бизнес-плана. Последние, Макс явно отзеркаливал на свои отношения. Если ты хочешь строить бизнес, начни сначала строить отношения. Если нет, то и пихаться нечего. Кто-то скажет, что это совершенно разные вещи. Но с пеной у рта зарабатывать деньги, это почти такой же кайф, как стоять около университета и ждать, когда твоя любимая девочка вернётся после сдачи экзамена.

Макс топтался неподалёку от университетского корпуса, прислонившись к каменной стене. В руках он держал переноску, где спала Анфиса Максимовна Самоделова. Ведь Макс сменил фамилию.

Рядом с ним, на травке, лежала сумка с игрушками и детскими вещами.

Лицо было спокойным, но в глазах читалась лёгкая тревога — он переживал за свою жену, которая сейчас сдавала важный экзамен внутри здания.

Даже тёща так не волновалась. После рождения внучки вообще перестала удивляться их молодой семье.

Парень всё так же строен, худощав, но явно вырос и разнёсся в плечах. Одевался просто, но со вкусом: джинсы, футболка и лёгкий пиджак, который он надел, чтобы выглядеть чуть более официально, ведь работал и учился. Крутился круглые сутки, и даже на выходных удавалось поиграть в компьютерные игрушки.

Волосы так и носил отращёнными, всё время закидывал назад, как ритуал. В ухе гарнитура. Он общался со знакомым. На лице играла едва заметная улыбка, когда он смотрел на свою дочь, мирно спящую в переноске.

Ребёнок, укутанный в мягкое одеяльце, время от времени шевелил ручками и ножками во сне, вызывая у отца нежные чувства. Парень осторожно поправлял край одеяла, чтобы Анфиске было уютнее, и снова переводил взгляд на входную дверь корпуса, ожидая появления своей жены. Ярославу Николаевну игнорировал. Конфликты не создавал, но и близко не подпускал. Он вообще предпочитал, чтобы с Евой общалась Надя. Сына Нади поставили на ноги, теперь в гости приходили.

Вокруг суетились студенты, спешащие на лекции или встречи, но отец, ребёнок, ждущие возвращения мамы, и бабушка оставались неподвижны.

— Макс. Я и так и эдак крутил, — говорил в гарнитуру его знакомый, учился на несколько курсов старше. Но так как Макс от своих сверстников всегда отличался, старшаки спокойно с ним общались и ценили.

— К аналитикам обращался? — тихо поинтересовался Макс, глядя то на дочь, то на дверь университета.

— Добро дали. Вроде всё.

— Эд, твои мысли — это и есть проект. Календарный график работы, и по этому графику фигачишь. План мероприятий: взять кредит, набрать персонал.

— Мне кажется, я что-то забыл. Макс, а? Давай со мной.

Максим рассмеялся, закидывая голову к небу:

— Эд, ты хоть понимаешь, какие у меня объёмы.

— Но это же на себя работать!

— Я на дядю работаю и рад.

— Давай попробуем. Без такого спеца, как ты, стрёмно.

— Подумаю. А ты пока разработай таблицу рисков, реши как их обойти. Поставь ответственного за каждую задачу. Определи взаимосвязи задач.

Эд хорошего отца сынок, но папа рано скончался. Мать не в состоянии была вести всю эту кухню, и бедняге Эду сразу после универа пришлось уйти в бизнес. А он такой разгульный образ жизни вёл, так отрывался, что теперь чутка потерянный.

— Макс, давай! М?

— Ева если сдаст экзамен, завалимся с ней в клубешник. Может встретимся?

— Да, я, Макс, упахался, нагегемонился вусмерть. Не до клубов короче, — надломлено признался Эд.

— Поговорим о партнёрстве.

Нависла пауза.

— О, Макс! Это классная новость!

— Давай, пришлю сообщение.

Максим разорвал связь и набрал номер своего дядьки. Пока шёл звонок, тихо произнёс:

— Хищник не унижает, не самоутверждается. Хищник жрёт. Молча, — улыбнулся натянуто тёще, которая с укоризной кивала.

— Дядь Саш!

— Быстро только.

— Я ухожу от тебя в бизнес к другу. Ты сам говорил, что надо разное попробовать.

— Недолго только, — серьёзно и очень тихо ответил занятой бизнесмен.

— Как получится.

— Я тебя понял. К деду завтра едем. Все вместе.

— Помню, подарок купили.

— Там и поговорим.

— Ева вышла, — прошептала Ярослава Николаевна. — Беги, встречай.

Макс убрал гаджет.

— Посмотрите за Анфисой.

— Конечно, с нами всё будет в порядке, — пообещала бабушка, заботливо поправляя малышке одеялко.

Он суетливо залез в пакет с игрушками, вытащил букет. Неважно, сдала она или нет, цветы ей нравились.

Потрясающая. Красивая. У неё такая фигура! Уже никакой юношеской худобы, невероятные формы. Мужики все до единого смотрели с восхищением, ей девчонки завидовали. Там одни волосы чего стоили! Макс запретил стричь и красить, так сильно любил эту копну. Вышла из дверей университета, сияющая от радости. Ева глаза светились, губы растягивались в широкой улыбке, и она крепко сжимала в руке экзаменационный лист. Его жена ещё не успела осознать, насколько это важно для неё. А Макс знал, что ему очень нужна будет однажды секретарша. Опытная, красивая. Любимая. И добрая. Он вот эту её простоту и доброту ценил выше всего.

Он мчался через всю площадь перед корпусом, держа в руках скромный букет цветов. Его волосы развевались на ветру, а лицо выражало смесь волнения и счастья.

— Ты справилась! Я знал, что ты сможешь! — воскликнул Макс и поймал её в объятия. Оторвал от земли и покружил на месте.

— Я сумела! Заочно! Спасибо тебе, котик, за поддержку!

— Я всегда рядом!

Они стояли посреди площади, окружённые студентами и преподавателями, но в этот момент их ничего не волновало. Он нежно коснулся её щеки, и они обменялись долгим взглядом, полным любви и понимания.

— Столько дел, — он опять тонул в её глубоких глазах.

— Все осуществим, ведь важно иметь план, — троллила она его: копируя голос и повторяя слова.

Макс балдел, он обожал её, прижал к себе и зарылся носом в её волосы. В этот миг весь мир казался идеальным, и ничто не могло омрачить их счастье.