Нам писец, Юля!

Глава 11

Я была бы похожа на праздничную ёлку, если бы надела все гарнитуры одновременно, поэтому, чтобы совсем уж не утяжелять свой образ, я решилась сделать следующее. Надела все три кольца на средний, безымянный и указательный пальцы правой руки, вспомнив о том, что в этом мире замужним женщинам принято носить подаренные кольца от мужей именно так. Затем браслет из теплых изумрудов — на левую руку. Серьги из огненных рубинов вставила в мочки ушей вместо моих гвоздиков. Поближе к моей красной пряди волос. Второй браслет из ледяных топазов надела на правую руку. И, наконец, колье из бриллиантов — на шею.

Долго изучала себя в зеркало, а затем поняла, что не хватает кое-каких акцентов, чтобы мой прикид смотрелся более гармонично, и попросила у девочек поискать в гардеробной ленты красного, зеленого и голубого цветов, а также нитки с иголкой.

Мне принесли всё буквально за пару минут. И я подшила ленты к широкому поясу своего черного кожаного платья, по три с каждой стороны, чтобы они струились вниз, к подолу.

Покрутилась перед зеркалом и, повернулась, решила посмотреть на притихших горничных.

И с удивлением поняла, что взгляды у всех девочек были восхищенными.

Ого, им что, понравилось?

Удивительно…

Вообще, выглядело неплохо. С одеждой вроде бы всё сочеталось.

Посмотрела на Вилесу, и та тут же сделала мне глубокий реверанс, как, впрочем, и все мои горничные.

— Ну что, нам пора? — спросила я у девушки, она же тут командовала всем парадом.

— Да, моя королева, — пролепетала она. — Позвольте, я вас провожу в тронный зал, там вас дожидаются ваши мужья.

— Позволяю, — вздохнула я, чувствуя сильное волнение, как и всегда перед тем, как выйти на сцену перед кучей народу.

Вообще, я сцены не особо боялась, так как с детства в школе занималась общественной деятельностью и меня заставляли вести все наши мини-концерты. Как и заниматься составлением программы.

В университете мне тоже внезапно досталась эта же роль. И я вновь вела все наши мероприятия, объявляя о следующих номерах. И не только, еще и организовывала их иногда.

Сама, к сожалению, танцевала не особо хорошо, а уж петь так вообще не умела. У меня не было совершенно слуха.

Но мои друзья все как один говорили, что роль ведущей мне очень идет. Я как будто родилась для того, чтобы выходить на сцену и с непринужденной улыбкой объявлять что-нибудь или просто что-то рассказывать. А еще гонять всех во время репетиций, собирая в кучу. Из хаоса превращать всё в порядок.

Мне кажется, они просто лукавили, никто не хотел этим не особо благодарным делом заниматься. Вот меня и заставляли это делать.

Но благодаря этому умению у меня зато получалось не трястись перед комиссией, когда я защищала диплом. А еще не бояться во время собеседований при устройстве на очередную подработку и задержаться там настолько, чтобы получить повышение и должность.

Эх, жаль, работы-то своей я, наверное, лишусь… Уже второй день тут прохлаждаюсь.

Я всё еще не теряла надежды вернуться обратно, как бы безумно это ни звучало.

Вилеса вместо того, чтобы проводить меня в основной коридор, повела меня совершенно другими путями, через скрытые проходы, предварительно прогнав всех горничных, чтобы они не увидели, куда мы направляемся.

— Зачем мы скрываемся? — спросила я.

— На всякий случай, моя королева, — ответила девушка. — Я не доверяю пока никому. И не хочу, чтобы на вас было совершено покушение.

Я с удивлением посмотрела на неё. Уж кто-кто, но она же была уверена в том, что тут все за меня. И всем подданным, наоборот, было выгодно, чтобы я была живой. А теперь что случилось?

— А как же наши воины? — спросила я.

Вилеса кинула на меня осторожный взгляд и, тщательно подбирая слова, ответила:

— Не хотела вам говорить, но я услышала слух от своего друга, что в живых осталась ваша родственница. Очень сильно дальняя. Однако у неё тоже есть право на престол по крови.

— Миаланта, — с шумом выдохнула я, потому что слегка запыхалась, ведь мы шли очень быстро.

— Вы знали? — приподняла свою бровь Вилеса, но, не став дожидаться моего ответа, тут же добавила: — А, вам, наверное, повелитель зеленых фейри уже всё рассказал. — И, не обратив внимания на мои сведенные брови, потому что я впервые узнала о том, что Химо что-то слышал о Миаланте до её представления ко двору, продолжила быстро говорить: — В общем, я сама узнала только сегодня. И подумала, что сейчас вам нужно быть осторожной. И поберечься. Ну всё, мы пришли.

А мы и правда приблизились к стеклянной двери, через которую было видно маленькое помещение.

— Там находятся небольшой кабинет и выход в тронный зал. Сейчас лучше подождать и вам выйти самой последней. Вот тут есть рычажок, — пояснила мне Вилеса, при этом нажимая на этот самый рычажок, а стеклянная дверь тут же исчезла.

И когда мы вышли в кабинет, она вновь появилась, только на её месте оказалось зеркало.

— Откуда ты знаешь о проходе? — спросила я девушку.

— Мне показал его ваш муж — повелитель ледяных фейри, — ответила она, — предупредив о том, что о нем знает только он, больше никто.

— Харск доверился тебе? — приподняла я брови.

Хотя куда уж их еще выше поднимать, ведь я столько новой информации уже получила, что впору впасть в панику, потому что ничего этого в сюжете не было и близко.

Миаланта должна была появиться только через год! Год! И только лишь тогда о ней узнали мужья Джул. До этого о её существовании вроде никто даже не подозревал… или это было лишь в книге и, возможно, со слов самой Миаланты? Ведь книга была написана от её лица.

Могла ли она просто не догадываться, что о ней знает тот же Химо? И еще кто-то? И да, как-то подозрительно ей в книге почти все благоволили. Сразу приняли её, можно сказать, с распростёртыми объятиями, почти ничему не удивляясь. Или я уже сама додумываю то, чего не было?

— Да, у нас состоялся крайне серьезный разговор, — ворвался голос Вилесы в мои размышления, и девушка, поморщившись, потёрла свою руку, словно вспомнив о том, каким именно был её разговор с Харском, — и мы договорились, что для нас обоих важны ваше здоровье, моя королева, и ваша жизнь. Поэтому он объяснил мне, как вам лучше проходить в тронный зал.

— Понятно, — протянула я, осматриваясь в ничем не примечательном кабинете какого-нибудь дворцового служащего.

И откуда я знала о кабинетах дворцовых служащих, собственно?

Эта мысль возникла в моей голове на пару мгновений, но быстро выветрилась, потому что Вилеса подошла к двери и посмотрела сначала в глазок, находящийся на ней, только после этого отперла большой засов и уже осторожно выглянула наружу.

— Всё, тут чисто, можно идти, — сказала она.

И я двинулась следом за ней, оказавшись в небольшом коридоре, который был с двумя выходами. При том, что дверь, из которой мы только что вышли, просто исчезла, превратившись в стену.

— Не переживайте, вернуться обратно не сложно, нужно просто положить свою руку вот сюда.

Вилеса приложила руку к стене, и та превратилась в дверь, а затем открылась.

— Доступ мне дал ваш муж, но и на вас он тоже подействует.

Я же мысленно поморщилась, вспомнив, почему по книге мужья Джул знали больше о дворце, чем она. Ведь это же они его отстраивали для неё. И по факту являлись в нем настоящими хозяевами, а сама королева жила в нём, словно временная гостья. И был в книге даже момент, когда она заблудилась и случайно вышла к чужим покоям, когда совершала свою очередную подлость, так её застали собственные мужья. И поняли, что это именно она строит козни. Хотя Джул упорно пыталась всё свалить на Миаланту.

После того как мы убедились, что дверь опять исчезла, мы проследовали по коридору к другим дверям, которые открыла передо мной моя горничная, и уже вышли к трону, возвышающемуся на небольшой сцене, только с другой его стороны, словно из-за кулис.

Занавеса только не хватало…

И тут же прогремели фанфары, а церемониймейстер громко начал объявлять все мои титулы:

— Королева четырех королевств: Нуллимара, Фильдраара, Инферниэля и Сильваэлия — несравненная, восхитительная и великолепная Джул!

Я не сдержалась и ощутимо вздрогнула от настолько громкого, явно увеличенного магией голоса и порадовалась, что все мои подданные тут же опустили головы вниз, не видя моего маленького позора: мужчины — застыв в поклонах, а дамы — в глубоких реверансах.

Вилеса же слегка зашуршала своей одеждой, и я поняла, что надо идти к трону, возвышающемуся на подиуме. Пришлось даже по ступенькам подняться.

Кстати, а впереди меня, в метре, чуть ниже уровнем, были расположены еще три трона — видимо, это для моих мужей.

Надо же, я типа выше, но за их спинами.

Как интересно… И в общем-то, может, и правильно, чисто с психологической точки зрения.

Я посмотрела на свой трон, он был сделан из полупрозрачного камня, и подумала, что попе моей несчастной будет очень больно на нем сидеть.

К слову, трон этот принадлежал моим предкам. Точнее, предкам Джул. И да, разрушить его так и не смогли, и он единственный уцелел из всего дворца.

Я уже приготовилась мысленно страдать, пока будет идти весь этот приём, но стоило мне сесть, как я ощутила мягкость и комфорт, а еще меня охватила небывалая эйфория. Как будто трон меня узнал и принял.

Это странное ощущение даже заставило меня улыбнуться и почувствовать себя более уверенной. Словно я и правда нахожусь на своём месте, наконец-то вернувшись в свой родной мир после долгих странствий.

А на моей голове вдруг появилось что-то тяжеленькое. Я на автомате подняла свою руку, чтобы пощупать, и наткнулась на… корону!

Ту самую! Что принадлежала истинному королю Кристаллии! Я помнила, что корона была сделана из драгоценного белого металла, с огромным белым алмазом посередине.

Значит, это трон принял меня и короновал. Ну ничего себе.

В этот момент я услышала громкий стук и, резко подняв голову, увидела, что все воины, находящиеся в тронном зале, одновременно встали на одно колено, опустив головы. Все до единого… Хотя до этого они стояли, изображая истуканов у импровизированной сцены и у выхода, не замечая меня.

И да, появился большой голо-экран, разделенный на две части. В одной его части отражалась я, сидящая на троне с короной на голове, а во второй сменялись картинки, где я видела подданных, вылетающих из своих домов и падающих на колени на землю.

Кто-то рыдал, кто-то кричал от счастья. Кто-то просто молча стоял и смотрел на меня во все глаза, явно потеряв дар речи. Но всех их объединяло одно — надежда. Надежда на то, что теперь в их стране наступит мир. И они перестанут терпеть лишения.

Этот «экран» умудрился заглянуть в каждый уголок Нуллимара, даже на самые маленькие острова, где жило не более пяти семей.

Я видела их всех, а они смотрели на меня буквально во все глаза.

Кажется, во мне только сейчас признали королеву по-настоящему.

Такого подарочка я от трона не ожидала. То есть я теперь стала по всем законам королевой Кристаллии. Меня увидели и запомнили все.

И как теперь сбегать? И главное, куда, блин?

Сначала все те несколько тысяч воинов магических фейри, теперь все жители моей страны…

«Трон явил подданным Нуллимара настоящую королеву, которая, сев на него, приняла ответственность за всё государство…» — так было написано в конце книги, когда Миаланта села на трон.

Это она должна была сидеть тут, а не я. Какого черта?

Вот так подарочек. Спасибо, что ли.

Я помнила по книге, трон для Джул был просто креслом. Причем, судя по её кислому лицу, ужасно неудобным. И, со слов Миаланты, каждый прием для королевы был в тягость. Она постоянно была с дурным настроением и недовольным лицом. И старалась покинуть любое мероприятие как можно быстрее. И да, она сидела всегда на мягких подушках. Но даже они не прибавляли ей комфорта, она постоянно ёрзала, и всё подданные из-за этого осуждали королеву за её недостойное поведение.

Я шумно выдохнула. Но самое странное, у меня не получалось огорчаться и как-то печалиться. Видимо, этот трон влиял на моё настроение. И, наоборот, хотелось горы свернуть ради вот этих взглядов, которые сейчас были устремлены на меня.

Прекрасно, Юленька. Мало тебе было вечной ответственности за все мероприятия в школе, затем в университете и на работе, где меня поставили менеджером, так теперь мне подсунули целую страну.

И это при том, что я знаю свой итог — смерть от рук собственных мужей.

И почему мне даже сейчас не грустно и не страшно?

Это точно он — трон. Буквально все негативные эмоции куда-то мои забрал.

Интересно, если он имеет такие свойства, как предыдущий король Кристаллии умудрился пойти войной на другие государства?

Я медленно осмотрела весь зал и всех своих подданных, которые все это время так и продолжали стоять в поклонах и реверансах, убрав при этом крылья.

А я невольно вспомнила о том, что во дворце действовала специальная магия — летать фейри в нем не могли. Это было сделано для всеобщей безопасности.

Поэтому все стояли на своих ногах в не самых удобных позах, однако не смели даже головы поднять.

Я-то еще понятно, человек почти, мне ходить привычнее. А вот подданным, наверное, не очень это дело нравится. К слову, поэтому во дворце не особо любили жить аристократы. И ходили в замок на работу или по приглашению — на королевские обеды. А из дальних островов если и съезжались, то максимум на пару дней, не больше, пока не закончат все дела, а затем быстренько сваливали в свои особняки, которые отстроили в столице.

Интересно, а сколько живых аристократов осталось? Их же почти всех казнили в тот же день, когда казнили всю королевскую семью. И кто вообще сейчас всем занимается?

В книге ничего этого не было. Герои, казалось, только и занимались интригами да кознями. А как вообще существовало само государство, всем было пофиг как будто…

Ладно, хватит их мурыжить. Пора разрешить всем встать.

— Прошу всех подняться, — громко сказала я, а мой голос тут же усилился магией, и я вспомнила, что у трона были и такие возможности.

Так как «головизор» не пропал, я поняла, что стоит сказать какую-то речь.

На меня, черт возьми, вся страна сейчас смотрит и все подданные, что сейчас находятся в тронном зале.

Кстати, среди них нет ни одного фейри из магической страны. То есть по факту тут все «свои».

«Ну почему меня никто не предупредил! Это нечестно!» — мысленно завопила я, но внешне лишь сдержанно улыбнулась.

Как там говорится: «Пофиг, пляшем»?

Ух… ладно, будем импровизировать и вспоминать свою маленькую роль в одном из школьных спектаклей, которую я так и не смогла получить, где от меня только и требовалось сказать речь. Ох, как же долго я её учила… всё же не зря.

— Дорогие мои подданные, жители Нуллимара. — Я окинула взглядом всех, кто стоял в тронном зале, а затем посмотрела перед собой в «визор». — Сегодня судьба преподнесла мне величайшую честь и самый тяжкий груз. Я не готовилась к этому трону, не искала его. Я вообще не надеялась, что смогу дожить до этого дня, — в этот момент мой голос дрогнул. Потому что я вспомнила чувства настоящей Джул и её страхи. Она видела, как казнили всю её семью, и думала, что когда повзрослеет, то её тоже казнят на площади. Она жила с этим всё своё детство. Хоть ей об этом никто никогда и не говорил из детей или взрослых, даже со злости, даже в самые темные и беспросветные дни. Но она это понимала, как никто другой. И этот страх настолько глубоко укоренился в ней, что она жила словно одним днем. Да и вела себя так же, не видя будущего. Не ожидая его.

Вот и я знаю, какой меня ожидает конец, потому что прочитала эту книгу до конца. Надо же, как мы с Джул в этом похожи… И всё равно, даже если все это неправда, даже если меня ожидает смерть, все те фейри — жители страны — не обязаны сейчас это видеть и понимать. Ведь у каждого из них тоже была своя трагедия. Они все понесли лишения. Потеряли близких, друзей, родных. Потеряли свои дома. И я не имела права сейчас, смотря в эти глаза, предать их доверие.

Поэтому, несмотря на все мои страхи и понимание того, чем всё это закончится, я продолжила уже более уверенным и громким голосом:

— Но теперь, принимая корону, я принимаю и ваши судьбы! Клянусь служить вам не из дворцовых залов, а сердцем — открытым, верным и преданным. Даже в сомнениях я буду искать силы, чтобы стать для вас опорой. Потому что корона — это не власть. Это дар доверия, который я не имею права обмануть.

Я улыбнулась, и откуда-то из глубины моей души вдруг возникла эта песня, которую я знала наизусть, которую пела еще мама для Джул. Это был не гимн этой страны, это была народная баллада, которую знали все жители Нуллимара.

И мне показалось, что именно сейчас будет уместным спеть именно её.

И, встав со своего трона, я начала её петь:

Куплет 1:

Над тучами, где ветра поют,

Среди островов, что небо держит на плечах,

Живём мы, чья магия молчит,

Но дух наш крепче стали в этих небесах.

Нам не дали огня и чар,

Но дали крылья мечтать

И воли свободной жар —

Своё наследие искать.

Сначала я исполняла её в тишине. Никто не подхватывал, но я всё равно решила продолжить и еще громче запела, и стоило мне дойти до припева, как первой ко мне присоединилась Вилеса:

Припев:

О Нуллимар! Ты в вышине,

Как символ веры в ясном сне.

Без заклинаний и преград —

Мы создаём свой звёздный сад!

Пусть магии потух светильник наш земной,

Зато нам неба купол — вечный и родной!

А следом за ней «экран» начал показывать мне жителей страны, которые тоже вместе со мной пели. Их голоса сливались в один. Ведь эту песню знали абсолютно все подданные Нуллимара, буквально впитав её слова с пеленок. И уже следующий куплет мы пели буквально всей страной:

Куплет 2:

Мы строим замки без чудес,

Резец и молот в нас творят свою игру,

Искусство сердца — неба вес,

И честь, что предки завещали ко двору.

Пусть иные парят в чарах,

А мы — в труде и в мечтах,

И наш устав — недаром

Мы с вызовом в сердцах.

Я видела, как взгляды подданных, стоящих у трона, стали наполняться такой же надеждой, как у тех, что были там — на экране. А это дорогого стоило. Ведь они знали Джул ближе всех и понимали, как она нестабильна психически. Но сейчас, кажется, будто даже их сердца дрогнули, особенно когда они пели припев, положив одну руку на сердце.

Припев:

О Нуллимар! Ты в вышине,

Как символ веры в ясном сне.

Без заклинаний и преград —

Мы создаём свой звёздный сад!

Пусть магии потух светильник наш земной,

Зато нам неба купол — вечный и родной!

Куплет 3

И если звёзды упадут —

Мы их поймаем в медный таз,

Чтоб в них грядущее прочли

Безмагичные как наказ.

Нас не сломить, не испугать,

Мы там, где небу тесно стать!

И последний припев я вновь пела в тишине. Совершенно одна:

Припев:

О Нуллимар! Ты в вышине,

Как символ веры в ясном сне.

Без заклинаний и преград —

Мы создаём свой звёздный сад!

Пусть магии потух светильник наш земной,

Зато нам неба купол — вечный и родной!

«Над облаками» (Народная баллада)

Когда мы закончили, раздались громогласные аплодисменты, которые почти оглушили меня, однако они же и наполнили меня надеждой на то, что, возможно, у меня всё же будет шанс выжить… А если и нет, то и ладно. Хоть что-то успею сделать.