Невезучая В Любви

Райан проснулся ещё до рассвета. Он лежал и пялился в потолок съёмной квартиры, слушая, как старый радиатор лязгает и шипит, словно споря сам с собой. Он надеялся, что усталость наконец возьмёт своё, но мысли не давали покоя. Они по кругу возвращались к вчерашнему дню.

Дело было не в походе. И не в виде, хотя панорама гор и бледное зимнее небо выглядели как на открытке. Нет, не спать его заставляла Тейлор.

Её растрёпанные на ветру волосы, раскрасневшиеся от подъёма щёки и глаза, сиявшие, когда она вертела в руках этот камешек, будто величайшее сокровище.

Она сжимала его так, словно ей вручили корону, а не обычный гладкий камень. И это выражение её лица… оно ударило Райана куда-то под дых, лишив равновесия.

Он с тихим стоном провёл ладонью по лицу. Вот именно поэтому он так долго не возвращался. Её всегда было «слишком много» – слишком упрямая, слишком умная, слишком уверенная в том, чего хочет, даже в детстве. А сейчас? Сейчас она уже не ребёнок. Теперь она женщина с таким смехом, от которого у него до сих пор почва уходит из-под ног, и с улыбкой, которую она пытается скрыть, когда думает, что на неё никто не смотрит.

Этот смех. В темноте он прокручивал его в голове десятки раз. Он пробрался ему под кожу – знакомый, но изменившийся, словно старая любимая песня, исполненная в другой тональности.

А ещё этот блокнот.

Когда он спросил, о чём она писала все эти годы, она увильнула, выдумав историю про единорогов. Он не поверил ни на секунду. Тейлор никогда не умела складно врать. Она начинала отводить глаза и говорить отрывисто – точь-в-точь как вчера на скамейке.

А значит, то, что она написала, имело значение. Значит, это было что-то, чего она до сих пор не хотела ему открывать.

Райан перевернулся на другой бок и с силой взбил подушку, но это не помогло. Вопросы обступали его всё теснее. Почему она прячется? Чего боится? И почему, чёрт возьми, для него это сейчас так важно?

— Потому что ты просто не можешь держаться от неё подальше, — подсказал предательский внутренний голос.

Он резко сел, запустив руки в волосы. Ладно. Он не может держаться в стороне. И не хочет. Квест продолжается, и, если она думает, что он позволит ей одной бродить по всяким глухим местам, она просто сошла с ума.

Райан свесил ноги с кровати и потянулся к джинсам, натягивая их и не обращая внимания на холодный пол. Он убеждал себя, что всё это ради безопасности, осторожности и здравого смысла. Но даже просовывая руки в рукава куртки, он понимал: дело не только в этом.

Дело было не в записках.

Дело было в Тейлор.

И в том, что каждый раз, когда он закрывал глаза, он видел её там, на горе: с дикими волосами, раскрасневшимися щеками и пальцами, крепко сжимающими то, что предназначалось только ей.

Райан схватил ключи и направился к двери. Ему определенно нужен был кофе. Но больше всего ему нужно было увидеть её.

Колокольчик над дверью кафе звякнул, когда Райан переступил порог, стряхивая холод с плеч. Внутри пахло кофейными зёрнами, сахаром и чем-то неуловимо цитрусовым – от мыла, которое Тейлор продавала у стойки. Но сегодня здесь витало нечто иное.

Тейлор стояла за кассой, отдавая чашку постоянному клиенту, и улыбалась. Это не была та вежливая полуулыбка, которой она обычно одаривала посетителей, и не сухая ухмылка, прибережённая для него. Это была широкая, открытая улыбка, которая освещала всё её лицо.

Райан замер на полуслове. Он не видел её такой уже много лет.

Определенно что-то случилось.

Заметив его, она чуть сбавила градус восторга, но улыбка не исчезла. Тейлор поманила его к себе коротким жестом.

— Ты рано, — сказала она, когда последний клиент ушёл со своим латте.

— А ты в хорошем настроении, — парировал Райан, прищурившись.

Она закусила губу, словно сдерживая смех, затем потянулась под прилавок и вытащила сложенный листок бумаги. Разгладив его на деревянной поверхности, она пододвинула его к нему, как некую контрабанду.

Ещё одна записка.

Райан наклонился, чтобы прочитать:

— Это подвал библиотеки. Архивы.

— Архивы? Ты издеваешься? — Райан застонал.

Она рассмеялась – низко и звонко:

— Почему у тебя такой вид, будто меня призывают в суд присяжных? В старших классах я подрабатывала там на полставки. Не помнишь?

— В подвалах начинаются все фильмы ужасов, Тейлор, — он постучал по записке указательным пальцем. — Ты не пойдёшь туда одна. Я иду с тобой.

— Ты серьёзно думаешь, что мой тайный поклонник засел в подвале библиотеки с бензопилой? — её плечи затряслись от смеха.

— Не шути. Ты не знаешь, кто этот парень. Всё, что тебе известно – он постоянно заманивает тебя в уединённые места и оставляет подарки, — Райан посмотрел на неё тяжёлым взглядом.

Она оперлась локтями о стойку, улыбаясь так, будто точно знала, на какие кнопки нажимать:

— И всё, что я знаю – ты снова пришёл играть в телохранителя. Снова.

— Именно так. Снова, — Райан и глазом не моргнул.

— Ты невыносим, — Тейлор покачала головой, продолжая улыбаться.

— Подготовлен, — машинально отозвался он.

Она не выдержала и снова рассмеялась.

— Ладно. Если это поможет тебе спать спокойно, можешь идти. Но ты губишь на корню мой шанс на то, что тайный поклонник вскружит мне голову и как следует поцелует.

— Я готов рискнуть.

Райан промолчал, но на самом деле он не собирался позволять кому-то другому кружить Тейлор голову. Только ему.

Да. Ни за что он не отпустит её в эти библиотечные архивы одну.

— Хорошо. Встретимся сегодня у входа в библиотеку в семь вечера. Не опаздывай, иначе я уйду без тебя.

К тому времени как солнце скрылось за крышами домов, Райан снова потерял покой. Он встретил Тейлор у библиотеки: она куталась в куртку, а её щёки раскраснелись от холода. В руке в перчатке она позвякивала маленьким ключом, и в её глазах плясали озорные огоньки.

— У тебя до сих пор есть ключ? — недоверчиво спросил Райан.

— Привилегии работы здесь в студенческие годы. Технически я должна была вернуть его, когда увольнялась, но они забыли, а я… не стала напоминать, — Тейлор ухмыльнулась.

— Значит, теперь мы занимаемся взломом с проникновением, — Райан покачал головой.

— Мы не вламываемся. Мы входим, — она вставила ключ в замок, раздался отчётливый щелчок. — И это не преступление, если это ради любви.

Райан проворчал что-то невнятное, но последовал за ней, уже держа фонарик наготове. В библиотеке было темно, тишина здесь казалась более тяжёлой и густой, чем днём. Их шаги слишком громко отдавались от плитки, когда дверь за ними закрылась.

Тейлор оглянулась, её улыбка всё ещё была насмешливой:

— Ты в порядке? Вцепился в этот фонарик так, будто это оружие.

— Это и есть оружие, — отрезал Райан. — Если на нас кто-нибудь выпрыгнет, я его уложу.

— И кто же это будет? Призрак десятичной классификации Дьюи? — Тейлор фыркнула.

Они двинулись по центральному проходу, книжные стеллажи возвышались по бокам, словно призрачные стражи. Пылинки кружились в узких полосках лунного света, пробивавшихся сквозь высокие окна. Райан продолжал сканировать углы, наполовину ожидая увидеть там чью-то притаившуюся фигуру.

Когда они дошли до узкой двери, ведущей в подвал, Тейлор снова достала ключ и толкнула её. Навстречу им вырвался запах старой бумаги и сырого камня. Лестница скрипела под их ботинками, пока они спускались.

Райан обвёл лучом фонаря ряды металлических стеллажей, высокие стопки коробок и несколько старых столов со сломанными ножками, приткнутых к стене.

— И это всё? Сюда приходят умирать забытые истории?

— Романтично, правда? — Тейлор улыбнулась.

— Жутковато, — поправил Райан. Он автоматически вышел вперёд, прокладывая путь лучом света. — Держись за мной.

— Командир, — промурлыкала она, но послушно пристроилась следом.

Они медленно шли вдоль рядов, Тейлор проводила пальцами по краям пыльных коробок. Райан старался дышать ровно, но воздух был тяжёлым от затхлости и времени. Тишина давила на уши, и лишь где-то вдалеке пискнула труба.

А потом раздался звук.

Резкий шорох в дальнем углу. Райан замер, резко направив фонарь на источник шума.

— Слышала?

— Может, это просто… — Тейлор напряглась.

Снова шорох, на этот раз громче. Что-то с грохотом свалилось на пол.

Райан осторожно отодвинул Тейлор себе за спину, каждая его мышца была натянута как струна.

— Стой здесь.

— Райан…

Он проигнорировал её и двинулся вперёд, разрезая тьму светом. Луч выхватил пару светящихся глаз.

Райан выругался.

На стопке газет сидел енот и моргал, глядя на него, одна его лапа была глубоко запущена в открытую коробку. Зверь недовольно шикнул и скрылся в темноте.

Тейлор так и прыснула. Она согнулась пополам, упёршись рукой в колено, и её смех безумным эхом разнёсся по подвалу.

— Ты… ты был готов драться с енотом!

— Эта штука могла быть опасной, — Райан обернулся, насупившись, но его уши пылали.

— Он просто искал, чем поживиться, — она вытерла слезы, не переставая улыбаться. — Большой и грозный морпех, поверженный енотом.

Райан пытался сохранить суровый вид, но звук её смеха против воли заставил его смягчиться. Он покачал головой и пробормотал:

— Наступит день, когда ты ещё скажешь мне спасибо за мою паранойю.

— Смотри, — она выпрямилась, всё ещё улыбаясь, и указала пальцем:

На одной из полок, поверх стопки забытых гроссбухов, лежал маленький кожаный дневник. Обложка была мягкой и потёртой – такую вещь выбирают с особой тщательностью. Тонкая лента удерживала его закрытым.

Тейлор благоговейно потянулась к нему, смахивая пыль. У неё перехватило дыхание, когда она открыла обложку.

Внутри тем же аккуратным почерком было написано:

Её губы приоткрылись. Она провела рукой по странице, её глаза блестели в тусклом свете. На мгновение она показалась совершенно обезоруженной, словно кто-то залез ей в душу и вытащил наружу тайну, которой она ни с кем не делилась.

Райан наблюдал за ней, чувствуя странную ноющую боль в груди. Он сглотнул.

— Что за истории?

— Ничего важного, — Тейлор моргнула, прижимая дневник к груди.

— Ты лжёшь.

— Нет.

Райан сделал шаг ближе, опуская фонарик.

— Ты пишешь с самого детства. Думаешь, я не замечал, как ты трясёшься над своими тетрадками, будто над золотом? Ты готова была мне голову откусить, если я просто пытался заглянуть внутрь.

— Я писала про единорогов. Помнишь? — она одарила его мимолётной, дерзкой улыбкой.

— Ну да, конечно, — он фыркнул.

Её улыбка стала шире, но не коснулась глаз. Она не собиралась ничего ему рассказывать – по крайней мере, не сегодня. Райан не стал настаивать, но её нежелание открываться задело его. Он знал её лучше, чем она думала, но заставить её доверить ему то, что она хранила под замком, становилось его любимой задачей.

Тейлор нарушила тишину смехом, теперь уже более лёгким.

— Ну, хорошая новость: сталкера нет. Только один енот с тягой к винтажной прессе.

— Я всё равно настаиваю, что в его глазах читалось намерение совершить убийство, — Райан покачал головой, с трудом подавляя улыбку.

Она убрала дневник в сумку и выглядела куда более окрылённой, чем когда они только вошли сюда.

— Спасибо, что пришёл, Райан.

— Ты думала, я не приду? — он удивлённо взглянул на неё.

— Я думала, ты будешь подкалывать меня всю дорогу.

— Так я и подкалывал, — заметил он.

Она снова рассмеялась, и этот звук заполнил подвал, разгоняя последние тени.

Райан поправил фонарь, ведя её обратно к лестнице, но его мысли окончательно спутались. Потому что настоящая опасность исходила вовсе не от енота и даже не от тайного поклонника.

Настоящая опасность заключалась в том, что каждый раз, когда Тейлор улыбалась, каждый раз, когда она прижимала к себе очередной подарок так, будто он был важнее всего на свете, Райану хотелось обнять её и поцеловать – так, как он хотел этого ещё тогда, когда она была подростком.

И он не был уверен, сколько ещё сможет притворяться, что это не так.