Невозможно забыть

Глава 18

Ульяна

Дальше события закручиваются с такой скоростью, что у меня даже на еду и сон не всегда хватает времени. Сначала Ярослав объявил, что свадьба состоится через три дня, потом брат его поддержал, а я просто разревелась от того, что не успею за это время подготовиться. Я, черт возьми, девочка и я хочу, чтобы все было идеально.

Хочу самое красивое белое платье, огромный торт и свадебное путешествие с шикарными фотографиями. А вместо этого у меня будет быстрая роспись и скомканный банкет. И никакого романтического путешествия.

— Ульяна, — повышает на меня голос Мирон, — прекрати истерить. Шикарный праздник вы сможете потом сделать в любое время, а сейчас лучше ускориться, пока не приехала твоя чокнутая бабка и не забрала к себе. Пока ты упираешься, рискуешь оказаться под замком в ее доме. Ты этого хочешь?

Я сквозь слезы соглашаюсь с братом и отказываюсь от идеи пригласить на свадьбу подруг. Если сейчас поползут слухи, то бабка явится к нам еще быстрее.

Ярослав через знакомых договаривается с загсом, а потом лично везет меня в самый шикарный свадебный салон и помогает выбрать платье.

— Ты же знаешь, что это плохая примета, — ворчу недовольно, когда он заходит следом за мной в примерочную.

— Не говори ерунды. Я не верю во весь этот бред. А без моей помощи ты не справишься.

Ярослав уходит с консультантом и сам лично просматривает платья. Отбирает несколько штук и просит отнести в примерочную. Садится в мягкое кресло и просит демонстрировать ему каждую модель. Мне самой понравилось первое платье. Оно скромное, но невероятно мне идет, но Яр выбрал последнее. Максимально открытое и откровенное.

— Неужели тебе плевать, что я буду выставлена на показ в таком платье, — искренне возмущаюсь.

— Мне не плевать, — порочно улыбается и заходит в примерочную, — просто на росписи мы будем вдвоем, не считая свидетелей. Смотреть буду только я. Смотреть и представлять, как трахну тебя вечером после свадьбы, не снимая этого платья.

Он легким движением руки спускает с плеч тонкие бретельки и проводит языком по коже рядом с вырезом.

— Озабоченный, — шумно выдыхаю, когда его рука скользит мне под подол, — осторожно, испортишь платье.

Вот что я за дура такая, стоит ему только меня коснуться, я превращаюсь в безмозглую идиотку, которая готова исполнить любое его желание. Ведь не хотела же покупать это платье. Планировала настоять на своем, а в итоге пошла у него на поводу.

В день свадьбы утром ко мне приезжает визажист. Делает прическу и вечерний макияж, который кажется мне слишком ярким. Прическа мне тоже не нравится, но девушка утверждает, что сделала так, как просил мой жених. Морщусь, но смыть с себя новый образ не решаюсь. Я не похожа на себя настолько, но предпочитаю в зеркало не смотреться.

Вообще не нравится себе в день свадьбы это новый повод разреветься, но я усиленно сдерживаюсь. В конце концов аргумент попасть в заточение к злобной старухе действует безотказно, и я смиренно принимаю любую реальность.

Мой телефон с самого утра разрывается от сообщений. И все они от Матвея. Он ничего не знает про свадьбу, но будто чувствует, что я от него ускользаю. Признается в любви и предлагает выйти за него замуж. Быстро все удаляю, но он продолжает донимать меня звонками.

В какой-то момент не выдерживаю и беру трубку.

— Матвей, — решительно начинаю говорить, — оставь меня, пожалуйста, в покое.

— Ты же знаешь, что я не могу.

По голосу понимаю, что он безбожно пьян. А ведь сейчас еще только первая половина дня. Или он еще с ночи не проспался?

— А ты где? — с опаской задаю вопрос.

— В казино. Раз не везет в любви, попытаю удачу в другом месте.

— Идиот, — выдыхаю взволнованно и сбрасываю звонок.

Быстро пишу сообщение другу Матвея и прошу сообщить о проблеме его родителям. Может, они примут меры. Снова смотрюсь в зеркало, а потом на часы и понимаю, что мне пора идти.

Когда спускаюсь на первый этаж, чтобы ехать в загс, замечаю брата, который явно сильно нервничает. Он расхаживает из стороны в сторону, нервно хватает стакан, бутылку виски, а потом передумав, убирает ее в бар.

— Что с тобой? — мой голос звенит от напряжения так сильно, что даже Мирон дергается и роняет стакан на пол.

Он с противным звоном разбивается, снова вызывая во мне желание разреветься, но я усиленно держу себя в руках.

— Выйдем здесь через балконную дверь, — подхватывает меня за локоть, — машина уже ждет.

— Да, что происходит-то. За нами кто-то гонится?

— Мне позвонил наш семейный юрист и сказал, что бабка несколько часов назад вылетела к тебе на свадьбу.

— Мать твою, — шепчу сдавленно и чувствую подступающую панику, — что делать? Как она узнала?

Она достаточно далеко от нас живет, чтобы новости дошли до нее так быстро. Значит, ей кто-то сообщил. Кто? А сама бабка? Как она так быстро смогла собраться, она же вроде болеет и мало передвигается. Не успеваю додумать, потому что брат ощутимо дергает меня за руку.

— Ярослав в курсе. Он уже ждет нас в загсе. Поехали, Ульяна.

Мы выходим через балконную дверь на улицу и сразу садимся в тонированный наглухо джип. Машина с визгом срывается с места, а я до боли закусываю губу. Не так я мечтала выйти замуж. Совсем не так.

Забегаем в загс и сразу натыкаемся на взволнованного Ярослава. Он ловит меня за руку и тащит в какую-то комнату, минуя зал регистрации.

— Куда? — успеваю жалобно пискнуть, но мы уже останавливаемся напротив строгой женщины в толстых очках. А Мирон за нашими спинами закрывает дверь на замок.

— Начинайте, — командует Ярослав и до боли сжимает мою руку.

Словно в тумане воспринимаю происходящее, но в нужный момент мне все-таки удается выдавить «согласна». Непослушными пальцами беру протянутую ручку и ставлю свою подпись. После этого регистратор объявляет нас мужем и женой, а Ярослав быстро целует меня в губы. Выдыхаю с облегчением от того, что этот бардак закончился.

— Я хочу выйти на воздух, — обращаюсь к своему теперь уже мужу, — голова кругом от этой ненормальной гонки.

— Пошли, — соглашается Ярослав и отпирает дверь.

Она со скрипом распахивается, и я неподвижно застываю на пороге, скованная ужасом и надвигающейся катастрофой. Прямо перед нами стоит моя бабка и сверлит нас всех презрительным взглядом.

Уму непостижимо… мы успели расписаться за считанные секунды до ее прихода.

Выглядит она именно так, как я запомнила ее с детства. В модном брючном костюме и шикарной шляпке, за которой скрываются идеально уложенные волосы. На лице яркий макияж, но не вульгарный, а скорее, безупречный.

В ушах серьги с бриллиантами, на руке браслет, на шее цепочка с кулоном, на пальцах кольца. Все из одного комплекта и идеально гармонирует между собой. Естественно, это не бижутерия, все драгоценности настоящие.

Больной и измученной старушка не выглядит, наоборот полна сил и, судя по бешеному взгляду, ненависти ко мне. Только при ходьбе слегка опирается на трость, но она настолько стильная на вид, что не удивлюсь, если это часть ее образа.

На другой ее руке болтается сумка от известного бренда. И не нужно быть слишком умной, чтобы понять, что это не подделка. Бабка останавливается передо мной и аккуратно складывает руки на трость, а я зависаю взглядом на ее безупречном маникюре. Даже мой сегодня выглядит не таким идеальным, как у нее.

Ищу на ее лице признаки хоть какой-то усталости от перелета и долгой дороги, но ничего не нахожу. И вообще… она не похожа на человека, который часто болеет и периодически находится при смерти.

Чертовщина какая-то. Даже я сегодня на ее фоне выгляжу намного хуже. А ведь у меня свадьба. Или гены нашей семьи на мне отдохнули, потому что такой безупречной и стильной мне не стать никогда в жизни.

Осматриваюсь по сторонам в поисках поддержки брата, но его уже и след простыл. Выходит, огребать сейчас буду только я.

С трудом выпускаю воздух из легких и снова перевожу на бабку затравленный взгляд.

— Выйди, — обращается она к Ярославу таким тоном, что он даже спорить не решается.

Регистратор в это время будто чувствует надвигающую бурю, сама незаметно исчезает из комнаты, и мы с моей ненормальной бабкой остаемся наедине. Молчу внимательно наблюдая, как она обводит меня брезгливым взглядом и морщится.

— Оделась, как шлюха, — шипит сквозь зубы и неопределенно взмахивает рукой, погружая меня в облако шикарного парфюма. Боже, в ней хоть что-нибудь может быть неидеально? Она как икона стиля, даже в своем почтенном возрасте. Я явно пошла не в нее.

— Платье выбирал мой муж, — осмеливаюсь промямлить и тут же жалею об этом. Она же и так от него не в восторге.

— Оно и видно, — каркает своим недовольным голосом.

— Почему не предупредила, что прилетаешь? — выдаю еще одну глупость, но могу себя оправдать тем, что в моменты такого напряжения мой мозг отказывается работать.

— А меня сюда никто не приглашал, — полным иронии голосом отвечает, — к единственной внучке. На свадьбу. Суки.

Я прикусываю нижнюю губу и молчу. Смотрю при этом в пол, потому что не в силах выдерживать ее взгляд больше трех секунд.

— К чему такая спешка? Залетела? — строго спрашивает, направив трость на мой живот. Я даже дергаюсь от неожиданности.

— Не-нет, — с трудом выдавливаю.

— Хорошо, значит еще будет возможность все исправить.

— В каком смысле? — с ужасом задаю вопрос.

Бабка несколько секунд молча на меня смотрит, и когда я решаю, что ответа не дождусь, все же отвечает.

— Дерьмовый выбор твой Ярослав.

Я хлопаю глазами от того, что она знает его имя. Когда успела навести справки?

— Я люблю его, — слабым голосом отвечаю, но уже знаю, что бабка взбесится.

— Идиотка, — повышает голос, — ты-то любишь. А он? Да плевать он на тебя хотел. На дуру безмозглую.

— Он тоже любит, — еще тише добавляю.

— Наследство он твое любит, а не тебя.

Бабка подходит к креслу и медленно в него опускается. Я бы тоже хотела, потому что ноги уже отказываются меня держать, но не смею сдвинуться с места.

— Значит так, — уже более спокойно говорит, — наследства от меня не получишь, пока не оформишь развод. Будет нужно я и завещание перепишу. На твоего брата. Он тоже идиот, но ради сомнительного счастья, жениться точно не будет.

— Мне все равно, — нервно пожимаю плечами. Никогда не была корыстной.

— Посмотрим, что ты скажешь через год. Помяни мое слово, дольше этот брак не продержится.

Не решаюсь спорить, главное, что она меня уже не сможет забрать к себе и посадить под замок.

— Раны свои зализывать ко мне приедешь, — продолжает говорить бабка, — хотя какой смысл сейчас тебе об этом говорить. Дура-дурой. Брату твоему все скажу. Слава Богу ему уже не восемнадцать, башка хоть иногда работает.

Она встает с кресла без моей помощи и направляется к дверям.

— Не останешься? — ляпаю прежде, чем успеваю подумать. Точно идиотка.

— Ты приглашаешь? — ее брови взмывают вверх от удивления, но потом она морщится и брезгливо плюется, — не хочу смотреть на этот фарс, с меня хватит. Но запомни, Ульяна, когда понадобится помощь, я в любом случае приму тебя обратно.

Бабка бесшумно исчезает за дверью, а я без сил оседаю на стул. Закрываю лицо руками и начинаю плакать. Напряжение последних дней сказывается, да еще эта дурацкая подпольная свадьба. Нужно как-то успокоиться и выкинуть весь бред, что наговорила бабка, из головы. Может, есть еще хоть крохотная надежда спасти этот день.

В комнате неожиданно появляется Ярослав и кладет мне на колени красивый букет лотосов с крупными закрытыми бутонами.

— Извини, совсем забыл отдать тебе перед росписью.

Хлопаю мокрыми ресницами и, глядя на это безупречное розовое облако, невольно успокаиваюсь.

— Почему ты всегда даришь мне закрытые бутоны? — задаю нелепый вопрос, только чтобы не думать о происходящем.

— А ты разве не знаешь, любительница кувшинок, что раскрытый цветок, после срезки, гибнет в течение несколько часов, а иногда и минут. В бутонах они живут дольше.

Я пропускаю иронию его тона мимо ушей, цепляясь только за смысл, и понимаю, что чувствую себя сейчас, как цветок лотоса. Расцвела и раскрылась навстречу своему счастью, но в ближайшее время обречена на гибель.