Однажды и на всю жизнь

Глава 33. Это стало самым красивым, что он когда-либо говорил мне…

Мия

В полумраке комнаты стояла мужская тень. Я смотрела на этот силуэт, притаив дыхание. Свет от лампы упал ему на лицо и я вскрикнула… Ведь увидела те самые любимые голубые глаза.

— Я умерла? — вырвалось у меня, как будто это было единственное объяснение тому, что я видела.

— С чего бы это? — ухмыльнулся он в ответ, его глаза сверкали игривым светом, который не соответствовал ситуации.

— Но ты… — я не могла даже произнести то слово, которое должно было завершить мою мысль. Оно застряло в горле тугим комом, сковав все мое тело от страха и недоумения.

— Мёртвый, — помог он мне. — В какой-то степени — да, малышка.

Я ничего не понимала. Его слова прозвучали так, словно это был несвязанный бред психопата, либо шутка, которая была слишком жестокой, чтобы быть правдой. Я попыталась собрать свои мысли, но они распадались на мелкие кусочки в моей голове.

— Как это возможно? — выдавила я, пытаясь найти хоть каплю логики в его словах. — Что это тогда всё было?

— Я просто закончил то, что не смог в прошлый раз, — наконец, рассказал он мне то, что должен был давно рассказать. — Я убил Алека Стивенса, а вместе с ним и закопал Алека Уокера. Без этих двух наша жизнь станет намного проще и лучше. Я наконец избавился от своего прошлого. Я свободен.

После этих слов алек сделал несколько уверенных шагов в мою сторону. Он быстро дошел до дивана и опустился на колени напротив меня. Его пальцы проскользили по моей щеке и нежно погладили ее. Смахнули горячие слезы. Именно в этот момент я полностью осознала, что всё было ложью. А моя настоящая жизнь оказалась лишь иллюзией, созданной по его заказу.

Нормальная бы, рухнула в его объятия, но я такой никогда не была.

— Ты мерзавец! — выкрикнула я ему, давясь от слез и мои кулачки быстро забили по его груди.

Я желала лишь одного — чтобы он ощутил эту невыносимую боль, которую я испытывала все эти дни. И он даже не сопротивлялся, словно предлагал мне возможность выплеснуть всю ту горечь, накопившуюся в моем сердце за время, проведенное без него. Я била его, а он позволял мне это делать и стойко выдерживал каждый новый нанесенный мной удар. Я била его, пока мои силы не иссякли и я не обмякла в его крепких руках.

Он положил руку на мой затылок, крепко прижал меня к своей широкой груди и я снова ощутила его аромат. Аромат любимого мужчины, который всегда вызывал у меня чувство тепла и безопасности, но в этот момент он лишь усиливал мою боль.

— Я ненавижу тебя, Алек, — прошептала ему я, громко всхлипнув.

Мои слезы оставили большие, мокрые пятна на его черной футболке, но мне было плевать на это. Я уткнулась носом в мягкую ложбинку между его шеей и плечом и сделала глубокий вдох. Мои легкие закололо, когда они снова задышали в полную силу.

— Ты не понимаешь, как мне больно, — продолжила я, всхлипывая. — Ты снова отправил мою душу в ад! Дни без тебя были кромешным адом!

На мои слова он ответил молчанием и его рука продолжила нежно гладить мой затылок, как будто он пытался успокоить не только меня, но и себя. Я чувствовала в его прикосновениях и любовь, и сожаление, но этого было недостаточно, чтобы заштопать те дырки, которые он выжег в моей душе.

— Ненавижу тебя! — произнесла я, оторвавшись от его груди и посмотрев в любимые голубые глаза, которые были полны сожаления и боли. — Ты снова заставил меня страдать!

Он разбил мое сердце. Снова разбил его мне! Подлец!

— Обещаю тебе, малышка, что этот раз был последний. Больше никакой боли и слез.

Ха! Смешно! Он каждый раз это говорит...

Но я все равно хочу верить ему, несмотря на страх, что этот круговорот страданий может никогда не закончиться. Господи, какая же я глупая дура! Но что мне поделать, если его крепкие объятия всегда были моим спасением?

А вообщем… плевать! Если моя судьба — это гореть в аду, то я хочу превращаться в пепел только чувствуя его руки на своем теле.

— Ненавижу, — снова прошептала я в его слегка приоткрытые губы.

— Знаю, малышка.

— Ты — самое отвратительное, что могло со мной случится.

— А ты — самое прекрасное, что могло мне достаться.

— Я люблю тебя, мерзавец!

— А я тебя еще сильнее, малышка.

Обхватила его шею руками и почувствовала, как его тепло приятной волной проникло в меня и обожгло каждую клеточку моего тела. Мои губы встретились с его, и время вокруг нас остановилось. Мы снова обрели друг дурга. Мы снова вместе. Только я и он.

От осознания этого, моё сбивчивое дыхание учащалось и все внутри воспламенилось. Его напористый язык приоткрыл мои губы и медленно, даже с особой осторожностью вошел в меня.

Я скучала. Как же я скучала по нему.

И я позабыв обо всем, стала жадно целовать его, но это было не проявление физического влечения или желания. Нет. Это было желанием снова слить наши души в единое целое. Снова стать этим единым целым.

Мой рот стал жадно поглощать его, а руки стали быстро расстегивать пуговки на рубашки, которая была на мне. Ждать я не хотела. Я просто больше не могла ждать. Да и Алек как всегда, не проявлял терпения — одним резким движением руки, он дернул ткань вниз и маленькие белые пуговки с характерным звуком рассыпались по полу.

Крепкие руки сомкнулись на моей талии и сразу же опрокинули меня на спину. Этот синий диван был слишком мал и неудобен для нас двоих, но это не могло стать помехой для нас и наших желаний. Алек все своим телом прижал меня к мягкой ткани и я вздрогнула, когда грубая ткань его пальто соприкоснулась с моей нежной, разгоряченной кожей. По ногам пробежала дрожь, когда его руки быстро подхватили мои ноги и положили их ему на плечи.

Алек даже не стал снимать с меня белье — он просто сдвинул край моих трусиков в сторону и в следующую секунду он уже был внутри меня. Я не успела даже шумно выдохнуть его имя, как меня захлестнуло чувство наполненности, чувство полного растворения в нем.

И его дыхание стало моим, а мир вокруг исчез, оставляя только нас двоих.

Он стал уверенно двигаться во мне и я услышала его сдавленное рычание. Не смогла сдержать своей довольной улыбки. В его губах я всегда находила утешение, в его руках — защиту, но истинную любовь я могла найти только в его крепких объятиях. Все что я хотела в тот момент — прижаться к нему как можно ближе потеряться в этом моменте, забывая обо всем, что было до этого.

— Скажи, что ты моя навсегда, — еле слышно выдохнул в мои приоткрытые губы, крепко сжав руками бёдра. — Нет, простони это! Прошу тебя, малышка. Мне нужно услышать, что ты моя.

— Навсегда, Алек… — послушно исполнила я его просьбу. — Навсегда твоя. Я твоя на всю жизнь.

— Умница, — похвалил он меня и одной рукой нащупал мою руку, крепко сжал мои пальцы.

А второй… быстро нащупал ту самую точку у меня между ног, от нажатия на которую я вскрикнула так громко, что казалось мои голос смог разбудить всех соседей вокруг.

И от этого ощущения полной эйфории я ещё крепче сжала его руку в своей, так крепко что мои ногти оставили прекрасные полумесяцы на его ладони.

— Малышка, я в этот раз долго не продержусь...

— Я тоже.

И через пару секунд мы одновременно кончили, как по-настоящему счастливая семейная пара.

— Боже, подари нам ребёнка, — неожиданно прошептал Алек и его губы оставили тёплый поцелуй на моем животе.

— Давно ты поверил в Бога?

— Как только встретил тебя, Мия, — ответил он мне, ласково погладив меня по моим растрепанным, влажным от пота волосам.

Это было странно слышать от мужчины, который когда-то боялся заводить семью, который был уверен, что никогда не сможет стать хорошим мужем, отцом и просто хорошим человеком. Но это стало самым красивым, что он когда-либо говорил мне…

Я не знаю сколько мы вот так лежали, молча смотря друг другу в глаза. Но это были самые счастливые минуты, что мы когда-либо проводили вместе.

— Почему нельзя было поступить иначе? — спросила я его, как только снова смогла говорить. — почему ты не смог сделать все нормально и пойти в полицию?

— Потому что тогда бы это был не я. И это бы не решило всех наших проблем, а только добавило новых.

Я недовольно закатила глаза. Возможно, он был прав. А возможно, и нет.

— Какую ты хочешь фамилию? — запыхавшийся голосом спросил меня Алек, оставив жаркий поцелуй на моей шее. — Теперь ты можешь выбрать любую фамилию для нас.

— Да плевать мне на фамилию!

Я не хотела ничего выбирать. Это были мелочи, которые больше не имели никакого значения для меня.

— Почему ты не ушла к своему французишке? — неожиданно спросил меня Алек. — Он так старался, а ты даже вещи ему не дала нести.

— Ты следил за мной все эти дни? — выкрикнула я, поразившись тому, что услышала.

Алек не ответил мне, а мне и не нужен был его ответ. Потому что я бы сильнее удивилась тому, что он не следил за мной.

— Так почему, Мия?

— Потому что моё сердце давно выбрало тебя.

— Сердце вечно ошибается, — ухмыльнулся он мне в ответ, оставив поцелуй во все еще слажный от пота лоб.

Я отрицательно покачала головой. Это он ошибался!

— Нет, — уверенно ответила ему я. — Мозг может делать неправильные выводы, внутренний голос может нашептывать ерунду, а вот сердце никогда не ошибается. Оно единственное знает, что на самом деле человеку нужно.

— И оно…

— Оно ещё шесть лет назад выбрало тебя и не ошиблось. Мне нужен ты. Только ты, Алек.