Открывая двери

Глава 3. Переговорка. Алиса

— Вот черт! — резко сажусь на кровати, откидывая одеяло в сторону. — Мы проспали.

Собираюсь уже встать на пол, как Стас обвивает рукой мою талию и заваливает меня на кровать.

— Куда ты спешишь? — сквозь сон спрашивает он хрипловатым голосом.

— На работу, — поворачиваю голову и застываю.

Стас с закрытыми глазами лежит на боку. Волосы взъерошены, на щеке красный след от подушки. Его лицо спокойное, а сам он такой домашний, что хочется лечь рядом, подлезть к нему под руку и остаться с ним навсегда в спальне. Встряхиваю головой, отгоняя наивные мысли. Нельзя позволить себе размякнуть. Я должна быть сильной. А щемящее чувство в груди — это всего лишь минутная слабость и самообман.

— Стас, — пытаюсь подняться, но он снова прижимает меня к кровати. Ворочается, наваливается сверху, придавливая жилистым телом.

Мы оба голые. Между нами только одеяло. Стас утыкается мне в шею. Касается губами кожи, втягивает ее, посасывает.

— Эй, — упираюсь ладонями ему в плечи. Пытаюсь оттолкнуть. Бесполезно. — Засос будет.

— В этом и смысл, — он скользит языком ниже, тянет вниз одеяло, оголяя грудь. Чуть отодвигается. — Уже стоят, — дотрагивается большим пальцем до моего соска. Надавливает на него. Начинает поглаживать, после чего грубо щипает.

Вскрикиваю от неожиданности, выгибаюсь. Не могу понять, больно мне или приятно. Влажность между ног склоняет ко второму варианту. Стискиваю бедра, стараясь унять растущее возбуждение.

— Правда, нужно вставать, — шепчу, зарываюсь руками в взлохмаченные волосы Стаса.

— Ага, — отзывается он, облизывая другой сосок. Прихватывает его зубами, ощутимо кусает. Отзываюсь протяжным стоном. — Мазахистка, — усмехается Стас, гладя на блестящую от слюны грудь. Приподнимается на локте, вытаскивая застрявшее между нами одеяло. — Как думаешь, насколько быстро ты кончишь?

Он смотрит мне в глаза, а я не могу и слова ему сказать. Дыхание перехватывает от взгляда, затянутого дымкой похоти. Желание тянет низ живота. Бросаю быстрый взгляд на дверь — она открыта.

— Приподнимись, — тяну Стаса за волосы.

Он подчиняется. Раздвигаю ноги, закидываю их Стасу на бедра. Сама беру его член в руку, направляю в себя.

— Ну давай, покажи мне класс, — говорю с вызовом. Облизываю губы.

Стас рычит. Резко входит в меня. Закидываю голову, прикрываю глаза.

— Смотри на меня! — цедит он сквозь зубы. — Когда я тебя трахаю, всегда смотри на меня.

Стас встает на колени. Грубо сдавливает мои бедра ладонями, отрывая попу от кровати. Шиплю от боли. Поза неудобная, но Стас врывается в меня до упора и, кажется, достает до живота. Слишком глубоко. Протяжно стону. Закатываю глаза. Слышу рык. Тут же их распахиваю. Смотрю на Стаса. Его лицо слегка порозовело. Губы раскрыты. Он не отводит от меня взгляда. Грубо вбивается внутрь, с каждым разом ускоряя темп.

Тянусь рукой к своей груди, мну ее. Смущение опаляет щеки. Не обращаю на него внимания. Сжимаю Стаса внутри себя. Хочу, чтобы ему было хорошо. Но через минуту снова протяжно стону, выгибаюсь. Член задевает до этого времени неизвестные мне слишком чувствительные точки. Бедра начинают мелко трястись. Тело горит от желания. Сильнее сдавливаю Стаса, отчего он громко втягивает воздух, ускоряет движения, хотя кажется, куда еще быстрее. Мечусь головой по подушке. Надавливаю пятками на поясницу Стасу. Острое удовольствие разливается по телу. Я уже близка.

Тянусь рукой в клитору. Надавливаю на него. Поза настолько открытая, что Стасу видно абсолютно все, что я делаю. Хочу растянуть удовольствие, но потребность кончить нестерпима. Круговыми движениями тру чувствительный бугорок, подстраиваюсь под толчки, ускоряюсь. Стас продолжает грубо вдалбливаться в мое тело. Его движения становятся хаотичными, беспорядочными. Не могу больше терпеть, двумя пальцами сдавливаю клитор и взрываюсь. Тяжелое дыхание резью отдает в груди. Кожа пылает. Напряжение, сковывающее мышцы, резко отпускает. Наслаждение расслабляет каждую клеточку. Обмякаю. Постепенно прихожу в себя.

Стас, не выходя из меня, опускает мои бедра на кровать. Ложится сверху, опирается на локти с двух сторон от моей головы и продолжает короткими толчками двигаться внутри. Несхлынувший до конца оргазм зарождается с новой силой, сводя низ живота. Тело лихорадит из-за повышенной чувствительности. С каждым движением Стас задевает набухший клитор. Вот он входит особенно глубоко, замирает. Секундная задержка и я снова кончаю, теряя связь с реальностью. Следующее, что я ощущаю — это как горячие капли падают мне на живот.

Стас стоит надо мной на коленях, медленно водя рукой по внушительному члену. Осматривает меня, довольно хмыкает, после чего заваливается на спину рядом. Оба тяжело дышим. Грудь ходит ходуном. Сердце глухо бьется в груди. Я словно марафон пробежала.

Вдруг телефон разрывается новой трелью, отчего подпрыгиваю на кровати.

— Черт, — снова ругаюсь, вскакивая на пол.

Сперма стекает по животу на бедра. На ватных ногах несусь в ванную. Быстро ополаскиваюсь, умываюсь. Глядя в зеркало, улыбаюсь отражению. В целом, если не косячить, как вчера с кинотеатром, все будет хорошо.

Из ванной снова направляюсь в спальню. Стас все так и лежит, прикрыв глаза тыльной стороной ладони.

— Вставай, пора на работу, — хлопаю его ладонью по животу.

От неожиданности он втягивает воздух, напрягая мышцы пресса.

— Может, не пойдем? — Стас, приоткрыв глаза, пытается ухватить меня за руку, но я ловко отпрыгиваю назад.

— Думаешь, если ты руководитель, то все можно? — осматриваю комнату в поисках одежды.

Помятое платье и жилетка валяются на кресле у стены. Чулки на полу рядом с ним. Нижнее белье чернеет в середине комнаты. Мотаю головой, закатывая глаза.

— А разве не для это становятся начальниками? — Стас, словно кот, потягивается. Садится на кровати, опуская ноги на пол. Резко приподнимается, хватает меня за талию, тянет на себя.

В следующую секунду я оказываюсь распластанной на матрасе, а Стас нависает надо мной. Завороженно смотрю в его голубые глаза. Он проводит ладонью по моей щеке, убирает с лица выбившуюся прядь.

— Хочу остаться с тобой в этой комнате навсегда, — тихий голос отзывается в сердце.

Внутри все скручивает от желания поверить в эти слова. Но нет, Стасу всего лишь нужна девушка для того, чтобы выиграть спор. Я игрушка в его руках. Щемящее чувство печали не успевает оформиться в груди — напористый поцелуй выбивает все мысли из головы. Стас целует меня почти грубо. Врывается языком в рот, скользит по небу, зубам. Отвечаю, растворяясь в ощущениях. Хочу забыться… Третий будильник врывается в сознание.

— Такой же упрямые, как и ты, — Стас упирается своим лбом в мой.

— Нам еще ко мне заезжать, — говорю на выдохе.

— Зачем? — он отталкивается от кровати. Пружинисто встает на ноги.

— А в чем я пойду на работу? — вскидываю бровь.

Он осматривает масштаб бедствия. Поджимает губы.

— Хорошо, — наконец кивает. — Могла бы часть одежды перевести ко мне.

Сердце пропускает удар. Но не позволяю себе замереть. Делаю вид, что не слышала тихую ремарку. Стараюсь не заострять на ней внимание. Нельзя надеяться, что между нами может быть что-то большее, чем секс.

Через двадцать минут и кружку кофе мы сидим в машине. Еще через полчаса Стас тормозит около моего дома.

— Тебе хватит пятнадцати минут? — он смотрит на экран телефона.

В черных брюках, такого же цвета жилете и белой рубашке, обтягивающей крепкие мышцы, он выглядит как Аполлон. Невольно засматриваюсь него.

— Алиса? — Стас поднимает голову и едва заметно улыбается. Тянется ко мне рукой, заправляет волосы за ухо. — Беги, времени мало, — он усмехается, убирает руку.

Отмираю. Чувствую, как щеки начинаю гореть. Быстро киваю, выскакиваю из машины.

Дома никого не оказывается. Конечно, уже десятый час. Родители ушли на работу. Но удивительно, что Аня наконец выбралась из вороха одеял, и, похоже, поехали в универ. Надежда теплится в груди. Возможно, сестра начала забывать тот ужас, в который ее втянул Соколовский.

Ровно через пятнадцать минут спускаюсь к Стасу. Пришлось надеть шерстяное бежевое платье-свитер с высоким горлом, чтобы скрыть засос на шее. Ноги еще ватные, поэтому выбрала белые сапоги до середины икры без каблуков. Высокий хвост, чулки, сумочка и кожаная куртка — вот все, что я успела придумать за отведенное время.

Стас окидывает меня нечитаемым взглядом, когда я сажусь на свое место. Он заводит двигатель и трогает машину. За время, пока едем, придумываем легенду, что мы вместе были на одном из объектов.

По московским пробкам до работы добираемся к одиннадцати. Поднимаемся на этаж нашего офиса. Мнусь в лифте, переживая, вдруг встретим кого-то по пути. Даже не смотря на припасенное объяснение, все равно волнуюсь за возможные слухи.

Нежное касание до руки отвлекает. Смотрю сначала на то, как Стас переплетает наши пальцы, после чего поднимаю взгляд на него самого. Он мягко, даже нежно улыбается. Сжимает рукой мою ладонь. Волнение потихоньку отступает на задний план. Становится спокойно. Даже если нас увидят, что из этого? Стас же со мной, он все решит. Благодарно киваю ему. Так и стоим в уютной тишине, пока колокольчик лифта не оповещает, что мы доехали до нужного этажа.

В коридоре никого нет. Делаю шаг в сторону своего кабинета, но Стас дергает меня на себя, обнимает за талию.

— Не так быстро, — теплый воздух от его слов щекочет мои губы.

Пытаюсь воровато оглянуться по сторонам.

— Успокойся, — Стас наматывает мой хвост себе на руку, фиксирует голову.

Снова смотрим друг на друга. Воздух вокруг искрится. Кажется, что сейчас происходит что-то интимное, доступное только нам двоим. По телу бежит ток. Адреналин и всколыхнувшее желание будоражат каждую клеточку. Непривычное ощущение будоражит и пугает одновременно.

Не выдерживаю, сама тянусь за поцелуем. Легкое касание к чужим губам обжигает. Стас мягко, почти лениво скользить языком в мой рот, задерживается буквально на секунду, после чего отстраняется.

— Хорошей работы, — улыбается он и отпускает меня.

Освобожденный хвост слегка оттягивает голову. Поверхностное дыхание никак не хочет проникать внутрь.

— Ага, — облизываю губы. — И тебе.

Резко разворачиваюсь, пулей убегаю по коридору, боясь, что не смогу оторваться от Стаса. При этом лопатками чувствую, как он наблюдает за мной.

— Где ты была? — грозный голос Натальи Владимировны раздается, стоит только мне открыть дверь в кабинет.

Осматриваю комнату. Пять пар глаз с любопытством смотрят на меня из-за огромных мониторов. Сглатываю.

«Я ни в чем не виновата», — мысленно успокаиваю себя. Расправляю плечи, чуть передергиваю ими.

— Всем привет, — прокашливаюсь. — Я ездила на объект со Станиславом Сергеевичем.

Обращаюсь к начальнице — эффектной блондинке чуть за тридцать. Ее большие голубые глаза всегда холодные, даже когда она улыбается. А сейчас в них еще читается и явное недовольство. Ежусь. Наталья Владимировна прищуривается, чуть склоняет голову на бок, обхватывая пухлыми губами колпачок ручки. Вздыхает, от чего пуговицы белой рубашки натягиваются на ее пышной груди.

— Почему не предупредила? — уже спокойнее произносит Наталья Владимировна, заправляя за ухо волосы, доходящие до плеч.

— Босс неожиданно позвонил утром, — лепечу я. Щеки нещадно пылают. — Я думала, все согласовано.

Наталья Владимировна снова вздыхает.

— Самодур, — мотает головой.

Вообще у них со Стасом хорошие, даже прекрасные отношения. Начальница — единственный человек из всей компании, кто может высказать Стасу свое недовольство… Хотя нет, есть еще один — архитектор. Они все вместе с момента основания компании, поэтому Стас всегда прислушивается к ним. Немного завидую Наталье Владимировне. Хочу, чтобы Стас тоже с уважением относился ко мне.

— Чего стоишь? — вопрос начальницы вырывает из грустных мыслей. — Работа сама себя не сделает.

Киваю. Аккуратно ступая по серому паркету, прохожу к своему столу. Шесть человек занимают огромный кабинет, но нам хватает места. Четыре деревянных стола парами приставлены к белым стенам друг напротив друга. Я же сижу в дальнем углу, по соседству с Натальей Владимировной. Никто не рисковал занять это место, а у меня не было выбора.

Панорамные окна завешаны жалюзи. На удивление, сегодня яркое для осени солнце. Включаю компьютер. На повестке дня проект очередного жилого дома. Открываю АвтоКад и Фотошоп. Просматриваю техническое задание.

Интересно, а хотел бы Стас жить в своем доме? И если да, то каким бы он был? Его квартира выглядит по-деловому стильно, но, мне кажется, в ней не хватает души. Сдержанный интерьер не передает бунтарского характера хозяина.

Мысли плавно перетекают в другое русло. Невольно улыбаюсь, вспоминая утро. Снова я сдалась Стасу, пошла у него на поводу. Но мне было хорошо. Со Стасом всегда спокойно, словно я на своем месте. Встряхиваю головой, отгоняя дурацкие размышления. Мне есть, о чем подумать, кроме него.

Во второй половине дня вырабатываю общую концепцию дизайна дома заказчика, утверждаю ее у Натальи Владимировны. Она довольно хмыкает, вносит несколько правок. Сажусь на рабочее место. Бужу компьютер, щелкаю мышкой по поэтажному плану, но ничего не происходит. Даже курсив не бегает по экрану. Все зависло. Вызываю диспетчер задач — никакой реакции.

Нажимаю горячие клавиши, перезагружаю процессор. Жую губу от волнения. Я не сохранила последние изменения. В голове подсчитываю, сколько понадобится времени на восстановление. Много… Дура! Я всегда боялась подобной ситуации, и вот она произошла. Хватаю ручку, начинаю щелкать колпачок. Компьютер загружается. Экран загорается… и снова потухает.

— Да чтоб тебя… — выругиваюсь себе под нос.

— Что случилось? — Наталья Владимировна выглядывает из-за монитора.

— Кажется, комп сдох, — откидываю ручку на стол.

— Так звони айтишникам. Чего тянешь? — рявкает она.

Тяжело вздыхаю. Молитвенно взываю к вселенной, чтобы хоть какая-то информация по проекту сохранилась, иначе придется начинать все заново. Страх липкими щупальцами скручивает желудок. Набираю внутренний номер IT-отдела. Длинные гудки давят на виски. Закрываю глаза, откидываюсь на спинку офисного стула, стараясь успокоиться.

— Алло, — наконец произносят на другом конце провода.

— Добрый день! Это Алиса-дизайнер, — тараторю я, подскакивая на месте. — У меня беда. Комп завис. А там важная информация.

— Алиса, успокойся, — перебивает спокойный мужской голос. — Я сейчас подойду.

На этом разговор прерывается. Не очень понимаю, кто из ребят придет, но надеюсь, что мне помогут.

Через пару минут раздается уверенный стук в дверь, после чего в кабинет заходит молодой человек в зеленой клетчатой рубашке. Он высокий, но почему-то сутулится, словно стесняется своего роста. Кудрявые каштановые волосы торчат в разные стороны. Голубые глаза скрываются за очками в модной прямоугольной оправе.

Облегченно выдыхаю. Хорошо, что пришел Виталик. Талантливый парень, способный починить все на свете.

— Всем добрый, — он взмахивает рукой. Ему отвечает нестройный хор голосов. — Что тут у вас случилось? — проходит сразу к моему столу.

— Все черное, — киваю на экран, поднимаясь. — Садись.

Виталик занимает мое место. Берется за мышку. Внимательно всматривается в монитор. В ожидании тереблю край платья, заламываю пальцы.

— Не переживай, — Виталик поворачивает ко мне голову. — Ничего страшного. Я все сделаю. Там есть что-то важное?

— Ага, — киваю несколько раз. — Я не сохранила последние изменения.

— Сейчас восстановим, — он тепло улыбается.

Поджимаю губы. Ладони потеют от волнения. Вроде бы ничего страшного, но все равно тревожусь.

— Готово, — весело произносит Виталик. — Смотри, все так?

Неверяще окидываю взглядом загоревшийся экран. Опираюсь рукой на стол, наклоняясь к монитору. Всматриваюсь в размеры на плане, нанесенную разметку, выискиваю последние исправления, о которых помню. Все как надо. Облегчение прокатывает по телу.

— Ты приятно пахнешь, — вдруг тихо произносит Виталик.

Недоуменно поворачиваюсь к нему. Только сейчас понимаю, насколько близко мы находимся друг к другу.

— Прости, — тут же выпрямляюсь. — И спасибо большое!

Виталик поднимается из-за стола. Рядом с ним я совсем малышка.

— Если будет нужно, сразу звони, — улыбается он и уходит, не оборачиваясь.

А у меня возникает устойчивое чувство, будто я что-то упустила. Хмурюсь, но сразу махаю рукой, отделываясь от этой мысли. Плюхаюсь на стул, немедленно сохраняю все изменения, и только после это начинаю дальше прорабатывать дизайн.

Конец рабочего дня наступает внезапно. За проектом не замечаю, как проносится время. Почти все уже ушли. А Стас за весь день не написал ни слова. Возможно, тоже работает. Может, стоит сходить к нему? Или не нужно? Глупые бабочки в животе начинают пархать, стараясь своими крылышками утянуть меня к нему. Тру глаза, отстраняясь от монитора. Все-таки схожу, хотя бы узнаю, как он.

И снова в коридоре тихо, как было утром. Гулкие шаги отлетаю от стен. Уже почти заворачиваю в крыло, где находится кабинет Стаса, когда сзади раздается знакомый голос:

— Алиса, — радостно окликает меня Виталик.

Разворачиваюсь к нему. Тепло улыбаюсь. Благодарность так и рвется наружу.

— Ты еще не ушел домой? — делаю шаг в его сторону.

— Нет, — он мотает головой. У него в руке кружка. Видимо, тоже работы через край. — Ну как? Все работает?

— Да, — киваю. — Спасибо тебе большое! Это было… волнительно, — усмехаюсь.

— Было бы за что, — щеки Виталика розовеют.

Жду, что он еще что-нибудь добавит, но Виталик молчит. Тишина затягивается. Нервно переступаю с ноги на ногу. Открываю рот, чтобы уже попрощаться, как слышу:

— Может быть, сходим куда-нибудь? — тихо произносит Виталик.

— Прости, что? — округляю глаза, неверяще глядя на него.

— Я хочу пригласить тебя на свидание, — Виталик трет шею, опускает взгляд в пол. — Давно хотел, но все не решался. А сегодня подумал, что нужно рискнуть.

Сжимаю губы, не зная что ответить. Моргаю. Вот это новость! Никогда бы не подумала, что нравлюсь Виталику. Да мы с ним почти и не общаемся. Как такое может быть?

— Прости, я не могу, — слова даются с трудом.

— Я тебе не нравлюсь? — он вскидывает на меня грустные глаза.

— Не в этом дело… — перебираю пальцами подол платья.

— У тебя кто-то есть? — тут же перебивает Виталик.

Задумываюсь. А есть ли?

В мыслях всплывает лицо Стаса. По идее мы же не встречаемся. Я вообще не понимаю, какие отношения нас связывают. Но в то же время чувствую, что принадлежу ему. И пусть все дело в словесном контракте, только для меня это нечто большее. “Он тебя шантажировал, а ты к нему чувства испытываешь?”, — ехидная мыслишка всплывает ярким светом.

— Нет, у меня никого нет, — тяжело вздыхаю. — Но…

— Что здесь происходит? — грубый мужской голос не дает мне закончить.

Давлюсь воздухом. Оборачиваюсь через плечо. Стас в белой рубашке, без пиджака, жестко смотрит на меня. Его губы сжаты. На скулах ходят желваки. Он взбешен.

— Виталий, у вас работы мало? — Стас переводит взгляд на айтишника. Тот молчит в ответ. — Если так, то могу добавить. Либо идите домой, а не засиживайтесь в офисе, — цедит он.

Виталик скомкано кивает, глухо извиняется и уносится прочь. Поражаюсь скорости, с которой он сбегает. Не понимаю, что произошло, но поведение Стаса достойно подростка, срывающего свою злость на окружающих. Разворачиваюсь к нему, желая отчитать за несдержанность, но не успеваю слова сказать, как он грубо хватает меня за локоть и тащит в сторону ближайшей переговорки. Заталкивает внутрь.

— Ты что творишь? — разворачиваюсь к Стасу, когда он с грохотом закрывает дверь.

— Что этот хотел от тебя? — он в два широких шага подходит ко мне.

Не смотря на то, что в переговорке темно, света из панорамных окон хватает, чтобы осветить напряженное лицо Стаса. Сведенные брови, тяжелый взгляд, сжатые губы — все говорит о том, насколько он зол. Сглатываю. Я впервые вижу его в таком состоянии. Даже в наш первый раз в кабинете Стас был спокойнее.

— Да какая разница? — повышаю голос. Но это скорее защитная реакция.

— Алиса, — Стас хватает меня за предплечье. Смотрит в глаза. — Я задал вопрос, — цедит сквозь зубы.

Язвительные слова уже готовы сорваться с губ. Вовремя останавливаю себя. Глубоко вздыхаю, остужая разгоряченные легкие. Нужно успокоиться, иначе неизвестно, к чему наша перепалка может привести.

— Стас, правда, я не понимаю, чего ты так завелся, — стараюсь говорить ровно.

— Не понимаешь? — он звереет еще больше.

Наклоняется вперед, становится почти вплотную ко мне. Чувствую его теплое дыхание на лице. Буравим друг друга взглядами. Вдруг Стас резко прижимает меня к себе. Толкает назад в сторону круглого стеклянного стола. Отпихивает мешающий кожаный стул с невысокой спинкой. Тот с грохотом врезается в стену.

Больно упираюсь бедрами в столешницу. Вцепляюсь пальцами в край.

— Ты что… — шиплю, но Стас затыкает меня, агрессивно целуя.

Он проталкивает язык в мой рот. Грубо раздвигает коленом мои ноги, заставляет сесть на стол. Встает между бедер, вжимаясь мне в промежность уже стоящим челном. Втягиваю воздух через нос. Его слишком мало. Агрессия Стаса заводит и пугает. Я почти готова пустить все на самотек. Почти…

Протискиваю руки между нами. Упиралась ладонями Стасу в грудь, стараясь оттолкнуть. Он только сильнее напирает. Теснее прижимается. Дрожь пробегает по телу. Как же я люблю, когда он такой напористый. Стоп! Что?

Дергаю головой в сторону, отворачиваюсь, разрывая поцелуй. Смятение и злость сдавливают сердце. О чем я думала?! Стас рычит, обхватывает мой затылок, поворачивает лицо к себе, фиксирует голову.

— Только засунь язык в мой рот… — смотрю ему в глаза.

Мне нужно время подумать. Осознать. Принять.

— И что ты сделаешь? — Стас усмехается.

Оба молчим, тяжело дышим. Стас снова наклоняется, но я, что есть сил, отпихиваю его. Он, не ожидая атаки, отступает на пару шагов. Этого достаточно, чтобы соскочить со стола. Замахиваюсь и бью Стаса кулаком в грудь. Легкая боль простреливает запястье. Стас даже не морщится.

— Да что с тобой? — кричу ему в лицо. — От чего у тебя забрало упало? Ты забыл уже, как после туалета извинялся? — толкаю его ладонями. — Что тогда приревновал к Соколовскому, что сейчас…

Захлопываю рот. Расширяю глаза. Быть не может! Наивное тепло расплывается в груди. Смотрю на Стаса, он же отворачивается к окну, поджимает губы. Молчит. Глубоко дышу, перебирая подол платья. Стас выглядит сейчас потерянным, одиноким. Появляется странное желание все ему объяснить, показать, что он не так понял услышанный в коридоре разговор. Делаю маленький шажок в сторону Стаса, он не двигается. Еще один… подхожу к нему.

— Виталик позвал меня… — тихо начинаю.

Поднимаю руку, чтобы погладить Стаса по щеке, но он перехватывает мое запястье.

— Я не ревную, — рявкает Стас. — Ты серьезно не понимаешь? — смотрит мне в глаза.

Моргаю. В груди колет от расстройства. Его тон, строгий взгляд… я снова ошиблась в чувствах Стаса. Шмыгаю носом.

— Что я должна понять? — прищуриваюсь. — Ну-ка, скажи мне!

— Ты моя! — голос Стаса напоминает рык. Утробный, хриплый… и такой сексуальный. — Не смей никому больше говорить, что у тебя никого нет!

— Я тебе собственность что ли?! — пытаюсь выдернуть руку.

Стас сильнее сдавливает пальцы. Дергает меня на себя. Упираюсь ладонью в его грудь, кручусь в стальной хватке.

— Отпусти, придурок, — сама не понимаю, на что злюсь.

Он относится ко мне как к вещи. Словно я только его и не могу быть больше ни с кем. Но при этом мы не вместе. Чувствую себя использованной. Заношу свободную руку для пощечины, но Стас ловит и ее. Шагает ко мне, толкает назад. Упираюсь спиной в холодное панорамное окно.

Стас перехватывает мои запястья ладонью. Прижимает руки к телу. Извиваюсь, стараясь выбраться из плена. Пихаю его плечом. При этом больно ударяюсь лопаткой о стекло. Мотаю головой. Но Стас свободной рукой ловит меня за подбородок, удерживая. Наваливается всем телом, зажимая мои руки между нами. Замираем. Гипнотизируем друг друга взглядами, загнано дышим. Я хочу врезать ему, укусить, растерзать.

— Придурок, — выплевываю Стасу в лицо.

— Истеричка, — хрипит он.

— Пусти…

— Ни за что…

— Я тебя ненавижу, — не могу сдержать обидных слов, но Стас на удивление усмехается.

— Потекла уже? — он склоняет голову на бок.

— У самого стоит, наверняка, — захлопываю рот. Вот черт! Кто тянул меня за язык?!

Глаза Стаса темнеют. Губы искажаются в довольном оскале. Не успеваю среагировать, Стас сильнее прижимается ко мне. Грубо целует, проникая языком в рот. Кусает мои губы. Теряюсь под его напором. Интуитивно отвечаю. Хватка на руках исчезает. Стас упирается ладонью на стекло рядом с моей головой. Кладу руки ему на грудь, царапаю ногтями сосок, чувствую легкую дрожь. Надавливаю на крепкий мышцы и… со всей силы толкаю.

Стас отступает. Поднимает голову. Раздраженно смотрит на меня. Его глаза горят. Кажется, одно неверное движение, и он бросится вперед. Стас похож на строптивого скакуна — ноздри раздуваются, рот слегка приоткрыт. Облизываю губы, чувствуя чужой вкус. Жар пробегает по телу, оседает внизу живота. Прохладный воздух касается разгоряченной кожи. Слишком острые ощущения. Хочу потушить бушующий внутри пожар, а для это мне нужно уйти отсюда.

Делаю шаг вперед… и набрасываюсь на Стаса. Зарываюсь руками в его волосы, сжимая их в кулак. Облизываю чужие губы. Он чуть отстраняется. Недоуменно смотрю на него. В голубых глазах пляшут бесята. Старюсь поцеловать Стаса, но он поднимает подбородок вверх. Поиграть вздумал? Кусаю кадык. Слышу сиплый вдох. Зализываю место укуса. Провожу языком до ключицы. Огонь желания сжигает изнутри. Стараюсь не обращать на него внимания.

— Это невозможно, — Стас ведет руками по моим бедрам, собирает край платья в кулаки, дергает вверх, заставляя меня поднять руки, срывает одежду резким движением, куда-то отбрасывает ее.

Не успеваю среагировать, как сильные руки сжимают мои плечи, разворачивают меня, снова толкают к окну. Опираюсь ладонями на стекло. Стас наваливается сзади, хватает бедра, тянет их на себя. Оттопыриваю попу, выгнув поясницу.

— Идеально, — он отстраняется.

Под его взглядом мурашки бегут по коже. В черных стрингах, чулках и лифчике чувствую себя до безобразия развратной. Ноги трясутся от возбуждения. Между складок влажно.

Понимаю, что Стас встал на колени, когда чувствую, как он отодвигает трусики и сразу же проводит языком по складкам. Вскрикиваю от остроты ощущений. Язык проникает в дырочку, быстрыми поступательными движениями начинает двигаться внутри. Пальцами свободной руки Стас надавливает на клитор, кружит вокруг, то ускоряясь, то вновь замедляя движения. Тянущее наслаждения исходит от его прикосновений. Хочется больше, мне мало. Кручу бедрами, стараясь усилить касания. Сильный шлепок оглушает. Давлюсь воздухом. Правая ягодица начинает гореть.

— Неугомонная, — шепчет Стас, поднимаясь.

Сзади доносится вжик молнии, шелест приспускаемых штанов. И в следующее мгновение твердый член врывается в меня. Стас двигается быстро, мощно. Пошлые шлепки разносятся по переговорке. Тихо стону, закусив губу. Стараюсь контролировать себя, но на особо сильном толчке не успеваю заглушить громкий всхлип. Впиваюсь зубами в ребро ладони. Удовольствие растекается по венам, смешиваясь с легкой болью. Адреналин зашкаливает в крови. Сюда могут в любой момент войти.

Стас сдавливает мои бедра. Шиплю. Он вбивается грубо, ускоряет движения. Наваливается сверху. Прижимается грудью к моей спине. Я на грани. Кажется, все тело — комок нервов. Стас протискивает руку между моих ног. Снова давит на клитор, почти грубо трет его, сжимает, прокручивает… Ощущения на грани. Не могу больше терпеть. Еле успеваю закрыть рот рукой. Я кричу в ладонь, сотрясаясь в мощнейшем оргазме. Ноги трясутся от выплескиваемого напряжения. Сердце быстро стучит в груди. Стараюсь восстановить дыхание, но Стас выпрямляется и снова начинает вбиваться в меня.

Кажется, он только входит во вкус, а я уже готова распластаться на полу от пережитого удовольствия. Сил держаться на ногах нет. Только оставить Стаса без разрядки тоже не могу… не хочу.

— Выйди, — мой голос хрипит от стонов.

Стас даже не замедляется. Отвожу руку назад, впиваясь ногтями ему в бедро. Он замедляется.

— Выйди, — оборачиваюсь через плечо.

Стас моргает. Медленно отстраняется. Выпрямляюсь. Он выглядит непонимающим. Брови сведены к переносице, губы слегка сжаты. Невольно улыбаюсь. Быстро опускаюсь перед ним на колени. Сверху слышу удивленных вдох. Поднимаю глаза. От взгляда Стаса желание снова начинает ворочиться в животе.

Беру в руку стоящий колом член. Сжимаю его, вожу ладонью по стволу. Не разрывая зрительного контакта, обвожу головку языком, втягиваю ее в рот. Ощущаю солоноватый вкус. Стас закусывает щеку, наматывает мой хвост на руку. Натяжение приятно оттягивает кожу на голове. Заглатываю член, проталкиваю его в горло. Застываю, привыкая к ощущениям. Сглатываю. Стас сквозь зубы втягивает воздух. Испытываю восторг от его реакции. В голове загорается потребность доставить ему еще большее удовольствие. Медленно веду головой назад, сжимая губы как можно плотнее, чтобы создать ощущение тесноты. Почти выпускаю член изо рта, оставляя только головку, после чего резко двигаюсь вперед. Замираю, заглатывая наполовину. Член слишком большой. Помогаю себе рукой. Повторяю движения. Постепенно наращиваю темп. Прикрываю глаза. Свободной ладонью обхватываю яички, аккуратно сжимаю. Жутко неудобно, но плевать. Постепенно челюсть начинает затекать. Чувствую мягкие поглаживания по голове.

— Прости, — доносится извиняющийся голос сверху.

Стас обхватывает руками мою голову, фиксирует ее. Начинает сам вбиваться в мой рот. Первые движения аккуратные, почти нежные. Но с каждым разом толчки становятся глубже, быстрее. Расслабляю горло, сжимая ладонями бедра Стаса. Его грубость, несдержанность, дикость неимоверно заводят. Чувствую, как он теряет контроль. Собственное возбуждение печет между ног. Опускаю руку, вожу пальцами по складкам, собирая влагу. Сжимаю губы на члене, втягиваю щеки. Задеваю ногтям клитор. Стону. Стас со свистом втягивает воздух. Чувствую, как по щекам текут слезы от глубокого проникновения. Но мне все равно. Ощущения безумно острые, потрясающие. Я снова на грани. Вдруг Стас замирает, резко дергается назад. Впиваюсь ногтями в его бедро, не даю отстраниться. Громкий рык ласкает слух. Горячая струя ударяет в небо, обволакивая рот терпким соленым вкусом. Распахиваю глаза. Глотаю все до последней капли. Надавливаю на клитор, быстро тереблю его — хватает несколько движений, чтобы догнать Стаса. Распадаюсь на осколки.

Выпускаю опадающий член изо рта. Оседаю на пол. Разминаю затекшую шею. Капелька спермы течет из уголка губ. Поднимаю глаза на Стаса, указательным пальцем стираю ее, обхватываю губами, посасывая подушечку. Стас не отрывает от меня затуманенного взгляда.

— Ты лучшая, — поглаживает мою скулу. Его лицо сияет в свете огней с улицы. — И ты моя! — говорит жестко.

— Помоги встать, — чувствую, как онемели колени.

Стас подхватывает меня за локти, осторожно ставит на ноги.

— Ты как? — обеспокоенно рассматривает мое лицо.

— Все хорошо, — улыбаюсь.

Злость и обида отходят на второй план. Эйфория в теле делает его легким. Удовлетворение дарит восторг. Хочется лечь и не шевелиться. Нахожу глазами платье. Иду к нему.

— Ну вот, новое место в нашем списке, — Стас довольно улыбается, застегивая ширинку.

Настроение моментально летит в яму на самое дно. Я снова дала слабину. Пошла на поводу у чувств. Скольжу взглядом по полу и вдруг натыкаюсь на тонкую полоску света. Хмурюсь. Следую по ней. Ликование расцветает внутри. Стараюсь сдержать улыбку, чтобы не выдать себя. Кажется, мне никогда так не везло.

— Да, только мы дверь не закрыли, — улыбка все-таки расцветает на губах.