Папа в прокате (СИ)

Глава 24 Непрошеная помощь

Начало декабря выдалось неожиданно снежным.

За два месяца жизни с Горем Кира успела привыкнуть к предсказуемому распорядку: дедушка будил всех корабельным колоколом в шесть утра, завтрак в кают-компании по морской традиции, поход в школу под аккомпанемент капитанских наставлений. А вечером ужин в полном составе семьи, включая Анечку, а иногда Ванессу с Василием Васильевичем.

Но сегодня с самого утра все пошло наперекосяк. Дедушка улетел к старым товарищам, квартира казалась странно тихой, как корабль без капитана.

– Без дедушки скучновато, – заметила Кира за завтраком, ковыряя овсянку ложкой.

– Я тоже скучаю, – признался Игорь, наливая кофе. – Хотя, честно говоря, впервые за две недели я смог нормально выспаться.

– А мне нравился его распорядок дня, – вздохнула Кира. – У него все было четко: завтрак, обед, ужин, зарядка, байки о морских приключениях. Как в хорошем сериале.

– Который ты бы назвала «скучным и предсказуемым», – усмехнулся Игорь.

– У предсказуемости есть свои плюсы, – философски заметила Кира, откладывая ложку. – К тому же с дедушкой даже ты стал более… организованным.

– Это называется «выживание в условиях военного режима», – парировал Игорь.

По дороге в школу Кира думала о том, как быстро можно привыкнуть к хорошему. Дедушка прожил с ними всего полтора месяца, но его отсутствие ощущалось как зубная боль – неярко, но постоянно. Даже Пушок, которого капитан переименовал в «корабельную крысу», выглядел грустным.

В школе Кира сразу заметила, что Тимоха сидит на своем обычном месте, но выглядит… не так. Обычно он был похож на вечный двигатель. Всегда в движении, всегда что-то рассказывает, жестикулирует, смеется. А сегодня он просто сидел и тупо смотрел в учебник, словно пытался просверлить в нем дыру взглядом.

На первом уроке он ни разу не поднял руку. На втором молчал даже тогда, когда Анна Сергеевна напрямую обратилась к нему с вопросом. Кира видела, как учительница бросала на него обеспокоенные взгляды.

Во время перемены Кира подошла к нему.

– Тимоха, ты заболел? – спросила, садясь рядом. – У тебя такой вид, будто тебя вчера переехал каток.

– Все нормально, – буркнул он, не поднимая глаз.

– Тимофей Лебедев, – Кира села напротив и пристально посмотрела на него, – я знаю тебя уже два месяца. «Все нормально» ты говоришь только тогда, когда все очень плохо. Рассказывай.

Тимоха помолчал, а потом глубоко вздохнул, словно пытаясь выдохнуть всю грусть.

– Мои родители разводятся, – тихо сказал он.

Кира почувствовала, как что-то екнуло у нее в груди. Конечно, она знала, что такое развод. И знала, как это больно для детей. Но Леша и мама Тимохи всегда казались ей… надежными. Стабильными. Как те взрослые из фильмов, которые решают проблемы, а не создают их.

– Ты уверен? – осторожно спросила она. – Может быть, они просто… поссорились? Взрослые иногда говорят глупости, когда злятся.

Тимоха покачал головой.

– Я слышал их разговор вчера вечером. Они думали, что я сплю, но я слышал. Мама плакала и говорила, что больше не может. А папа… папа сказал, что тоже устал. Они говорили про адвокатов, про документы, про то, с кем я буду жить.

Голос Тимохи дрожал, и Кира поняла, что он изо всех сил старается не заплакать прямо здесь, в классе.

– Слушай, – Кира придвинулась ближе, – может, это не окончательное решение? Может, они просто переживают трудный период?

– Кира, ты не понимаешь, – Тимоха наконец посмотрел на нее, и в его глазах она увидела такую взрослую грусть, что у нее перехватило дыхание. – Это не в первый раз. Они ссорятся уже полгода. А теперь… теперь все очень плохо.

Кира молчала, пытаясь подобрать правильные слова. Ей вдруг стало стыдно за то, что она хотела свести Игоря с мамой, делая тем самым больно Игорю и Анечке. Здесь сидел ее друг, у которого рушилась семья, а она занималась какой-то фигней.

– Мы должны что-то придумать, – решительно сказала она.

– Что? – Тимоха удивленно посмотрел на нее.

– План по их примирению. Что-то романтичное, что напомнит им, за что они когда-то полюбили друг друга.

Тимоха горько усмехнулся.

– Кира, ни один из наших планов еще не сработал.

– Но мы должны попробовать! – настаивала Кира. – Это же твои родители! Они любят друг друга, просто сейчас забыли об этом. Взрослые иногда такие глупые.

Тимоха помолчал, а потом медленно кивнул.

– Что ты предлагаешь?

– Пока не знаю, – честно призналась Кира. – Но мы что-нибудь придумаем. После школы пойдем ко мне и разработаем план. Операция «Спасение семьи Лебедевых».

Прозвенел звонок, и дети вернулись на свои места. Но теперь у Киры была миссия. Она потратила оставшиеся уроки на то, чтобы обдумать возможные варианты.

Романтический ужин? Старомодно, но может сработать. Семейная поездка куда-нибудь? Рискованно – они могут поссориться еще сильнее. Вмешательство третьих лиц? А кого можно привлечь?

И тут ее осенило. Игорь! Игорь – ее отец, друг Лехи, он в курсе всей ситуации. А еще он сценарист, он умеет придумывать истории со счастливым концом. Если кто и может помочь, так это он.

После уроков, когда Игорь приехал за ней, Кира попросила забрать и Тимоху.

– А что с его папой? – удивился Игорь.

– Леха занят, – быстро соврала Кира. – Важная встреча. Он попросил отвезти Тимоху к нам.

Игорь не стал расспрашивать, Леша действительно иногда просил его помочь с Тимофеем, когда возникали форс-мажоры на работе. Дома Кира усадила Тимоху за кухонный стол, налила им обоим чаю с печеньем и торжественно объявила:

– Итак, приступаем к стратегическому планированию. Мозговой штурм.

– Звучит как военная операция, – заметил Тимоха, но впервые за день в его голосе прозвучали нотки интереса.

– Это и есть военная операция, – серьезно кивнула Кира. – Мы сражаемся за твою семью. И знаешь что? Мы победим. Эх, жаль, дедушка уехал, он бы нам дал дельный совет.

Она достала блокнот и ручку, написала на первой странице: «ОПЕРАЦИЯ “СПАСЕНИЕ СЕМЬИ ЛЕБЕДЕВЫХ”» – и трижды подчеркнула.

– Первый пункт: выяснить причину ссор. Второй пункт: найти способ напомнить им о хорошем. Третий пункт: создать ситуацию для примирения.

Тимоха смотрел на ее записи и улыбался. Впервые за весь день.

– А знаешь что? – сказал он. – Может быть, у нас и правда получится.

– Конечно, получится, – уверенно ответила Кира. – У нас есть секретное оружие.

– Какое?

– Мы дети. Взрослые всегда недооценивают детей. А еще, – она лукаво улыбнулась, – у нас есть взрослый сообщник, который пишет истории о счастливых семьях.

Тимоха проследил за ее взглядом, направленным в сторону гостиной, где Игорь работал за ноутбуком.

– Ты хочешь втянуть в это своего отца?

– Еще бы, – кивнула Кира. – Кто, как не сценарист, знает, как писать истории с хэппи-эндом? Правда, сначала мне нужно убедить его, что это хорошая идея.

– А если он откажется?

– Не откажется, – уверенно сказала Кира. – У Горя большое и доброе сердце. Он просто иногда об этом забывает. Но я ему напомню.

За окном уже начинало темнеть, шел мелкий снег. В квартире было тепло и уютно. Пушок деловито крутил колесо в клетке, а двое детей склонились над блокнотом, планируя операцию по спасению семьи.

И впервые за весь этот печальный день Тимоха выглядел почти счастливым. Потому что в трудные времена самое важное – знать, что ты не один. А у него была Кира. Упрямая, умная, решительная Кира, которая была готова сражаться за его семью так, словно это была ее собственная.

А в гостиной Игорь, сам того не подозревая, вскоре получит задание, которое окажется куда сложнее любого сценария. Задание написать счастливый конец не для вымышленных персонажей, а для реальных людей.

Для семьи своих друзей.