Предатель. Он (не)достоин меня (СИ)

Глава 26

Глава 26

**Татьяна**

Сижу на кухне у Максима, пью утренний чай и смотрю на помолвочное кольцо на пальце. Уже два года прошло с нашего первого свидания, а я до сих пор не могу поверить, что всё это происходит со мной.

Вспоминаю, как всё начиналось.

Максим не торопил меня, не давил, не требовал большего, чем я была готова дать. Просто был рядом.

Мы виделись почти каждый день. Иногда ходили в кино, иногда просто гуляли по паркам. Разговаривали обо всём – о детстве, о книгах, о мечтах. Он рассказывал смешные истории из больницы, я делилась забавными случаями из бассейна.

После каждой встречи он провожал меня до подъезда, целовал на прощание – коротко, нежно, без напора. И каждый раз я чувствовала, как внутри что-то тает, как исчезают страхи и сомнения.

С ним было легко.

Помню то свидание, когда он ждал меня внизу в джинсах и тёмной куртке, с букетом в руках. Увидел меня, улыбнулся – той самой улыбкой, от которой внутри всё переворачивалось.

– Привет, Танюш, – сказал он тогда, протягивая цветы.

– Привет, – ответила я, принимая букет и вдыхая нежный аромат. – Спасибо. Они прекрасны.

Мы шли по улицам, держась за руки.

– Знаешь, о чём я думал? – сказал Максим вдруг, останавливаясь у небольшого сквера.

– О чём?

– О том, как странно устроена жизнь. Мы потеряли друг друга двадцать лет назад. Жили своими жизнями, строили отношения с другими людьми, радовались, страдали. А потом судьба свела нас снова.

Он повернулся ко мне, взял за обе руки.

– И я безумно благодарен за это. За каждый день с тобой. За каждый разговор, каждую улыбку, каждое прикосновение.

Слёзы подступили к горлу. От счастья. От переполняющих чувств.

– Макс, – прошептала я, – мне тоже хорошо с тобой.

Он наклонился и поцеловал меня. Прямо посреди сквера, при свете дня, не обращая внимания на прохожих. Долго, нежно, глубоко.

Когда мы отстранились, я смеялась.

– Что люди подумают?

– Пусть думают, что хотят, – усмехнулся он. – Я хочу, чтобы весь мир знал, что я влюблён в самую замечательную женщину на свете.

Вечером он провожал меня домой. Мы стояли у подъезда, не хотели расставаться.

– Может, зайдёшь? – спросила я вдруг, удивляясь собственной смелости.

Максим посмотрел на меня внимательно.

– Ты уверена?

– Да. Очень уверена.

Мы поднялись в квартиру. Я заварила чай, мы сели на диван, включили какой-то фильм. Но не смотрели его. Просто сидели рядом, обнявшись, наслаждаясь близостью.

– Макс, – сказала я тихо, прижимаясь к его плечу.

– Я готова.

– К чему? – спросил он, целуя меня в макушку.

– К нам. К отношениям. К тому, чтобы попробовать построить что-то серьёзное.

Он замер, потом осторожно отстранил меня, чтобы посмотреть в глаза.

– Правда? Ты больше не боишься?

– Боюсь, – призналась честно. – Но хочу попробовать. С тобой.

Максим поцеловал меня – сначала нежно, потом всё страстнее. Я ответила на поцелуй, обняла его за шею, притянула ближе.

Та ночь стала началом чего-то нового.

Чего-то правильного.

Чего-то настоящего.

Делаю глоток чая и возвращаюсь к реальности. Сейчас живу у Максима. Мы обустраиваем общий быт. А в нашей старой квартире осталась жить Маша – можно теперь не снимать комнату.

Думаю об Александре.

Знаю, что у него родился сын от Милены, мальчику уже года полтора. Вроде бы они жили вместе какое-то время, но потом расстались. Маша иногда с ним общается, рассказывает обрывочно. Говорит, что у папы дела неважно идут.

Только подумала о бывшем муже, как звонит телефон.

Смотрю на экран – Александр. Вот уж совпадение.

– Алло? – Таня, привет, это Саша.

Пауза. В голосе усталость, какое-то уныние.

– Здравствуй. Что случилось?

– Как дела у тебя? Как Маша?

– У нас всё хорошо. А у тебя?

Слышу в собственном голосе настороженность. Зачем он звонит?

– У меня плохо, Таня. Очень плохо. Бизнес разваливается, здоровье подводит, остался совсем один.

Понимаю, что он пытается давить на жалость. Ждёт, что я растрогаюсь, предложу встретиться, поддержу. Но внутри только спокойствие и лёгкая грусть за человека, который сам разрушил свою жизнь.

Я поговорила с ним, но вряд ли он останется довольным нашим разговором.

Вечером рассказываю Максиму о звонке.

– Тебе его жалко? – спрашивает он.

– Почему-то да. Но он будто бы этого и добивался, чтоб его пожалели.

– Ох, ты моя добрая душа! Танюш, люди, которые пытаются вызвать жалость, как правило, сами оказываются безжалостными.

– Да? Ну может быть… Но всё равно как-то грустно.

– Понимаю. Но знаешь, человеку нельзя помочь, если он не делает выводы из своих ошибок, – Максим подходит ко мне, обнимает за плечи. – В следующий раз, если позвонит, посоветуй ему психолога. Некоторым людям действительно помогает, когда они переосмысливают всё заново.

Он замолкает на секунду, потом осторожно спрашивает:

– Тань, а может, ты его всё ещё любишь?

Поворачиваюсь к нему, смотрю в глаза.

– Нет, – отвечаю твёрдо. – Тут больше жалость. Жалость к человеку, который сам разрушил свою жизнь и не понимает, как исправить.

Максим кивает с пониманием.

– А люблю я тебя, – продолжаю, обнимая его за шею. – Больше всего на свете. И счастлива, что мы скоро поженимся!

Он целует меня – нежно сначала, потом страстнее.

– Я тоже счастлив, – шепчет он мне на ухо. – Каждый день благодарю судьбу за то, что она вернула тебя в мою жизнь.

Вспоминаю его предложение руки и сердца три недели назад.

Тогда мы сидели в кинотеатре, ждали начала сеанса. Максим вёл себя странно весь вечер – нервничал, то и дело поправлял рубашку, проверял телефон. Я думала, может, на работе что-то случилось.

Свет в зале погас, на экране началась традиционная реклама. Попкорн, кока-кола, новинки проката. Привычный набор.

Но вдруг на экране появились знакомые фотографии. Наши с Максимом. Со вчерашней прогулки, с прошлой недели на пикнике, с зимней поездки в горы.

Сердце подскочило.

– Максим, что это? – прошептала я, но он не ответил.

За кадром зазвучал его голос под нежную музыку:

«Таня, я влюблён в тебя с детства. Двадцать лет назад я не решился сказать об этом. Но судьба подарила нам второй шанс. И теперь я люблю тебя ещё больше. Ты – самая добрая, умная, красивая женщина, которую я знаю. Ты сделала мою жизнь полной смысла и счастья...»

Я закрыла лицо руками, чувствовала, как слёзы текут сквозь пальцы. Вокруг шумели зрители – кто-то ахал, кто-то смеялся от умиления.

«Я хочу провести с тобой всю оставшуюся жизнь. Хочу просыпаться рядом с тобой каждое утро и засыпать, обнимая тебя, каждую ночь. Хочу делить с тобой радости и печали, мечты и планы...»

В кинотеатре включился свет. Максим встал со своего места, достал из кармана маленькую коробочку и опустился передо мной на одно колено прямо в проходе между рядами.

Весь зал замер.

– Татьяна, – сказал он громко, чтобы все слышали, – выйдешь за меня замуж?

Открыл коробочку – внутри изящное кольцо с небольшим, но очень красивым бриллиантом.

Я не могла говорить от переполняющих эмоций.

Кивнула, всхлипывая.

– Да, – выдавила наконец. – Да, да, да!

Зал взорвался аплодисментами. Максим надел кольцо на мой палец, поднялся и крепко обнял меня. Поцеловал под одобрительные возгласы зрителей.

– Ты с ума сошёл, – смеялась я сквозь слёзы. – Как ты всё это организовал?

– Долго планировал, – признался он, прижимая меня к себе. – Хотел, чтобы этот момент стал незабываемым. Удалось?

– Ещё как удалось!

Остаток фильма я не помнила вообще. Сидела, рассматривала кольцо на пальце, не могла поверить в происходящее. Я была помолвлена. Снова выходила замуж. После всего, что пережила, у меня появился шанс на новое счастье.

– О чём задумалась? – спрашивает, Максим, раскрывая объятия.

– О нас. О том, какой долгий путь мы прошли, чтобы оказаться здесь.

– Не жалеешь?

– Ни на секунду.

Жизнь действительно странная штука. Двадцать лет назад мы упустили свой шанс. Но, может быть, тогда мы просто не были готовы. Может быть, нам нужно было пройти через время, ошибки, разочарования, чтобы по-настоящему ценить то, что имеем сейчас.