Принадлежать дракону. Книга 1

Глава 28. Александра

Дракон парил над особняком, поднимался выше в небо, спускался, кружил, словно боялся оставить меня одну. Это стало традицией для меня и для Треймана. Он летал, а я наблюдала словно завороженная. Ничего красивее я не видела. Столько грации и силы. Ни одно живое существо не сравнится с арконами.

Спустя минут двадцать он позволял себе покинуть территорию особняка, летел на восток до того момента, пока не превращался в точку, и тогда возвращался. Грузно садился на поляну, оставляя огромные четырехпалые следы. Ящер обязательно подходил ко мне, медленно и осторожно опускался на землю рядом и клал огромную голову в ноги.

Не двигался, не издавал звуков, просто смотрел. Преданно и со страхом.

– А у вас были всадники? – спросила я, проводя по шее ящера.

Аркон встрепенулся, почти по-человечески хмыкнул, поднялся, отошел на несколько шагов, и уже через секунду я смотрела на человеческую ипостась тера Легарта.

– Ты хотела спросить, летал ли на мне кто-то?

– Да, – ответила я, стараясь не отводить взгляд от лица Треймана. Сколько бы я ни видела его обнаженным, не могла набраться смелости или наглости, чтобы не смущаться. И, кажется, ему это нравилось.

– Нет, на мне никто не летал. Но такая практика существовала раньше. На Аркониуме.

– И как выбирали всадника? Для сражений? Или это было что-то сродни развлечению?

– Аркон позволял оседлать себя только тем, кому он доверял.

– А я думала, что наоборот. Я бы вот трижды подумала, перед тем как согласиться прокатиться на одном из вас.

Трейман дошел до скамьи, надел свободные штаны и сел рядом.

– Вот тут, – он взял мою руку и положил себе ее на шею чуть ниже затылка, – есть незащищенный участок. Даже взрослого Аркона можно убить, пронзив лезвием длинного ножа или кинжала. Поэтому всадники были так же редки, как и истинные пары. Чаще всего пара и была всадником.

– Как все сложно, – ответила я, удивленная тем, что Трейман доверил тайну своей расы. Не побоялся рассказать о слабости. Неужели он настолько был во мне уверен?..

– Нет, все очень просто. Ты или доверяешь своей половине, или нет, – ответил он, пересаживая меня к себе на колени и обнимая.

– А ты мне доверяешь?

– А ты, Александра, мне доверяешь? – спросил он и отвлекся на звук браслета. Он всегда снимал его перед полетом. Трейман дотянулся до устройства, активировал. – Мне нужно лететь, – сказал холодно, пересаживая меня с колен на скамью.

– Что случилось? – поинтересовалась я, чувствуя невероятную перемену в настроении аркона.

– Демиан решил напомнить о себе. Маленькому мальчику не хватает внимания. Я вернусь, как только представится возможность.

Трейман вложил мне в ладонь браслет и, отбежав на несколько метров, обернулся в ящера, поднимая в воздух пыль и сухую траву и сбрасывая остатки одежды. Он впервые так поступал. Аркон часто был резок или зол, но сейчас вместе с гневом присутствовало и отчаяние. Я бы могла спросить о случившемся Эстена, но, кажется, сообщение Трейману пришло именно от него.

В особняке по-прежнему было минимальное количество персонала. Раз в неделю под наблюдением кого-то из охраны работал садовник. Помещения убирала незнакомая мне девушка, уже под пристальным вниманием Эстена. В такие моменты я ему искренне сочувствовала. К приготовлению пищи пришлось прикладывать руку каждому. Я помогала с чисткой и нарезкой овощей, а уже кто-то из мужчин разделывал мясо.

Я осталась в саду, поставив перед собой цель дождаться возвращения аркона или хотя бы попытаться это сделать.

– Извините, – я обратилась к одному из мужчин в темной униформе. – Тер Легарт ничего не передавал? – поинтересовалась, чувствуя усталость и тянущую боль в пояснице.

– Нет. От тера не было распоряжений. Вас проводить в спальню? – он выразительно посмотрел на мой животик, который был еще не заметен под свободного кроя одеждой.

– Не нужно. Спасибо.

Возвращение Треймана я не могла пропустить, даже если бы захотела. Голоса звучали громко и агрессивно.

Я вышла из спальни и подошла к лестнице, ведущей на первый этаж.

– Ты вообще своей головой думаешь? Что у тебя в ней?! – я не видела его, но прекрасно представляла лицо, перекошенное от злости.

– Собачье дерьмо, как ты и сказал, – ответил Демиан.

– Очень на это похоже.

– Я советую вам успокоиться, – Эстен сохранял хладнокровие.

– Серьезно? Я должен молчать, пока этот идиот чуть не сыграл в сорвавшегося?

– Он все осознал, – он вступался за племянника.

– Я не вижу осознания. Я не вижу взрослого человека. Я не вижу Легарта. Я вижу пьяного идиота, – чеканил Трейман.

– Тогда зачем спас меня? А? Уже утром был бы свободен от проблем с бракованным сыном. Или семья Легарт с гордостью представила полноценного аркона, раскрывшего крылья.

– Уведи его, – рыкнул он. – Уведи его, пока я не свернул ему шею! Эстен, я сказал: уведи! – я затаила дыхание и медленно отступала к двери. – Приставь кого-нибудь. И ограничь средства. Оставь кредитов лишь на воду. Я не собираюсь тратить деньги на того, кто хочет сдохнуть. Ни шагу без охраны.

Я вернулась в спальню. Изредка улавливала громкие раздраженные фразы. Трейман не приходил, и я не спешила спускаться. Не думаю, что я имела право вмешиваться. Новости о сорвавшихся жителях Деклейна были не редкостью на Земле, только никто не знал настоящих причин. Одни предположения. Из города в небе прибывали службы, забирали останки и делали так, чтобы не оставалось никаких следов инцидента. Официально не афишировали смерти, но слухи быстро распространялись. Большинство из сорвавшихся были молодыми. Если я правильно поняла, Демиан попытался пробудить аркона.

Не представляю, что сейчас чувствовал Трейман. Не нужно быть родителем, чтобы понимать весь ужас. Я бы сошла с ума, узнав, что мой ребенок, возможно, ценой собственной жизни хотел что-то исправить в себе.