Принадлежать дракону. Книга 1

Глава 39. Александра

Парни Эстена не хуже деда докладывали о ситуации дома. Хотя иногда арконы меня пугали своей осведомленностью.

– Пацан не сдается, – говорил он вполголоса, судя по тому, как изредка переводил дыхание, куда-то шел. – Не знаю, что с ним делать, – сетовал. – Как побитая собачонка. Ложусь спать – он у нас под окнами. Просыпаюсь – он уже под окнами. Снял у соседки комнату. А та и довольна, обдирает его как липку.

Информация о том, что Легарты несут финансовые затраты, пугала в последнюю очередь. Сомневаюсь, что наша соседка на самом деле понимала, что такое большая сумма денег для аркона.

– Женя говорила что-то?

– Огрызается только. Но про уходить из дома больше не заикается. Сказала, будет жить со мной.

– А с Демианом она разговаривает?

– Вечером даже шептались у сирени, утром опять как кошка с собакой. Саш, мне кажется, он нездоровый, сын твоего дракона. Люди себя так не ведут, – вполголоса сказал дед. – Это какая-то ненормальная привязанность.

– А он и не человек, дедуль, – ответила я.

– Туго им будет вместе.

Мне пришлось рассказать деду об истинности Жени и Демиана, иначе бы он не понял происходящего. Да и сейчас понимал не до конца. И точно не смирился с тем, что его внучка достанется дракону.

Но Демиану и Жене придется научиться разговаривать, как взрослым людям. Спокойно и без эмоций. Только для этого нужно вырасти, повзрослеть, стать терпимей. Во многом Трейман был прав. Им будет проще. Они смогут построить нормальные отношения, без угроз и принуждения. Я очень надеялась на то, что Демиану хватит терпения и уважения к паре. Естественно, я сделаю все для сестры.

Через два дня было запланировано представление Жени как пары для младшего Легарта. Насколько я знала, арконы Деклейна были удивлены новым скорым празднеством, и ходили разнообразные слухи. И в некоторых была доля правды.

– Пресса не напечатает лишнего? – спросила я у Эстена. Трейман старался держать меня как можно дальше от дел семьи, даже тех, которых касались моей сестры.

– Точно нет.

– Чем ближе событие, тем больше во мне уверенности, что Женя устроит настоящий скандал. Демиану нужно было поговорить с ней раньше.

– Насколько раньше? За год? Два? – усмехнулся Эстен.

– Ты прав, – согласилась я. – Жене важно, чтобы именно она приняла любое решение. Любое, – повторила, акцентируя внимание на последнем слове. – Мне жаль твоего племянника, – добавила тихо, поглаживая маленький животик.

– Пинается? – Эстен сидел напротив меня.

– Угу. Только не пинается, а шевелится. Пинать он будет позже, когда подрастет.

– Он? – удивился мужчина. – Вы уже знаете пол нашумевшего на весь Деклейн аркона?

Я отрицательно покачала головой.

– Малыш, поэтому “он”.

– А я думал, у тебя предчувствие.

– Нет. Я не верю в такое. Не бывает предчувствий. Вот, малыш согласен со мной.

– Можно? – Эстен взглядом указал на животик.

– Пожалуйста, – я села ближе к краю. – Вот тут, – взяла мужскую ладонь и положила на место, где секунду назад чувствовала движение ребенка.

– Ничего, – Эстен перешел на шепот.

– Тс-с-с.

Мы смотрели друг другу в глаза. Он – нахмурившись, а я – с некоторым весельем.

– Ничего, – повторил разочарованно и тут же хрипловато рассмеялся. – Пинается, – сказал так, словно я без него бы не поняла.

– Именно про это я и говорила. Надо было только подождать.

– Что здесь происходит? – Трейман стоял у входа в гостиную.

– Твой брат хотел познакомиться с малышом, – произнесла я воодушевленно. – Что-то не так? – поинтересовалась, когда Эстен отпрянул от меня и, сказав, что ему срочно нужно переговорить с кем-то, чуть ли не сбежал из комнаты. – Мы сделали что-то предосудительное?

– Ты нет. А он знал, что не стоит тебя касаться.

– Что за глупость? – фыркнула я, поправляя сарафан.

– Эта глупость вполне могла стоить ему жизни, – отозвался Трейман, оставаясь стоять на месте. В его глазах плескался янтарь, по коже мелькали серебристые тени. – Аркон вполне мог расценить знак внимания как прямую угрозу.

– Ты бы действительно смог навредить брату? – я медленно шла к Трейману.

– Я нет, а другая часть могла. Ты моя тальера. Между кровью и тальерой аркон выберет пару.

– Эстен точно не хотел нанести мне вреда, – произнесла я примирительно, нежно касаясь Треймана. – Он…

– Не стоит сейчас отзываться о моем брате… в добр-р-ром ключе, – почти прорычал аркон, рывком преодолевая разделявшее нас расстояние и крепко меня обнимая. – Я не хочу слышать о другом мужчине. Даже о брате.

– Как скажешь, – ответила, обнимая его в ответ и улыбаясь. Разве я могла предположить, что буду вот так стоять в объятиях тера Треймана Легарта и при этом испытывать настоящее спокойствие, нежность и любовь? Нет. Я боялась его, как и всех арконов. Боялась одного его существования и никогда бы не подумала, что моя судьба переплетется с тем, кем меня пугали с детства.

– Ты идеальна, – проурчал Трейман.

– В нашу первую встречу ты показывал всем своим видом, что я недостойна тебя, – произнесла я со смешком.

– Для меня это было странно не менее, чем для тебя. Я привык контролировать собственные эмоции и желания. А с тобой это было тяжело с момента, когда ты вошла в кабинет. Аркон реагировал на тебя. С твоим появлением жизнь превратилась в испытание. Ограничение. Постоянное одергивание.

– Звучит ужасно.

– Ужасно знать, что нас разделяла дверь, а ты презираешь и боишься меня больше смерти.

– Было все не так категорично, – произнесла, поднимая голову в попытке посмотреть в глаза Трейману. Он был сосредоточен на пейзаже за окном. Игнорировал мой взгляд, продолжая крепко прижимать к себе.

– Я знаю, как было на самом деле. Я знаком с твоей матерью и представляю, что она заложила в ваши головы. Ребенок шевелится… – выдохнул, отступая и опуская взгляд на животик. – Не позволяй никому прикасаться к нему, – сказал в ультимативной форме.

– Хорошо, – согласилась я. – И у меня нет настолько близких людей, которым бы я это позволила. А Эстен твой родной брат, – я попыталась оправдаться.

Это было бесполезно, казалось, разум покинул всегда рассудительного тера Треймана Легарта. Что осталось прежним, так это тяжелый взгляд и рычание, с которым он говорил, когда дело касалось меня. Первое время я пыталась повлиять на аркона, но быстро признала бесполезность попыток. В нем взыграл инстинкт – он защищал потомство.